Любимый Чон

Чонгук всегда знал, нравится он тому или иному парню или нет, природная чуйка редко его обманывала. То, что Тэхен точно гей, Чонгук понял по его беседе с Кевином, который спрашивал о каком-то бывшем возлюбленном парня. Тогда Тэ быстро свернул тему и мельком бросил взгляд на Чона. Красавчик был явно заинтересован в нем, хоть и старался это скрыть. Проснувшись ближе к вечеру в своей постели, Чон тянется к телефону, чтобы позвонить в больницу и узнать о состоянии Томаса, но в голове все мысли о новом знакомом. В клинике ответили, что Томас Пак пришел в себя и был переведен в палату. На вопрос о посещении Чонгук получил положительный ответ, встал и пошел собираться, чтобы навестить друга. Конечно, он понимал, что Тэхен, будучи старшим товарищем Кевина, ни за что не поведется на ухаживания Чонгука, даже если он будет настаивать. Но отказаться от мысли заполучить Тэ Чонгук не мог, слишком сильное впечатление парень на него произвел. Остается только попробовать зайти с другой стороны… Позже, вернувшись из больницы, где он долго сидел рядом с ослабевшим Томом, Чонгук уселся с чашкой кофе перед ноутбуком, изучая всю доступную информацию о модели Ким Тэхене. Как и сам Чон, он не стал брать себе европейское имя, сохранив корейское. Правда, Чонгуку в начале карьеры придумали-таки псевдоним – Чарли Чон, но он не прижился. Весьма удачно, что парни работали в одной области, хоть Тэхен был занят в основном в проектах восточного побережья и базировался в Нью-Йорке. Большой популярности он не имел, для Штатов его внешность была слишком андрогинная и рафинированная, но все же в определенной нише он вполне органично смотрелся. Как упомянул сам Тэхен, в основном он рекламировал предметы роскоши, дорогой текстиль, мебель, предметы интерьера, одежду унисекс. Еще вчера Чонгук вспомнил о том, что его агентство на днях должно было участвовать в конкурсе на рекламу одного известного в США ювелирного дома. Перед мысленным взором фотографа появились кадры, на которых Тэ в расстегнутой белой рубашке и белых джинсах позирует перед его камерой. Фон – тропики, волосы Тэхена перекрашены в отливающий золотом каштановый цвет, глаза горят ярче, чем бриллианты в рекламируемых украшениях. У фотографа часто бывают такие своеобразные видения, когда он занимается своим любимым творчеством. Мысль и картинка приходят из ниоткуда, он вносит предложение менеджменту, и – получив одобрение, делает так, как увидел. И это всегда выстреливает. Что-то Чон добавляет уже позже. Вот как сейчас, быстро открыв текстовый редактор, он строчит творческое предложение, внеся в него и то, что пришло ему в голову уже после озарения – рядом с Тэ на съемках должны быть дикие звери. Дрожь проносится по его позвоночнику тогда, когда он представляет себе взгляд Тэхена, расслабленно облокотившегося на огромного тигра и небрежно перебирающего рукой его мягкую шерсть. К ночи идея была оформлена, надо было только внести ее как официальный концепт агентства для участия в конкурсе. Взбудораженному Чонгуку необходима была разрядка. Открыв мессенджер на телефоне, он написал Кевину, что соскучился и что приедет через час. *** Его встреча с Тэ произошла только через две недели после знакомства. Чонгук изнывал, но не решался позвонить модели. Сначала надо было дождаться результатов конкурса. Конечно, он знал, что Тэхен уже уехал в Нью-Йорк, так как прилетал в Калифорнию только на съемку по разовому договору. Следующий их контакт (по задуманному сценарию) должен был состояться строго по делу. Агентство полностью доверило Чонгуку концепт, проект по которому, как ожидалось, он стал победителем конкурса. Ювелирный дом одобрил и идею, и пару моделей. В тандеме с Тэхеном Чонгук увидел опытную южноафриканскую темнокожую модель Лиз Мод, которую как-то снимал в рекламе нижнего белья. Лиз с радостью согласилась на предложение, тем более что эта работа вероятнее всего поднимет девушку на более высокий профессиональный уровень. Чонгук позвонил Тэхену и сказал, что будет в Нью-Йорке по делам и хочет поговорить с ним по одному важному вопросу. - С Интаном и Кевином все хорошо? Я созванивался с ними недавно, вроде все в порядке было. - Да, с ними все в порядке. Речь будет не о них, Тэ. Это деловой разговор, подробности лучше расскажу при встрече. - Мне придется самому по работе вернуться в Лос-Анджелес на следующей неделе, так что, если хочешь, можем встретиться вчетвером, заодно и поговорим. Я несколько лет не был в Калифорнии, а в последний месяц что-то зачастил. Тэхен хохотнул в трубку. Его голос, на вечеринке рокотавший на низких регистрах, сейчас звучал бодро и звонко, как на слете скаутов. Чонгук улыбнулся: Тэ стремится сохранить нейтрально-дружеский тон. Что ж, он и не полагал, что будет просто. Сейчас, к интересу интимному, у Чона подключился интерес профессиональный. В одном месте свербило побыстрее облечь проект в реализованный рекламный кейс. - Это прекрасная идея, но для разговора мне потребуется все твое внимание, Тэхен. – протянул Чон. - М-м-м, интересничаешь, Чонгук? Ну что ж, признаться, я заинтригован. – все же понизил голос Тэ. – Когда ты приезжаешь? Мне нужно улететь в Лос-Анджелес в следующую среду. - В понедельник буду у тебя, а в среду вернусь с тобой сюда. - Договорились. Тебя встретить? - Если не затруднит. Я скину тебе номер рейса. Чонгук намеренно стремился назначить встречу Тэхену на его территории, чтобы заставить парня почувствовать себя хозяином положения и усыпить бдительность. Тем более, можно попросить его показать город, наладить более тесный контакт. Чон знал, что лучший способ заинтересовать партнера – это умело сочетать соблазнение с холодностью. Холодность и даже жесткость он намерен включить во время работы. Чон хочет, чтобы Тэхен трепетал от властного фотографа Чон Чонгука, чтобы парень был пластилином в его руках. Ну а потом, конечно, Чон успокоит, подбодрит… и заманит в свою постель. Он планирует до такой степени замучить свою модель эмоциональными горками, что к тому времени Тэ уже не вспомнит ни о каком Кевине, а будет изнывать от страсти. В общем, план ясен и прост. Впрочем, как всегда. Ну, может, чуть сложнее, чем всегда. *** Светлая макушка мелькнула между головами снующих по залу аэропорта людей, и Чонгук разглядел среди толпы Тэхена. Сегодня он был в светло-голубых джинсах, сидящих на косточках бедер, и свободном черном кроп-топе, открывающем линию талии. Чонгук от такого провокационного зрелища просто подвис. Растянув губы в легкой улыбке, Тэхен снял солнцезащитные очки и слегка прищурился, разглядывая Чона. - Добро пожаловать в Нью-Йорк! Как долетел? - М-м, хорошо… вроде. – Чонгук кашлянул в кулак, пялясь на оголенную часть торса парня. – Отлично выглядишь! - Я смутил тебя? Что-то ты слишком застенчивый для фотографа. - Скорее просто не ожидал. Нью-Йорк чопорный город - так мне казалось. Думал, что это только у нас в Калифорнии оголяют живот. - Чонгук, Чонгук! Модный фотограф должен разбираться в современных трендах! Придется мне выделить время и провести тебе лекцию на тему модных нью-йоркских тенденций. Не только вид, но и поведение Тэхена было провокационным. Он говорил с придыханием, теребя ручку своей сумки и откидывая волосы с лица. Чонгуку это было на руку, и он подхватил предложенный настрой. Взяв с парня обещание в ближайшее время провести познавательный ликбез, Чонгук поднял рюкзак и выразил готовность следовать за своим провожатым хоть на край света. В машине Тэхена Чонгук сказал, что забронировал номер в отеле, который рекомендовал ему в переписке Тэ, и что переодевшись и приняв душ, готов покорять город. - Мне нужно еще съездить кое-куда, так что у тебя есть время отдохнуть. Заеду за тобой вечером, в шесть, ок? Так как было только около полудня, Чонгук решил подремать, чтобы сбросить усталость после перелета. Он улегся на широкую кровать, накинул на банный халат легкое одеяло, положил руки за голову и воссоздал в памяти сегодняшний образ Тэхена. Хотя образ этот никуда и не уходил после встречи в аэропорту. Уже в ванной Чонгук не удержался и, вспоминая голос и облик Тэхена, еще слишком ясно стоящий перед глазами, с помощью руки получил яркий оргазм, шепча имя парня. В шесть Тэхен написал, что ждет Чона у отеля. Выглядел Тэ уже иначе. На нем был легкий бежевый костюм свободного кроя, приглушенного шоколадного цвета и черный топ – спокойный городской наряд. Волосы уложены назад, открывая лицо. Настроение у Тэхена тоже было другое – задумчивое. Выглядел он немного уставшим. Но, несомненно, был прекрасен как всегда. Заранее решено было идти в ресторан. Тэ выбрал корейский, на что Чонгук с радостью согласился. Он никогда не жил в Корее, но всегда уважал свои национальные традиции и любил корейские блюда, которые иногда готовила его мама. Мама умерла рано, Чонгуку только исполнилось 10, отец запил, а потом тоже умер, оставив сына совершенно одного. Пару лет до совершеннолетия Чонгук жил в интернате, а потом благодаря самостоятельности и хваткости, а также здравому смыслу, не давшему ему укатиться в ранней юности не в ту сторону, довольно быстро стал преуспевать. Иногда он заказывал из корейских ресторанов те блюда, которые любил в детстве, но вкус их был совсем не тот, что он помнил. - Владелец ресторана, господин Эндрю Ли, не так давно перебрался в Штаты. Его стряпня совершенно аутентична, поверь мне! – с улыбкой рассказывает Тэхен за рулем авто. - Ладно, сегодня ресторан, но завтра я с тебя не слезу, пока ты не покажешь мне город. Тэхен бросает на Чона взгляд и усмехается. Чонгук сам понимает, что сказал несколько двусмысленную фразу. - Договорились, Чонгук. Завтра я покажу тебе Нью-Йорк. Ресторан действительно оказывается замечательным, обстановка непринужденной, еда вкусной, но Чонгук просто глаз не может оторвать от парня напротив. Внешне Тэхен спокоен и несколько отстранен, но все же чутьем Чон угадывает его напряжение. Сначала они говорят о том о сем, пробуют блюда. Вместо бокала шампанского в руке Тэхена стаканчик, в котором подают соджу, но сами руки парня настолько изящны, что Чонгук облизывает их взглядом весь вечер. А еще открытую шею, пухлые губы, небольшие красивые уши, аккуратный нос. Во рту скапливается слюна от желания поцеловать его. Но Чонгук не позволяет себе непродуманных действий. Оправив воротник белоснежной рубашки, которая выгодно оттеняет его немного смуглую кожу, Чон решается начать разговор на интересующую тему. Издалека. - Ты немного загрустил после того, как уехал от меня днем. Что-то случилось? Тэхен негромко вздыхает и грустно улыбается. - Небольшие личные неурядицы. Ерунда. - Лучшее лекарство от личных неурядиц – работа. Загрузи себя до отказа, и некогда будет грустить. Мне это очень помогает. - Да что-то негусто сейчас с этим. Я раньше редко так далеко мотался с разовыми проектами, работы много было и здесь. А теперь приходится побегать за каждым контрактом. Сам понимаешь, есть более молодые и более красивые. Чон принимает подачу. - Сколько тебе? - 26. Для модели это уже немало. - По тебе невозможно угадать твой возраст, ты выглядишь моложе. – возражает Чонгук. – А о красоте своей, я думаю, ты все знаешь. Мне не нужно убеждать тебя в том, насколько ты… - Что?.. Чонгук подвисает ненадолго, глядит на губы напротив и с расстановкой перечисляет: - Красив,.. нежен,.. сексуален… - В таком случае, - Тэ опускает взгляд. – для меня еще не все потеряно. Его улыбка одновременно смущенная и зовущая. У Чона уже кипит мозг и кое-что еще в штанах, но он берет себя в руки и продолжает: - Конечно, тем более что я здесь сегодня как раз для того, чтобы предложить тебе отличный контракт, Тэ. - Ты открыл свое агентство? - Нет, агентство, в котором я работаю, выиграло конкурс на рекламу коллекции ювелирного дома. Он молодой, но уже вполне успешный. В центре рекламного проекта – твой образ, Тэхен. Тэхен пораженно захлопал глазами. - Мой образ? - Да, после нашей встречи я создал проект с твоим образом и отдал его на рассмотрение. Теперь контракт твой, если ты этого захочешь, конечно. Готов предоставить материалы, чтобы ты мог ознакомиться со всеми тонкостями. Как ты понимаешь, твоим фотографом и арт-директором на этом проекте буду я. Тэхен явно под впечатлением. Его лицо порозовело, язык облизнул губы, отчего сквозь тело Чонгука опять прошла молния. - Я бы посмотрел материалы. - Хорошо, я расскажу тебе о проекте, а потом пришлю по почте все документы и коллажи. Они у меня и распечатанные есть, но я не стал брать их с собой в ресторан. Чонгук рассказывает о проекте, а Тэхен удивленно качает головой и усмехается. - Решил отдать меня на растерзание диким зверям, Чонгук? - Там будут дрессировщики, Тэ. Тебе нечего бояться. Чонгук выдохнул, предложение было сделано, интерес Тэхена он увидел. Теперь дело техники. На завтра у них распланирована прогулка, во время которой Чонгук постарается побольше узнать о парне и поближе подобраться к нему. Приехать в Калифорнию они должны с уже подписанным контрактом, так как со стороны агентства он завизирован. Тэхен не стал садиться за руль после соджу, а вызвал «трезвого водителя». Когда авто остановилось возле отеля Чонгука, Тэхен, смотревший до этого в окно, вдруг резко развернулся к Чонгуку и взял его за руку. - Ты растравил меня своим проектом, дай глянуть распечатки. - Хорошо, тогда поднимешься со мной в номер? Тэхен кивает и просит водителя поставить машину на стоянку. Дождавшись, пока водитель отдаст Тэхену ключи, и, расплатившись за услугу, парни заходят в отель. В голове у Чонгука каша, такого он точно не ожидал. Даже в самых смелых мечтах он не мог предположить, что Тэ сам захочет пойти к нему в номер. В номере Чонгук идет в ванную комнату, моет руки и лицо, чтобы немного охладиться и остудить пыл. Главное, не принять желаемое за действительное. Возможно, Тэхен действительно просто впечатлен проектом и хочет поскорее увидеть материалы. Чон входит в комнату и видит Тэхена, стоящего у окна. - И часто ты сам составляешь рекламные проекты? Я думал, что дело фотографа – только претворять в жизнь чьи-то идеи. Чонгук подходит ближе и встает в метре от Тэ за его спиной. Их отражения видны в стекле окна. - С моим мнением считаются. Все мои идеи, как правило, дают хорошие плоды. Тэхен медленно разворачивается к Чону и подходит вплотную. - Конечно, как такому мужчине можно отказать? – эти слова звучат тихо, почти шепотом, в то время как оба неотрывно смотрят в глаза друг другу. Нельзя сказать, кто первым подается навстречу, но уже через миг губы Чона встречаются с мягкими податливыми губами, а бедра прижимаются к бедрам Тэхена. Руки того и другого хаотично снимают одежду, гладят, сжимают. У Чона срывает все заслонки, все мысли выветриваются из головы, он зацеловывает желанное тело жадно, неистово. Оставив парня в одном белье, он укладывает его на кровать, сдернув с нее покрывало. Тэхен обвивает его торс ногами, подставляя под поцелуи грудь и шею. Чон отрывается от сладкой кожи и смотрит в глаза Тэ, чей взгляд затуманен, а губы опухли. - Возьми меня, Чонгук. О, боже, как же я хочу тебя! С рычанием Чон вгрызается снова в эти необыкновенные губы, а затем опускается к бедрам Тэхена, снимая с него белье. Чонгук не был любителем минетов, тем более что не особо заботился об удовольствии своих партнеров. Но Тэхен вызывал в нем желание полностью удовлетворить, свести с ума так же, как и он свел с ума его. Оргазм накрывает Тэхена очень быстро, разморенный, он позволяет перевернуть себя на живот. Чонгук достает из лежащего рядом рюкзака смазку, греет ее в руке и дотрагивается до тугого входа. Тэхен стонет и шепчет имя Чонгука. Его голос – это какая-то магия. Даже он один способен заставить Чонгука кончить. Мужчина аккуратно растягивает его, выцеловывая шею и спину, а затем, надев презерватив, медленно заполняет собой. Стоны Тэхена становятся громче, он насаживается сам, движется в такт толчкам Чона, доводя его до самого пика. Чонгук понимает, что возбужден слишком сильно, чтобы долго терпеть, он ускоряется, просовывает руку под живот Тэхена, приподнимая его бедра, и надрачивая ему, сам приближается к разрядке. Почувствовав, как напрягся Тэ, Чонгук почти одновременно с ним приходит к финишу.