Пластырь

******

— Давай, быстрее! — подстрекала девушка, удаляясь всё дальше. — Я всё равно тебя догоню, дорогая, будь уверена! Курасан ускорился, настигая свою любимую. Вдруг, Чашечка об что-то стукнулась, от чего упала на листву. Подбежав, Круассан ужаснулся. От этого белого лучика солнца откололся кусок фарфора. На щеках Чашечки лились слёзы, а сама она выла от боли. — Держись, Чах, я тебе помогу. Курасан взял её на руки, хоть она и отговаривала его, ссылаясь на своё «нормальное» состояние. Круассан отнёс Чашечку к дереву на холме, где обычно сидел Замазыч. Он начал гадать, как помочь Чашечке, попутно разрываясь от её самочувствия. Пошерудив, он нашёл пластырь, да ни абы какой, а с йодом! Хоть это и не имело особого смысла. — Моя ты дурашка, надо смотреть куда ты бежишь — причитал парень, склеивая Чашечку — вот, как новая! — Спас-сибо, Кур-ря — всё так же навзрыд ответила фарфоровая. Курасан присел к Чашечке, и поцеловал в место ушиба. — У Кнайфа боли, у Брялка боли, у Нанс… У И Краткого боли, а у Чахи заживи! Кружка посмотрела на Круассана зарёванными глазами, и обняла со всей силы. — Что-обы я без тебя дела-ала-а — Тише, тише, дорогая — сказал Курасан, поглаживая её голову — тебе просто нужно выпустить эмоции.

******

— Курасан исключён!