"Мент поневоле"

Глава 2 —Что за…       Это были мои первые мысли, увидев, что творится в местном аналоге зомбоящика. А творилась там лютая жесть… Представьте фильм «Титаник», и поменяйте пол всем персонажам.       Леонардо Ди Каприо у нас теперь Леона Ди Каприо, а Кейт Уинслет, как уже многие догадались, Кит Уинслет.       И теперь кульминация, очень трогательный момент… Джек Доусон пожертвовал своей жизнью ради Розы…             Теперь поняли ёбаный пиздец данной картины? Что за хуйня тут блять творится?! Когда я увидел этот момент, где по идее должен был проливать слезы, я ржал как конь до такой степени, что в мою палату зашёл тот голубок. Посмотрел на меня так подозрительно-подозрительно, начиркал что-то на своём блокноте, и исчез. Ну и хер с ним. Меня сейчас волнует другое. Это что получается, я не просто в Марвеле, а в его параллельной вселенной, Земле-11? Эх, Зульфат, Зульфат… Ты даже и здесь мне помог. Если бы не твоя одержимость вселенной Марвел, чёрта с два догадался бы где я.       Отвлёк меня всё тот-же содомит… Ну просто язык не поворачивается назвать его по имени, он весь такой смазливый, накрашенный и прилизанный. Тощий, что спичка, и немного низкий. Хотя, женщины, что любят доминировать, как раз таких и любят, но это вкусы женщин. Бля-я-ть, о чём я сейчас думаю? Что там говорит этот дебич?.. — … И да, мистер Бонд. К Вам пришла мисс Джоанна, впускать её? — Спросил он, оторвавшись от папки. — Выпускайте Кракена, — махнул я на него рукой.       Как только я это сказал, он опять что-то написал на своей папке, развернулся и скрылся за дверью.       Пока никого нет, я обдумаю некоторые несостыковки, а то мне вот сейчас жуть как любопытно стало, почему я вдруг научился говорить так легко на английском? И что странно, говорю и думаю я на нём, как на своём родном. Только почему-то я не могу вспомнить как произносится и пишется любое слово на русском, будто я его нифига не знаю. А французский, который ещё учил в школе, я помню. Во странные дела… Попробовал сказать слово «Привет», а получилась какая-то чушь. — Ыурат... Пвпнло... Блять… — Уже смирился я, слыша свои жалкие попытки.       И с памятью у меня какая-то проблема. Я всегда знал полицейский устав департамента Нью-Йорка? И не только устав, но и законы. Ну-ка, скажу какую-нибудь лабуду, которая крутится у меня в башке… — 34 Кодекс США § 50501 — Определения: -(2)Синяя тревога Термин «Синяя тревога» означает информацию, передаваемую по сети, касающуюся — (A)серьезное ранение или смерть сотрудника правоохранительных органов при исполнении служебных обязанностей; (B)офицер, который пропал без вести в связи с выполнением служебных обязанностей офицера; или ©неминуемая и достоверная угроза того, что человек намеревается причинить серьезную травму или смерть сотруднику правоохранительных органов, — прошептали мои губы без единой ошибки. —Ч-что? — Со страхом в глазах я уставился на свои руки.       С десяток минут я смотрел на них пустыми глазами, ни на что не обращая внимания. Но меня всё же отвлёк стук в дверь. *тук-тук-тук* — Войдите! — Прикрикнул я чуть подрагивающим голосом.       Дверь в палату открылась, и сюда молча вошла молодая девушка на вид лет 19-20, в полицейской форме, с грудью второго размера и ростом где-то примерно метр шестьдесят-семьдесят пять. С чёрными, как смола, волосами средней длинны, узкой талией и бёдрами среднего размера. Но лица, к сожалению, не видно, потому что она опустила голову вниз и ее 8-ми конечная фуражка закрыла его.        Встала девушка около закрытой двери и даже с места не двигается, боясь вздохнуть. — Что стоишь, как бедный родственник? Присаживайся, расскажешь, что в мире творилось в моё отсутствие, — сказал я, немного посмеиваясь.       Если честно, меня позабавил её внешний вид. Стоит, как божий одуванчик. И что самое главное, этот одуванчик, это невинное создание, убило девять человек. Отняло девять человеческих жизней. Полностью и бесповоротно прекратила их существование на этом белом свете. Я думал, сюда войдёт тётенька лет 30-40 с заправским видом, и глазами, будто ей абсолютно на всех насрать, а тут такое.       Наконец она присела на диванчик. Коленки вместе, ладошки на них, да голову вниз опустила. — Сержант Джеймс, — сообщила очень важную информацию, как я понял, мой напарник, приятным женским голосом. — Мне доктора сообщили, что Вы очнулись, и я как смогла приехала сюда. Вот…– Помолчала несколько минут и продолжила. — Когда мы в отделении узнали, что вы смертельно ранены, и Ваша тогдашняя страховка не покрывала лечение, мы всем департаментом скидывались по столько, сколько могли. Некоторые даже в кредит деньги брали, чтобы оплатить Ваше лечение, — сказала она, немного ухмыльнувшись, затем подняла голову и поправила прядь своих волос. — Если говорить напрямую, мы всем департаментом хотели к Вам приехать, но повышенная преступность и Ваш лечащий врач отговорили нас. В Адской Кухне последнее время стало неспокойно. Там объявилась какая-то маньячка, которая убивает всех преступниц и наркодилерш. Наш шеф негодует по этому поводу и говорит, что «Какая-то блядская манда забирает всю нашу работу!», — это прелестное создание немного посмеялось своим мелодичным голосом, да и я немного ухмыльнулся. — Без тебя как-то скучно в участке… А по справкам говорят, что выпишут только через 3-4 месяца. — Через два месяца и двенадцать дней, если быть точным, — перебил её я. — Правда?! Это даже лучше чем я… чем мы надеялись, — запнулась она, и сделала вид, что ничего такого не сказала.       Лицо у неë было очень красивым. Тонкие губы, красивый, тонкий носик, и чуть румяные щёчки. Глаза это отдельная история… Они были цвета самой настоящей стали. В них я видел, что тебя хотят защитить, и в тоже время сами хотят защиты от этого ужасного мира. Вот так и хочется её прижать и защищать от всех, кто к ней прикоснётся. Некоторые говорят, что по глазам невозможно определить, какой пред тобою стоит человек, я тоже отношусь к таким людям, но всё-таки есть в них что-то эдакое… — Слушай, Джоанна. А давай после того, как меня выпишут, сходим куда-нибудь? А то у меня обнаружили амнезию, и воспоминания приходят небольшими отрывками. Мне нужна твоя помощь в этом проблемном деле, — сказал я, подмигнув. — Я, что? Я должна… Вы точно? Я не понимаю, — она резко отвернулась в сторону и прошептала. — Так, Джу, соберись! Не будь мальчиком, ты же женщина! Подумаешь, парень пригласил тебя на свидание… А вдруг это не свидание, а правда просто помощь? Даже если это просто помощь, я обязана как друг и напарник ему помочь. А вдруг это не «просто помощь», а что-то большее? Нет, я не могу о таком думать, он старше меня на десять лет. Я ему не подхожу. Молодая, глупая, сисек нет, да и жопа у меня маленькая. Всё, решено. Я… — Что это ты там шепчешь? — поинтересовался я, с немного приподнятой бровью. —Нет, ничего. Просто я это… как его… А, точно! Я что-то резко вспомнила, я забыла покормить свою домашнюю кошку, — лучезарно улыбнулась она.       «Какая кошка Джу?! Ты же не любишь животных! Тебя даже наши овчарки в департаменте не любят! А что делать, если вы страстно ворвëтесь к тебе домой, и он не обнаружит там никакой кошки? На этом же может закончиться ваша страстная ночь, так и не начавшись! Типа если я его обманула и мне это сошло с рук, то я могу это сделать вновь! О богиня, Джоанна, ты полная дура! Точно! Его же ещё не скоро выпишут, а только через два месяца. За это время я должна обзавестись кошкой! Решено, я это сделаю. На что не пойдёшь ради парня!» — Ну так что? Ты согласна? — От моего вопроса она подпрыгнула на месте и резко ответила с милой улыбкой на лице: — Да, почему бы и нет.       Вдруг, дверь резко открылась и показался тот голубок. — Мистер Джеймс! Ваш гость ещё не ушёл? Вам прямо сейчас надо проходить МРТ. Давайте быстрее, после Вас ещё должны исследоваться двенадцать человек! — Я пожалуй пойду, — Джоанна начала вставать с дивана. — Мне сейчас надо в департаменте разбирать кучу бумаг, и вместе с этим порадую женщин.       Она как пришла, так и ушла. Всё тихо, боясь спугнуть кого-то.        А вот и наша богиня показалась из-за двери со злобным лицом! — Я долго буду ждать, мистер Джеймс?! — Спросила с нажимом мой лечащий врач. — Да, да. Иду уже, — ответил я, вздохнул. А жизнь-то налаживается…