Ты

Глеб был уверен, что умер. Не мог не умереть. Та доза снотворного и слона бы свалила. Только почему-то под щекой все еще ощущалась любимая подушка. Ортопедическая. Таня подарила ее на Новый год. А сквозь веки пробивался солнечный свет. Открывать глаза было действительно страшно. Но неожиданно раздался какой-то шум. Было похоже, что кто-то гремит кружкой. Совладав с собой Глеб все же открыл глаза. Вокруг все та же комната. Их с Таней спальня. Бежевые обои, которые она выбирала. Совсем простые, без узоров, с едва заметной зернистый фактурой. Белая мебель. Фикус в углу. Со стороны кухни снова раздался шум, и парень все же поднялся проверить, что там происходит. ОНА была там. Стояла у плиты в его любимой рубашке. Той самой, чертовой черной рубашке, которую он не смог найти в день похорон. Таня варила кофе и тихо мурлыкала какую-то песенку. От этой картины у Глеба перехватило дыхание. Все получилось. Рыжая наконец почувствовала его присутствие и обернулась. Она смотрела на него своими невыносимо яркими глазами и нежно улыбалась. — Глеб… Это был очень солнечный день.