Не переходите улицу на тот свет.

Смена была очень тяжёлая, и я еле тащил ноги идя домой. Спина болела из-за радикулита и опоясывающих болей поджелудочной, и потому, сгорбившись, я опирался на палочку - так было гораздо легче, хоть немножко разгрузить мышцы поясницы. Легко станет только дома, когда я упаду на диван. А сейчас… сейчас мне надо преодолеть несколько проспектов, и небольших двориков утопающих в листве деревьев, от чего в наступающих сумерках будет уже совсем темно, и из-за каждого угла будут выглядывать страшные тени, принадлежащие толи местной шпане, толи чудовищам из книжек. Я ещё не решил кому именно, потому что полностью эти тени никогда не показываются полностью, лишь пугая и дразня мою буйную фантазию. Но гораздо больше я опасался проспектов. Машин, носящихся туда-сюда. Ведь никогда не знаешь, когда какому-нибудь водителю будет лень останавливаться на запрещающий сигнал светофора, и он переедет тихо бредущего пожилого человека с палочкой. А я ведь даже и отпрыгнуть не успею… Эх, да что далеко за примером ходить, только сегодня коллега на работе показывала по телефону происшествия в нашем городе, в видео внедорожник задавил на зебре двух женщин - одна ещё успела отпрыгнуть, а вторая даже и не смотрела в сторону приближающейся опасности. И вроде машина двигалась медленно, или это так казалось на записи, но женщина отлетела метров на десять как мешок картошки, и смешно дрыгала ногами… Внедорожник остановился, и из него вышел поп в рясе, посмотрел издалека на лежащую женщину, и… сел и уехал. Конечно не очень далеко, ведь номер машины на видеозаписи прекрасно было видно, так что его, наверняка, вскоре задержали. Хотелось бы верить. Но знаете. Мне хоть уже и 70 с лишним лет, но всё-ещё кажется, что жизнь только начинается, и что я ещё успею пожить, и все мечты ещё успею исполнить. Да и вообще, я ж ещё хоть куда! Сейчас только летняя жара спадёт, и обязательно начну бегать, и ещё в группу общефизической подготовки обязательно запишусь, и уж точно начну скакать как молодой. На светофоре тем временем загорелся зелёный свет и, поглядев налево, а потом направо, я быстренько засеменил, пытаясь пересечь проспект за отведённое время, и надо сказать, мне это не всегда удавалось, так что я на самом деле спешил. Дорога была неровная, вся пошедшая волнами будто вода на озере. Её недавно ремонтировали, лет может пять назад, но под колёсами автотранспорта она вся просела, образовав почти колеи. Четыре с одной стороны, и четыре в обратном направлении. Зимой тут будет совсем плохо: всё будет покрыто льдом, и упасть будет легче лёгкого даже молодому и здоровому, не то что мне, - а упав, без чужой помощи я не встану, силёнок не хватит. При этих мыслях меня неизменно охватывал ужас: дедушка валяющийся посреди проспекта и не могущий самостоятельно встать, что может быть ужаснее в моём положении! Но и сейчас, летом, ноги так и норовили запнуться за волнистую дорогу, и обратить их обладателя, тоесть меня, к полёту отбросив палочку, прямиком носом вниз. … А за углом этого садика, - на меня вновь нахлынули картины, рисуемые воображением, - стояла сгоревшая в 90-ые машина, я не знаю что с ней произошло, но любил представлять что она сгорела из-за бандитских разборок, или же рэкетиры стрясали деньги с несговорчивого бизнесмена. И может даже стрясли… и он остался один, без жены, дочери, машины, и даже без бизнеса… Наверное поэтому машину так и не увезли, не смотря на прошедшие 30 лет. И она стоит как памятник прошедшей эпохе. Правда сегодня её совсем не видать, темнота - глаз выколи. В этом дворике не было ни одного фонаря сколько я себя помнил. Только лужи. И жёлтые листья осенью. И сугробы зимой. Я ходил через этот дворик всю свою жизнь, сначала в школу, почему-то родители меня отдали именно в ту, дальнюю школу, хотя были и ближе и престижнее. Так и осталось в моей памяти кирпичное здание школы с ржавой табличкой адреса на нём. А потом этой же дорогой ходил в пед институт, в котором был единственным мальчишкой на потоке - все остальные девчонки. В цветнике оказался, в малиннике, как смеялись старшие. А потом и на завод ходил той же дорогой. Учителем по специальности не пошёл работать, какие зарплаты у учителей сами знаете… Так что после учебы пошел учеником на завод, слесарем-ремонтником авиационных двигателей. Зачем в педе учился, спрашивается… - Эй дедок, нет прикурить? - послышался пьяный голос с лавочки, выдергивая моё сознание из полёта по воспоминаниям вперемешку с мечтаниями. - Нет сынок, не курю. - ответил я, уже догадываясь, что последует далее. Так в мои времена окликали прежде чем в зуб дать. Так сказать, что б завязать беседу. - А если найду? - с лавки поднялась тень и направившись в мою сторону, с совершенно понятным мне намерением. Душа упала в пятки, убежать я конечно не мог. Только надежда оставалась, что бить будут не сильно. - С-сынок, д-да у м-меня и брать-то нечего, пенсии сейчас сами знаете какие, а квартплата и цены на лекарства - громадные. Вот даже работать на пенсии приходится. - заикаясь проблеял я делая шаг назад. - А мне, дед, пох*й. - и мой живот будто пронзило пламя, и затем оно пошло вверх, уперевшись в ребро. Ноги задрожали, подогнулись, и, кажется, опорожнив мочевой пузырь, я навзничь упал на землю. “Наверное это всё. Конец.” - мысль медленно шевелилась в сознании, ожидая, что сейчас, наверное, по огню в животе, к которому я усиленно прижимал руки, добавят пинком ноги. А может и не одним. Но ничего не происходило. Да и огонь в животе утих. Так что я осторожно открыл один глаз - урод стоял чуть поодаль, направив на меня телефон и видимо снимал. “Бл*, что в такой темени заснять можно!”. - поразившись я открыл второй глаз, и сел, что удалось на удивление легко, словно мне только что не нож в живот сунули, а подарили вторую молодость. - Аху*ть! - произнесла тень, снимающая на телефон. И замахнувшись рукой быстро двинулась в мою сторону. Даже в такой темноте я отчётливо видел как у мужика вытянулось лицо и округлились глаза. “Да уж, сесть было суперской идеей”, “уж лучше бы притворился дохлым, а потом вызвал скорую” - проносилось в голове на скорости света. Я вскочил, намереваясь дать дёру, хотя раньше для этого мне потребовалась бы помощь, и минут пять времени, видать верно говорят, что адреналин высвобождает внутренние резервы организма, вон и живот совсем не болит! А тень, тем временем, уже нависла надо мной, и его рука, с блеснувшим в темноте лезвием, неслась прямо к шее. я попытался отскочить, но запутался в неожиданно свалившихся штанах, и упал на пятую точку. Лезвие пролетело прямо надо мной, хотя мне показалось, что оно успевало перерезать мне горло, но ни боли ни дискомфорта не было, так что повезло. Тень же, кажется, ни на секунду не растерялась, и её лезвие уже мчалось вниз. Уклониться не было никакой возможности. И я, расширенными от ужаса глазами, увидел как лезвие пролетает сквозь меня, а бандит, потеряв равновесие, падает. Дальше произошло и вовсе нечто невероятное: его грудная клетка не уперлась в мою голову, а, кажется, моя голова проникла сквозь его одежду и рёбра, как в какой-нибудь компьютерной игре, бывает, камера пролетает сквозь текстуры, и я увидел его кровеносные сосуды, вздымающиеся лёгкие, пищевод, и бьющееся сердце. Подняв руку, с интересом потрогал его сердце, а потом сжал. Массивное тело в конвульсиях задёргалось и затихло. Наступила тишина… Немного успокоившись, я попытался выбраться из-под бугая, и, к удивлению, никаких сложностей не возникло: вставая я просто проник сквозь лежащее тело, и уже стоял оглядывая поле боя. Вот лежит противник с небьющимся сердцем, а вот… вот лежит тело какого-то старичка в луже крови, который обеими руками зажимает рану в животе… Кажется… это был я… Взвизгнули тормоза, и в дворик влетела машина с ярко горящими фарами. Цвет машины невозможно было разглядеть из-за темноты и слепящего света, зато дворик осветился, и теперь можно было более подробно осмотреть два лежащих на земле тела. Сомнений не было, одно из них было моим, а второе принадлежало Серёге из третьего подъезда, не сказать что мы были знакомы, но всегда здоровались. Кто бы мог подумать, что он меня пырнёт… Из машины вышел мужчина, и направился в мою сторону. Всё было понятно. Вот лежит моё остывающее тело, а это значит работник небесной канцелярии, её филиала на земле. Я, воспитанный в СССР, и будучи партийным в те годы, конечно же всю свою жизнь не верил ни в чёрта, ни в бога, ни в загробную жизнь, и был глубоко убеждён, что после смерти, там, ничего нет. Даже пустоты. - Роман Александрович? - прервал мои размышления подошедший агент небесной канцелярии. Мне он показался очень высоким и широкоплечим, кажется, я ему не доставал даже до груди. Великан какой-то. Что б посмотреть ему в лицо, надо задирать голову. А его плечи… - Да, это я. - неожиданно высоким голосом пропищал в ответ. Наверное это из-за стресса что-то с голосом. Не каждый день всё-таки умираешь. А может все души тоненьким голосом говорят? Кто ж его знает. Я среди мёртвых первый раз. - Следуйте за мной. И поторопитесь. А то сейчас сюда полиция приедет и у неё появится к вам много много вопросов, сами понимаете. - Сказав это, мужчина развернулся и пошёл к машине. Да, я понимал… понимал что нихрена не понимаю! И вообще хотел просто проснуться у себя дома на диване под одеялом рядом с телевизором, а потом рассказывать знакомым, какой презабавный сон приснился. - Ай! - ущипнуть себя не помогло! Агент лишь покосился в мою сторону и продолжил движение к машине. Должно быть, он многих подобных мне препроводил. Что ж, ему лучше знать что делать, и я пошёл к машине. Только сразу споткнулся - ноги опять в чём-то запутались. Посмотрев вниз, я увидал тонкие угловатые ноги подростка, без единой волосинки. Футболка, как балахон, бесформенно свисала почти до колен. А штаны безразмерной кучей болтались на ступнях. “Ага, теперь понятно что мне помешало - просто штаны свалились” - с этой мыслью я наклонился и попытался натянуть штаны, но не тут-то было, они мне явно были велики размеров на дцать. Чертыхнувшись, просто бросил их на землю, и, перешагнув, последовал к машине прямо босиком. Ботинки остались лежать под штанами свалившись с ног. Поколесив по ночной Москве, машина подъехала к огромному сверкающему зданию с бесчисленным числом этажей. Выйдя из машины и запрокинув голову, я прочитал большие буквы “ARK inc”, название мне ни о чём не говорило, так что просто последовал за агентом. Стеклянные двери гостеприимно разъехались в разные стороны, в просторном холле с мраморными колоннам стояли несколько кожаных кресел и диванов для посетителей. По центру залы из вычурной кадки росла огромная пальма, раскинувшая листья где-то на высоте второго этажа, а у противоположной от входа стены стояла высокая стойка администратора, доходившая мне до подбородка. В такой обстановке я начал чувствовать себя ребенком, попавшим в мир взрослых, и из памяти услужливо всплыли воспоминания, как в детстве лазал под стол. Наверное, в небесной канцелярии специально всё такое большое, что бы привить смертным уважение перед Богом-отцом - мигом придумал я разумное объяснение, но тут увидел большое зеркало у стены, и замер как громом пораженный: на меня из зеркала смотрела худенькая и угловатая девочка-подросток лет 15-ти, моя футболка бесформенной туникой на ней свисала почти до колен, а серебристые и чуть волнистые волосы были длиною ниже пояса. - Абалдеть! - и тут я, кажется, потерял сознание.