Наказания

Это было настолько острое лезвие, что можно было порезаться, просто взглянув на него. Сталь, которая блестела так идеально, что могла ослепить кого-то не из-за интенсивности блеска, а из-за того, насколько она была прекрасна. Замысловатые, похожие на шипы узоры, которые оплетались от черной как смоль рукояти до кончика лезвия, приводя к форме сердца у вершины, который по какой-то причине был темно-оранжевым и был покрыт стежками. Но единственное, на что она могла сосредоточиться, это отражение лезвия. Она могла видеть лицо, которое не принадлежало ей, безумно ухмыляющийся перед оружием, которое она держала в руках. Она могла видеть своё настоящее лицо в нескольких сантиметрах от демона, искажающий ее собственное. И, что более важно, она могла видеть безжизненное тело, лежащее в луже его собственной крови, голову, расколотую надвое, мозг, кровь и органы, вытекающие из него, когда ему вырвали позвоночник. И она была вырвана только потому, что она заботилась о нем. Потому что она… потому что она… Аса Митака, несмотря на то, что сейчас у неё не было легких, хватала ртом воздух. Йору только продолжала улыбаться. — Я знаю, — сказала она, все еще изумляясь своему мечу. — Захватывает дух, не правда ли? Это, вне всякого сомнения, лучшее оружие, которое я когда-либо создавала — Йору усмехнулась, звук был гораздо более зловещим, чем что-либо, что мог бы издать человек. А Аса продолжала смотреть на труп Дэнджи. Дэнджи, парень, который, несмотря на то, что обкрадывал бездомных бомжей, был позером Человека Бензопилы и просто придурком, был тем, кто помог ей, когда она чувствовала себя такой бесполезной. Он говорил ей, что с ней весело, даже когда она ела отвратительную звезду. Дэнджи выслушал её и по-прежнему был готов проводить с ней больше времени даже после такого ужасного свидания, увидев, насколько жалкой она могла быть, и взамен? Она помогла убить его. — Мы сделали это, Аса — Йору склонила голову, размышляя. — Без твоих чувств я не смогла бы сделать клинок, но без своих сил я бы не держала в руках такое великолепное оружие. Хм. Я никогда раньше не задумывалась о деталях. Её тело, по сути, было телом призрака, ни в малейшей степени не реальным, но это не остановило её дрожь и тряску. Кровь, которой у неё не должно быть, превращалась в лёд и заставляла несуществующее сердце разрываться с каждым медленным, предсмертным ударом. — Точные права собственности не так важны. Но я могла признать, что ты была неоценима, превратив этого человека в шедевр. «У меня больше опыта в свиданиях. Я научу тебя, как устраивать самые лучшие свидания в мире!». Это были его последние слова. Искреннее предложение стать её парнем. Это было последнее, что он сказал перед тем, как был убит монстром с ее лицом. Аса уставилась на Йору, лицо всё ещё было бледным, а фальшивое тело тряслось от множества эмоций. Йору, наконец, отвела взгляд от своего меча, а затем улыбнулась во все зубы, с безумным блеском в глазах, который заставил бы ее вздрогнуть, если бы она уже не дрожала. — Хорошая работа, Аса, — сказала она — Ты должна гордиться. Ее тряска прекратилась. Весь ее разум стал пустым, когда она обрабатывала эти слова. Пока она не вспомнила лицо Дэнджи, его кривую ухмылку, когда он утешал её в том аквариуме с морскими звёздами, не услышит его искреннюю радость, когда он назвал ее интересной и сказал, что ему весело, парню, которого она никогда не узнает больше, потому что он мёртв и она убила его, она убила его, эта сука убила его... — Аса. Она ударила её. Или вернее пыталась. Единственное, что сделал её кулак, это безвредно прошёл через Йору. Но этого было достаточно, чтобы стереть улыбку с лица демона, когда она от удивления отступила. — Что с тобой не так!? — Аса взвизгнула, слезы свободно текли по ее истеричному лицу. — Что? — в непонимание сказала Йору — Как, как ты могла это сделать!? — Аса никогда в жизни так громко не кричала. — Как ты могла убить его!? — Таков был план всё… — Да пошла ты! — Аса нанесла ещё один удар, но снова безрезультатно. — Я не хотела проходить через это! Ты могла читать мои мысли, ты знаешь, что я не хотела этого! Ты сказала, что чувствуешь то же самое, что и я к нему! — И? Что с того? — спросила Йору, даже не моргнув, когда Аса наносила удар за ударом по её лицу. — Это не мои собственные чувства, они твои. Почему они должны иметь для меня значение? — Почему… — Аса перестала бить, ярость лишила её возможности говорить на секунду. — Даже если бы они не были твоими, разве тот факт, что я не хотела, чтобы он умер, ничего для тебя не значило ? кто-то, кто действительно хотел быть со мною?! Йору ничего не сказала. — Если ты действительно чувствуешь что-то к Дэнджи, как я, ты должна была остановить себя от причинения ему вреда! Мы могли бы найти другого человека, чтобы превратить его в оружие, против твоего тупого плана против Человека Бензопилы! И это было бы лучше, чем убить Дэнджи! Потому что только монстр убивает того, кто ему действительно дорог! Йору так же ничего не сказала. Аса задыхалась от несуществующего дыхания, ярость пылало сильно, слёзы все еще затуманивали ее зрение. — Как… как ты могла, Йору? — спросила она. —Как ты могла...? Бесстрастное лицо Йору не дрогнуло всё это время, пока Аса кричала. Она даже не моргнула во время своей тирады. Затем, она очень медленно наклонила голову. — О, Понятно, — сказала Йору, и Аса… Аса никогда раньше не слышала, чтобы Йору говорила таким тоном. Такой отстраненный и холодный, что воздух вокруг неё казался жутким; тяжёлый, даже когда Йору говорила едва слышным шепотом. Несмотря на свой гнев, Аса сглотнула. — Понятно… что понятного? — спросила она. — Произошло недоразумение, — сказала Йору, оборачиваясь. — Один, который я должна была исправить некоторое время назад. Взгляд Йору блуждал, и когда Аса проследила за ней, её взгляд остановился на кошке, дремлющего на коротких оштукатуренных стенах, которые служили перилами для пола, на котором они стояли. — Ты любишь кошек, да? — спросила Йору. — Что… Йору взмахнула мечом. И хотя она была в восьми метрах, кошка была разрезана на миллион кусков плоти, разлетающихся во все стороны. Так же, птицы, летящие в небе, как и огромный рекламный щит и крыши примерно дюжины разных зданий, и такая же участь ждала облака в небе. Челюсть Асы отвисла, глаза расширились от ужаса. Она могла слышать, как люди внизу закричали, когда трупы птиц или части зданий упали на землю, и как те же резкие ветры, рассекавшие облака, внезапно пронеслись по городу, как ураган. — Йору! — закричала Аса, потрясение исчезло, когда она обернулась. — Что ты... Её слова умерли жестокой смертью, когда она увидела Йору, держащую меч в нескольких миллиметрах от её шеи. — О, извини, — сказала Йору с такой сладкой улыбкой, что она казалась липкой. — Ты бы предпочла, чтобы вместо этого я причинила вред твоему телу? — Она поднесла меч ближе, и хотя меч не касался её тела, на шее образовалась кровавая рана. — Й-Йору, что ты делаешь!? — Аса подошла ближе, чтобы сделать что-то, что помешало бы Йору причинить вред себе, другим людям, кошкам или чему-то еще, что пришло в её сумасшедшую голову. Но не успела она сделать и шага, как меч был направлен прямо ей в горло. Несмотря на то, что она была неосязаемой, каждый голос в её голове, тот маленький инстинкт, который всегда предупреждал ее об опасности, кричал ей, чтобы она остановилась. И ледяной взгляд Йору заставила её даже не дернуться. — Ты забыла, кто я, Аса, — прошептала Йору, перекрывая резкий ветер, плоть на ее шее снова срослась, когда рана исчезла. — Позволь мне исправить это. — Аса... — начала она, и хотя они были одного роста, Йору властно смотрела на неё сверху вниз. — Я, война. Само моё существование связано с концепцией, состоящей из боли, насилия и, прежде всего, конфликта. Возможно, твой вид не помнит этого, даже загрязнили его определение с течением времени, но война, настоящая война, это конфликт в чистом виде. Нет границ, которые нельзя было бы пересечь. Нет цепей произвольных правил, которыми ты не должна насильно связать себя. Нет чувств, которые удержали бы тебя от последнего шага к победе. Война: побеждай своего врага любыми и всеми необходимыми средствами. Йору подняла клинок, и в отражении на неё смотрело широко раскрытое, испуганное выражение Асы. — И чтобы победить моего врага, я буду использовать всё, чтобы выиграть свою войну. Превратив всех, кого я встречу в оружие, которое буду использовать против него. Будь то животное, человек, демон, ангел, я добавлю их в свой арсенал. И это то, чем ты являешься, Аса Митака: моё оружие. — В голосе Йору не было ни намека на эмоции или что-то человеческое. Она опустила меч и наклонилась так близко, что всё что могла видеть Аса, это жёлтые, мертвые глаза. — Ты. Моя. Собственность... Ты жива, потому что я не хотела ослаблять себя ещё сильнее и тратить пять секунд, которые потребовались бы, чтобы найти труп и превратить его в демона. В тебе никогда не было ничего особенного. Или в наших «отношениях ». В тот момент, когда ты умерла, ты перестала быть человеком и стала моим оружием. Йору отступила назад и широко раскинула руки, указывая на разрушения позади неё, кричащих людей и даже куски кошки рядом с трупом Дэнджи. — Поэтому нет, я не буду принимать во внимание твои чувства. Нет, я проигнорю все твои опасения и убью людей, которые тебе или мне могут быть дороги. Я совершу все грехи, все злодеяния, известные человеку и демону, что угодно, даже самое отвратительное, если это означает победу над этим проклятым Героем Ада! — К концу Йору задыхалась от гнева, ярость, исходящая от нее, как волны, заставляла Асу отступать, пока она не упёрлась в стену, она знала, что может пройти сквозь нее, но ее собственный ужас заставил её забыть и об этом. Медленно Йору стала тяжело дышать, откинув назад волосы, упавшие ей на глаза, и блеск её лица с пренебрежительной лёгкостью пронзили Асу. — Мы не друзья, — сказала Йору изо льда и злобы. — Я Госпожа, — она указала на себя, а затем на Асу, — а ты, жалкая рабыня. Аса даже не дышала. Это было почти смешно. Она знала, что Йору не человек. Она знала, что ей нет дела до людей. Она знала, что единственная причина, по которой она оживила ее, была в первую очередь шанс победить Человека Бензопилу. Но это был первый раз, когда она увидела, насколько ей все равно. Когда люди кричали от ужаса, кровь повсюду на полу, и парень, который мог быть чем-то особенным для неё, лежит мёртвым на земле, во всём виновата она, и всё это время Йору смотрела на неё, как будто она была меньше, чем грязь, это ударило по ей, больше, чем когда-либо прежде, что существо перед ней не было человеком. И ей никогда не быть. Ей нужна человечность, чтобы быть одним из них . — Ты… — рычала она, сжав кулаки до побеления костяшек, слёзы снова жгли глаза, и, как бы ей ни хотелось видеть, только гнев заставляло её тело дрожать, ужас, который она чувствовала от того, что Йору буквально обладала её телом никогда не было таким огромным. — Монстр. — Нет, Аса. — Жёлтые глаза, во всех отношениях нечеловеческие, встретились с ее черными, полными слез глазами. — Я Демон. Аса продолжала смотреть, а Йору и глазом не моргнула. Затем Йору обернулась. — Но радуйся, Аса. Я очень щедрая. — Она посмотрела на меч и улыбнулась. — За то, что ты предоставила мне такое славное оружие, я обязательно сдержу нашу сделку. Когда я убью Человека Бензопилу, ты можешь быть свободной от меня. Аса открыла рот, чтобы закричать на Йору, кричать, пока ее голос не сорвётся, что ей наплевать на их сделку после того, что она сделала, что она скорее умрёт, чем поможет Йору после того, что она сделала. Но потом она что-то услышала. И от этого звука что-то холодное пробежало по её позвоночнику. — Я даже дам тебе ещё несколько наград, — сказала Йору, не замечая звука. — Йору, — сказала Аса, дрожа оглядываясь по сторонам, и снова услышала звук, на этот раз громче. — Как насчёт того, чтобы дать тебе голову Человека Бензопилы в качестве трофея… Вообще-то, нет, подожди, я хочу её. Хм. О, я знаю, придётся съесть ещё одну рыбу за всю свою жизнь. — Йору, — сказала Аса, и в её голосе просочился страх; страх, который резко возрос, когда она снова услышала этот звук. — Что, недостаточно ещё? Хорошо. Как насчёт того, чтобы я нашла Демона Справедливости, и заставила Человека Бензопилу съесть его, и тогда он перестанет существовать, и Юко снова станет твоим другом… — ЙОРУ!!!! — Что?! — выплюнула Йору, наконец повернувшись к ней лицом. — Я не отдам тебе голову, Аса, она моя… — Ты слышала это? — прервала её Аса, широко распахнув глаза. — Слышала что... — нахмурилась демон. Шум повторился эхом, и Йору замерла. Это было подтверждение, который она нуждалась. Голова Асы моталась во все стороны, пытаясь понять, откуда исходит этот звук. Потому что для неё это… это звучало как двигатель. И, если быть точнее, это звучало почти точно так же, как звук... Аса снова услышала его, и на этот раз она могла сказать, откуда он исходил: сзади неё. Куда она старалась не смотреть, потому что не хотела видеть труп Дэнджи. Сердце бешено колотилось, Аса обернулась. Её глаза расширились. Она увидела Дэнджи Дэнджи, который сидел. Не мёртвого. Аса не должна была испытывать ничего, кроме радости, увидев его живым, но вместо этого всё, что она чувствовала, было холодом, всепоглощающий холод. Дэнджи слегка наклонился вперёд, его волосы тенями закрывали ему глаза, но она могла различить во рту какой-то кусок мяса, пережевываемый острыми зубами, и взгляд на кусочки трупа кота рядом с ним дало ей подсказку, что он ел. Но не факт того, что он ел кошку, заставили её колени дрожать. Дело было не в том, что он был устрашающе тихим, чем она когда-либо могла себе представить от такого громкого, но странно позитивного человека. Нет, что привлекло её безраздельное внимание, что наполнило её сердце цементом, так это то, что его рубашка была закатана, а на груди у него была черная тонкая веревка, за которую тянул его палец и которая была источником услышанного ею звука. Такой интенсивный, металлический скрежещущий звук, который мог издавать, только когда набирало обороты… Бензопила. И вдруг, без предупреждения, она вспомнила тот день, когда впервые встретилась с ним, и нелепую ложь, которую он сказал ей в тот день... Это была суровая, ужасающая правда. — Я знаю, потому что я… — Человек Бензопила! — закричала Йору с маниакальным и кровожадным взглядом... И когда весь остальной мир погрузился во тьму, и единственным звуком, которую она могла разобрать, было её сердце, бьющееся как самый громкий барабан, которую она когда-либо слышала, единственной мыслью, которая пришла в голову Асы в ужасе и панике, была… « Он действительно Человек Бензопила » Аса рассмеялась сквозь слёзы, вызванные столькими разными эмоциями. Йору закричала от чистой ненависти. — УМРИ!!! — Йору взмахнула мечом, и в одно мгновение лезвия невидимого сжатого ветра разорвали пол и близлежащие квартиры в клочья, и все они направились к Дэнджи. Его единственным ответом снова потянувшисься стартер, и на этот раз «врум», похоже, исходил от хора бензопил. А потом… Аса не совсем понимала, что произошло. В одно мгновение смерть приближалась к Дэнджи. Но в следующее мгновение, когда её взгляд был заполнен только цепными пилами, которые каким-то образом врезались в её душу, его место занял монстр. Лезвия ветра ударяли не в плоть, а в твердую, похожую на панцирь броню, которая была чисто черной и даже не царапала его, а затем каким-то образом растворялась в ничто. Броня, которая была поверх чего-то гуманоидного, с такой же бензопилой, торчащей из головы, как у Дэнджи, — который выглядел достаточно острым, чтобы прорезать что угодно. Как и четыре другие руки с цепными пилами, вырастающими из туловища, и даже шарф из кишок выглядел смертельно острым. Монстр был три раза больше её, кровь текла из каждой поры его тела, но оно всё равно стояло высоко и величественно, несмотря ни на что. И хотя у него не было глаз, Аса чувствовала что-то древнее и могущественное. Она посмотрела на Йору, её наполнило внезапное чувство кончины; ощущение, что она была в одном дыхании от того, чтобы сдохнуть. Ни одной вмятины на его доспехах, он стоял неподвижно, как статуя. — Беги, — сказала Аса. — Человек Бензопила, — прорычала Йору, дрожа от ярости. — Думать, что ты был парнем Асы... Это Бензопила ничего не сказал. Аса пыталась схватить Йору, даже зная, что она просто пройдёт насквозь. — Бежим! — Я ждала этого дня веками, Герой Ада, — продолжила Йору, игнорируя её, они не должны были сражаться, а лучше бы бежали и никогда не останавливались, — Во-первых, я хочу кое-что сказать тебе Аса: я была права, насчёт его в крыше! Кто теперь тупая, а, Аса?! Он до сих пор не издал ни звука и даже не дернулся. — Йору, пожалуйста, — умоляла Аса, слёзы лились ручьём, чувство страха было настолько сильным, что она едва могла дышать. — Пожалуйста, беги! Единственным ответом Йору было поднятие клинка, встав в боевую позу, как будто она собиралась броситься на монстра, а не на верную смерть. — Приготовься, Человек Бензопила. Сегодня тот день, когда я заставлю тебя выплюнуть обратно ядерное оружие… Внезапно оно оказалось прямо перед ними. Не было никаких признаков того, что он двигался. Никаких признаков того, что он использовал какую-то способность. Всего заодно мгновение оно было далеко, и вдруг оно встало так, как будто всегда был там всё это время. Глаза Йору расширились, и ещё одним мгновенным движением его рука схватила её меч и раздавила его на миллион кусочков. Затем, когда осколки упали на землю, он схватил Йору за горло так быстро, что она снова не заметила его движения, и начал душить её. А также душить жизнь Асы. Она задыхалась, весь воздух вышел из ее тела, хотя это должно было быть невозможно. Ей никогда не было больно, когда Йору захватывала её тело, но теперь она чувствовала, как пальцы острее любого лезвия пронзают её кожу, удерживая ее в удушающим захвате, из ее шеи течёт кровь. И она почувствовала что-то ещё. Что-то вгрызались в каждый миллиметр её тела и даже больше, как будто что-то невероятно острое отрезало самую ее сущность. — Т-ты, — выдавила Йору, её лицо быстро посинело. Но даже тогда, когда её величайшее оружие было легко сломано, она протянула вперёд одну руку, словно пытаясь убить чудовище голыми руками. — У-ублюдок. Я убью… Другой рукой он схватил вытянутую руку Йору и начисто оторвал её. Аса закричала бы от чистой агонии, если бы могла. Но поскольку монстр всё ещё душило её, всё, что она могла издавать, — это стон. И Йору вообще не восстанавливала после атаки. Её глаза стали еще шире, и впервые она увидела страх в её жёлтых глазах. Оставшейся рукой она вцепилась в руку, державшую её, так сильно, что её пальцы были в крови. Но монстр ничего не чувствовал. Медленно существо, называющее себя Человеком Бензопилой, поднял Йору в воздух, и Аса последовала за ней, оторвав ноги от земли и вставая бок о бок с Йору. Они были в нескольких сантиметрах от его лица, и Аса чувствовала, как его теплое, рычащее дыхание коснулось её лица. Пахло нефтью и кровью миллионов. — Подожди, — выдохнула Йору. — Я вселилась в человека! Не убивай её! Ты не можешь убить её, ты Герой… Она чувствовала адскую боль. Раздался звук хруста, и Аса закричала бы от того, что ей сломали шею, но каким-то образом осталась жива, если бы её зрение не побелело от боли. Она не была уверена, как долго мир был белым, но когда к ней вернулось зрение, она увидела, как голова Йору обмякла, глаза закатились, когда она потеряла сознание от боли. Оставив её наедине с «Героем». Каким-то образом он встретился с ней взглядом. — Мне жаль! — закричала она, неуверенная, слышит ли он ее или хотя бы понимает сквозь ее тарабарщину, но все еще пыталась, потому что это её последняя надежда, потому что она не хочет умирать или, или того хуже ! — Пожалуйста, Дэнджи! Не убивай меня! — Она могла видеть свое истерически рыдающее лицо на металлической поверхности там, где должны были быть его глазницы. — Прости. Ты… ты мне действительно нравишься. Это ничего не дало. Всё, что он сделал, это открыл рот. Перед лицом ужаса, выходящий за рамки её воображения, Аса ничего не могла сделать, кроме как кричать, кричать и кричать, пока её и Йору затягивали в настоящие глубины ада. — Дэнджи... **** Во рту у него был странный привкус. Дэнджи устало открыл глаза. Он лежал на полу, но уж точно не с Наютой, Мявкой или собаками. Сев, он оглядел кота, отдыхающего на подоконнике, и голубей, которые стояли рядом с котом, как будто им было все равно. Он уставился на чертовски чистую комнату, ни единой пыли на любой части, которую он мог видеть. Однако на его одежде было гораздо больше, чем несколько царапин. Его джинсы были порваны, туфли, казалось, взорвались изнутри, а рубашка… « Блин. Моя любимая! » Дэнджи вздохнул, глядя на изодранные остатки своей рубашки. А потом он посмотрел на шнур, свисавший с его груди. Шнур с засохшей кровью. Что-то шевельнулось в уголке его зрения. Он повернулся. Там был Почита и смотрел на него большими грустными глазами. Его лучший друг медленно придвинулся ближе, а затем прыгнул к нему, приземлившись ему на грудь и заставив Дэнджи издать удивленный стон. Почита быстро начал тереться о его голую грудь, издавая тихие, успокаивающие звуки. Почита внезапно укусил его, и, скривившись от боли, он посмотрел на своего друга. Почита смотрел взглядом, который умолял его не поднимать глаз. Дэнджи уставился на него. Он снова вздохнул, а затем начал медленно гладить Почиту. — Не волнуйся, Почита, — сказал он, а затем поднял голову. И ничего там не увидел. Только идеальная дверь из нержавеющей стали, которая выглядела так, будто принадлежала какому-то заключенному. Дэнджи продолжал смотреть на дверь, как долго, он понятия не имел. В конце концов, когда он посмотрел вниз, Почита исчез, и он был один. Самый сильный вздох, который он когда-либо делал, сорвался с его губ. — Все всегда кончается одинаково, — пробормотал он и встал. Он спустился по лестнице здания, прошел мимо рекламы выставки о морских звезд в аквариуме — а там были только ядовитые, — а затем, когда он уже собирался выйти на улицу, полную счастливых и улыбающихся людей, он плюнул в землю. — Мне нужна жидкость для полоскания рта. — Вкус во рту стал настолько плохим, что он, честно говоря, начал плакать. ***** Как будто это никогда не было чем-то вроде понятия, каждый человек и демон забыли о демоне, известной как «война». Ни один из этих людей или демонов никогда не вспомнит, что «война» когда-либо существовала. Точно так же, как никто из них не вспомнят... Асу Митаку.