Из Пусана, с любовью

***

Они стояли друг напротив друга словно боксеры на ринге. Тэхён чувствовал себя странно. За прошедшие недели он успел относительно свыкнуться с мыслью о том, что с ним теперь будет жить Чон. Но одно дело уложить это в своей голове и совсем другое — столкнуться с ним лицом к лицу. Не сказать чтобы Тэхён за свою жизнь не видел красивых парней. Да до хрена. Но было что-то во внешности Чонгука, что цепляло. Не позволяло отвести взгляда от его светлой, почти молочной кожи, чуть вьющихся волос, пухлых губ и больших карих глаз. Дьявол. Он выглядел как ангелочек. Но при этом в его глазах плясали такие черти. Тэхён откашлялся. — Что ж, — произнес он, не узнавая собственный голос, — пойдем, покажу тебе твою комнату. — Чоли уже показала ее мне, — презрительно фыркнул Чонгук, почти закатив глаза. Ну, конечно. Мама не могла оставить гостя просто так. Еще, наверное, и комнату проветрила, и белье свежее постелила. А вот родного сына о надвигающейся катастрофе предупредить не удосужилась. — Прекрасно, — Тэхён решил не вестись на сучистый характер этого мелкого говнюка. Он ведь действительно мог с ним почти не пересекаться. — Я в душ. Чувствуй себя как в гостях. — Так не говорят, придурок, — Чонгук проводил его взглядом. — Как у таких родителей мог родиться такой сын. — Встречный вопрос, — Тэ, не оглядываясь, пожал плечами и скрылся в ванной. Этот пацан едва появился в его квартире, а уже сильно раздражал. Игнорирование. Вот то единственное, что могло его спасти. После душа стало немного лучше. Тэхён смыл с себя соленую морскую воду и остатки песка. Потом на всякий случай побрился, хоть щетина и почти не росла. Но папа как-то по секрету сказал ему, что брился почти каждый день лет до двадцати, чтобы у щетины хотя бы появился шанс. Завернувшись в чистое полотенце, Тэхён вышел в коридор и едва не столкнулся с Чонгуком. Тот то ли караулил под дверью, то ли шел мимо. — Блядь, ты не мог одеться? — возмутился он, отпрянув от Кима. Сам он уже успел нацепить шорты и футболку. — Я у себя дома вообще-то, — парировал Тэхён. — Тебе что-то нужно? Чай, кофе, сцедить яд? — Когда я захочу что-нибудь сцедить, — Чонгук пошло двинул бедрами вперед, — я обязательно позову тебя на помощь. Но пока что мне нужно зарядное для телефона. Я еще не разобрал вещи. — Не хочу тебя разочаровывать, но придется. Ты не в моем вкусе. Так что как-нибудь сам уж, — ответил Тэхён, направившись в сторону лестницы. — Ну, чего встал? Пошли, дам тебе шнур. Чонгук быстро нагнал его и стал подниматься следом. Тэ буквально кожей чувствовал его взгляд. Тот был не то чтобы раздевающим, но горело от него все знатно. А еще он ждал, что же ответит Чон. Промолчать тот просто не мог. — Вот смотрю я на тебя, Ким, — приторно-сладким голосочком протянул этот пиздюк, — и думаю, кто же может быть в твоем вкусе. Немытые и волосатые американки? — А то ты перевидал так много американок, — Тэхён закатил глаза, подавив смешок. Чонгук кусался. Но не больно. Впрочем, не стоило сильно обольщаться. Наверняка, еще успеет показать зубы. Открыв дверь спальни, Тэхён бегло осмотрел комнату, подмечая, не раскидал ли где-то трусы или еще что. Но все выглядело прилично. Удивительно. Любовью к порядку, совершенно невзаимной, он явно пошел в своего отца. — Здесь воняет так, будто ты заперся и месяц дрочил, — Чонгук застыл на пороге и сморщил нос. — Годы идут, а ничего не меняется. Тэ лишь показал ему средний палец и на всякий случай открыл окно. На самом деле ничем в комнате не пахло. Но он решил перестраховаться. Потому что, ну, да, он порой дрочил. А кто не грешен? Достав из верхнего ящика тумбочки шнур и зарядное, Тэхён кинул их Чонгуку. Тот ловко поймал, почти не глядя. Реакция у него была поразительной. Видимо, занимался каким-то спортом. Впрочем, это было понятно и по его подтянутой фигуре. Хотя, похуй, Тэхёну это было неинтересно. — Что уставился? — он вопросительно выгнул брови. — Вали. — Ты чертов пещерный человек, — Чонгук закатил глаза. — И что? — фыркнул Тэхён. Он уже немного продрог в одном полотенце, да и препираться с этим мелким паскудником пропало всякое желание. — Пожалуешься моим родителям? — Пидор, — Чонгук презрительно сощурился и, развернувшись, ушел. Тэ с демонстративным грохотом захлопнул за ним дверь. Потом скинул полотенце и упал на кровать. Он не мог понять своей реакции. Чонгук раздражал. До зубовного скрежета. И это было не только влияние детских воспоминаний. Он успел вывести его из себя и своим нынешним поведением. Удивляло другое. Реакция собственного тела. Да, Чонгук оказался смазливым до чертиков, но какого дьявола, почему Тэхёну так хотелось зажать его где-нибудь в углу и выбить всю дурь из его задницы.

***

Юнги: И что, не хочешь взять его с собой на вечеринку? Тэхён: Да на черта он мне сдался. Еще смотреть, чтобы его кто-нибудь не споил и не выебал Тэхён: Родители мне за него потом голову открутят Тэхён: Ему только в прошлом месяце семнадцать исполнилось Юнги: А что, могут захотеть выебать? Он красавчик? Тэхён: Угомонись, он младше тебя почти на пять лет Тэхён: Правда у него на лице буквально написано: дорогие предки, я пидорас Юнги: Прямо как у нас с тобой))) Тэхён: Сучка ты, Мин Юнги Юнги: Жду тебя в девять) Тэхён заблокировал телефон и поднял глаза. Он сидел в плетеном кресле на балконе и курил. Пепельница стояла рядом на столике. Чонгук подошел совсем бесшумно и застыл в проеме балконной двери. — Красивый вид, — выдержав театральную паузу, произнес он и царственно опустился в свободное кресло. Потом достал из кармана пачку каких-то незнакомых сигарет и тоже закурил. У Тэхёна за его почти двадцать лет не было особых кинков. Да, ему нравились некоторые вещи в порно, которое он смотрел. Но по сути было мало чего, что его конкретно заводило. Но, похоже, всему когда-то приходит конец. Или начало. Чонгук курил как-то невероятно эстетично-порнографично. Тэхён не мог быть объективным в этом плане, но ему всегда казалось, что его отец курил круто. Только вот это не заводило по вполне логичным причинам. А вот сейчас Тэхён немного поплыл. Он буквально залип на чужих тонких длинных пальцах, сжимавших сигарету. На губах, которые пошло обхватывали фильтр. Пухлых, розовых. Блядь. Тэхён буквально силой заставил себя отвернуться и посмотреть на соседний дом. Там кто-то развешивал белье прямо на балконе. Да уж, ничто так действенно не сбивало стояк, как вид чужих мокрых метровых рейтузов. Поморщившись, Тэ снова повернул голову и наткнулся на внимательный взгляд тёмно-карих глаз. Они были глубокими, затягивающими словно патока. Прямо как сам Чонгук. Тэхён не знал, что сказать. Его словно парализовало. Загипнотизировало под этим взглядом. — Кхм, — он сделал глубокую затяжку и выпустил кольцо дыма, — у моего друга сегодня вечеринка. Не хочешь сходить? Блядь, зачем он это сказал. Зачем. Откажись, Чонгук. Давай же. — Только если ты не будешь путаться под ногами, — фыркнул Чон, заставив Тэхёна раздраженно фыркнуть в ответ. Тут наверху кто-то завозился. Фурри. Эта старая карга часто торчала на балконе по вечерам. Но Тэхён услышал, что она чем-то загремела. О нет. Снова ее дьявольские фиалки. Тэ замер. Он смерил хитрым взглядом Чонгука, облизнул губы и сказал: — Идем, покажу кое-что. — Это сейчас очень стремно прозвучало, — усмехнулся Чонгук, но все же послушно поднялся. Тэхён подвел его к перилам и не придумал ничего лучше, как указать на свою машину. — Вон та красотка моя. Как тебе? — и он предусмотрительно отошел на шаг назад. — Я что, по-твоему, тачек не видел? — Чон закатил глаза, но все же наклонился вперед, рассматривая его новенький мерседес-кабриолет. — Я и на более крутых катался. И в этот самый момент сверху полилась вода. Да не просто вода, а сразу с землей. Чонгук заорал, подскакивая. А Тэхён согнулся пополам от смеха. — Что? Какого хрена? — Чонгук смотрел по сторонам ошалевшими глазами. Грязь стекала с его волос по лицу прямо на белую футболку. Шикарное зрелище. — Это сверху, что ли? И он, не боясь получить ледяной душ снова, изогнулся, заглядывая наверх. — А, это вы? — ядовито уточнил Чон. — Что, неужели в сумасшедшем доме сегодня отпускают на выходные? — Мелкий паскудник! — рявкнула на него Фурри. — Я все расскажу родителям Тэхёна! Устроили тут бордель! Проституток водят! — Это вы меня проституткой назвали? — Чонгук недобро сощурился. Он стоял, оперевшись спиной о перила и выгнувшись назад. Тэхёну открывался вид на его длинную шею. А короткая футболка задралась, обнажая низ живота. Сглотнув, Ким перевел взгляд выше, пытаясь сосредоточиться на перепалке. — Тебя, конечно, — Фурри не унималась. — Еще минута и вы бы стали предаваться греху прямо под моими окнами! И она вылила из лейки воду уже нарочно прямо на лицо Чонгука. Тот взвизгнул и отпрыгнул почти на метр. — Старая маразматичная сучка! — выругался он, стирая воду с лица. — А ты что уставился? Не мог предупредить? Тэхён лишь пожал плечами с невинным видом. — Ты, — Чонгук подозрительно сощурился и наставил на него палец. — Ты, блядь, знал. Тачку хотел показать, ну конечно. — Иногда за свой длинный язык нужно отвечать, — ухмыльнулся Тэ. Чонгук смерил его презрительным взглядом, показал ему средний палец и, задрав голову, ушел обратно в квартиру. Наверняка, он как-нибудь отомстит. Но тем интересней, верно?

***

— Все нормально, ма, — Тэхён закатил глаза. Он сидел на диване в гостиной, дожидаясь, пока их пусанское величество наконец соберутся. И кто тянул его за язык, приглашая Чонгука с собой, спрашивается. И пока ждал, Тэхён позвонил родителям. — Он уже познакомился с миссис Фурри. Кажется, они в восторге друг от друга. В трубке послышался голос отца. Похоже, родители куда-то уходили. — Вы сегодня не дома? — удивился Тэхён. — В кино? Вам что, по семнадцать? Ладно-ладно, я понял, стариковская романтика, — он по-доброму рассмеялся. — А Лиён с кем? Могла бы и меня попросить. Ой, все-то ты знаешь. Дай мне мою принцессу. Пожелаю ей спокойной ночи. — Тэ дождался, пока мама передаст трубку его сестре. Та дышала громко и часто, видимо, носилась по дому. Ничего нового. — Привет, солнышко. Как твои дела? Правда? Умница. Да, конечно, я приеду завтра. Сегодня мы с Чонгуком пойдем гулять. Ты знаешь Чонгука? Вы с мамочкой встречали его сегодня? Он тебе понравился? Мне? Нет. Ну, — Тэхён немного смутился, — он красивый. Но ты тоже красивая. И тебя я люблю больше. До завтра, принцесса! Я тебя тоже целую. Закончив вызов, Тэхён поднял глаза и едва не выругался. Чонгук, будто тень отца Гамлета, торчал в дверном проеме. Вот же любитель эффектно появиться и подслушать. — Красивый, значит? — он с усмешкой поиграл бровями, входя в комнату до конца. На нем были обычные джинсы, но они облепили его ноги и задницу, словно вторая кожа. И обычная же белая футболка с подкатанными рукавами. Но какого-то черта в ней он смотрелся просто как Бог. Тэхён нахмурился. Теперь точно придется разгонять пьяных уродов. Наверняка, на эту соплю будут все вешаться. — Ты не ответил, — Чонгук сложил руки на груди и внимательно смотрел на Тэ. — Как будто это станет для тебя откровением, — фыркнул Ким. — Я лишь констатировал факт. Это все еще не значит, что ты в моем вкусе. Или когда-нибудь станешь. — Больно надо, — усмехнулся Чонгук. Ага, как же. Такие засранцы, как Чон, мечтают нравиться абсолютно всем. Тэхён поднялся и подхватил со столика ключи, бумажник и телефон. — Идем? — вопросительно уточнил он, снова оглядывая Чонгука тяжелым взглядом с головы до пят. Ох, и хлебнет он с ним сегодня проблем. — Идем, — со смешком, будто умел читать мысли, ответил Чон. В прихожей они замешкались, обуваясь, и пару раз столкнулись плечами. Тэхён почувствовал приятный аромат парфюма Чонгука. Тот был свежим, каким-то легким и словно отдавал озоном. Так обычно пахло в воздухе перед грозой. И что-то подсказывало Тэхёну, что скоро она действительно случится.