Мне не хватило одной секунды

(вдохновение пришло после прочтения рассказа «Голубое и Зеленое»)

— Жаль, что мне не хватило совсем чуть-чуть, всего лишь одной десятой секунды, чтобы признаться ей… *** — В чём смысл этой картины? — поинтересовался юноша, подходя к картине Сальвадора Дали «Постоянство памяти». — «Кто увидит эту картину хоть раз, не забудет о ней никогда» — так говорила любимая женщина Дали. — пролетел ответ стоящей девушки возле той самой картины. — Разбираешся? — сложив руки на груди, спросил зеленоглазый парень. — Ну, возможно. — ответила девушка. — Нестандартное мышления у этого Дали. — подойдя ближе к картине, сказал парень. — Вечером, когда Дали, наконец, понял, чего не хватает на картине, он некоторое время наблюдал за тем, как на столе тает и плавится сыр камамбер, который остался после встречи с друзьями. А затем, поднявшись, он бросил взгляд на не законченную картину и всё увидел — на пейзаже появятся часы, которые будут таять и растекаться, как желе. Художник подготовил палитру — и за вечер закончил картину. — девушка рассказала историю заинтересованому юноше. Парень не слушал её. Он зарыл свой взгляд в её каштановые кучерявые волосы. А её голубые глаза, так и манили утопиться в них. — О чём задумался? — переводя взгляд с картины на парня. — Да, смотрю на тебя и вижу творческую натуру. — улыбнулся парень, — где учишся? — МГПИ. На художника-педагога. — гордо ответила девушка, — а ты на где, не постесняюсь спросить? — Там же, но только на историческом факультете. — Ты на историческом? — удивилась голубаглазая. — Ну да, а что? — выгнув бровь, поинтересовался парень. — Вроде на историческом учишся, а не знаешь историю Дали. — грубо ответила девушка. — Мы такое не проходим, а вы должны! На это девушка цокнула и закатила глаза. Началась гробовая тишина. Парень, лишь задорно улыбнулся. Девушка была в голубом платье в белый горошек. Оно было ей поколено, и как раз были видны её тоненькие ножки. — А зовут тебя как? — прервал тишину парень. — Василиса Кузнецова. — протянула руку для рукопожатия. — Максим Буравцев. — парень пожал её маленькую ручку. — Будем знакомы, Максим! — девушка улыбнулась. *** По правилам в библиотеке нужно быть тихим, чтоб не мешать остальным. Василиса всегда соблюдала это правило, но сегодня этого не получилось. Василиса, сидя возле окна, читала сборник стихов Михаила Юрьевича Лермонтова. Он был величайшим поэтом того времени. Его стихи легки и просты. А романы… что-то невероятное. Так считала Кузнецова. Девушка перечитала все его книги, а перечитывать любит с удовольствием. Девушка собирается неторопливо пролистывать страницу книги, чтобы перейти к следующей, но в одно мгновение её рука соскакивает с листа книги, потому что кто-то бросил стопку книг на стол, за которым сидела Василиса. — Кузнецова, расскажи мне всё про Дали! — в попыхах сказал Буравцев. — Ты придурочный? — выкрикнула девушка, — зачем шуметь? — приглушённо сказала Василиса. — А сама чего кричишь? — парень упёрся на стол и выгнул бровь. — Это другое! — шептала девушка. — Поможешь с Дали? — поинтересовался юноша, жда положительный кивок. — Нет. — твёрдо сказала Кузнецова. — Ну, пожалуйста… — парень сделал невинный взгляд и сложил ладонь вместе, молясь на то, что девушка всё-таки поможет ему. — Ладно. — грубо ответила Василиса, — но учти, будешь задавать много глупых вопросов, то можешь идти на все четыре стороны! — Замётано! — подмигнул парень и быстро подсел к ней. *** Вот и началось лето. Экзамены идут полным ходом. Василиса делает свой проект по планировке старого дома, а Максим усердно готовит свою курсовую на тему «Востание Черниговского полка 1862 года». Ребята подружились и стали хорошими друзьями. Часто ходили на танцы, на выставки. Заседали в библиотеке. Также гуляли по ночному парку. Именно ночью, потому что раскрываются все красоты московского парка. Сразу всплывает воспоминание, как Максим подрался за Кузнецову. Они как раз прогуливались по парку, и сзади них шла шпана. Они опрокинули плохие слова в сторону Василисы, а Буравцев, как истинный джентльмен, заступился за неё. Потом они оказались в трамвпункте. Эту ситуацию они вспоминают часто и всегда с приятными эмоциями. Кузнецову всегда смешило, когда она вспоминала, как Максим промахнулся и ему заредили в глаз. Потом парень ходил ещё две недели с фингалом, а профессора всегда расспрашивали его, за что получил. *** — Василиса, мне нужно уехать. — парень взял её за руку и притянул к себе. — Куда? — девушка запереживала. — Меня на отработку в лагерь отправляют… — парень был не рад этому. Он думал, что проведёт всё это лето вместе с Василисой, а отработку пройдёт в Москве. — Куда? Насколько? И вообще, когда? — Кузнецова запониковала. Она также хотела провести это лето с ним. А в конце лета съездить на море с родителями. — В Буревестник, на две недели, в среду. — Это же через два дня! — Да… будешь ждать? — с грустным взглядом сказал парень. — Пхппх, ну конечно! Я же тебя в армию не отправляю, дружище! — девушка сделала акцент на слове «дружище» Видимо, у Василисы нету симпатии к молодому человеку, а у того наоборот. Будут ли вместе Василиса Кузнецова и Максим Буравцев? Покажет время… Девушка достала сигарету из пачки и закурила. — Кузнецова! Вам нельзя курить! Вы же девушка, а приличные девушки такого не делают! — процитировал слова одного из профессоров Василисы Максим. — Хорошо, Иван Петрович! — смеясь, девушка и выдула дым в лицо парню. Буравцев любовался широкой улыбкой девушки. Он не мог отвести взгляд от неё. Эти кудри, что лежали на плечах. Эти брови, что хмурились на ответ Максима. Этот румянец, что не сходит со щёк ещё с первого дня их знакомства. Эти руки, что держали его за лицо. А эти глаза, что дали Буравцеву утопиться в них. *** — Я не смог… — опустивши руки, сказал Валера. — Как не смог? Они же…там… на трамвайчике, а он должен быть заперт в пищеблоке… — у вожатого задрожал голос. — Он выпил кровь… — со слезами на глазах произносил Лагунов, — выпил у Анастасийки! Выпил! Понимаешь… Парень громко кричал. От боли. От того, что не смог. Не справился с этим… — Она мертва? — сглотнув большой комок в горле, сказал Игорь. Парень на это никак не ответил, а лишь отвернулся, чтоб Игорь окончательно не увидел его последних горьких слёз. *** — Мам, я дома! — раздался голос из коридора. В квартире пахло стиральным порошком, а также жаренной курочкой и свежим салатом. Из кухни выбегает женщина в фартушке. — Сыночек, ты моё золоце, уже приехал! — женщина стала расцеловывать своего сына. — Мама, как же я рад тебя видеть! — Максим обнял женщину, — очень сильно скучал по тебе… Парень был очень рад видеть свою маму, но душа рвалась к Василисе, но вот только, как парень расскажет ей, что произошло с ним и что творилось в том лагере… — Мам, я к ужину немного опоздаю, ты меня не жди, а садись кушать. Я приду и всё тебе расскажу. — парень поцеловал женщину в лоб и выбежал с квартиры, только успев схватить свои деньги. *** — Здравствуйте, дайте мне, пожалуйста самый красивый букет, что у вас есть. — Максим забежал купить цветы для своей любимой подруги, но кажется, она больше, чем подруга… — Такой подойдёт? — продавщица показала огромный букет ромашек. — Конечно! У вас прекрасный вкус. — улыбнулся парень. — Спасибо, юноша! А если не секрет, для кого он? — поинтересовалась женщина. — Для подруги… нет, для девушки… — парень сначала замялся, начал искать деньги в своём портмоне, а затем гордо сказал, что для девушки. — Ну, держи! Ромео! — посмеясь, женщина протянула букет парню. — Спасибо! Хорошего дня. — улыбаясь, сказал Максим. *** Парень бежал к своей любимой. Он знал, что она ответит ему взаимностью. Он по ней очень соскучился и ждал этой встречи. Он так хотел дотронутся до её рук. Так сильно обнять её, а потом жадно целовать её в губы. В своих мыслях парень пересикал дорогу… Парень не успевает перейти её… Машина резко пролетает, через пешеход, не замечая парня. И вот юноша лежит на дороге… в одной руке букет, а в другой портмоне. — Парень истекает кровью… слишком много… Его уже не спасти… — раздовались разные голоса прохожих. В последние минуты парень, только думал о ней… Он не успел… — Жаль, что мне не хватило совсем чуть-чуть, всего лишь одной десятой секунды, чтобы признаться ей… *** — Как вы? Уже месяц прошёл… — раздовался нежный голос девушки. — Ой, Василисушка, Василисушка… Горе… Я потеряла сына. Эту боль мне никто не залечит. Никакой доктор не сможет этого сделать… — скорбила мать, стоя возле могилы сына. — А я так и не провела с ним своё лето и не призналась в своих чувствах… — плача в плечо женщины, дрожащим голосом говорила Кузнецова. — Он к тебе шёл… В любви признаться хотел… — девушка подняла глаза на маму Максима. — Плачь, девочка, сейчас можно… — похлопывая по спине девушку, говорила женщина. В её слова слышалась боль… боль матери, которая потеряла своего сына… *** Девушка подошла к той самой картине Дали и произнесла: «Кто увидит эту картину хоть раз, не забудет о ней никогда…».