***
Припарковав машину около клуба, резкий запах алкоголя сразу же ударил по носу. Из здания слышалась громкая поп музыка, смех ребят и подпевание. Похоже, сегодня все отжигают по полной. Кнайф тяжело выдохнул, открывая дверь клуба. В этой толпе было бы сложно заметить банду, если бы не их мега выделяющийся лидер. Он спорил вместе с Пшикой о чем-то своем, махая руками и еле внятно говоря. Рядом сидели Замазыч и Стерка, поглядывая за этими двумя и допивая последние капли безалкогольного пива. Парень заметил только что пришедшего, подзывая к себе. — Ну и что с ними? — спросил пепельноволосый, подсаживаясь рядом. Курасан, услышав знакомый голос, быстро отошёл от Пшики, подбегая и обнимая Кнайфа. — Кна-а-а-айфи! Как же я рад, что ты здесь! — воскликнул кудрявый, прижимаясь к тому и укладывая голову на плечо. От резкого запаха алкоголя Кнайф поморщился, лишь легонько хлопая рукой по чужой спине. — Как видишь, напились. — равнодушно ответила Стерка, разводя руками. — Странно, но он вообще без тебя не хотел никуда идти. Мол, "я пойду только со своим парнем". — Парнем?! — удивился Кнайф, — Ты чё, шутишь? В ответ была лишь пауза от девушки, пока та не покачала головой. Режик удивлённо похлопал глазами, переводя взгляд на рыжее бегствие. — Пошли домой. Я уста-а-ал! — протянул Курасан, вешаясь тому на шею и тихо скуля. Честно говоря, они и не были в таких теплых отношениях. Скорее просто игнорировали друг друга и старались не контактировать после тяжёлой ссоры, чтобы не возникало других конфликтов. Пепельноволосый тяжело выдохнул, махая банде рукой на прощанье, а сам взял кудрявого под руку, ведя к своей машине. Приспичило же этому придурку так напиться. — Я так рад... Что ты со мной. — Бредил Курасан, прижимаясь к парню, — С тобой всегда тепло... Люблю тебя. От последних слов Кнайф слегка покраснел, покачивая головой и помогая пьянчуге сесть на сиденье. Пришлось усадить его на переднее, потому что задние были завалены другими, важными вещами. Кнайф тоже уселся, вставляя ключ и заводя машину. Пару мгновений, и машина двинулась своим ходом. Парни по началу ехали совершенно спокойно, лишь иногда поглядывая друг на друга с слегка румяновым лицом... Пока Курасан не заговорил. — Кнайф, — окликнул тот, — Давай я тебе кое-что расскажу... Но ты только Кнайфу не говори, ладно? Он жу-у-утко рассердится на меня, если узнает! Пепельноволосый похлопал глазами, переваривая предложение собеседника. Рассказать самому себе было бы отличной идеей. — Хорошо, я не расскажу ему. — согласился Кнайф, кивая головой. — Дело в том, что мне он чертовски нравится. Его изумительные глаза, стройное тело, изящные руки... А про характер вообще молчу, он самый-самый лучший! Но я не знаю как ему об этом сказать... Мы с ним давно не общаемся, но-о-о! Это не повод нам не начать встречаться! — высказался Курасан, облакачиваясь на спинку кресла и прикрывая глаза. Он косо посмотрел на Кнайфа, немного улыбаясь. Лицо режика сильно покраснело, руки слегка вспотели. Его сердце так никогда ритмично и медленно не стучало, как сейчас. Когда он ехал забирать пьяного, старого друга, ему не ожидалось узнать, что тот его настолько обожает. Курасан же продолжил свою речь. — Но он меня вовсе не замечает! Только и делает, что возится со своей Лампчкой! Надоела она мне! Я может тоже хочу обнимать его? Хочу быть на ее месте, чтобы с ним так же общаться! — рыжик фыркнул, скрещивая руки на груди и отводя взгляд в окно. — А ты не пробовал к нему подходить? — решился спросить Кнайф, лишь на пару секунд взглянув на того. — Пошел он! Ещё к нему подходить буду! Сам захочет, подойдёт! — воскликнул Курасан, оскаливаясь. На этом их разговор закончился, дальше они ехали молча. Пепельноволосый был в своих раздумьях на счёт слов Курасана, а тот молча мечтал о Кнайфе.***
Они дома у рыжика. Высокий парнишка еле как дотащил того до пятого этажа, успев получить пару поцелуев, а затем найти ключи от квартиры. Открывая дверь, на удивление, все уже было подготовлено к приходу пьянчуги. Походу он следит за собой, если сильно напьется. Хоть это радует. — Так, я тебя привез, моя миссия окончена. — сказал Кнайф, разворачиваясь. Только он хотел спуститься по лестнице, как к нему со всей силы прижался Курасан, обнимая за талию и не отпуская. — Я тебя не отпускал! Останешься со мной на ночь, и это не обсуждается! — воскликнул тот, утыкаясь лицом в спину и немного ерзая, не собираясь отпускать. Парень тяжело выдохнул, разворачиваясь и обнимая его в ответ. Что ж, деваться ему не куда. — Ладно, пошли. — Кнайф затащил Курасан в спальню, помогая переодеться и привести себя в порядок. Кудрявый сам и не был против раздевания, ему было приятно получать заботу со стороны объекта внимания. Спустя пару минут, пьянчуга заснул, утыкаясь лицом в кусок одеяла. Он лежал лицом к стенке, немного похрапывая. Кнайф усмехнулся, зевая и начиная засыпать вместе со своим старым другом. Обняв того, парни так и проспали всю ночь, в тепле и уюте.***
На улице светило солнце. Шумиха начала происходить во всем городе, яркие лучи пробивались сквозь прозрачную тюль. Это заставило одного из парней проснуться. Курасан приоткрыл глаза, зевая и пытаясь встать. Что у него не получилось. Он удивлённо застыл на месте, пока не ощутил у себя на талии чужие руки. Косо взглянув в сторону старого друга, лицо покрылось румянцем. — Какого... — прошептал кудрявый, рассматривая лицо Кнайфа. Он перевернулся к нему, разглядывая. Больше ему напиваться до такого не хотелось. Теперь страшно представить, что же они делали, пока тот был пьян. Кнайф так же начал просыпаться. Он приоткрыл глаза, зевая и потягиваясь. Заметив проснувшегося Курасана, на лице появилась хитрая улыбка. — Доброе утро, пьянец. — пепельноволосый не отпускал парня, продолжая прижимать к себе. Он уткнулся лицом в рыжие кудри, устраиваясь как можно удобней. Сам же Курасан был как во сне. Голова жутко гудела, все тело ватное. Все вчерашние происшествия он не помнил вовсе, только то, как весело напивался в клубе. — Аммм... Кнайф, — пробубнел рыжик, смущённо отводя взгляд в сторону, — Что вчера такого было, что... Ну, ты понял. Пепельноволосый оторвался от вынюхивания волос, взглянув на парня. — Напился ты, Курасан, напился. — Кнайф тяжело выдохнул, взяв того за подбородок и заставляя смотреть на себя. — Вчера столько произошло, что ты мне объяснить должен. После же этого у парней был серьезный разговор. Скорее как серьезный... Странный. Курасан напрочь отрицал свои слова в машине, пока не сдался и все же не признался. Кнайф никогда в жизни так не смеялся с лица кудрявого, тот в свою очередь взбесился. Вот что бывает, когда напиваешься из-за своей "не взаимной" любви.