КРИВИЦКИЙ - ПАВЛОВА: ТОЛЬКО РАЗ В ГОДУ

***

      И тут я понял: у нас полная засада. Такси вызвать мы не можем. У Иры нет телефона. Я же не хочу палиться раньше времени. Отправляться на метро мне не хочется. Идти пешком далековато, если учесть проблему супруги со спиной. Всё-таки находились мы сегодня предостаточно. Это не в кабинете на стуле сидеть, да и то спина не казённая.       Решение пришло быстро, но было оно неожиданным. Самокаты! Я тут же вывалил своё рацпредложение Ирине и, конечно, услышал: - Ненормальный! Куда тебя вечно тащит? Какие ещё самокаты! - Новейшая модель Ninebot Max Plus. Я же не до Склифа предлагаю прогуляться. Минут через пятнадцать будем на месте. Признайся, ты бы никогда не рискнула прокатиться на таком, - я втягивал жену в очередную авантюру, и мне эта затея была по вкусу. Удивлять, так удивлять. - С чего взял? Я, может быть, сама тебе хотела предложить, - Ира попыталась сыграть на опережение и потащила меня к самокатной парковке, явно полагая, что я её разыгрываю. Я не стал упираться, лишь воскликнул, приближаясь к стоянке самокатов: - Тогда за чем дело встало? - Я ринулся к патлатому отпрыску, прося помощи. - Сейчас попросим молодого человека нам помочь.       Выслушав мою просьбу, парень посмотрел на нас с Ирой недоуменно, затем усмехнулся: «Ну вы даёте!». Воспользовавшись опцией «Еще один самокат», он забронировал два самоката на нас, любимых. Мы получили свои двухколёсные машины, а к парню незамедлительно перекочевала наличность. - Удачи! Мне бы таких предков, – запихивая деньги во внутренний карман ультрамодного жилета, произнес он и укатил, натянув наушники. - Кривицкий! Ты просто сумасшедший! – Ира ошарашено смотрела на предоставленное транспортное средство, - я думала, ты шутишь! - Ир, какие шутки? Я есть хочу, как волк. У меня, как у новорожденного, сейчас голодные колики начнутся. А голодный я злой и крикливый. - Я не собирался рассыпаться в извинениях и думал лишь о предстоящем ужине, и даже не столько, где он будет, сколько о самой еде. - Надо было перекусить в планетарии, - резонно заметила супруга, мостясь ногой на деку и хихикая. - Мне ещё не хватало с тобой, ревущим, разбираться.       Заметив её неуклюжие движения, я предложил: «Давай помогу». - Ну уж нет. Теперь мне самой интересно прокатиться. Ой, Генка, какие же мы с тобой сумасшедшие! – с этими словами Ира рванула с места, набирая максимальную скорость.             Я рассмеялся и, зафиксировав ноги на деке своего самоката, устремился за ней, стараясь перекричать поток воздуха: - Мы не сумасшедшие, а голодные.       Прогулка на самокатах была непредвиденной, но запоминающейся. Никогда бы не подумал, что на своё день рождение буду рассекать на арендованном железном коне со скоростью двадцать пять километров в час. Ещё и со своей женой. И Егоровой это так понравится! Если бы не наше желание съесть слона, то мы бы продолжили нашу прогулку до позднего вечера, но голод всё за нас решил, и через пару десятков минут мы были в обещанном «Sabor de la Vida».       Шикарная VIP-комната в выбранном Ирой ресторане была оформлена в стиле каюты. Нас уже ждали. Каюту наполнял приглушенный свет. Ароматические свечи источали едва уловимый запах сандалового дерева. Два глубоких кожаных кресла были расположены друг напротив друга. Фоновую музыку обеспечивал пианист-виртуоз. Мы заметили его присутствие в банкетном зале за белым роялем.       Не успели мы расположиться в креслах, почувствовать всю прелесть интерьера и атмосферы заведения, как перед нами материализовался официант. Он как будто бы почувствовал, что наша парочка те ещё прожоры. И решил, что без его советов мы не справимся. Но Ира быстро уняла его пыл и, вручив мне меню, скомандовала: «Сейчас муж выберет, и мы сделаем заказ». - Я должен выбрать нам обоим? - Я с изумлением уставился на неё. - Да. Я хочу, чтобы выбрал ты. - Тебе не кажется, что ты меня подставляешь, дорогая? – мне это показалось подозрительным. - Колись, Ирка, что удумала. - Ген, правда, ничего такого. Просто хочу, чтобы ты выбрал. Манную кашу, думаю, не догадаешься заказать. - Ну хорошо. Только потом не говори, что ты то ни ешь и это не хотела. - Знаешь, муженёк, ты всегда так вкусно ешь, что мне порой так и хочется в твою тарелку залезть.       Я хмыкнул от полученного комплимента и уткнулся в меню, чтобы жена не увидела моей дурацкой ухмылочки. Что греха таить, мужик я, конечно, всеядный, но всё же гурман. Люблю вкусненько поесть. И, кажется, жёнушку свою разбаловал на нет. Её простыми макаронами по-флотски уже не удивишь. Да и какие здесь макароны? Разнообразие такое, что глаза разбегаются! После непродолжительного пыхтения за выбором того, что мы будем поглощать, я решил сделать ставку на морепродукты и остановился на аперитиве тартара из тунца. Из горячих закусок выбор пал на запеченные устрицы. Не задумываясь, был выбран тёплый салат из осьминога. С основным блюдом возникла дилемма. Я метался между домашней пастой фетучини с мясом краба и ризотто Nero с осьминогом и угрем. Но метания были недолгими. Паста победила. И напоследок. Винишко было выбрано из Италии. Белое сухое Феуди Ди Сан Грегорио Греко Ди Туфо, прекрасно сочетающееся с морепродуктами. Официант принял заказ и скрылся, оставив нас вдвоём на короткое время. Мы не успели перекинуться даже парой фраз, как, появившийся в очередной раз с бутылочкой заказанного белого сухого, официант растрогал меня до глубины души комплиментом от шеф-повара, подав нам жульен с креветками.       Я слишком хотел есть, поэтому, чокнувшись с Ирой и услышав её: «За тебя»! лишь пригубил действительно хорошее вино и, отставив его, принялся уничтожать жульен. Ира же, напротив, медленно потягивала вино, явно его смакуя, и неторопливо изучала содержимое кокотницы. - Не вкусно? – осведомился я с набитым ртом. - Нет, нет! - сделав очередной глоток, жена уставилась на меня. - Я просто любуюсь. Мне так нравится, как ты разделываешься с креветками. - Ешь! – почти приказал я. - Нечего любоваться, - и пригрозил: - А то я и твою порцию сейчас прикончу. - На здоровье! Я устриц подожду. — Это чтобы тебе больше досталось? – подковырнул я свою растёкшуюся в кресле вторую половину. - Ген, ешь и помалкивай. Мне и без жульена прекрасно. Так спокойно…, - она замолчала и, вновь коснувшись губами своего бокала, прикрыла глаза.       И тут со мной что-то произошло. Я почувствовал, что невнятная тревога начала заполнять каждую клеточку моего сознания. Я не мог назвать это панической атакой. Я видел таких людей и сам пережил подобное несколько раз после трансплантации. Ира об этом ничего не знала. Я, как мог, скрывал эти неконтролируемые приступы страха и паники. К счастью, они были по ночам, и не рассказывать о них ей было проще. Проблемнее было бы, если меня накрывало днём в Склифе. Я не хотел, чтобы она заморачивалась со мной еще и по этому поводу, надеясь, что постепенно они сойдут на нет. Йога и медитации были в помощь. Приступы со временем действительно исчезли, и я вздохнул с облегчением.       Сейчас же у меня не было паники или страха, лишь тревога и нехорошие предчувствия. Предпочитая умолчать об этом, я покрутил в руках бокал белого сухого и, сделав глубокий вдох, чтобы голос звучал более увереннее, произнёс: - Не скучай, я отойду.       И, кивнув головой, указал в сторону туалетных комнат. - Ген, это были мои слова! С языка снял. Я тоже в дамскую комнату. Не теряй!       Конечно, я тут же по всем правилам этикета метнулся к её креслу и помог встать. Егорова сделала попытку сказать, что она сама, но, глядя на мой укоризненный взгляд и поняв, что чуть не сморозила глупость, быстро поблагодарила своего рыцаря на городском самокате и даже протянула руку.       «Небеса перевернутся! Ирка, не надо так делать. Я могу не понять!».       Выйдя из туалета, я вымыл руки, затем, прислонившись к кафельной стене около раковин, достал сотовый. Пока телефон загружался, я бросил взгляд на циферблат новехоньких Orient. Стрелки приближались к восьми вечера. Загруженный телефон буквально взорвался от обилия сообщений, пропущенных звонков и уведомлений. Лидировал в списке не дозвонившихся, конечно, Лёшка.       Позвонить ему было моей родительской обязанностью, тем более что сердце начало учащенно биться, как только я набрал номер сынули….

***

      Я вышел из туалетной комнаты и направился в VIP-кабинку. На столе нашей каюты уже красовались устрицы и тартар. Я был чертовски расстроен, и вид поданных блюд начал вгонять меня в ещё большее уныние, потому что я понимал, сейчас мне предстояло расстроить Ирину. Вот этого я не хотел больше всего. Думая, как смягчить удар, я подошёл к ней и, положив руки ей на плечи, поцеловал в щёку.       Она медленно повернула голову и подняла глаза. - Ген, ты что так долго? – Ира встревожено воззрилась на меня, - что-то случилось?       Я слабо улыбнулся и, проведя рукой по её спине, уселся в кресло. После чего, тяжело вздохнув, закусил губу и извлёк из кармана пиджака свой телефон. Сотовый был выложен на стол с моим извинением: - Ириш, прости…. - Что-то случилось. – Уже утвердительно произнесла она и вздохнула, - зачем ты его взял? - Подумал, как мы будем добираться, если ещё куда-нибудь соберёмся, и прихватил в последнюю минуту. - Я попытался объяснить наличие у меня телефона. Вышло неубедительно, и я добавил, - да и знал, что Лёшка будет искать, чтобы поздравить. - Поздравил? – поинтересовалась Ирина дрогнувшим голосом. - Да, - я кивнул и, комкая салфетку, замялся, как нашкодивший пацан, - Ириш, я должен уехать. - С какой радости? Тебя сын ждёт? – она не поняла моего намерения. - Нет…, да….. – голосовые связки спазмировало. Я нервно дернул плечом, откашлялся и выпалил: Ты, кажется, в цирк хотела? Ну так вот, твой цирк в Склиф приехал. Тигрица дрессировщика поломала. Ириш, понимаешь, они меня ждут. - Расстроился? – она накрыла своей рукой мою и заглянула мне в глаза. Я перестал мучить ни в чем не повинный кусок ткани и честно признался: - Я за тебя расстроился. Ты хотела меня порадовать, а вышло, как всегда. Я всё испортил. - Успокойся. Нормально всё. Такси заказывай, я заказ отменю и поедем. - Транспортная уже выехала. Ириш, может быть, ты всё же домой? Ну что ты, уставшая, в Склиф потащишься? Ты же понимаешь, я там надолго. - Слушай, новорожденный, ты даже толком не поел и тоже устал, а попрёшься в операционную. Не мог отказаться? - Ир, операция уже идёт, они меня разыскивали, потому что профиль мой. Не заводись, пожалуйста. - Я не завожусь, - она резко пошла на попятную, - поешь лучше. Давай, давай. - Я…. - Остальные слова не успели вырваться из меня, как жена тут же заткнула мне рот. Но я не обиделся, а напротив, почувствовал ее заботу обо мне. И ещё понял, что день рожденье, которое так прекрасно начиналось, окончательно испорчено. - Пока транспортная приедет, ты успеешь перекусить, - с этими словами она пододвинула ко мне тарелки с закусками.       Я возмутился: - Нет, так не пойдёт. Ты тоже голодная. Давай вместе. Тем более транспортная с люстрой приедет. Я не успею всё съесть. Как хочешь! Помогай!       Тарелка с устрицами направилась прямиком к супруге. - Ты хотела! И вино пей. Давай обновлю, - я плеснул ей в бокал немного алкоголя. - Мне всё равно нельзя. Как чувствовал, почти не пил.       За поеданием устриц Егорова поинтересовалась, почему я не сказал про телефон сразу. - Не хотел портить наш день. А сейчас он безнадёжно испорчен. - Не нагнетай. У нас ещё завтра выходной, не забывай. - Если в любимом Склифе опять что-нибудь не стрясётся.       Я мало верил в то, что завтра её или меня не выдернут в отделение. Мне бы очень хотелось верить, что мы проведём завтрашний день, как и планировали, валяясь в постели. Реалии сегодняшнего дня показали, что я не должен слишком полагаться на мечты и желания.       Транспортная подошла вовремя. Мы успели уничтожить почти всё, что нам принесли. Нам было не до тонкостей вкуса приготовленных блюд. Нужно было успеть забросить в себя хоть что-то. Мне особенно, чтобы не впасть на операции в голодный обморок. Я мысленно представлял объём операции и понимал, что через час из стерильных застенок я не вырвусь. Глядя на жену, я был уверен, что и она понимает - мужа по щелчку она не увидит.

***

      Прибыв в отделение, я, раздеваясь на ходу, помчался по коридору, бросив Ирине: «Отдыхай!». Я знал, что меня уже ждут в первой операционной. Ведущий оператор -Куликов, ассистент - Ханин, анестезиолог – Ханина. Забавный треугольник, надо сказать. В прочем, их личная жизнь — это лишь их жизнь. В их профессиональных навыках я не сомневался, и меня вполне устраивала их троица в оперблоке. Они занимаются своими проблемами, а я своими. У меня своя вотчина, куда они не полезут.       На операционном столе лежал мужчина, истерзанный своей подопечной. Располосован он был так, что лучше не видеть. Нам нужно было его «собрать», чтобы он вновь предстал этому миру живым и относительно здоровым. Ну что ж, Бог нам в помощь! А также знания и опыт….       Операция закончилась. Далась она нам тяжело. Но знать об этом нашей заведующей было необязательно. По крайней мере, сегодня. Попрощавшись с коллегами и встретив по пути в кабинет Ирины Лёшку, я подзадержался еще на десяток минут. Сын сразу заметил новые часы на моем запястье и оценил подарок мачехи. - Ничего так часики! Зачётные! На юбилей машину подарят? – гоготнул он в своей дурацкой манере. - Вертолёт на здание Склифа! – парировал я и поинтересовался: - Работы много? - Да не особо. Вчера днём просто завал был. Хорошо, что вас не было. А то бы все тут летали! Вместо вас, Фаины Игоревны за глаза было! - и он опять заржал. - Ире это не скажи. А то будет всем счастье постфактум, - предупредил я, зная, что оплеухи подчиненным могут долететь от моей жены в любое время. - Да понял я. Не дурак. Я вообще-то тебя ждал. Хотел после смены к вам заехать, поздравить с прошедшим. Но раз я тебя разыскал, то вот, - он протянул конверт. - Держи. Мой подарок. Надеюсь, понравится.       Я вскрыл конверт и понял, мы с Иркой вляпались в очередной раз! В конверте красовались два билета на спектакль «Война и мир» в театре Вахтангова. Поспали! Постановка - пять часов, доберемся домой к часу ночи. Меня в лучшем случае с этими билетами закопают. Я ведь знаю, что Егорова не любит театр. Но Алекс не знал, и сейчас он смотрел на меня, ожидая услышать вопли радости. Пришлось их изображать. - Слушай! Здорово! Очень хотели сходить. Спасибо, сынок! – Я обнял Лёшку и по-отечески похлопал его по спине. - Па, там транспортная всех экстренных собирает по домам развести. Если поедите, я скажу, чтобы вас подождали, – обеспокоился он. - Нет, не надо. Мы на такси, - успокоил я его. - Меня Ирина ждёт. И, попрощавшись с сыном, устремился в кабинет своей начальницы.       Я практически просочился в кабинет через полуоткрытую дверь, подозревая, что жена спит. Облокотившись на платяной шкаф, я замер, любуясь спящей Егоровой. Будить её не хотелось. Пусть я смертельно устал и ужасно хотел спать, но я не хотел будить мою девочку. Ее рука под подушкой, чуть сползшее покрывало с ног, тусклый свет настольной лампы…. Она заснула в новом костюме, даже не сняв пиджак. Ботинки и куртка валялись около дивана. Я стоял и улыбался, понимая, что сегодня моя жена умаялась со мной, новорожденным.              Да, новородки они такие! Максимум внимания и ноль отдачи. Капризничают, требуют к себе внимания и любви. А когда засыпают, глаз отвести невозможно. Интересно, когда я засну, от меня тоже будет невозможно взгляд оторвать?       Неожиданно она открыла глаза и прошептала: - Закончили?       Я кивнул и на её вопрос задал встречный: - Вот почему домой не поехала?       Она не собиралась отвечать на мой обращение. Её беспокоило другое. - Долго вы. Как всё прошло? - У меня нормально. Куликов с Ханиным намаялись. Остался помочь, - и, предвосхищая её вопрос, доложил: - Предводитель кошачьих жив, в реанимации. - Ну и хорошо, - она выдохнула и села, отбросив покрывало. – Устал? Есть хочешь? - Даже сам не пойму, устал или есть хочу, - улыбнулся я, действительно не особо понимая, чего больше хочет мой организм. - Долго будешь стенку подпирать? - Будить не хотел, - честно признался я и зевнул. - Садись в моё кресло, - почти скомандовала она. - Ну уж нет. Только ни туда! - Я упрямо замотал головой. - Ген, хватит дурачиться, – её голос был тих, но настойчив. - Садись, я сказала. И глаза закрой. - Может, домой? А то сейчас засну. - Я всё же попытался поартачиться. — Это быстро. Не успеешь заснуть, новорожденный. - Я вчера им был, - заметил я и уселся на её место. - И еще двадцать семь дней будешь, - она обернулась и, увидев мой приоткрытый глаз, ещё раз спросила: - Точно закрыл? И не подсматривай. - Хорошо, хорошо. - Для убедительности я положил ладони на глаза и принялся ждать, надеясь, что сие действо будет не долгим и я не засну. - Открывай! - через какое-то время Ира убрала руки с моего лица и перед моими сонными очами предстал накрытый стол. - Ир! Это же наш заказ! - Я был несказанно удивлён. - Ты же его отменила? — Это ты так думал, - она победно улыбнулась и протянула мне приборы. - А я сделала всё как задумала. - Обалдеть! – Кажется, я даже проснулся и забыл об усталости. — Это мой лучший день рожденье! - Врать так и не научился! Ты говорил, что твоё лучшее день рождение было на двадцатипятилетие. - Я не вру! На двадцать пять лет день рождение мне подарила моя любимая девушка. И да, оно было лучшим! А этот день мне подарила моя любимая жена. И он не может быть обычным. Он самый лучший! Потому что ты мой самый лучший подарок! Ни всем новорожденным так везёт!