Чутье

      Фейд будет отрицать свои чувства до последнего. Запирать их в себе, не выпускать на волю, казаться для всех настолько холодной и безразличной, чтобы её боялись. Не подходили к ней, не пытались завязать диалог и уж тем более отношения. Лишь только глубоко по ночам, в гордом одиночестве, буквально дать себе минутную слабость, признаться самой себе. Что чувствовать можно не только вечно окружающий тебя Кошмар, но и любовь. Вроде бы и легче становится, но с утра паникующая тьма, обитавшая в её сердце, берет верх, снова заставляя Фейд отвергать в себе все возможные чувства.       Кошмар в её сердце пока что сильнее.       Сгрызает девушку изнутри каждый раз, когда в поле ее зрения появляется Сова. Безумно красивый Сова. Любую похожую мысль Фейд старается отметать сразу же, но как только их взгляды пересекаются... Всё. Внутри что-то обрывается и мысли собрать потом невозможно, а ведь это простой, банальный взгляд. Любимые кошки Фейд на душе скребутся, разрывая её на части. Непозволительное количество эмоций обрушивается на девушку как ведро с ледяной водой. И где-то очень глубоко в своей душе она надеется, что буря внутри происходит не у нее одной.       Сова догадывается, почему при виде Фейд глаз отводить от неё не хочется и желание сказать какой-то глупый комплимент растет с каждым днем. Но все исключительно как коллеге и такому же отменному охотнику как и он.       Отвергает любые возможные мысли о симпатии и, тем более, любви. Возможно, не так категорично как Фейд, которая, кажется, готова на весь мир кричать об этом, но все же. Непривычно думать не только о работе, заданиях и бесконечных тренировках, но и о том, как в немногочисленные выходные удается пересечься с Фейд. Переброситься с ней парой незначительных фраз, в редких случаях умудриться угостить девушку ее любимым кофе. Как коллегу, разумеется.       Однако, рано или поздно, пересекаются не только взгляды.       Сова отрицает все, даже когда прижимает Фейд к стене в своей комнате, проходясь по её шее поцелуями. Когда рукам даёт полную волю и задирает тёмно-синею кофту, изучая медленными движениями живот, уводя свои воображаемые узоры вверх. Доставляет удовольствие видеть, как девушка голову запрокидывает, непроизвольно цепляясь за его руки, в попытках то ли остановить, то ли показать более верное направление. Когда чувствует, как руки Фейд зарываются в его длинные волосы, растрепывая их ещё сильнее, иногда чуть оттягивая назад. Как после этого она бесцеремонно впивается в его губы, временами переусердствуя и прокусывая их до крови. Сова не злится на это, когда совсем распаленный прерывает поцелуй, по-хищному улыбаясь так, что ноги у девушки непроизвольно подкашиваются. Хорошо, что лучник держит себя в очень замечательной форме и подхватить её труда не составляет.       И неважно, что целовать Фейд намного приятнее, чем, наверно, все на свете. Губы сминать, иногда не очень аккуратно прикусывать, чувствуя как в ответ в его кожу впиваются острые ногти. Для него не больно, но весьма ощутимо. Оставлять поцелуи на пирсинге на губе, поигрывая с ним аккуратно. Уходить влажной дорожкой по скулам, к уху, прикусывая мочку. Сове нравится слышать, как с каждым таким его движением дыхание Фейд сбивается в край, в конце переходя на стоны.              Секс ради секса. Взаимовыгодное предложение. И идеальная отмазка.       Местные кровати явно не предназначены для двоих, тем более для таких активных действий, тесно очень и неудобно. Но их волнует это мало, сибирская кровь почти кипит, а тьма мелкими невидимым нитями окутывает, на удивление, не чтобы навести Кошмар.       Фейд не признается, что такой гордой, уверенной в себе девушке, как она, нравится быть плотно прижатой к кровати. Чужим полуголым телом особенно. Внутри бушует ураган эмоций, все накопившиеся напряжение стремится вырваться на волю, а Сова, зараза, медлит. Лишь проводит рукой от колена, вверх, по бедру, по тонкой ткани чёрных джинс, не стесняясь и сжимая в очень правильных местах. Внезапно для Фейд ловит ее руку, подносит к своему лицу, оставляя на одной из татуировок на ладони лёгкий поцелуй, следом буквально кусая непослушные нитки, обвивающие её пальцы. Его искусственный глаз поблескивпет синим цветом в полумраке комнаты, отражаясь на её ладони. И Фейд абсолютно точно не любуется этим зрелищем.       Одежды слишком много, девушка сама стаскивает с себя кофту, быстро переключаясь на футболку мужчины. Подцепляет ногтями непринуждённо, снимает, отбрасывая лишний предмет гардероба в сторону. Проводит по крепкому торсу рукой, чуть царапая, вызывая громкий выдох, мысленно хваля мужчину за прекрасную физическую форму. Добирается до горла, совсем чуть-чуть сжимая, разглядывая его лицо. Сова взгляд не отводит, смотрит на неё с интересом, ожидая дальнейших действий, даже не пытаясь вырваться. У охотников свои игры. А Фейд лишь подтягивается за очередным поцелуем, чувствует как по спине, вдоль позвоночника, проходится крепкая рука, поддерживая её.       От поцелуев голову напрочь сносит, остатки самоконтроля улетучиваются вместе с последней одеждой куда-то вниз. Сова не удерживается, медлит, рассматривая рисунки хной на её теле, уже собираясь до них дотронуться, но Фейд такой расклад не устраивает. Выждав подходящий момент, опрокидывает мужчину на кровать, руками упираясь ему в грудь. Такой вид Фейд нравится намного больше.       Сова в прострации как будто, вид девушки завораживает, в голове пустота и лишь одно закономерное желание. И как хорошо, что на этом желании они оба сходятся. Фейд, в отличии от мужчины, медлить не любит, сразу переходя к активным действиям. Рваное дыхание и ритмичный скрип кровати разрывают уже привычную тишину комнаты. Слишком жарко, слишком хорошо. Поцелуи приятные, горячие, а стоны сквозь них — ещё лучше.       Абсолютно всё приятно, что связано с ней. И Сова точно ничего к ней не чувствует.       Только после всего отпускать её почему-то не хочется. Хочется проводить пальцами по всем многочисленным татуировкам хной, оставляя вслед поцелуи. Заключить девушку в своих медвежих объятиях и не отпускать, желательно никогда. Дарить самый лучший и её любимый кофе, в благодарность получая поцелуй. Хотя бы в щёчку. Много чего хочется, на самом деле. И абсолютно точно не потому что Сова в неё влюблен.       Фейд рядом лежит, смотрит на мирно спящего Сову. Повторяет про себя несколько раз, что она осталась у него просто потому что идти неохото до своей комнаты, да и мужчина её не выгоняет. А смотрит на него с лёгкой улыбкой потому что сопит забавно, а не вовсе потому что влюблена.       Сова ворочается во сне, перекатывается набок и, неожиданно для самой Фейд, заключает её в крепких объятиях.       Всё самовнушение даёт огромную трещину, после чего медленно рассыпается на осколки.