Свист чайника и запах любви

Свист чайника разносится по всему дому, оглушая девушек, Кира вскакивает с дивана и бегом несётся на кухню, будто это соревнование. — Киса! — кричит она на весь дом, отключив газовую плиту. — Когда печенье готово будет? — Что ты кричишь? — спрашивает Лиза, проходя на кухню. — Оно уже всё, — говорит она и о стол опирается. — Тогда можно есть?! — воодушевлённо восклицает Кира и к духовке тянется. — Пусть остынет хотя бы! — пытается остановить Лиза, но Медведева уже слишком долго ждала. Андрющенко всё же достаёт противень с шоколадным печеньем, аккуратно на подставку ставит, чтобы столешницу не прожечь. Кира рядом скачет, пытаясь скорее ухватить себе выпечку. — Что ты скачешь? Чай сделай, — притворно недовольствует Лиза, сама улыбку прячет. Кира всё-таки слушает и чай идёт заваривать. Она берёт два пакетика чая с черносливом. Они его обе любят. Блондинка две чашки на стол ставит. У Киры чашка с сердечками и зайцами какими-то, ей Лиза такую подарила, она её любит очень. У Андрющенко кружка с котятами и сердечками похожими, и у Кира даже мысли закрадываются, что они парные. Это душу греет. Лиза на стол ставит тарелку с печеньем горячим. От него пар клубится. Горячее. Кира, даже не садясь, хватает его, обжигая пальцы, но стойко пытается засунуть себе его в рот. И у неё даже удаётся, вот только, теперь она стоит с набитым печеньём, открытым ртом говоря, что ей очень горячо. — Горячо! — кричит блондинка, но понять что-то из её же слов было тяжело. Она машет руками, пытаясь прожевать всё это. — Ну куда ты всё на чистый пол?! — начинает возмущаться Елизавета, видя, как крошки на пол валятся. — Ты сама их перемывать будешь! Жуй уже! — наблюдать за собственной девушкой было смешно, а, главное, никогда не знаешь, что тебя ждёт в следующую секунду. Кира всё же доедает печенье, запивая его чаем, присаживается за стол рядом с Лизой. — Печенье очень вкусное, но очень горячее, — выносит вердикт блондинка. — Я говорила, что оно горячее, но кто меня слушал то? — качает головой Андрющенко, улыбаясь. — Это я, — улыбаясь во все зубы, говорит Медведева. — Я заметила, — усмехается брюнетка. Они любят сидеть вот так на кухне, болтая ни о чём. Говоря о глупостях, пока Медведева шутит свои тупые шутки, с которых Лиза смеётся искренне и не наигранно. За окном уже стемнело. Конечно, кто же в час ночи летом идёт чай с печеньем пить? Они. Режим у них давно сбит, как-будто это не им на работу в понедельник идти. Но ведь сегодня пятница. Значит, можно. Ведь так? Кира на стул уже с двумя ногами забралась, она смеётся громко, заражая Андрющенко. Какое им дело до соседей, что никогда не были тихими? Вот именно, никакого. Завтра они проваляются в кровати до обеда, потому что всю ночь провели на кухне в своей старой, небольшой квартирке. Ремонт был сделан абы как, но девушки чувствовали себя комфортно здесь. Они считали эту квартиру уютной и тёплой, а чужое мнение их не очень то и волновало. Спустя часа два Лиза посуду идёт мыть за ними, а Кира кровать расстилать. Тихие крадущиеся шаги и тёплые руки обвивающие талию брюнетки, что та легонько вздрагивает. Тихий шепот, говорящий три заветных слова: — Я тебя люблю. Девушка голову опрокидывает, на родное плечо кладёт. И шепчет тоже самое: — Я тоже тебя люблю. Мягкий поцелуй и нежный рассвет за окном. Летом рано светлеет. В маленькой квартирке тепло. Свист чайника не слышно, но запах любви всё ещё витает вокруг этих двоих.