Признание чувств.

Минхо не умеет выражать свою любовь и привязанность словами. Ему проще обнять, приготовить вкуснейший ужин, позаботиться о здоровье мемберов во время их поездок, но ни в коем случае не сказать тёплые слова в ответ. Чан говорит о любви. О любви ко всем. Он очень хорошо выражает её словами. Он может бесконечно хвалить хорошие черты других, абсолютно не смущаясь, к тому же он говорит это настолько искренне, насколько это вообще возможно. Но есть всего один человек, в их группе, которому Чан говорит нежные слова с опаской и настороженностью. Конечно же этим человеком является Ли Минхо. Этот кот в человеческом обличии всегда настолько негативно или безразлично реагирует на любое проявление чувств, что Чан в один момент просто сдался и решил больше не беспокоить младшего со своими нежностями. Как только лидер принимает это решение, сразу же его реализовывает. Он начинает разговаривать с Минхо просто дружелюбно, по большей части только на рабочие темы, как если бы он разговаривал с кем-то из стаффа. Подобное поведение Чана ставит в тупик абсолютно всех окружающих его людей, особенно самого Минхо. Мало кто об этом знает, но на самом деле Лино никогда не злится по-настоящему на слишком активных мемберов. Когда они пытаются его обнять или что-то в этом роде, ему просто становится слишком неловко, а уши краснеют, чтобы скрыть смущение он кричит, ругается и отвешивает колкие комментарии. Но на самом деле Минхо приятен скиншип и любит когда его хвалят, особенно когда это делает их лидер, Бан Чан. И вот в один момент Чан неожиданно прекращает на полуслове любую приятную фразу, которую он начинает говорить в сторону Лино, избегает его во время фотосессий, а если они всё-таки стоят рядом пытается отодвинуться, как можно дальше, чтобы не прикоснуться к танцору. Если сначала Минхо думает, что это распоряжение руководства, свести к минимуму их контакт, во что верилось слабо, Чан мало кого слушал, в общежитии его поведение не меняется. Лидер продолжает избегать Минхо, даже когда за ними никто не следит и рядом только близкие люди. Подобное поведение лидера, которое так отличалось от прошлого, примерно через три дня вконец взбесило Минхо. Он совсем не привык к подобному отношению со стороны Бан Чана. Поэтому танцор стал агрессивнее, чем обычно и ещё более требовательным во время репетиций их нового танца, хотя казалось, что это невозможно. Но после практик абсолютно все мемберы просто выползали из зала для практик. Также с Минхо стало совсем невозможно нормально разговаривать, он отвечал исключительно издёвками, колкостями и сарказмом, что приводило в бешенство остальных мемберов. Даже макнэ-Чонин пострадал от нападок хёна, несмотря на всю любовь последнего к нему. Спустя неделю после принятия своего решения о дистанцировании от Минхо, Чан наконец-то замечает, что что-то не так. Атмосфера в общежитии стала напряжённой. Минхо перестал готовить, хотя обычно раз в несколько дней он любил постоять у плиты, а остальные мемберы просто-напросто избегали второго по старшинству, как будто тот был проклят. А в один день Чан застал совсем уж непонятную ситуацию в общежитии после одной из репетиций танца. Разговор на повышенных тонах между Минхо и Хёнджином, хотя они вообще никогда не ссорились, даже когда ставили новую хореографию. Лидер решает скрыться за углом и потом решить, должен ли он вмешаться... — Минхо! Ты не можешь так продолжать! — Мучной мальчик, почему ты говоришь со мной неформально? — слова Лино просто сочились ядом, которого раньше Чан никогда не слышал — Когда тебя стала заботить манера общения? — фразы Хёнджина тоже были далеки от дружеских. — Что тебе сделал Минни? Почему ты был таким строгим сегодня? — Он слишком плохо справлялся, — Минхо просто пожимает плечами и добавляет едко, - Я должен был быть более снисходительным к нему? Почему? Из-за тебя? Хёнджин краснеет и немного теряется из-за последнего вопроса. — Я не говорил тебе быть снисходительным, просто... — он запинается, — Минни плакал! Чан застывает на месте. Он не видел, чтобы Сынмин плакал, но похоже это правда, Хёнджин выглядит очень обеспокоенным и одновременно с этим злым. — Он должен стараться лучше, — Минхо решает, что разговор окончен, резко поворачивается, чтобы уйти, но Хван успевает схватить старшего за руку. — Хён! Ты не такой. Я это точно знаю. Разберись уже в себе! Лино с раздражением смотрит в глаза Хёнджину, выдёргивает руку из захвата и уходит. Хёнджин же тяжело вздохнув, уходит в сторону комнаты Сынмина. Чан так и не решается выйти из укрытия и вмешаться. Нехорошее предчувствие накрывает его с головой, но не понимает причины. Точнее он знает, что с Лино что-то не так, всегда заботящийся о мемберах Ли-старший неожиданно становится главным злодеем. А лидер почему-то чувствует вину, хотя думает, что это просто из-за ответственности. Минхо заходит в ванную комнату и раздевшись сразу идёт в душ, включая прохладную воду, чтобы остудить голову. Он не хотел говорить так с Хёнджином и не хотел доводить Сынмина до слёз, во время практики, он думал, что тот сможет выдержать, но оказался не прав. "Мне нужно извиниться перед Ким Сынмином, позже. И наверно, перед Джинни тоже", - принимает решение Лино немного остыв. Минхо понимает, что раньше он действительно таким не был и всё началось, когда Чан решил его избегать. Он даже не думал, что настолько зависит от своего старшего, пока тот не изменил своё отношение. Лино скучает по вечным приставаниям лидера, по его комплиментам, пускай они и были невероятно смущающими, по объятиям и самое главное, по нежному отношению, которое было направленно только на него. Ли-старший не понимает, как можно так резко изменить своё отношение из приятного, к практически полному избеганию и отчуждённости. После душа, парень принял решение сдерживать свой характер и плохое настроение, не показывать его остальным и стать более терпимым к проделкам младших. На следующий день, всё ещё мрачный, Минхо готовит для всех завтрак, включая Бан Чана, и зовёт всех за стол. Заняв свои места Феликс с подозрением берёт чашку с рисом и осматривая её говорит: — Лино-хён, он не отравлен? Все смеются, но всё ещё с некоторым недоверием смотрят на Минхо. Но он только усмехается, берёт свою чашку и спокойно начинает есть. Подобный ответ всех устраивает и они приступают к завтраку, поблагодарив за еду. Чан наблюдает за Минхо с беспокойством. От его взгляда не укрывается измученный вид младшего, небольшие синяки под глазами, которых раньше не было, и то как он пытается улыбаться, явно через силу. Лидер даже не может подумать, что это всё из-за его изменившегося отношения, ведь он делает всё это ради блага Минхо. Ради того чтобы младшему было комфортно, Чан сдерживает свои порывы прижаться к крепкому телу главного танцора, что выливается в удвоенную атаку на остальных мемберов. И в этом случае больше всех страдает макнэ. Чонина обнимают, тискают, таскают по общежитию, по сцене, по залу для практики, с ним милашничают и если раньше это было терпимо, основная атака приходилась на Минхо, теперь же страдают все. Ни от кого из мемберов не укрылись изменения в отношениях Минхо и Чана. Они замечают, то как угрюмый злобный кролик смотрит исподлобья на лидера, когда тот не видит, а также то как последний кидает грустные, какие-то обречённые взгляды на Лино. Они видят, как Чан самым, что ни на есть очевидным образом избегает Минхо, тот от такого отношения бесится ещё сильнее, но старший совсем этого не замечает или предпочитает думать что-то своё. Все мемберы и даже некоторые люди из стаффа это понимают, но что делать никто не знает. Точнее не решаются пойти в пасть ко львам и серьёзно поговорить с этими странными парнями. Ситуация не меняется и через неделю. Чан всё также считает, что делает всё правильно, а Минхо изводит себя бесконечными тренировками, чтобы не думать ни о чём и не срываться на остальных. Собравшись все мемберы решают, что нужно поговорить со старшими участниками и на разговор с Чаном были отправлены Чанбин с Ханом, а с Минхо сам решил переговорить Феликс.

В тот же день в студии.

— Хён, прекрати избегать Минхо! Это просто невыносимо! — страдальчески вздыхает Джисон, наблюдая за реакцией старшего на его слова. — Что ты имеешь ввиду? Я никого не избегаю, — пожимает плечами тот. — Чанни-хён, ты точно избегаешь Лино. А ещё следишь за ним, как сталкер. Ты думаешь мы слепые? — припечатывает фактами Чанбин. — О чём вы говорите? Я не понимаю, — на лице лидера читается настоящее, неподдельное недоумение. — Хочешь сказать, что правда не понимаешь? — с явным недоверием в голосе произносит Джисон. Чан только кивает в ответ. — Окей. Если не понимаешь, то я объясню. Ты уже две недели избегаешь Лино-хёна, при чём это даже ему очевидно, но он такой человек, который никогда в жизни не решится поговорить на подобную тему. Поэтому Чанни-хён, пожалуйста, поговори с ним уже! Последняя фраза больше звучала как мольба. А когда Чан перевёл взгляд на Чанбина, то увидел утвердительный кивок, подтверждающий слова младшего. — Я уверен, что Минхо сходит с ума. Он же любит тебя больше чем всех нас, а ты вот так с ним, — качает головой Со. — Я с ним? — лидер встал в откровенный ступор, — С чего вы взяли, что он любит меня? — Ты единственный, кому он всё-таки позволял себя тискать, чуть дольше чем другим, а ещё заботиться о тебе, разве ты не замечал, что Лино всегда готовит только ту еду, которая нравится тебе, — принципиальный Чанбин продолжает сыпать фактами, которые таковыми совершенно не были для Чана. — Ну мы всё в общем-то сказали, так что решать тебе, хён, — Джисон подскочил со стула и потащил Чанбина прочь, оставив лидера переварить факты, которые ему любезно озвучили.

В тоже время в общежитии.

— Лино-хён, можешь мне кое с чем помочь в моей комнате? — Да, конечно, — Минхо спокойно поднимается со своей кровати, на которой читал мангу и идёт в сторону комнаты младшего. — Так чем помочь? — спрашивает он входят. — Вот, садись сюда, — низким голосом просит Феликс, показывая на место рядом с собой на кровати. Минхо садится, заинтересованный загадочностью хозяина комнаты. — Хён, я сейчас спрошу нечто странное, но ты пообещай, что не будешь менять бить, — Минхо только поднимает одну бровь, а Феликс тем временем продолжает, — Лино-хён, ты влюбился? — Кто? — Минхо недоумённо хлопает глазами, смотря на младшего. — Ты, — следует лаконичный ответ. — Что сделал? — Влюбился, хён. — Кхм, — Минхо прочистил горло, — А в кого? — Думаю, это у тебя надо спросить. Ты ведёшь себя как влюблённый человек, которого отшили. Минхо уже хотел громко возразить, но во-первых - он не любит кричать на это солнце в человеческом обличии, а во-вторых - он в серьёз задумывается над словами Ёнбока и приходит к выводу, что возможно он прав. Видя, что Минхо задумался и полностью погрузился в свои мысли, Феликс тактично вышел из комнаты прошептав перед этим: — Надеюсь, вы наконец-то признаетесь уже в своих чувствах.