Звезды тонут в твоих глазах

Шелест листвы напоминает неразборчивый шепот, в котором, если постараться, будто бы можно расслышать что-то. В ночном лесу невозможно разглядеть почти ничего, лишь услышать треск веток и шум падающих листьев. Тепло от костра приятно ласкает кожу, но не обжигает – огонь совсем небольшой, он освещает лишь пару метров вокруг себя. Девушка, сидящая прямо на земле рядом с костром, поднимает голову и вдыхает ночной воздух, чтобы он наполнил легкие приятной свежестью. Она улыбается. Ночное небо прекрасно. Среди россыпи ночных звезд вдруг появляется, лишь на пару секунд, яркая световая полоска, которая тут же гаснет. Девушка улыбается, она успевает увидеть ее. И загадать желание… Настойчивый звонок будильника разрывает тишину, и Кларк недовольно стонет, пытаясь нашарить телефон и отключить адскую сирену. Первое ощущение, что появляется, когда она окончательно просыпается – это жуткая головная боль. Конечно же, ей не стоило пить вчера, и тем более, не стоило пить так много, но уговоры были столь убедительными… Кларк трет глаза руками, чувствуя жжение, которое усиливается, едва она смотрит в сторону окна. И, конечно же, она не нашла таблетки заранее, ей слишком не хотелось делать этого вчера, когда она вернулась посреди ночи, еле-еле стоящая на ногах от количества выпитого. - Вот дерьмо… - бормочет она себе под нос, с трудом выпутываясь из под одеяла. Таблетки с трудом находятся в кухонном ящике, который приспособлен под аптечку, и девушка с облегчением закидывает в рот сразу две, запивая их большим глотком воды. Кофеварка негромко ворчит и по кухне разносится божественный аромат кофе. К моменту, когда Кларк выходит из душа, заворачиваясь в полотенце, любимый напиток уже готов. После душа она чувствует себя немного лучше, чем по пробуждению, но позавтракать все-таки не помешает. Краткая инспекция холодильника оказывается удачной: вскоре на столе стоит тарелка с омлетом, пара тостов с джемом и яблоко. Наслаждаясь едой и наплевав на тот факт, что она завтракает в одном лишь полотенце, светловолосая девушка немного расслабляется, а головная боль перестает докучать ей благодаря волшебному действию лекарства. А, может, и такому же волшебному действию кофеина, без дозы которого она уже не представляет свое утро. С кружкой в руках Кларк идет к окну и приоткрывает его. На улице ветрено: поток воздуха тут же устремляется внутрь, взлохмачивая ее локоны, и тут она вспоминает… Ветерок треплет светлые волосы, когда девушка смотрит вслед упавшей с неба звезде, след от которой, наверное, еще догорает где то там, в иссиня-черном небе. - Какой прекрасный был сон… - тихо бормочет Кларк себе под нос. Она закрывает глаза, пытаясь восстановить в памяти картинку и ощущения ночного леса. Удивительно, что даже когда ее сон затуманен алкоголем, она все равно может вспомнить некоторые подробности, хотя и не так ярко, как обычно. Она опускает кружку на столешницу с негромким стуком и бредет в дальнюю комнату, надеясь удержать в сознании картинки из сна. Полотенце соскальзывает на пол, возвращая Кларк к реальности: она все еще не одета. Вскоре она уже стоит в самой светлой комнате из всех – именно эта часть квартиры является рабочим местом и местом вдохновения художницы. В который раз Кларк пытается воплотить на холсте то, что она видит и чувствует, когда ей снятся эти сны, но каждый раз выходит не то. Картина получается слишком плоской, пустой, и она вновь бракует результат, даже не закончив работу. Но, может, сейчас… Закусив губу, девушка тянется к палитре и перебирает пальцами тюбики. Быть может, сейчас..

***

От работы ее отрывает звонок телефона. Своеобразное медитативное состояние, в котором пребывает художница во время рисования, рассеивается как дым. Звонок доносится из кухни, где она, видимо, позабыла телефон утром. Кларк откладывает кисточку и направляется туда, вытирая по пути о полотенце свои руки от пятен краски. На экране знакомая фотография улыбающегося парня. Девушка закатывает глаза и принимает вызов: - Только не говори, что ты проснулся только сейчас, Беллами! - Именно так, и я прекрасно отдохнул после вчерашней тусовки, а ты? – Кларк слышит веселые нотки в голосе друга, но не разделяет его веселья. - Ты еще спрашиваешь?! Ты ведь знаешь, что мне нельзя пить так много, я с трудом добралась до дома, потеряла любимый браслет, а утром чуть не умерла от похмелья! И это все твоя вина! – возмущается блондинка в трубку. Она никогда не была любительницей крепкого алкоголя, но иногда друзьям удавалось затащить ее куда-нибудь и от души напоить, аргументируя свою выходку тем, что Кларк «слишком правильная» и «иногда надо расслабляться». Каждый раз она обнаруживала себя с парой новых ссадин, или недосчитывалась какой-нибудь вещи, а иногда просто сгорала от стыда. Беллами, мерзко хихикая, показывал ей видео, на которых она вела себя ужасно прошлым вечером. Он старательно снимал их каждый раз, потому что издеваться над Кларк явно было целью его жизни. Впрочем, они никогда всерьез не ссорились из-за этого. - Да ладно тебе, зануда! Было круто, и я надеюсь повторить это на следующих выходных. Чем ты занята? – поинтересовался парень. - Я собираюсь поискать работу, но мой ноутбук все еще не работает, так что… - Так и быть, одолжу свой. Встретимся в кафе? - Хорошо. Мне нужно полчаса, дождешься? - Не вопрос. До связи. Звонок прерывается, и Кларк расстроенно вздыхает, сжимая в руке телефон. Мысли о поиске работы совершенно не радуют, но она и так тянет с этим слишком уж долго. Потратив немного времени на сборы, она все же выходит на оживленную Нью-Йоркскую улицу, чтобы вскоре оказаться у дверей любимого кафе.