Традиционный любовный календарь.

Зима в северных провинциях выдалась относительно тёплой и приятной. Снега выпало совсем немного, а температура на улице идеально подходила для долгих прогулок… которым не было места сегодняшним вечером, ведь на пороге уже стоял новый год, выжидая нужный момент, дабы сменить старый и заново начать отсчёт. Приближение Чуси буквально ощущалось в воздухе: Лань Ванцзи сосредоточенно готовил ужин на кухне небольшого домика. Он обещал устроить супругу праздник, а потому перебирал его любимые специи, выбирая те, которые планировал использовать, чтобы порадовать возлюбленного. — Лань Чжань, посмотри на меня, скорее, посмотри на меня! – громко позвал Вэй Усянь со двора, прекрасно зная, насколько чуткий у его мужа слух. И Лань Ванцзи покорно отложил приправы в сторону, бросив предыдущие занятие. Выйдя на порог дома, он встретился взглядом с возлюбленным. Вэй Усянь радостно улыбался, подняв руки вверх и ловя крупные снежинки на ладони. — Я же говорил, что сегодня пойдёт снег! – довольно заявил он, кружась под падающим снегом и наслаждаясь ощущениями от мягких снежных прикосновений к лицу и волосам. — Мгм, — покорно согласился Лань Ванцзи, удовлетворённо рассматривая выражение лица возлюбленного. Улыбка Вэй Ина неизменно вызывала тепло у него в груди. Будто маленький пушистый кролик свернулся около сердца и нежно согревал его. Последние два месяца супруги проживали в маленькой деревеньке вдалеке от родных земель. Туда их привели рассказы о проклятом лесе, в котором пропадали местные жители. На то, чтобы отыскать и уничтожить всех тёмных тварей, населяющих лес, у Лань Ванцзи и Вэй Усяня ушло немало времени, однако задержаться в деревне они решили по совершенно иным причинам: доброта местных жителей и их тёплое отношение к тёмному заклинателю не могли не добраться до сердца последнего. Вэй Усянь уже и не помнил, когда люди относились к нему настолько радушно, а потому и убедил мужа остаться в деревеньке до окончания Чуньцзе. Пусть традиции и требовали от них возвращения в Гусу Лань, чтобы встретить праздник в семейном кругу, однако… Лань Цижэнь до сих пор скептически относился к возлюбленному своего младшего племянника, не упускал возможности уличить его в нарушении какого-либо из четырёх тысяч правил, а также пытался читать ему нотации, чем вызывал лишь гнев Лань Ванцзи. Сам Вэй Усянь просто стремился избежать любых конфликтов. После перерождения в теле Мо Сюаньюя он желал лишь тихой спокойной жизни с любимым, хотел помогать простым людям и бороться с тёмными тварями. Встречать Чуси Лань Ванцзи и Вэй Усянь планировали вдвоём, дабы в полной мере насладиться обществом друг друга. В конце концов, третий поклон в маленьком храме бога войны Сяньлэ они принесли лишь два с половиной года назад, а потому продолжали узнавать привычки и нрав своих спутников на тропе совершенствования. И искренне желали позаботиться друг о друге. В дали от общества других людей… желательно в постели… После месяцев постоянных странствий и напряженных Ночных Охот они заслужили время для отдыха. — Лань Чжааань! – улыбнулся Вэй Усянь, приблизившись к мужу и с удовольствием нырнув в его тёплые объятия. – Лань Чжань, что из вкусненького ты приготовил? – мягко поинтересовался он, ёрзая и ища более удобное положение в чужих руках. — Курицу гуньбао и пельмени, — коротко отозвался Лань Ванцзи, крепче прижав к себе супруга и осторожно коснувшись губами его лба. — Лань Чжань, ты замечательный! — искренне восхитился Вэй Усянь, которого не подпускали к приготовлению блюд. И, пусть Лань Ванцзи готов был пробовать каждый кулинарный шедевр любимого, он предпочитал готовить самостоятельно. Да и сам бывший Старейшина Илина с большим удовольствием уплетал стряпню супруга, чем мучился на кухне, готовя полусъёдобные кушанья. — Вэй Ин самый замечательный, — бескомпромиссно заявил Лань Ванцзи. И переспорить его было невозможно. Вэй Усянь пытался множество раз, но неизменно терпел поражение. А потому теперь не стал даже пытаться. Куда ему было до идеального и непоколебимого Лань Ванцзи? Проще было отступить, чем по-настоящему тягаться с ним. Даже в словесных спорах. — Лаааань Чжаааань! — обреченно простонал Вэй Усянь, но тут же широко улыбнулся и поспешил перевести разговор в другое русло. — Когда всё будет готово? — Скоро, — мягко отозвался Лань Ванцзи и, крепко обнимая супруга за плечи, повёл его обратно в дом, заметив усиление снегопада. — Вэй Ин замёрз. — Но мне так хорошо! — возразил Вэй Усянь, послушно следуя за мужем. Пусть он и не надел зимний плащ, но, увлеченный падающими снежинками, совсем не замечал зимний холод. Ему было хорошо, а остальное мало волновало тёмного заклинателя. Он вообще редко переживал за себя или собственное здоровье, поэтому следить за ним приходилось Второму Нефриту. — Нужно согреться, — напомнил Лань Ванцзи, оказавшись внутри дома и быстро закутав возлюбленного в огромное одеяло. Вэй Ин не сопротивлялся, позволяя позаботиться о себе. Он знал, насколько сильно супругу нравилось брать на себя ответственность и приглядывать за ним, а потому он совсем не противился проявлениям чужой заботы, к которым постепенно начал привыкать. Этим вечером они не ожидали гостей: жители деревеньки одарили их подарками ещё с утра, после чего супруги неторопливо приступили к предпраздничной подготовке: тщательно очистили двор от снега, разобрали отданные деревенскими продукты, выстирали одежду… А посторонние… кто бы рискнул навязать своё общество Старейшине Илина и Ханьгуан-цзюню? Никто. Именно по этой причине впервые после перерождения Вэй Усяня они планировали провести время вдвоём. Без нотаций дядюшки. Без тяжёлых вздохов Лань Сичэня. Без старых и новых знакомых. Без сожалений о прошлом. Без размышлений о будущем. — Лань Чжань! — позвал Вэй Ин, когда супруг прошёл обратно на кухню. — А кроме курочки и обычных пельменей, ты делаешь ещё и острые пельмешки? - поинтересовался он, принюхавшись к витающим по всему дому ароматам. Учуяв сочные специи, он удовлетворённо улыбнулся. — Мгм, — согласился Лань Ванцзи. — Вот и славно! — радостно хлопнул в ладоши Вэй Усянь. — А я пока что снова займусь уборкой, нужно же подготовиться к празднику… И пусть супруги полностью вычистили дом перед тем, как в нём остановиться, Вэй Ин не желал сидеть без дела. Куда больше ему хотелось внести свою лепту в подготовку к празднику, поэтому, закончив с быстрым наведением порядка в и без того чистом доме, он приступил к изготовлению дуйлянь, которые заклинатели планировали повесить на дверь. – Эх, всё-таки каллиграфия Лань Чжаня значительно лучше моей, – бормотал Вэй Ин, старательно выводя кистью пожелания долгой и счастливой жизни для них обоих. После нескольких попыток у него всё же получились красивые и аккуратные дуйлянь, и он приступил к изображению перевёрнутого иероглифа 福 «фу» – благополучие. – Будто Небожители действительно соизволят в такой день гулять по миру смертных, а не праздновать у себя в Небесной столице… – бормотал он, осторожно орудуя кистью. – Наверняка они будут пить вкуснейшее вино и спорить, у кого больше последователей… Но заглядывать к простым смертным в дома? Пффф, – фыркнул Вэй Ин, тем не менее, продолжая увлеченно работать над верным написанием иероглифа. – Детские сказочки… В первой жизни ему толком не довелось поучаствовать в подобных предпраздничных приготовлениях: мадам Юй считала, что у него ужасный почерк, да и предпочитала доверять такую работу слугам – Пристань Лотоса могла себе это позволить. А после… во время войны с орденом Цишань Вэнь или жизни на Могильных Курганах ему было уже не до каких-либо празднований, в ту пору тёмного заклинателя больше заботили проблемы выживания, чем какие-то старые традиции. Тогда он просто старательно выживал, а не жил. Зато теперь, когда среди заклинателей наступил относительный мир, его имя было очищено, а Цзинь Гуанъяо с его многочисленными интригами оказался погребён в саркофаге вместе с Не Минцзюэ, можно было позволить себе отдохнуть… – Лань Чжань, тебе нравится? – поинтересовался Вэй Усянь. Он, будучи полностью перемазанным в туши, с довольной улыбкой демонстрировал возлюбленному результат своих трудов. – Мгм, – кивнул Лань Ванцзи, обернувшись к мужу. Он как раз закончил лепить пельмени для праздничного ужина. – Ух, ты! Так много! – восхищенно проговорил Вэй Усянь, в свою очередь, рассматривая готовые пельмешки. Все до единой ровные, аккуратные. Одинаковой формы и размера. У него самого такие бы никогда не получились. Однако до тех пор, пока рядом с ним находился возлюбленный, он не видел повода переживать из-за подобных мелочей. – Вэй Ину нужно помыться, – заметил Лань Ванцзи, оценив перепачканные руки, лицо и одежду супруга, будто тот рисовал на себе, а не на бумаге. Точно также тот обычно выглядел, когда увлекался исследованиями и теориями. – Подготовлю бочку. – Хорошо, я пока повешу всё, – легко согласился Вэй Усянь, не споря с решением супруга. Как-то Лань Ванцзи признался, что ему очень нравилось помогать мужу в каких-либо мелочах, будь то купание, расчесывание волос, приготовление еды или стирка одежды. И тёмный заклинатель постепенно учился принимать чужую любовь и заботу. Методично развешивая дуйлянь и погрузившись в собственные размышления, Вэй Усянь не сразу заметил стук в ворота. Он обратил внимание на посторонний звук лишь тогда, когда из-за закрытых ворот послышались знакомые голоса: – Учитель Вэй! – Молодой г-господин Вэй! Вэй Ин с растерянным выражением на лице впустил Лань Сычжуя и Вэнь Нина. Почтив память предков ордена Цишань Вэнь, родственники продолжили своё путешествие по Поднебесной. Раз в несколько месяцев они возвращались в Гусу Лань, но большую часть времени всё же проводили вдали от орденов заклинателей, чтобы не привлекать внимание старых недругов к Призрачному Генералу и изучить новые земли, необычных тёмных тварей, а также проводили время на Ночных Охотах. – Вы! – только и смог воскликнуть Вэй Усянь. Однако, справившись с первой волной удивления, тут же притянул Лань Сычжуя в свои объятия, ничуть не переживая о том, что мог нечаянно перепачкать чужие белоснежные одеяния. – Учитель Вэй весь в работе? – мягко улыбнулся Лань Юань, приобняв старшего в ответ и ничуть не заботясь о состоянии собственного ханьфу. – Какая же работа перед Чуси? – рассмеялся Вэй Усянь, ласково погладив ученика по спине и невольно оставив след от чернил на светлой ткани. – Вэй Ин, бочка готова, – позвал Лань Ванци, выйдя на порог. Когда он заметил гостей, его взгляд едва уловимо потеплел, ведь он всегда был рад встрече с названным сыном, пусть и не демонстрировал этого внешне. Визиту Призрачного Генерала Второй Нефрит радовался значительно меньше, но также предпочитал это не показывать окружающим. Ни к чему им было знать, какие чувства обуревали благородного заклинателя при виде старого друга его мужа. – Приветствую Ханьгуан-Цзюня! – Лань Сычжуй осторожно высвободился из объятий и низко поклонился наставнику. Вэнь Нин последовал его примеру, негромко проговорив слова приветствия. – Каким ветром вас занесло в такую глушь? – поинтересовался Вэй Усянь, ухватив юношу за руку и настойчиво потянув в сторону дома, дабы не мёрзнуть под непрекращающимся снегопадом. Остальные последовали за ними. – Мы возвращались в Гусу Лань, когда услышали, что неподалёку обосновались два именитых заклинателя, победивших всех тварей в местном лесу, – легко пожал плечами Лань Сычжуй. – Вот и решили заглянуть на праздник… – смущённо добавил он. – Ваше путешествие окончено? – уточнил Вэй Усянь, сняв свой тёплый плащ и передав его супругу, чтобы аккуратно повесил на ширму. – Д-да, – подтвердил Вэнь Нин, сняв обувь на пороге. – Учитель Лань просил А-Юаня вернуться в Гусу Лань, чтобы п-помогать в обучении м-младших адептов, – гордо заявил он, довольный успехами родственника. Да и как можно было не гордиться столь одарённым юношей? – Это здорово! – радостно хлопнул в ладоши Вэй Усянь, от всей души улыбнувшись. Пусть его маленькая редисочка и не являлся членом клана Лань по крови, но в ордене его всё равно ценили, несмотря на происхождение. Впрочем, настоящую фамилию Лань Сычжуя до сих пор знали лишь некоторые члены внутреннего круга Гусу Лань, близкие друзья и Вэнь Нин, от посторонних правду продолжали тщательно скрывать. И Вэй Усянь искренне надеялся, что истина никогда не раскроется. – А ещё здорово, что Лань Чжань приготовил очень-очень много пельмешек! – заметил он. – Признайся, Лань Чжань! Ты знал, да? – весело спросил тёмный заклинатель, внимательно глянув на возлюбленного. – Нет, – спокойно отозвался Лань Ванцзи. И тут же строго посмотрел на мужа. – Вэй Ин! – с намёком проговорил он, напомнив о том, что бочка с нагретой водой уже была готова в специально отведённой для омовения комнате. – Иду-иду! – покорно согласился Вэй Усянь. – Не скучайте! – бросил он, на ходу распуская волосы, собранные в хвост. – И не рассказывайте истории о своём путешествии без меня! – потребовал он, скрывшись в соседней комнате. Когда Вэй Усянь, в полностью чистых оедяниях и разрумянившийся от горячей воды, вернулся обратно в общую комнату, то обнаружил Вэнь Нина, расставляющего посуду на праздничном столе. Лань Ванцзи и Лань Сычжуя не было видно, но по аппетитному запаху запеченной курочки и пельменей, а также по негромким голосам, тёмный заклинатель понял, что те находились на кухне и приступили к финальной стадии приготовления ужина. – Как ты, старый друг? – спросил Вэй Ин, завязывая влажные волосы в небрежный хвост. Расчесать их и самостоятельно привести в приличный вид он даже не пытался, ведь у Лань Чжаня это получалось намного лучше, чем у него самого. Не стоило и стараться. – М-мне не на ч-что жаловаться, м-молодой господин Вэй, – покачал головой Вэнь Нин, закончив своё занятие и сев рядом с тёмным заклинателем. – И тебя даже не нужно подлатать на этот раз? – улыбнулся Вэй Усянь, внимательно осматривая друга и ища малейшие признаки каких-либо повреждений. Он не раз разбирался с травмами, полученными Призрачным Генералом, регулярно разбирался с последствиями и поддерживал силу и подвижность в мёртвом теле. – Я б-был осторожен, – снова покачал головой Вэнь Нин. – Хорошо, – кивнул Вэй Усянь, предварительно убедившись в правдивости слов Призрачного генерала посредством внешнего осмотра. – Как насчёт А-Юаня? – А-Юань д-достиг з-значительных успехов в определении разных видов т-тёмных тварей, а его навыки Р-распроса с каждым разом всё с-совершеннее, – с теплотой в голосе поделился Вэнь Нин. Он выглядел спокойным и умиротворённым. – Я рад, что ты приглядываешь за ним… – заметил Вэй Усянь, задумчиво вглядываясь в лицо старого друга и ища на нём малейшие признаки эмоций. Это было непросто, учитывая закоченевшие лицевые мышцы, но он слишком хорошо знал верного соратника. А потому мог без проблем различать его чувства. «Не думал, что в столь отдалённых землях мы сможем повстречать кого-то знакомого, – лениво размышлял тёмный заклинатель. – Во истину, пути судьбы неисповедимы…». Несмотря на то, что его планы относительно совместной ночи с Лань Ванцзи оказались полностью разрушены, он нисколько не расстроился. Всегда было приятно вновь увидеться с дорогими сердцу людьми. Особенно в последний день уходящего года. Поскольку все приготовления к праздничному ужину были завершены, семья собралась в общей комнате. И в тот момент с улицы снова послышался громкий стук. Супруги задумчиво переглянулись. — Лань Чжань, разве мы ещё кого-то ждём? — удивлённо поинтересовался Вэй Усянь, пытаясь прикинуть, кто мог прийти к ним, да ещё и в такой вечер. — Нет, — коротко отозвался Лань Ванцзи, поднявшись из-за стола и направившись к воротам, по которым не переставали стучать. Вэй Ин поспешил за ним, наказав Лань Сычжую и Вэнь Нину остаться в доме. На всякий случай. Для общего спокойствия им следовало оставаться в стороне. С той стороны раздавались мужские голоса: — Сань Лан, наверняка нас услышали. Зачем стучать так громко? – обеспокоенно поинтересовался первый гость. — Не переживай, гэгэ, — беззаботно отозвался второй, и громкий стук повторился. — И кого только принесло в такой час? – устало покачал головой Вэй Усянь. Все его первоначальные планы на праздничную ночь окончательно отправились к кролику под хвост… Время близилось к часу Собаки. Стучаться столь поздно в незнакомые дома было не принято, а потому оба заклинателя настороженно отнеслись к незваным гостям. Лань Ванцзи медленно открыл засов на воротах, держа правую руку на рукояти Бичэня. Мало ли, кто решил к ним заглянуть. Стучаться могли случайные путники… или же разбойники, а то и вовсе какая-нибудь чересчур смелая и умная нечисть. Однако за порогом обнаружились двое: улыбающийся юноша в простых белых монашеских одеяниях и серьёзный молодой человек в красном. — Приносим свои извинения хозяевам дома, но… — начал разговор юноша в белом, аккуратно пытаясь подобрать слова для разговора. — Местные жители говорят, что видели в округе необычного лютого мертвеца! – сразу перешёл к делу его спутник, внимательно вглядываясь в обоих заклинателей. — В самом деле? – хмыкнул Вэй Усянь. Он прекрасно понимал, про какого мертвеца шла речь, но не собирался выдавать старого друга, привычно защищая Вэнь Нина от любой, даже минимальной опасности. – И что же в нём такого необычного? Лань Ванцзи сохранял холодное выражение лица. Хоть он и убрал ладонь с рукояти Бичэня, но по-прежнему выглядел собранным и настороженным, будто в любой момент готовился вступить в бой. — Впрочем, мы никаких лютых мертвецов не видели, — невозмутимо продолжив разговор Вэй Усянь, не дав чужакам заговорить. По своему опыту он хорошо знал, что лучше обрубить чужие предположения и домыслы на корню, чем пытаться оспорить их. – Поэтому не нуждаемся в помощи даочжанов. — И в самом деле, заклинателям вряд ли нужна наша помощь, — согласился юноша в красном, задумчиво разглядывая стоящих перед ним людей. Особенно долгий взгляд он задержал на Вэй Усяне, чем заставил Лань Ванцзи слегка нахмуриться. — Вы уверены, что не видели никого подозрительного в округе? – едва заметно нахмурился юноша в белом. — Нет, — холодно ответил Лань Ванцзи. Несмотря на свою неприязнь в отношении Вэнь Нина, он бы никогда не посмел разочаровать супруга предательством. — Не переживайте, мы можем защитить себя и окружающих, — беззаботно пожал плечами Вэй Усянь, будто ему было нечего скрывать. – Но неужели даочжаны заняты охотой на нечисть в преддверье Чуси? — поинтересовался он, искренне недоумевая, для чего кто-то пожелал покинуть тепло собственного дома в предпраздничный день. Да ещё и в такой снегопад. «Вэнь Нин всегда очень осторожный… Как и когда он мог попасться кому-то на глаза?», — размышлял Вэй Усянь, понимая, что не следовало вступать в конфликты этим снежным вечером. — Каждый следует собственным традициям, — заметил юноша в красных одеяниях, холодно усмехнувшись. Оба гостя не пытались пересечь границу чужих владений и стояли у ворот, но супруги всё ещё тщательно следили за каждым их действием, готовые среагировать на малейшую опасность. Юноша, которого назвали Сань Ланом, продолжил внимательно разглядывал Вэй Усяня. На какой-то миг в его глазах мелькнуло узнавание, от чего на лице юноши появилась хитрая усмешка. — Гэгэ, нам и в самом деле не о чем переживать, — заметил он, осторожно коснувшись рукава своего спутника. – Приносим извинения господам заклинателям и просим принять скромный подарок в качестве компенсации, — проговорил он, обратившись к супругам и вынув небольшой кувшин вина из широкого рукава. — Не стоило, — покачал головой Вэй Усянь, всё же приняв подарок. Как он мог отказаться, когда кто-то предлагал ему вино? Неважно, какого качества… Правила приличия требовали пригласить незнакомцев в дом и угостить ужином, однако Вэй Ин не хотел, чтобы те увидели Вэнь Нина. А выгонять старого друга или просить его спрятаться он не собирался. Всё-таки в праздничную ночь хотелось провести время с близкими. Именно с близкими людьми, а не с чужаками. Юноша в белом мягко улыбнулся, будто догадавшись о чужих мыслях. — Нам пора, — спокойно проговорил он. – Желаем вам хорошего праздника! — И вам, даочжаны, — согласился Вэй Усянь, с трудом сдержав удовлетворённую улыбку. — Мгм, — согласно кивнул Лань Ванцзи. Все четверо друг другу вежливо поклонились, после чего юноши направились прочь, а супруги заперли ворота. — Что ж, Лань Чжань… самое время попробовать твои чудесные пельмешки! – заявил Вэй Усянь, крепко сжав подаренный сосуд с вином. Говорить о случившемся не хотелось. — Мгм. Несколько часов спустя Вэй Усянь сидел на крыльце, с задумчивым видом попивая подаренное вино. По вкусу оно во много раз превосходило знаменитую «Улыбку Императора» и почему-то казалось очень знакомым. — Не мог же я позабыть столь чудесное вино? – задумчиво пробормотал Вэй Ин, анализируя собственные чувства и ощущения. – Но где же я мог его попробовать? — Никогда прежде не видел таких кувшинов, — покачал головой Вэнь Нин, который не мог попробовать вино на вкус, но обладал гораздо лучшей памятью, чем его господин. Вэй Усянь сделал ещё один небольшой глоток чудесного напитка, невольно вспомнив последние слова незнакомцев: — С благословением небожителей никакие запреты неведомы…