Глава 14 -22
12 февраля 2023 г., 18:39
— Какого хрена вы делаете в моем доме? — попытался взбрыкнуть Орлек, но тут же получил чувствительный удар коленом в бок.
— Твой дом, сучара?! — завопила рожа, — это дом моей доброй матушки, которую ты выгнал. Где жетон? Где жетон, я тебя спрашиваю?
Тут-то, наконец, молодой человек понял почему этот дом так дешево продавался, почему бывший владелец хотел обойтись без магистрата и почему договорились так быстро. Орлек попался в банальнейшую из всех возможных мутных схем с жильем. Попался, хотя и прекрасно знал о подобном способе заработка.
Ситуация была аховая, как ни посмотри. Вряд-ли эти молодчики оставят его в живых, даже если он вернет им жетон, ведь они точно знали, что он при деньгах. Следили за ним, скорее всего. А ведь было у него чувство, что у него хвост вырос, было. И желание все сделать по уму с домом тоже было. Но он решил положиться на судьбу, забыв, что та недавно уже делала ему подарок.
— Хуле ты молчишь? — поинтересовалась у него рожа, — эй, Риз, а ну-ка иди сюда, у нас тут молчун.
— Не колется? — послышался высокий голос со стороны соседней комнаты и в дверь протиснулся бритый наголо, с изуродованным шрамами лицом, мужик зверского вида, — ничего, сейчас я его ножичком пощекочу и мы станем друзьями. Ведь станем же, малый? — обратился он к Орлеку.
— Я все скажу! — тут же заорал молодой человек. И страх, прозвучавший в его голосе, был почти не наигранным.
— Конечно скажешь, — осклабился мужик, обнажая желтоватые зубы, — самое главное как быстро.
— Сейчас скажу! Сейчас! — запаниковал Орлек, — жетон в соседней комнате, под сундуком спрятан.
— Проверь, — приказал первый лысому, — если наврал, то сам понимаешь... — обратился он уже к молодому человеку.
— Не наврал! Клянусь! — заблажил Орлек, прикидывая как бы половчее вырваться из крепкой хватки бандита, — сами сейчас увидите!
— Есть! — донеслось из соседней комнаты.
— Говори тепе... — начал было тот, что держал Орлека, но договорить не успел: молодой человек извернулся, выдергивая свою одежду из рук бандита, после чего, ударив того коленом в пах, рванулся к той двери, что вела к выходу.
— С-с-ука, — просипел бандит, сгибаясь пополам, — ловите сученыша, ловите! — прокричал он, едва к нему вернулась подобная способность.
То, что разбойников может быть больше двух, Орлек подозревал, но то, что еще трое будут ждать его в соседней комнате, перекрывая выход, стало для него настоящим сюрпризом. И, надо сказать, очень неприятным и крайне болезненным.
Сколь бы ловок он не был, но увернуться сразу от троих опытных бойцов ему не удалось. Его несколькими точными ударами свалили на землю, после чего начали пинать ногами.
— А ну, стоять! — послышался окрик, — он нам живым нужен. Пока.
— Так может того? — поинтересовался кто-то из тех бандитов, что охраняли выход, — а кругляки сами найдем?
— Ты че, самый умный тут? — поинтересовался рожа, — а если он их спрятал не тут?
— Тут он спрятал тут, — раздался еще один, не слышимый ранее Орлеком, голос, — в сундуке посмотри, в сапогах лежат.
Молодой человек похолодел. Кто бы сейчас не говорил, но он действительно знал где Орлек хранит остаток золота, доставшийся ему от Белой Леди. Он уже, было, начал потихоньку приподниматься, надеясь дорого продать свою жизнь, так как прекрасно понимал, что в живых его не оставят, как вдруг рожа, бывший, очевидно, главным в этой шайке, поинтересовался:
— А ты кто, нахер, такой?
— О, а я разве не представился? — в голосе незнакомца послышалась издевка, — прошу меня простить. Меня зовут Валиотсюданахерпокананогахстоишь.
— Че? Че это за имя вообще? — один из бандитов явно ничего не понял.
— Не, мужики, — вновь раздался голос незнакомца, но на этот раз в нем не было ничего, кроме угрозы, — реально, валите отсюда и останетесь живы. Мне не до вас сейчас.
— Вали суку, — коротко приказал рожа.
А затем Орлек, все так же лежащий лицом в пол, услышал сначала топот ног бандитов, затем какой-то странный треск и дикие крики боли, за которыми последовали тяжелые удары, сопровождающиеся хлюпающими звуками и треском ломаемых костей.
— Последний, — вздохнул все тот же голос, — знатно ты их приложила. Да-да, я понимаю что ты и не такое можешь. Да помню. Ладно, давай потом поговорим, сейчас надо посмотреть что там с нашим приятелем.
Раздались негромкие, уверенные шаги, скрипнула половица и Орлек почувствовал, что рядом с ним кто-то стоит.
— Эй, парень, ты есть жив вообще? Помощь нужна?
— Жив, — прокряхтел Орлек, приподнимаясь, дабы если и не встать, то, хотя бы, просто перевернуться на спину. Не получилось. Рука подогнулась и он вновь распластался на полу.
— Ладно, ты это, не двигайся пока. Давай я тебя осмотрю, может эти суки тебе сломать что-то.
— Не нужно, — прохрипел молодой человек, — переверни меня и все.
— Как скажешь. Только учти, что будет больно. Готов?
— Готов, — ответил он и тут же застонал от боли, когда незнакомец его схватил. А вот когда перевернул и положил на избитую спину, то Орлек просто-напросто потерял сознание.
В себя он пришел уже лежа в своей кровати. И первым, что он увидел, был молодой мужчина с длинными черными волосами, сидящий за столом и, с явным аппетитом, уплетающий куриную ножку. Судя по его узорчатым, явно дорогим, кожаным доспехам, был он из высшего сословия.
— О, ты уже проснуться, — улыбнулся он, заметив взгляд Орлека, — ты это, не серчай, что объедаю тебя, — он кивнул на выставленную на столе снедь, в которой хозяин дома узнал свои собственные запасы, — я просто устал за целый день, а тут ты со своими проблемами, а я как раз в трактир хотел идти. Но ты не волнуйся, если договоримся, то я все возмещу тебе. Хотя, — он ухмыльнулся, — ты-то в любом случае парниша богатый, авось и не обеднеешь.
— А если не договоримся? — просипел парень.
— Обязательно договоримся, — вновь улыбнулся его собеседник, — погоди-ка, сейчас я тебя напою.
Он отложил недогрызенную куриную ножку, поднял кувшин, в котором у Орлека хранилось вино, налил немного в кружку и, подойдя к кровати, осторожно приподнял голову больного, позволяя тому напиться.
— Где эти? — неопределенно поинтересовался Орлек.
— В гостиной отдыхают, — пояснил незнакомец, сразу поняв о ком он говорит, — извини, что тебе не предлагать еду. Пока тебе такое нельзя. По крайней мере мне так кажется.
— Что тебе от меня нужно? И что ты делаешь в моем доме?
— Правильные вопросы, — отсалютовал ему куриной косточкой незнакомец, — но давай, для начала, познакомимся. Нет, я, конечно, многое о тебе знаю, но все же, как по мне, ритуал знакомства должен состояться. Итак, меня зовут Тималь, можно просто Тима. А тебя как?
— Орлек, — ответил Орлек, сбитый с толку напором незнакомца, — а что значит «многое о тебе знаю»? Ты что из мух?
— Мух? — недоуменно поинтересовался назвавшийся Тималем мужчина, — а, ты про жандармов. Какое же дурацкое название, ей богу. Нет, я не из жандармерии. Да-да, Лили, я все понял, — внезапно проговорил он с отсутствующим видом, — сделаю все как ты просишь. Эм, Орлек, — посмотрел он на хозяина дома, — позволь тебе представить еще кое-кого. Это Мистресс Лилиана, которую ты знаешь под именем «Белая Леди».
— Э-э-э, чт... — Орлек попытался уточнить что его гость имеет ввиду, но в этот самый момент перед молодым человеком материализовалась уже знакомая ему полупрозрачная фигура девушки в белом платье.
— Здравствуй, Орлек. Очень приятно познакомиться, — улыбнулась она ему.
— Н-н-но как? — только и смог выдавить тот из себя.
Девушка засмеялась звонким, чистым смехом, увидев его ошеломление.
— Не волнуйся, я не плод твоей фантазии, — отсмеявшись успокоила она его, — просто так получилось.
— Мистресс... — только тут до Орлека дошло каким титулом именовал ее Тималь. И, едва осознав это, он тут же попытался встать, дабы должным образом поприветствовать высокородную.
— Лежи-лежи, — вновь улыбнулась девушка, правильно разгадав его маневр, — тебе сейчас лучше лишний раз не двигаться.
— Зачем вы тут? — наконец спросил хозяин дома, — нет, вы не подумайте, я вам очень благодарен и за помощь и за деньги. Это ведь вы их мне передали? — посмотрел он в глаза девушке.
— Мы, — вместо нее ответил мужчина. И Орлек вдруг понял, что если тот и старше него, то не намного. — А зачем мы тут? — он на секунду задумался. — Скажи, Орлек, каким ты видишь свое будущее через пять лет? — на этой фразе он почему-то улыбнулся.
— Я... — задумчиво протянул парень, — ну, я хотел сегодня идти устраиваться на работу к одному мастеру, которого мне посоветовали мои знакомцы. А что будет через пять лет... Да откуда же мне знать-то? Может сам мастером стал бы, а может и помер где-нибудь под забором.
— То есть перспектив никаких? — подытожил Тималь.
Что такое «перспектива» Орлек не знал, но по смыслу фразы примерно понял, поэтому ответил:
— Не знаю насчет пер-спе-ктив, но если руки не из задницы растут, то всегда можно устроиться.
— А что с деньгами планировал сделать, кроме как дом купить? — вмешалась в разговор Мистресс Лилиана.
— Даже не знаю, — как-то растерялся Орлек, который и сам частенько задавался подобным вопросом. Оставшаяся у него, после покупки дома, сумма была по его меркам просто гигантской и куда ее потратить он не знал. Нет, конечно можно было все прокутить, но кутилой он не был. Самую необходимую покупку он уже сделал, хоть и, как оказалось, прогадал с ней. Вот и получалось, что денег вроде бы много, а девать их некуда. — У меня отродясь не было таких деньжищ.
— То есть, — подвел итог Тима, — денег у тебя много, но ты все равно планировал идти работать?
— Да, — согласно кивнул парень и тут же поморщился от боли.
— Почему?
А вот этот вопрос вогнал Орлека в ступор. Он некоторое время напряженно думал что ответить, но так и не придумав ничего конкретного, честно ответил:
— Не знаю. Просто привык так. Да и сколь много тех денег, которыми вы, госпожа, меня одарили, не было, а все одно они кончатся рано или поздно.
Некоторое время в комнате стояла тишина, но Орлек мог поклясться, что между этой странной парой происходит не слышный ему разговор. Было что-то эдакое в их переглядываниях между собой.
Наконец, спустя пару минут молчания, Тималь произнес:
— Ты, наверное, уже понял, что мы не просто так тут оказались?
— Понял, как не понять, — хмыкнул Орлек, — раз уж вы точно знаете где у меня монеты припрятаны, то наверное следили за мной.
— Следили, — не стал отрицать молодой мужчина, — но так надо было. Очень уж ты заинтересовал нас. В общем, как бы там ни было, ты, вроде, парень правильный, поэтому хотим предложить тебе на нас поработать.
— А что нужно делать будет? — заинтересовался Орлек.
И этот, такой простой по своей сути вопрос стал полной неожиданностью для гостя.
— Эм, — задумался Тималь, — да, думаю, всего по чуть-чуть. Видишь ли, нам нужны верные люди. И не просто люди, а люди смышленые, из которых в будущем может выйти толк. Мы почему на тебя внимание обратить? Потому, что ты не гнилой человек. Остальные, кому доставался дар Белой Леди, как правило, сразу или бежали покупать все подряд, или нажирались как свиньи. Ты же единственный, кто часть денег отдал нуждающейся женщине. А после не стал пускаться во все тяжкие. Делал все по уму. Именно подобные люди нам и нужны.
— А вы остальным тоже по десять золотых давали? — разобрало Орлека любопытство.
— Нет, — улыбнулась Лилиана, — они получали по одному золотому.
— А ты получить десять, потому, что заинтересовал нас, — Тималь не дал задать так и вертевшийся у парня на языке вопрос.
— Но чем? — Орлек искренне недоумевал чем мог заинтересовать столь важных господ.
— Да скажи уже ему, — попросила Мистресс Лилиана, — видишь же, что он ничего не понимает.
— Ты волшебник, Орлек, — как-то странно усмехнувшись сказал ему Тималь, — в смысле, маг.
— Нераскрытый маг, — подтвердила девушка.
О том кто такие нераскрытые маги молодой человек представление имел. Но, чтобы он сам был таким. В это ему верилось с трудом.
— А разве у нераскрытых магов уши не должны быть длинными и волосатыми? — спросил он.
— Что? — лицо Мистресс Лилианы, продолжавшей парить перед его кроватью на миг стало очень удивленным, а после она расхохоталась.
— Судя по реакции нашей прекрасной леди, — улыбнулся Тималь, обращаясь к Орлеку, — никаких волосатых ушей нераскрытым магам не полагается. Ну как, ты согласен поступить к нам на службу?
— Согласен, — молодой человек уже понял, что сморозил глупость, поэтому, дабы не выглядеть совсем уж нелепо, раздумывая над шансом, который бывает лишь раз в жизни, сразу дал свое согласие, — а что от меня будет требоваться и что я получу взамен своей службы?
— Требоваться от тебя будут две вещи: прилежание и верность. Прилежание в учебе и в поручениях. И верность Мистресс Лилиане.
— А почему не вам? — решил все же уточнить Орлек.
— Потому, что твоя верность мне автоматически значит верность госпоже.
Орлек опять не все понял из слов Тималя, но все же смог вычленить суть — Мистресс Лилиана главная в их странной компании. Что ж, для него, простого парня, не было ничего зазорного в том, чтобы служить Мистресс. Тем более столь доброй и веселой. То, что она не совсем жива его слабо смущало.
— Что же касается твоей награды. Ты получишь полное обеспечение, научишься обращению с магией, подзаработаешь немного денег. А там, — он замолчал ненадолго, — а там видно будет.
— А кто меня учить будет? Вы, госпожа? — обратился он к девушке.
— А кто же еще? — вопросом на вопрос ответила она.
— Ну, раз ты согласен и тебя все устраивает, то приноси вассальную клятву Мистресс Лилиане и будем думать как бы тебя отсюда вытащить побыстрее.
***
— Я все же не понимаю зачем вам это нужно, — задумчиво проговорил Орлек, наблюдая за тем как Лилиана ведет очередного бедняка к очередной золотой монете, спрятанной в очередной куче мусора.
Тима, стоящий рядом, хмыкнул, но все же решил пояснить их новому знакомому свою идею:
— Ты веришь в сказки? — спросил он у парня, все так же наблюдающего за призраком.
— Нет, конечно, — Орлек даже отвлекся от зрелища прыгающей от радости пожилой женщины и удивленно посмотрел на своего благодетеля, — сказки на то и сказки, что в них дети верят. А я, как ты мог заметить, уже давно не ребенок.
— Ага, помню-помню как стонала та рабыня, которую ты пользовал больше двух часов к ряду, — поддел парня Тима и радостно рассмеялся, когда заметил, что смог смутить его.
— Да я... — начал тот оправдываться, но попаданец лишь отмахнулся от него.
— Ты не обращай внимания, — махнул он рукой, — это я так, от зависти.
— А чего сам не снял себе шлюху? — поинтересовался у него Орлек, — там знатные такие были. У одной сиськи — во! — он разве руки так, что между ними спокойно мог поместиться средних размеров арбуз.
— Были причины, — не стал вдаваться в подробности и что-то объяснять местному парнишке попаданец, справедливо решив, что тот не поймет, — ну да я не о том сейчас.
— О чем разговариваете? — раздался веселый голос вернувшейся Лилианы, — о бабах, наверное?
— О бабах, — не стал спорить Тима, — Орлек хвастался тем как он знатно пошалил с той рабыней. Помнишь?
— А, та, что стонала два часа к ряду? Ух я и обзавидовалась тогда, — улыбнулась девушка.
— Да я это... — на лице молодого человека сейчас можно было хоть яичницу жарить, столь красным оно было, — брехня все это, в смысле — вранье. Я не о том говорил. Просто спросил зачем вы золото раздаете, а мастер Тималь вспомнил ту рабыню.
— Ладно, не тушуйся, молодой, — хлопнул того по плечу Тима, — я просто пошутил. Да и про сказки не просто так спросил.
Они, не сговариваясь, направились к выходу из бедняцких районов речного порта.
— Вот ты говоришь, что в сказки не веришь, а в легенды? Про великих там воинов и не менее великих магов? — вернулся к теме их беседы Тима.
— В легенды верю, — согласно кивнул Орлек, — но ведь легенды и сказки это совершенно разные вещи, разве нет?
— Нет, — отрицательно покачал головой попаданец, — это практически один и то же, только в сказке вымысла больше чем правды, а в легенде — наоборот. Нет, конечно могут быть и полностью выдуманный сказки и легенды, которые от сказок не отличить. Но я сейчас не об этом. Тебе как, пока понятно? — поинтересовался он у Орлека, внимательно его слушавшего.
— Про легенды и сказки понятно, но причем тут золото и зачем леди Лилиана показывает где оно спрятано пока неясно.
— Тут все просто, — вступила в разговор девушка, — мы создаем новую легенду.
— Легенду о Белой Леди, защитнице обездоленных, — подтвердил Тима.
— Но зачем? — от удивления Орлек аж остановился.
— Есть кое-какие планы, — ухмыльнулся попаданец, — пойдем уже, скоро темнеть начнет, а я не хочу тут ночью шастать. Мало-ли на кого нарвемся.
— Мне об этих плана, как я понимаю, знать не положено? — спросил молодой человек, вновь начиная движение.
— Ну почему же? Когда-нибудь обязательно узнаешь. Когда время настать.
— Понял, — коротко кивнул Орлек.
— Да не обижайся ты, — хлопнул его по спине Тима, и, судя по вскрику парня, попал по одному из еще не заживших синяков. — Прости, я не специально, — тут же повинился он. — А что касается доверия. Тут ведь дело не совсем в нем. Хотя, не буду скрывать, но тебе наше доверие все же еще придется заслужить. Что, согласиться, справедливо, так как мы толком друг-друга и не знаем. Но да я о другом. Идея с Белой Леди нужна чтобы запустить слухи о неком добром духе, что одаривает нуждающихся и карает плохих людей. И с этой будущей легендой есть несколько идей, которые как могут быть приняты в работу, так и отброшены. Поэтому, даже если бы между нами было полное доверие, то особого смысла тебя посвящать в эти дела в любом случае не было бы. Так понятнее?
— Вроде бы да, — задумчиво проговорил Орлек, — а что по планам на ближайшее время? Или это тоже секрет?
— Да нет, — ухмыльнулся попаданец, — тут как раз никакой секретов нет. Выздоровеешь немного, подучишься чему-нибудь у Лилианы в плане магии. А там двинем из Орслина куда-нибудь подальше.
— Но зачем? — вновь задал свой излюбленный вопрос Орлек.
Тима некоторое время размышлял, стоит ли рассказывать их новому знакомому о тех проблемах, что свалились на него с момента наследования им статуса главы семьи Ирри. Рассказывать ли о том, что за последние две недели, прошедшие с этого знаменательного события, на него было совершено аж четыре покушения. Рассказывать ли о том как долго они обговаривали сложившуюся ситуацию, пока, наконец, не решили, что воевать со всем миром у них пока нет сил и нужно покинуть город и набирать эти самые силы на стороне, оставив управление семейными делами на Далофа и Титуса? Рассказывать ли о том, что если бы не Лон, случайно попавшийся на глаза Орлеку и последовавшие за этим события, то их бы уже давно в городе не было? Размышлял и, наконец, принял решение, что пока для этого не время, поэтому просто ответил на повисший в воздухе вопрос:
— Так надо. Да и вообще, тебе-то какая разница? Ведь, насколько я знать, у тебя не осталось тут ни друзей, ни родных. Так чего тебе переживать?
— Страшно, — внезапно признался парень и покраснел.
— Страшно? — удивился Тима, — чего именно ты боишься?
— Не знаю, — все еще смущенно ответил тот, — просто я никогда не покидал пределов Орслина. Мало ли что там будет.
— Будет, — ухмыльнулся попаданец, — обязательно будет. Но в этом ничего страшного нет. Уж поверь человеку, прожившему в джунглях несколько месяцев. А тут даже не джунгли. Ай, черт, — перебил он сам себя, — кажись накаркал. Лон, скотина, ты куда смотришь вообще? Почему заранее не предупредил об этих уродах?
— Это ты ты нас назвал уродами, паря? — поинтересовался один из перекрывших им дорогу небритых, одетых в лохмотья мужиков, вооруженных длинными кривыми ножами.
— Опять драться, — тяжело вздохнул Тима, доставая из-под полы плаща свою верную, не раз уже ему послужившую, дубинку и совершенно не обращая внимания на слова преградившего им путь бандита.
Глава 15
— Не смотри на меня так, — обратился Тима к Лилиане, жадно следящей за тем, как он наполняет небольшую чашечку душистым ароматным чаем, — дырку просмотришь.
— Извини, — слегка смутилась девушка, — просто...
— Не извиняйся, — попросил он ее, — я сам виноват. Забыл как сильно ты чай любишь. А ведь мог бы и догадаться. Эй, Тирла, — позвал он, наблюдая за тем как Лилиана растворяется в воздухе.
В комнату тут же вбежала молоденькая рабыня и, поклонившись, поинтересовалась:
— Звали, хозяин?
— Убери чайник, будь добра, я передумал.
— Слушаюсь, хозяин, — вновь поклонилась девушка, — прикажете что-нибудь другое принести?
— Нет, идти, мне и вина хватит, — отказался он. — И еще, — окликнул он уже выходящую из комнаты рабыню, — пусть через час ко мне зайдет господин Далоф. А до этого меня ни для кого нет. Поняла?
— Да, хозяин, — в очередной раз поклонилась она, — разрешите мне идти?
— Иди, — улыбнулся ей Тима и потянулся за кубком, наполненным сильно разбавленным вином.
— Ну и зачем? — спросила Лилиана, вновь проявляясь, — пил бы себе чай, я бы глядишь не умерла.
— Лили, — молодой человек отставил бокал и, поднявшись на ноги, подошел и обнял призрачную девушку, — мы обязательно справимся и ты вновь сможешь насладиться вкусом самого лучшего чая, который я только смогу найти. Обещаю тебе.
— Да ладно, — попыталась она принять равнодушный вид, но к Тиме все же прижалась плотнее, — не так уж это и важно.
— Ага, — улыбнулся попаданец, — а то я не вижу. Мы связаны между собой, помнишь? Кого ты пытаешь обмануть? — поцеловал он ее в ушко.
— Да просто взгрустнулось немного, — все же решила немного открыться она ему, — не обращай внимания.
Тима внимательно посмотрел на девушку, прислушался к той нити, что их связывала и понял, что она и правда не горит желанием сейчас разговаривать на эту тем. Он по себе знал, что бывают такие дни, когда тебе тошно и хочется только покоя, а задушевные разговоры, пусть и с ближайшими людьми раздражают еще сильнее. Он сам через подобное проходил, поэтому принял решение просто сменить тему.
— Как тебе Орлек, — поинтересовался он.
— Неплохо справляется. На удивление неплохо. Для его возраста и жизни, какую он вел, его мистическое тело находится в поразительно развитом состоянии. Интуитом ему, конечно, не бывать — не тот склад характера, а вот хорошим классиком — вполне. При должном упорстве и времени я бы за пару лет смогла сделать из него Мейстера, ни как не меньше.
— Ого, — удивился Тима, который уже немного разбирался во всех этих мистических штучках. — Ты это так быстро поняла?
— Ну почему же быстро? Целая неделя уже прошла. Стандартное время для того, чтобы иметь представление чего можно ожидать от будущего мага.
— Может ему книжек каких купить? Чтобы занимался сам, пока нас рядом нет? Есть же у вас книги на подобную тематику?
— Книги-то есть, — изобразила тяжелый вздох Лилиана, — только они ему не подойдут.
— Почему? — удивился Тима, — он же, вроде, умный парень, сообразительный. Неужели сам не осилит? Или книги дорогие и ты не хочешь тратиться?
— То, что дорогие — это не проблема, у меня в моей... в смысле, в твоей библиотеке есть несколько хороших томов. Я по ним в свое время занималась. Все гораздо проще. Орлек читать не умеет.
— О-о-о, — многозначительно протянул попаданец, который, хоть и знал, что грамотность в средневековом мире была штукой редкой, но в компании Лилианы, Титуса и Далофа, как-то упустил из виду, что босяку из бедняцкого района негде и некогда было учиться. — Ладно, уела, — признал он. — В твои с Орлеком дела больше не лезу с глупыми советами.
— Ну почему же сразу глупыми? — рассмеялась девушка, — некоторые твои идеи бывают очень даже здравыми. С этой «Белой Леди», например. Это же нужно подобное придумать.
Тима внутренне порадовался что смог отвлечь девушку от грустных мыслей и согнать подкрадывающуюся к ней меланхолию, но виду не подал, вместо этого спросил:
— Слушай, я вот давно думал. А не может быть так, что и я маг?
— Ты? — удивилась Лилиана, — я же тебе уже говорила когда-то.
— Нет, я помню, конечно, ну а вдруг? Может глянешь? Вдруг стал?
— Так не бывает, — улыбнулась девушка, — но давай, если хочешь.
Лилиана повернулась лицом к нему, слегка прищурилась и Тима заметил как ее глаза засветились бледно-голубым светом. Она некоторое время внимательно рассматривала его, после чего сияние из глаз пропало, и, отрицательно покачав головой девушка проговорила:
— Нет, все как и раньше — никаких признаков магических способностей. Я тебе даже больше скажу — у тебя вообще нет мистического тела. Что было бы странно, если бы я не знала твою историю.
— Эх, — тяжело вздохнул Тима, — а я то так надеялся на очередной рояль... Слушай, а что это вообще такое?
— Рояль? — не поняла она, — ты у меня спрашиваешь?
— Нет, — рассмеялся Тима, — я про мистическое тело. Что это за зверь такой?
— Как бы тебе попроще объяснить, — она вновь повернулась к нему спиной и спряталась в его объятиях, — представь себе нечто, контуром повторяющее твое реальное тело. Чем больше и насыщеннее этот контур — тем маг сильнее.
— Ага. Аура, значит. Понятненько. А как у тебя у самой с этим самым телом обстоят дела?
— Да откуда же я знаю? — искренне удивилась девушка, — свое мистическое тело невозможно увидеть.
— А почему? — все же решил уточнить Тима.
Лилиана вновь изобразила тяжелый вздох, но ответила все так же спокойно:
— Тима, дорогой, чем ты меня слушал? Я же сказала: «выступает за пределы тела». Пытаться рассмотреть собственное мистическое тело — все равно, что пытаться оценить размеры водоема, смотря из-под воды.
— Ага, теперь все понял. Хотя нет. Слушай, а как же вы видите чужую ауру, если своя мешает?
— Чужую, как ты говоришь, ауру прекрасно видно сквозь свою. Точно так же, как видно кого-то, кто плавает по поверхности воды, раз уж мы решили использовать воду как аналогию. А почему ты спрашиваешь?
— Ну, во первых, мне просто любопытно. А во вторых — подумал, что может при помощи шаманства смогу сделать себе нечто сродни этому самому мистическому телу. Ну и в третьих — меня мучают некоторые сомнения насчет тебя. Точнее то, почему ты можешь колдовать без тела.
— Но ведь Гадаар...
— Гадаар мутная и темная личность, — перебил ее Тима, — я же тебе уже говорил вроде. Собственно, поэтому я его и не призываю больше. Он, в свое время, знатно любил приврать. Так что, к любым его словам нужно относиться критически.
— Ну, допустим, — согласно кивнула девушка, — а мое мистическое тело то причем?
— Да все притом, — пожал он плечами, — хотелось бы узнать как оно сейчас выглядит. Может это даст нам хоть какое-то понимание произошедшего.
— Тогда я с Орлеком, в первую очередь, займусь изучением этого алгоритма, — пообещала Лилиана, — чтобы он смог взглянуть на мое мистическое тело.
— В первую не нужно, — не согласился с ней Тима, — это просто любопытство. Нам сейчас важнее обученный маг, чем знание о том, почему ты можешь колдовать. Я и спросил-то только потому, что к слову пришлось.
— Я тебя поняла, — согласно кивнула она, — сделаю как ты сказал. Кстати, ты уже решил когда мы выезжаем?
— Еще нет, — покачал он головой.
— Думай скорее, — поторопила его Лилиана, — нужно что-то решать со всеми этими покушениями и провокациями.
— Да я, собственно, затем Далофа и пригласил, — ответил Тима, — хочу обсудить с ним парочку вопросов.
— Это каких же? — заинтересовалась Мистресс, — что-то придумал?
— Не совсем, — хотел прояснить с ним момент насчет меча для меня.
— Меча? — в голосе девушки послышались веселые нотки, — ты же не умеешь им пользоваться.
— Ну-у-у, — неуверенно протянул он, — я могу поучиться у твоей стражи. В смысле у моей.
— Даже не думай, — отрицательно покачала она головой. — Только время зря потратишь. Я видела тебя в бою. Меч тебе давать ни в коем случае нельзя. Еще зарежешь кого лишнего.
— Слушай, — даже слегка обиделся Тима, — вроде бы мы пока не проиграли ни одной схватки. Нет, я не спорю, что твоя магия очень нам помогала, но и я не сплоховал со своей дубинкой-то.
— То-то и оно, что с дубинкой, — покачала головой Лилиана, — ты с дубинкой обращаешься как... с дубинкой. И с другим оружием тоже так будет. А времени, чтобы тебя переучивать у нас нет совершенно. Сам же знаешь.
— А нет у тебя, случаем, в арсенале какого-нибудь заклинания, эм, я хотел сказать: алгоритма, что вызывает небольшую, но очень горячую струю пламени? — после некоторого молчания, во время которого каждый из них думал о своем, внезапно поинтересовался Тима.
— Насколько небольшую? И насколько горячую? — Лилиана если и была удивлена столь резкой смене темы, виду не подала.
— Вот такой размером, — он раздвинул большой и указательный пальцы на максимальное расстояние, — а насчет температуры, — попаданец на некоторое время задумался, — ну, например, чтобы можно было железо расплавить. Или еще какой металл.
— Есть, я же уже, кажется, использовала что-то подобное при тебе, разве нет? Ты еще тогда сказал, что запомнишь. Правда, это не совсем алгоритм и у меня может не получиться.
— Да? — искренне удивился Тима, — не припоминаю. Пойдем тогда на улицу сходим, там попробуешь. А то мало ли что.
— Пойдем, — согласилась девушка, — а зачем это нужно ты мне скажешь?
— Если у тебя получится, то скажу, — заверил ее попаданец, направляясь к выходу из комнаты.
Пока шли по коридорам бывшего Лилианиного, а теперь принадлежащего Тиме, поместья, последний усиленно думал, совершенно не обращая внимания на кланяющихся ему слуг и рабов, встречающихся на пути. Мысль о прогрессорстве была не нова для него. Вот только, если раньше он думал в первую очередь об обогащении и развитии этого мира, то сейчас насущным стал вопрос выживания. Да, у него была тяжелая артиллерия в виде Лилианы, да у него было несколько духов-рабов, которые могли вести разведку. Да, он сам довольно неплохо навострился обращаться с дубинкой. Но все это было не то. Уж слишком часто на него стали нападать в последнее время. А таскать с собой кучу охраны было неудобно и, зачастую, неуместно. Уж чего-чего, но обнародования того, что бывшая Мистресс Ирри не совсем умерла, они сейчас хотели меньше всего. А как подобное шило утаишь в мешке от своей же охраны? Никак.
Опять же. Если Орлеку он еще мог худо-бедно доверять — парень совершенно точно не был связан ни с одной из этих клятых семеек, что портили попаданцу жизнь, то со стражей все было не столь однозначно. Да, они вроде бы служили семейству Ирри. Но служили-то за деньги. А значит, могли быть спокойно перекуплены. Что косвенно подтверждал тот факт, что от старого количества охранников, служивших Лилиане, сейчас осталась едва треть. Ну и, конечно, у Тимы перед глазами был не-живой пример того что бывает, если уж слишком сильно доверять своим телохранителям.
Вот и получалось, что нужно было что-то придумать и чем быстрее, тем лучше. И тут на сцену выходили знания из его родного мира. Вначале он думал пойти стандартным путем всех попаданцев — изобрести огнестрельное оружие. Впоследствии, когда немного пораскинул мозгами, решил, что это чушь несусветная. И причин тому было несколько: Первой и, пожалуй, самой важной было незнание им пропорций компонентов, необходимых для создания пороха. Сами же компоненты тоже были под вопросом. Нет-нет, он, как и любой адекватный парень, точно знал из чего можно сделать взрывчатый порошок. Проблема же была в том, что Тима точно не знал научились ли тут добывать селитру в больших объемах, или нет. А спросить не мог, так как не знал как это слово звучит на местном языке. Нет, конечно, можно было бы найти кого-нибудь сведущего в химии или фермерстве и поинтересоваться у них, обеспечив точным описанием. Но у него как-то руки не доходили, да и существовала еще одна причина, полностью нивелирующая всю мощь огнестрельного оружия — магия.
Тима как-то упустил из виду, что маги, хоть и не могут пулять заклинаниями на большие расстояния, но вполне в состоянии поджечь, скажем, бочку с порохом, находящуюся в лагере неприятеля. Сколько там усилий-то нужно? Одной искры хватит. А в том, что маги сразу поймут как бороться с новым оружием, попаданец даже не сомневался. Ушлые они тут были, эти маги, сообразительные.
Про то же, что изобретенное им огнестрельное оружие не будет дотягивать даже до уровня мосинок, не говоря уже о современном тактическом вооружении, даже говорить не было смысла.
Вот и получалось, что он, потратив кучу времени, сможет родить нечто, в лучшем случае, напоминающие первобытную пищаль — громоздкую, тяжелую в эксплуатации, тяжелую для ношения, дуру, что даже стрелять точно не сможет.
В общем, огнестрельному оружию в этом мире пока не быть. Так он решил. И тут же встал вопрос: а чему тогда быть? И у Тимы был на него ответ. Все недостатки огнестрельного оружия решал обычный воздух.
Идея сделать пневматическое оружие, пришла к нему как-то внезапно. Он, в очередной раз, ломал голову над тем, что он, человек без специальных знаний, может сделать для того, чтобы обезопасить порох от недружелюбно настроенных магов. Поначалу он эту идею полностью отбросил. Глупость же несусветная — воздушная пукалка как оружие. А потом, чем больше он думал, тем яснее представлял себе как это должно работать. И, по его прикидкам, получалось, что пневматика, вряд ли будет менее мощной, чем вышеупомянутая пищаль, зато не будет иметь ее недостатков.
Теперь же все зависело от того, получится ли у Лилианы струя пламени нужной длинны и температуры.
***
— Мне это не нравится, — задумчиво проговорила Лилиана, внимательно наблюдая за работой попаданца.
— С чего вдруг? — немного рассеяно поинтересовался Тима, занятый сборкой первого в этом мире пневматического пистолета. — Будь добра, жахни сюда огнем, — он указал на место, что сейчас требовалось запаять. — Ага, спасибо, — поблагодарил он девушку, когда та выполнила его просьбу, — мы же, вроде, уже все решили с пистолетом. Да и поздно давать заднюю, когда все детали готовы.
— Да я не про этот твой пис-то-лет, — по слогам проговорила она, — меня волнует что с момента последнего нападения на тебя прошло так много времени. Две недели тишины и спокойствия.
— Знаешь, — Тима ненадолго отвлекся от сборки и посмотрел на девушку, — меня очень удивляет, что тебя расстраивает тот факт, что меня расхотели убивать.
— Не говори глупостей, — отмахнулась Мистресс, — не расхотели. Ты им мешаешь, а устранить тебя физически — самый простой и надежный вариант.
— Ага, простой, — ехидно хмыкнул попаданец, закрепляя плотную пружину в одной из заготовок под магазин, — сколько там попыток было? Десять? Пятнадцать? Может они уже поняли, что силой меня не взять?
— Или решили сделать ставку на что-то более серьезное, чем обычные наемники.
— Как бы там ни было, — пожал плечами Тима, — но, если эта штучка, — он кивнул на стол, на котором были разложены детали будущего оружия, — хорошо себя покажет, то, как по мне, пусть хоть каких-нибудь местных спецназовцев присылают, всех положу. А кого не осилю я, добьете вы с Орлеком.
— Мне бы твою уверенность, — изобразила вздох Лилиана.
— Ничего, — ободряюще улыбнулся ей Тима, — это ты еще ее в действии не видела.
— Ее? — изящные бровки на прекрасном лице поползи вверх, — только не говори мне, что ты этот пис-то-лет женщиной считаешь. Может ты еще и имя ей дал? — саркастически поинтересовалась девушка. — Да ладно? — рассмеялась она, увидев как Тима покраснел, — серьезно? И какое же?
— Жанна, — буркнул смущенный попаданец.
— О, Душа, — закатила Лилиана глаза, — какие же вы мужики... одинаковые.
— Ой, можно подумать, вы, женщины, разные, — решил постоять за весь мужской род Тима, — все одно на уме — шмотки да прически.
— Ну, допустим, — решила не развивать тему Лилиана, — и когда же Жанна, — она специально выделила это слово, — будет готова?
— Ну... — задумчиво протянул попаданец, вновь окидывая взглядом стол и прикидывая фронт работ, — если сегодня обед пропустить, то к вечеру, думаю, соберу. А там все зависит от тебя — как быстро в баллоны воздух закачаешь. А, ну и, конечно, стоит еще сутки накинуть, дабы протестировать не подтравливает где. Ты, как, сможешь сравнить объем закачанного тобой воздуха с тем, что там останется?
— Думаю да, — согласно кивнула девушка.
— Ну вот и отлично, — подытожил Тима, — когда там Орлек должен прийти?
— Все-все, я поняла. Не отвлекаю тебя, — с этими словами она воспарила к потолку подвала, в котором они до этого находились, и, спустя миг исчезла в нем.
Тима лишь хмыкнул и сосредоточился на сборке.
Вообще, называть пистолетом, получившуюся вундерваффе, было все же немного опрометчиво. Оружие оказалось довольно массивным и габаритным, своими размерами напоминая, скорее, какой-нибудь средненький пистолет-пулемет, вроде того же «Бизона».
Конструкция же была до предела простой, хоть и влетела Лилиане (Тима, несмотря на то, что стал новым главой семьи Ирри, по-прежнему отказывался считать ее имущество своим) в копеечку. И дело было в том, что кузнечное дело тут, несмотря на всю эту магию и прочее волшебство, было очень слабо развито, по сравнению даже с тем, каким оно было в XIX веке на Земле. И при всем при этом — кузнецы все же сумели справиться с заказом за каких-то полторы недели.
Тима еще раз осмотрел результат работы его сумрачного гения, магии Лилианы и мастерства местных умельцев и остался доволен. Была некая эстетика в этом оружии, была. И хищность. Видно было, что эта вещь создана для боя. И тот факт, что оно из-за своего баллона напоминало пейнтбольное ружье, ничуть не меняло сложившегося впечатления.
— «Лили, я закончил», — позвал он мысленно.
— Поняла, — донесся до него ответ, — сейчас мы с Орлеком закончим и я спущусь.
— «Бери его с собой», — попросил он, — «пусть привыкает. Вполне возможно, что подобным оружием и ему придется попользоваться в будущем. И да, пусть захватит небольшую бадейку с водой».
— Как скажешь, — не стала спорить девушка.
Они спустились спустя, примерно, минут десять, когда Тима уже закончил снаряжать магазин специально заказанными, все у тех же кузнецов, свинцовыми шариками.
— Ого, — раздался голос от двери, — просторно тут у вас.
— Потому-то и выбрали этот дом, — улыбнулся Тима, подходя к Орлеку и протягивая ему руку для рукопожатия.
— А зачем вам такой большой подвал? — поинтересовался парень, пожимая протянутую руку.
— Чтобы труп сподручнее было прятать, — вновь улыбнулся попаданец.
— Ну-да, ну-да, — принял все за шутку Орлек, даже не подозревая, что Тима ничуть не соврал и сейчас у них под ногами, на глубине в пару метров, лежит мертвое Лилианино тело, заключенное в хрустальную глыбу. — О, а это что? — он указал на лежащую на столе «Жанну».
— Это, друг мой, есть новый оружие.
— Оружие? — недоверчиво переспросил молодой человек, — и как им пользоваться?
— Э-э-э, не так быстро, — вновь улыбнулся попаданец, — давай-ка, для начала, вон ту штуку, — он указал на здоровенную дубовую бочку, доставшуюся им в наследство от прежней хозяйки дома, — подтащим вон к той, дальней стене.
— Как скажешь, — не стал спорить Орлек. — Ну, а дальше что? — ничуть не запыхавшись, хотя ноша была не из легких, поинтересовался он, когда они доволокли вышеозначенный предмет быта до нужного места.
— А дальше твой выход, Лили, — обратился он к девушке, — нужно заполнить и запаять вот эти баллоны, — он указал на три, средних размеров, баллона, лежащих на столе. — Как мы договаривались, помнишь?
— Помню, — кивнула девушка и тут же, не откладывая в долгий ящик, начала действовать, направляя потоки воздуха так, чтобы они летели строго в небольшое отверстие, находящееся на одном из концов баллона.
— Давай, — приказала она спустя некоторое время. И Тима, заранее подготовившийся, накрыл отверстие небольшой, специально заказанной для подобных целей, свинцовой пробкой. На секунду от пробки полыхнуло жаром, она деформировалась и тут же остыла, надежно запечатывая отверстие.
— Первый есть, — радостно улыбнулся Тима, поднося баллон у уху и стараясь услышать не травит ли где.
— Ну что, давай следующий, как его там? — поинтересовалась Лилиана, внимательно наблюдая за его действиями.
— Погоди, — попаданец убрал баллон от уха, так и не услышав ничего подозрительного, — давай, для начала, проверим этот. — Он направился к бадье с водой, что принес Орлек и засунул в нее баллон. Убрал руку, задумчиво посмотрел на воду, выискивая хоть какие-то признаки пузырьков. Не увидел и, обрадованный, обратился к девушке:
— Давай следующий.
— Как скажешь, — пожала та плечами, вновь начиная творить свою волшбу.
Спустя некоторое время, когда все три баллона были наполнены и проверены, Тима решил, что настало время для полевых испытаний его вундерваффе.
— Смотрите внимательно, — повернулся он к присутствующим, — вот это, — он взял один из баллонов, заполненных Лилианой, — вставляем вот сюда, — он показал на небольшое отверстие в верхней части пневматического пистолета, — пока не послышится шипение. После — сразу начинайте прокручивать баллон посолонь, до тех пор, пока шипение не исчезнет, — проговаривая свои инструкции он не забывал и самостоятельно их исполнять. — Далее, вставляем вот этот, — он показал на один из магазинов, уже снаряженный шариками, — вот сюда. Это называется «магазин». — Тима проделал и эти манипуляции. — Все, оружие готово к бою.
— И что оно может? — поинтересовался Орлек, внимательно следивший за всеми действиями попаданца, но мало что из них понявший.
— А вот это мы сейчас и посмотрим, — задорно улыбнулся Тима и повернулся к бочке. Некоторое время постоял, потом вскинул «Жанну» и попытался нажать на спусковой крючок. Ничего не произошло.
— Впечатляет, — не скрывая ехидства в голосе, проговорила Лилиана.
— Да ну тебя, — отмахнулся от нее попаданец, — ну забыл с предохранителя снять, — он убрал специальный штырек, после чего вновь повернулся к бочке и вскинув первый в этом мире пневматический пистолет, зажал спусковой крючок.
ВШШШШШШШШШШШШШШШШШШ-КРРРРРРРРРРРР-Х
— Ну нихрена себе, — спустя некоторое время только и смог из себя выдавить Тима, рассматривая то, во что превратился некогда крепкий сосуд.
Глава 16
— Мог бы и рабыне приказать тебя одеть, — заметила Лилиана, наблюдая затем, как Тима, стоя посреди своих личных покоев в городском поместье семьи Ирри, последовательно надевает верхнюю рубашку, толстую кожаную куртку и плащ.
— Мне не десять лет, чтобы меня другие одевали. Да и не нужно знать рабыне сама знаешь о чем, — он указал взглядом на пневматический пистолет, лежащий тут же на столике.
— Ты и правда хочешь взять эту штуку с собой?
— А зачем, тогда, мы в Жанну столько денег и сил вложили? Чтобы она дома отлеживалась? — Тима, прекрасно знал, что Лилиану почему-то бесит, что он так называет свой пистолет, чем и пользовался, когда на него накатывало игривое настроение, как сейчас, и у него появлялось желание немного поддразнить ее.
— И то верно, — не повелась девушка на его провокацию, — я правда не представляю как ты тащить ее будешь.
— А вот так, — победно улыбнулся попаданец, распахивая свой плащ и показывая пришитые к его подкладке две широкие кожаные петли. — Правда, попозже надо будет все же зайти к шорнику, чтобы он мне нормальную, съемную, кобуру пошил.
— Кобуру? — уточнила Лилиана.
— Так у нас называется специальная перевязь, предназначенная для переноски подобных, — он кивнул на пистолет, — штук. Ты мне лучше скажи, — резко сменил он тему разговора, — на кой черт нам вновь нужно переться в те трущобы? Неужели мы не можем переговорить с Титусом тут, в твоем доме?
— Можем конечно, — пожала она плечами, только нам это ничего не даст. Знаешь же, что Титус в их компании далеко не самый главный. И сейчас он будет нашим посредником и гарантом между своими друзьями и нами.
— А приглашать потенциальных висельников в дом — это лишний раз себя подставлять? — закончил он за нее.
— Верно, — улыбнулась девушка, — ты быстро учишься.
— Было бы чему, — отмахнулся он, — ладно, выдвигаемся. Мне кажется, что мы уже немного опаздываем.
Дождавшись, пока Лилиана перейдет в мир духов, Тима открыл дверь и тут же наткнулся на одну из рабынь, чьей задачей было дежурить у дверей его апартаментов.
— Говори, — приказал он, видя, что той есть что сказать, но она не смеет напрямую обратиться к нему.
— Экипаж подан, хозяин, — с глубоким поклоном проговорила девушка, — и ожидает вас у ворот.
— Спасибо, можешь быть свободна. Занимайся, чем ты там занималась, — ответил он девушке и тут же почувствовал довольно сильный тычок в бок от Лилианы. Причину подобного поведения своей подруги он знал — благодарить рабов за пустяки тут считалось моветоном. Но Тима, которого подобное положение вещей изрядно раздражало, частенько манкировал своими обязанностями рабовладельца. Чем пугал и путал рабов, а также злил их бывшую хозяйку.
Из ворот поместья он вышел один, если не считать, конечно, невидимую Лилиану, выдержав настоящую битву со своим новым начальником охраны. Который был крайне недоволен тем, что господин шляется по городу в одиночестве, не только без охраны, но и без полагающейся по его статусу свиты. О чем и не замедлил тому сообщить. От подобной наглости у Тимы перехватило горло и он в пяти словах, два из которых были матерными, указал зарвавшемуся солдату на его место.
— Зря ты так с ним, — услышал он у себя в голове голос Лилианы, — он же как лучше хотел.
— Может и зря, — не стал спорить, по прежнему раздраженный попаданец, — но не ты ли сама мне советовала быть жестче со слугами?
— Он не слуга, — возразила девушка, — он солдат.
— Да хоть папа Карло, — отмахнулся Тима, — я больше всего терпеть не могу две вещи: зануд и тех, кто не понимает с первого раза. А этому я однажды уже доводил свое мнение насчет того что пристало главе семьи, а что нет.
— Вы что-то сказали, господин? — послышался незнакомый голос.
Тима слегка вздрогнул, осознав, что все это время разговаривал вслух, но быстро взял себя в руки. Огляделся и увидел, что стоит прямо перед небольшим крытым экипажем, запряженным двумя пегими лошадками, что-то выискивающими среди камней мостовой. А обращался к нему никто иной, как кучер, сидящей на положенном ему месте впереди кареты и, вследствие плохой погоды, укутанный в кучу какого-то тряпья так, что даже лица было не разглядеть.
— Куда ехать знаешь? — хмуро поинтересовался попаданец, совершенно игнорируя заданный вопрос.
— Знаю, — согласно кивнул тот.
— Тогда поехали, — закруглил разговор Тима, залезая внутрь экипажа.
Думать в безрессорной карете, да еще движущейся по мостовой, было достаточно тяжело из-за постоянной тряски. Однако, видимо попаданец уже немного пообвыкся в новом для себя мире, так как достаточно быстро перестал ее замечать и погрузился в свои мысли, связанные с предстоящей встречей.
То, что один в поле не воин, да и трое тоже, и он и Лилиана понимали прекрасно. Да, у них был теперь Орлек, оказавшийся неплохим и быстро схватывающим знания человеком. Но этого было мало. Если они хотели чего-то добиться, да или, хотя бы, просто выжить в одиночку вне стен города, то им нужны были еще бойцы. Нужен был боевой отряд. А где его взять? А негде. Привлекать дружину Лилианы Тиме совершенно не хотелось, причем причин для подобного недоверия было несколько. А своей, личной, преданной только ему, у него не было.
Идею обратиться к Титусу подсказала Лилиана. И, изначально, план состоял в том, чтобы несколько бравых парней из революционеров на некоторое время присоединились к его отряду. Но, новый помощник управляющего вмиг разбил все надежды, заявив, что если кто и согласится на подобное из их компании, то будут это люди своеобразные и как бойцы аховые. А те, кто действительно мог постоять за себя и защитить других, совершенно точно не будут влезать в дела их не касающиеся.
Спорили тогда долго и сошлись, наконец, на том, что Титус познакомит их кое-с-кем, кто как боец уже не сильно хорош, но кто знает толк в обучении других людей. А дальше уже все будет зависеть от того сможет ли Тима договориться или нет. Собственно, на эту встречу они сейчас и ехали
— Мы не туда едем, — вырвал его из размышлений раздавшийся в голове голос Лилианы.
Тима бросил взгляд в небольшое окошко, затянутое хоть и мутным, но настоящим стеклом, но ничего рассмотреть не смог. Тогда он приоткрыл дверцу экипажа и выглянул наружу, но ничего предосудительного не заметил — это была совершенно обыкновенная улица нижнего города.
— «Ты уверена?» — мысленно поинтересовался он у девушки.
— Конечно уверена. Он повернул не туда сразу после того как мы проехали ворота во внутренний город.
Не верить Лилиане у Тимы оснований не было, поэтому он постучал в стенку, с другой стороны которой сидел кучер и громко сказал:
— Эй, уважаемый, кажется ты не туда свернуть!
Эффекта это не дало никакого. Кучер напрочь проигнорировал сказанное и замедляться даже не думал, хотя точно все слышал.
— Эй, уважаемый, притормози, а то хуже будет! — вновь застучал в стенку попаданец, добавив в голос больше строгости.
На этот раз реакция все же была — злобный водитель кобылы, кажется в насмешку, наоборот, прибавил скорости.
— Очередная попытка? — поинтересовалась Лилиана, проявляясь в реальном мире и делая вид, что садится на соседнее сиденье.
— А сама как думаешь? — усмехнулся он в ответ, — сама же только что говорила, что давненько о них ничего слышно не было.
— Что делать будем? Есть идеи?
— Выбираться отсюда, — пожал плечами Тима, доставая из-под полы плаща свой пневматический пистолет.
— Может лучше я? — предложила девушка свои услуги, — магией-то оно надежнее будет. Да и для тебя безопаснее.
— Не боись, — улыбнулся попаданец, — прорвемся. Да и нужно проверить его в настоящем бою.
— Да я-то не боюсь, просто вспомнилось что с той бочкой стало. Не хотелось бы, чтобы с каретой так же было.
— Не будет. Тогда я слегка перестарался и весь магазин выпустил с непривычки. А сейчас я уже ученый. Ты мне только покажи где эта сука сидит и я все сделаю быстро и тихо.
Лилиана ненадолго просунула голову сквозь стену кареты и, вернувшись, точно указала место где в данный момент находился подлый кучер.
— Давай-ка, наверное, уходи в мир духов, ненужно, чтобы тебя кто-то видел.
— Как скажешь, — не стала спорить девушка, растворяясь в воздухе.
Тима же, дождавшись когда она полностью исчезнет, отсел в дальний от возницы угол и, прицелившись в разделяющую их стену, быстро нажал и отпустил спусковой крючок.
Свист воздуха, вырвавшегося из дула пистолета, треск дерева и вскрик кучера.
— Готов, сучонок, — удовлетворенно пробормотал себе под нос Тима, — эй, Майлз, Лон, вылазьте лодыри, пора и вам поработать.
— И ничего мы не лодыри, — ответил ему Лон, проявляясь на соседнем сидении, — сам же нас так редко зовешь.
— Ладно-ладно, — решил не развивать эту тему попаданец, — потом пожалуетесь на злого меня. Я вам целых десять минут на это выделю. Сейчас же, давайте как обычно. Меня интересует все подозрительное.
— Слушаюсь, хозяин, — в унисон ответили духи-рабы, растворяясь в воздухе.
— Впереди по улице четверо странных типов. Одеты как наемники, бегут к карете, — спустя несколько секунд раздался у Тимы в голове голос Майлза, — вооружены. Вижу мечи и ножи. Будут у кареты через секунд тридцать.
— «Что сзади?» — быстро поинтересовался попаданец у Лона.
— Чисто, — донесся до него ответ бывшего боцмана.
— Лили, ты на подстраховке, — коротко приказал он девушке и, не дожидаясь ответа, коротко вздохнув, выскочил из кареты.
Четверых наемников, что пришли за его жизнью, он заметил сразу. Те находились уже в каких-то пятнадцати метрах от кареты и с каждой секундой были все ближе и ближе.
Впрочем, заметил их не только Тима, но и простые прохожие, что так не вовремя оказались в это время и в этом месте. Они начали оборачиваться на бегущих, кто-то даже ткнул пальцем.
Что ж, значит этот мир раньше, чем следовало бы, узнает о новом, невиданном ранее оружии. Хорошо это или плохо Тима пока не думал, но его решимость разобраться с нападающими при помощи Жанны ничуть не угасла. Пистолету требовалось боевое крещение. Так почему не сейчас?
Он схватил пневматику двумя руками так, как это делали копы в американских фильмах, прицелился и плавно потянул за спусковой крючок, тут же отпустив его. Ствол выплюнул из себя небольшой кусочек свинца и Тима выругался, увидев, что тот пролетел мимо наемника, которого попаданец выбрал целью.
Бандиты были уже столь близко, что можно было рассмотреть их напряженные лица, застывший взгляд, прикованный к попаданцу, стоящему посреди улицы. Они еще не поняли сколь близка была смерть от них, они не поняли что за штуку держит в руках их цель. И Тима решил, что не даст им шанса это понять.
В следующий раз он стрелял очередью. Четыре пули вылетели из ствола, четыре пули попали в цель. Послышались крики боли — двое из нападавших лежали на по-осеннему холодной мостовой, но кричал лишь один. Второму одна из пуль вошла точно в глаз, лишив того не только зрения, но и жизни.
Двое оставшихся нападающих тут же остановились и в страхе посмотрели на попаданца. Оценивали свои силы. Сравнивали. И поняли, что тот, кто играючи, на расстоянии, свалил двоих из них так же легко может свалить и двух оставшихся. Они сделали правильное решение — сваливать, но решение это было запоздалым, ведь Тима уже вновь вскинул оружие и целился в них.
ВШШШШ и еще двое лежат на холодной мостовой. Среди этих выживших не было.
— Убили! Убили! Караул! Совсем убили! Зовите жандармов, — внезапно раздался заполошный женский крик.
Тима, направляющийся к единственному оставшемуся в живых нападающему, дабы расспросить того о том, кто подкинул им эту работенку, поморщился. У него не было никакого желания разбираться с жандармами и объяснять тем что же тут произошло.
— Пощади! Я все расскажу! — завопил последний бандит, когда увидел нависшего над ним попаданца.
— Конечно расскажешь, — усмехнулся Тима и быстро ткнул бедолагу своим артефактным серпом-кинжалом, — у нас теперь будет много времени на разговоры.
— Большой вооруженный отряд направляется к вам, господин, — вновь раздался в голове попаданца голос Майлза.
— «Жандармы?» — уточнил молодой человек.
— Боюсь, что нет.
— «Сколько их там?»
— Около двух десятков. Все хорошо вооружены и экипированы. Есть щиты и арбалеты.
Тима выругался себе под нос и, развернувшись на каблуках, метнулся в ближайшую подворотню.
— Может лучше остановимся и примем бой? — предложила Лилиана.
— А ты так уверена, что это все и больше никого там нет? — вопросом на вопрос ответил попаданец, — да и жандармы, опять же.
— И что, ты так просто убежишь? — в мысленном голосе девушке сквозило явное удивление.
— Лучший бой тот, которого не было, — ответил Тима старой земной мудростью, — нам нет никакого смысла драться с этими наемниками.
— А с этими? — ехидно поинтересовалась Лилиана.
— «Лон, сука, ты куда смотрел?!» — с нескрываемой злобой поинтересовался попаданец у своего нерадивого разведчика, наблюдая за тем, как проулок, в котором они сейчас находились, неторопливо перекрывает десяток хорошо вооруженных бойцов. — Лили, твой выход, — бросил он девушке, останавливая свой бег.
Та не стала медлить и тратить время на то, чтобы проявиться в реальности, просто-напросто шарахнув с двух рук своими любимыми бирюзовыми искрами по строю бандитов.
— Ого, армейские щиты. Артефактные. Знатно ты кого-то допек, — потрясенно проговорила девушка, наблюдая за всполохами магического щита, полностью поглотившего всю силу ее боевого алгоритма.
— Что-то сможешь с ними сделать? — уточнил попаданец.
— А то! — гордо ответила девушка, — сейчас я их кое-чем удивлю.
Что именно делала Лилиана, Тима, естественно, видеть не мог, но вот эффективность и элегантность ее задумки, его очень впечатлили. Не было ни молний, ни искр, ни пламени, ни других ярких спецэффектов. Просто на него накатила резкая усталость, а весь десяток бойцов, что перекрывал им дорогу, свалился замертво.
— Ч-ч-то ты сделала? — слабым голосом спросил у девушки Тима.
— Помнишь, ты мне рассказывал об электричестве и как оно может образовываться в природе? И сколь опасным оно может быть?
— Помню, — уже чуть более бодрым голосом, ответил попаданец. Силы потихоньку возвращались к нему.
— Вот и я помню, — заметила она, проявляясь в реальности.
— Погоди-ка, ты что их просто молнией шарахнула? А как же щит?
— Нет, — улыбнулась Лилиана, — я создала молнию в них самих. А щит... я же тебе уже говорила, что он не очень эффективен. Особенно против интуитов. Мы всегда найдем способ как обойти подобное препятствие. Правда, справедливости ради, стоит признать, что энергии на этот фокус я потратила знатно.
— Угу, — хмуро кивнул Тима, — я почувствовал. Как будто пыльным мешком по голове стукнули. Ну да ладно, — внезапно улыбнулся он, — ты все равно умница. А как твою идею развить мы еще придумаем.
— Хозяин, вторая группа уже близко, — раздался у Тимы в голове голос Майлза, — поспеши.
— Что? — вскинулась Лилиана, увидев, что лицо попаданца слегка изменилось.
— Ничего особенного, — покачал тот головой, — просто наши друзья нас почти нагнали. А я сейчас не особо бегать могу. Сама видишь. Поэтому давай-ка просто шагаем, а там, как сил наберусь, снова побежим.
— Так может, давай дождемся и я вновь их удивлю? — предложила девушка.
— Не-не-не, — отказался Тима, — сама же видишь сколько сил ушло на этих, — он кивнул в сторону трупов бойцов, валяющихся на земле в неестественных позах, — а задний отряд все же больше будет. Так что пока никакого сильного колдунства, а то я с ними рядышком лягу.
Уж кем-кем, а дурой Лилиана не была и сама все прекрасно понимала, поэтому оспаривать Тимино решение даже не пыталась.
Передвигаться по тесным закоулкам задних улиц оказалось не только неудобно, но и крайне неприятно — грязь, горы мусора, мерзкие запахи. И, если бы у него не было столь большого опыта пребывания в портовых трущобах, то попаданец, наверное, уже сдался бы и принял неравный бой. Но нет, он продолжал, сначала ковылять, а после медленно бежать, в надежде скрыться от преследователе. Впрочем, надежда оказалась тщетной — бандиты с упорством опытной гончей преследовали его, ничуть не сбиваясь со следа. Был ли тому причиной их высокий профессионализм, или те немногие прохожие, что встречались ему на пути, Тиме, по большей части, было плевать. Самое главное, что он наконец осознал, что не убежит. Ему не хватит ни сил, ни умения для этого. А значит оставался единственный выход — драться.
— Лон, — тяжело дыша от продолжительного бега голосом обратился он к своему нерадивому духу-рабу, — дуй как можно быстрее вперед и ищи место, где можно будет, не беспокоясь за свою спину, удачно отстреливаться из арбалета.
— Понял, — донесся до него мысленный ответ бывшего боцмана.
— Хозяин, они совсем рядом, — спустя некоторое, очень непродолжительное время, напомнил о себе Майлз, все так же следящий за преследователями.
— Нашел! — одновременно с этим раздался в голове у Тимы голос лысого коротыши, — первый поворот направо, потом еще раз и еще налево.
— «Понял тебя», — коротко бросил молодой человек и немного ускорился.
Место оказалось и правда неплохим. Это был глухой переулок, в который, по разные его стороны, выходили две двери. Большая часть его, итак очень узкого, пространства была завалена каким-то строительным мусором, который почему-то до сих пор никто не прибрал к рукам. А самое главное, что вход в этот тупичок был довольно узким — два человека едва-едва разойтись могут.
Тима сразу оценил все преимущества выбранного бывшим боцманом места и выбрал себе позицию, с которой идеально простреливался вход в переулок, а сам попаданец был надежно скрыт от посторонних глаз несколькими мешками то ли с землей, то ли с песком.
— Лили, — обратился он к девушке, все так же висевшей рядом с ним в реальном мире, — давай переходи в мир духов и затаись у входа в тупик. Если что, ударишь им в спину. Только без крупного калибра, прошу тебя. А то я тут же кончусь.
— Как скажешь, — улыбнулась Лилиана, растворяясь в воздухе и направляясь к указанному месту. Что такое «крупный калибр» она, естественно, не знала, но общий смысл поняла.
— Теперь вы, двое из ларца, — на Тиму, вдруг, нашло какое-то игривое настроение, — один в один дом, другой в другой, — он указал на двери, выходящие в тупик. — Следите за тем, чтобы оттуда сюрпризов не было. Куда кто пойдет решайте сами. Вопросы? Вопросов нет. Выполнять.
Пока духи занимали каждый свою позицию, попаданец тоже не сидел сложа руки. Он достал свой пневматический пистолет и три дополнительных магазина к нему. Каждый из них был заряжен тридцатью круглыми свинцовыми пулями. По всему выходило, что боеприпасов у него с избытком. Но это было все, что у него осталось. Первая, тестовая, партия была очень скудной, а выполнения следующего заказа, более крупного, нужно было ждать еще два дня. Поэтому, Тима дал себе зарок, что тратить боезапас он будет, по возможности, экономно.
— Идут, — раздался у него в голове голос Лилианы.
— Ну, с богом, — вздохнул попаданец, поудобнее располагаясь на холодной земле и ловя в прицел первого показавшегося в переулке бандита.
Глава 17
ПШШШ-Ш! ПШШ-ШШ! И небольшой свинцовый шарик устремляется в свой короткий полет, дабы спустя пару секунд прервать земной путь неудачника, поставившего свою жизнь на кон в обмен на золото. И проигравшего.
Стоявший рядом с ним боец ненадолго пережил своего товарища. Спустя мгновение и его настигла свинцовая смерть. Пуля вошла ему в подбородок, раздробила его и, свернув, умудрилась повредить сонную артерию.
— Ейс! — вскинул и согнул Тима правую руку в классическом американском жесте, наблюдая за тем как двое первых бандитов, показавшихся в переулке, оседают на землю.
Он подспудно ожидал, что оставшиеся ломанутся внутрь, планируя задавить его числом, а он, подобно первым пулеметчикам времен ПМВ станет царем поля боя. Дланью карающей!
Не угадал. Мужики оказались намного смышленее и не стали переть с голой задницей на амбразуру, в надежде своими телами закрыть огневую точку. Они поступили хитрее.
— Они ломают двери! — раздался в голове у Тимы голос Лилианы. — Лезут в дома!
Молодой человек некоторое время пребывал в недоумении, не понимая зачем бандитам это нужно. А затем до него дошло, что не зная с чем именно столкнулись, но оценив силу и эффективность незнакомого оружия, его враги решили просто-напросто обойти засевшего попаданца с флангов. И у них подобный трюк вполне мог бы получиться, ведь местная архитектура, по крайней мере в нижнем городе Орслина, подразумевала «парность» улиц. Так что бандитам всего то и нужно было, что вломиться в задние двери домов, пройти их насквозь, выбраться на соседнюю улицу и там войти в то здание, на задворках которого и засел Тима. Гениальное решение в своей простоте.
— «Жахни по ним чем-нибудь»! — попросил он Мистресс, понимая, что ни в коем случае нельзя дать засранцам провернуть задуманное. — «Только аккуратно».
— Поняла, — донеслась до него ее мысль.
Что именно Лилиана сделала, Тима не видел, но крики боли, раздавшиеся спустя некоторое время со стороны прохода показали, что что-то крайне эффективное. Решив, что отсиживаться в стороне, пока его любимая сражается, просто неприлично, он прицелился в мельтешение теней за проходом и просто зажал спусковой крючок, выпуская все оставшиеся в магазине пули.
У пневматического оружия не так много преимуществ перед огнестрельным, но они все же есть. И одно из них — меньший ход ствола при стрельбе. А меньший ход ствола — это большая точность при прочих равных. Именно хорошая точность при неплохой скорострельности и позволила попаданцу наделать знатных бед в проулке. И самый главный недостаток его оружия — низкая кучность, в этот раз стал достоинством. Как выяснилось позже, он умудрился зацепить, тем или иным образом, не менее десятка беспорядочно мечущихся по переулку бойцов.
— «Как там дела»? — поинтересовался Тима у Лилианы.
— Все хорошо. Боеспособными у них едва ли пятеро остались.
— Эй, ублюдки! — обратился попаданец к нападающим, — предлагаю сдаться и ответить на мои вопросы. Если ваши ответы меня устроят, то я оставлю вас в живых. Обещаю.
— Иди нахер, мразь! — спустя некоторое время раздалось в ответ, — ты покойник в любом случае!
— Ага, — рассмеялся он, — прям как те кретины, что на меня нападали раньше. Мужики, не дурите! Сдавайтесь и уйдете на своих двоих. А так — я же все равно узнаю что мне нужно и найду всех вас. Весь ваш отряд. И вырежу до последнего. Оно вам надо?
Если Тима и блефовал, то лишь отчасти. И дураку стало бы понятно, что это не простые бандиты, а какой-то из наемничьих отрядов, нанятый для того, чтобы упокоить одного ретивого попаданца. Уж слишком ребята слажено работали. Уж слишком хорошо экипированы были.
А значит, и он был в этом уверен на все сто, что есть и другие отряды, которые рано или поздно тут появятся. Вот и хотелось попаданцу закончить все быстро.
Да и не уверен он был, что справится со всеми рядовыми бойцами. Да и не нужно это ему было, если так подумать, а вот с главами отряда он бы поговорил. Да. Причем, обстоятельно так.
— Иди нахер! — вновь раздалось то же самое пожелание.
— Ну, как знаете! — закричал в ответ Тима, перезаряжая свой пистолет, — как знаете, — добавил он тише, уже себе под нос. — «Лили, сможешь слегка поломать тех, кто там еще на ногах стоит. Так, чтобы они живы остались»?
— Сделаю, — коротко ответила девушка. И, уже через секунду, со стороны прохода послышались новые крики боли. — Готово, — отрапортовала она, — те, кто не сдох, ходить еще долго не смогут.
— «Умница», — похвалил Тима свою подругу, — «Майлз, Лон, давайте сюда, будете подходы охранять».
— Господин, — послышался у попаданца в голове голос Майлза, — мы тут кое-что нашли...
— «Потом расскажешь», — перебил его Тима, — у нас мало времени.
— Ну что, сучата, — проговорил попаданец, подходя к валяющимся вповалку в грязи наемникам, — я же предупреждать вас, что лучше вам по хорошему со мной разойтись. Теперь уж не обессудьте, сами виноваты. Эй ты, — подошел он к ближайшему бойцу, — кто у вас главный в отряде?
— Сдохни, падла, — прохрипел тот в ответ.
— Да я уже, как бы, — улыбнулся Тима, беря в руки увесистый камень, — а вот тебе это еще только предстоит. И чем быстрее ты и твои друзья ответят на мои вопросы, тем быстрее и легче вы уйдете.
— Жестоко ты с ними, — спустя некоторое время проговорила Лилиана, рассматривая тела с размозженными головами, — почему не при помощи своего чудо-оружия убивал?
— Потому, что пуль мало, — тяжело дыша ответил попаданец, усаживаясь на какой-то мешок, — а другого оружия у меня не было. Дубинку-то я сегодня не взял. Тяжело. И ее и пистолет таскать. Да и от дубинки... Вряд ли им проще было бы.
— А как же твой кинжал?
— А что кинжал? Ты помнишь как он работает? Нахрена мне столько ненужных душ? Да и скопилось их там многовато уже. Намного больше, чем мне бы этого хотелось. Так что пусть лучше так, — он кивнул на ближайший труп с расколотой головой. Да, плохо ушли, но зато ушли. А не сидят у меня в кинжале.
— Неужели тебе их жалко? — искренне удивилась девушка.
— А почему нет? — они-то, ничего такого не сделали, чтобы лишать их посмертия. Просто делали свою работу. За что и поплатились. Всего лишь жизнью.
— А как же другие? Те, что заперты у тебя в артефакте? — с недоумением в голосе поинтересовалась Лилиана, — а как же я?
— А что ты? — удивился Тима, — с тобой отдельный случай. Я тебе просто не мог дать умереть и верну тебе твою жизнь обратно. Лон и Гадаар сами виноваты. А остальные... Ну, я же уже говорил, что душ в моем кинжале и так многовато. Их я обязательно отпущу. Когда научусь это делать.
— Странный ты, — задумчиво проговорила девушка, подходя ближе и проводя рукой по забрызганной чужой кровью щеке попаданца, — можешь совершенно хладнокровно забить камнем десяток людей, но при этом жалеешь уже умерших.
— Обычный я, — прижал ее ладонь к своей щеке Тима, — это только в сказках бывают откровенно плохие и откровенно хорошие ребята, — в жизни оно как-то все пополам, как правило, бывает.
Помолчали. Молодой человек замкнулся в себе, вспоминая недавние события. Что бы там Лилиана не думала, но ему не доставляло совершенно никакого удовольствия убийство других людей. Да, он уже пообтесался, с него частично слетел налет цивилизованности и псевдогуманизма его родного мира. Да, он больше не боялся убивать. Но все же...
Он с содроганием вспомнил как кричал сержант наемников, когда Тима дробил ему пальцы на руках, выпытывая имя заказчиков. Не выпытал. Не потому, что сержант упорный попался, нет. Просто командование отряда оказалось достаточно мудрым, дабы не делиться лишней информацией с простыми исполнителями. Единственное что ему удалось узнать во время его зверского допроса, так это название отряда и где тот сейчас базировался. Это, и то, что у сержанта двое детей и жена где-то в Имокии остались.
Сержант много тогда о них рассказал. Говорил и говорил, пока Тима камнем методично разбивал головы его сослуживцам. Умолял отпустить его. Что показательно, что умолял он один. Остальные принимали свою участь. Кто со страхом, кто с презрением. Но молча. А этот все говорил и говорил. Упрашивал. Сулил. Умолял.
Тиму передернуло и он, вскочив на ноги, бросил:
— В жопу этот отдых. Что вы там нашли, Майлз?
— Проще будет показать, — тут же отозвался тот, — следуйте за мной.
Они двинулись, было, к одной из дверей, что выходила в этот переулок, но Лилиана придержала попаданца, взяв за локоть.
Первым его порывом было желание резко вырваться, но это было бы откровенным мальчишеством, да и Лилиана не заслужила подобного к себе отношения. Поэтому молодой человек просто вопросительно на нее посмотрел.
— Ты все правильно сделал, — проговорила она, смотря ему прямо в глаза, — даже не смей сомневаться в своих действиях.
Это был подлый прием с ее стороны. Подлый, но эффективный, что он не мог не признать. Тима вновь ощутил то странное влечение, ту необычную связь, что появлялась между ними каждый раз, когда они смотрели друг-другу в глаза.
Все посторонние мысли исчезли, все переживания пропали. Сейчас перед ним была та, которую он желал больше всей жизни. Та, что предназначена ему самой судьбой. Та, которую он не отдаст никому. Та, для которой он готов на все.
Неимоверным усилием воли попаданец все же смог отвести свой взгляд от прекрасных глаз своей любимой. И тут же наваждение исчезло.
Тима некоторое время постоял, тяжело дыша, а после подхватил Лилиану на руки и закружил ее на месте.
— Вот ты хитрюга! — рассмеялся он, останавливаясь и чмокая девушку в ее чудесный носик, — ты смотри что удумала.
— Ну, — она лукаво улыбнулась, — я подумала, что тебе не помешает сейчас некоторая встряска.
— И то верно, — рассмеялся Тима и показал язык Майлзу, что, опешив от открывшегося ему зрелища, висел неподалеку, — а ты чего замер? Веди, давай, показывай что вы там нашли.
— С-с-лушаюсь, господин, — слегка поклонился тот, отмирая, — следуйте за мной.
Пока шли к двери, Тима успел шепнуть на ушко Лилиане, притянув ту за талию к себе:
— Ты, конечно, молодец и все правильно сделала, но в следующий раз все же контролируй длительность контакта. Я же тебя чуть тут же не разложил, — он показал взглядом на свои штаны, что сейчас заметно оттопыривались в том самом месте.
— Все обещаешь и обещаешь, — так же шепотом ответила она и, внезапно, схватила Тиму за задницу. Тот аж подпрыгнул от неожиданности, но вскрик все же сдержал.
— Вот придем домой...
— Все обещаешь и обещаешь, — повторила она все с той же лукавой улыбкой.
— А вот посмотрим, — тоже улыбнулся он и вновь чмокнул девушку в носик.
За этими милыми препирательствами, они и не заметили, как очутились прямо перед дверью. Которая, как ни удивительно, оказалась закрыта.
— Ну и? — обратился Тима к Майлзу,
— Там, — тот ткнул внутрь здания.
— Сможешь открыть? — поинтересовался попаданец у Лилианы, продолжая прижимать ту к себе.
— Надо смотреть, — пожала плечами та, — если отпустишь меня, то я попробую.
— Давай, — он разжал свои объятия, — действуй. А то мне что-то надоело тут тусоваться.
Лилиана, не говоря больше ни слова, прошла сквозь дверь, а через пару секунд раздался странный шипящий звук и дверь распахнулась.
— «Паяльной лампой»? — поинтересовался он у девушки, рассматривая разрезанный надвое металлический засов.
— Ага, — коротко кивнула та.
«Паяльной лампой» они, с легкой руки попаданца, называли между собой то огненное заклинание (алгоритм, если по местному), что разработала Лилиана специально для нужд Тиминого прогрессорского гения.
— Я всегда знал, что ты у меня не только красивая, но еще и бесконечно умная, — похвалил девушку попаданец. — Ладно, Майлз, давай показывай что у тебя там и пойдем отсюда. А то, глядишь, и мухи налетят. Уверен, что кто-то, да сообщил им о том переполохе, что мы тут устроили.
Пока они шли из комнаты в комнату, ведомые призраком бывшего Лилианиного воина, стало понятно, что дом нежилой. И дело было даже не в практически полном отсутствии мебели или в общем запущенном состоянии жилища. Нет. Все дело было в той особой ауре, что излучают заброшенные помещения. Входишь в такое здание и сразу понимаешь — людей тут давно нет. С Тимой подобное было не раз, когда он лазил на разные заброшенные и полузаброшенные объекты. Еще там, на Земле. Бывает так — заходишь в помещение и видишь старые механизмы, часть окон под потолком отсутствует, а ощущения заброшенности нет. А все потому, что цех то еще работает. Кое-как, но работает. А бывает так, что вроде бы все на своих местах и человек, кажется, просто отошел покурить. Но сердцем понимаешь, что это не так, чувствуешь. А потом оказывается, что в этой комнатке, расположенный в дальней части завода, рядом с заброшенными цехами, десять лет никого не было, с того самого момента, как какого-нибудь Ивана Петровича, тут некогда заседавшего, отправили на заслуженный покой. И может даже часы подарили. На память о годах верной и нужной службы.
— Нам сюда, — Майлз указал на древнюю, рассохшуюся от времени, лестницу, ведущую в подвал.
— Я, конечно, понимаю, что мертвым свет не нужен, — задумчиво проговорил Тима, разглядывая еле различимый в густом сумраке проход, ведущий вниз. — Что-то я сомневаюсь, что там тоже есть окошки, — он кивнул на одно из забитых досками окон, сквозь щели в которых в помещение пробивался свет серого осеннего дня.
— Эмм, — немного стушевался бывший солдат, который явно не учел этот момент.
— Тоже мне проблема, — фыркнула Лилиана, чьи кисти рук вдруг засветились ровным белым светом, — нам еще к этому Палху идти, да и с Титусом и его другом неудобно получается.
Сам спуск не занял много времени. А подвал этого дома мало чем отличался от подвала их собственного, купленного в нижнем городе. Те же каменные стены, тот же низкий потолок, тот же земляной пол. Если бы не одна деталь...
— Нихрена себе! — не удержавшись воскликнул Тима, рассматривая вырубленный в одной из дальних стен проход, — теперь понятно откуда во дворе столько хлама. Что там? Проверяли? — поинтересовался он у Майлза и Лона.
— Нет, хозяин, — отрицательно помотал головой бывший боцман, — я в другом доме был, — он махнул куда-то в сторону.
— И я не проверял, — поддержал своего коллегу солдат, — вы, господин, приказали дом проверить, а по дыркам разным лазать команды не было. Вот я и не лазал.
— Правильно все сделали, молодцы. И правильно, что показали ход. Ну что, кто первый?
— Тима, только не говори мне, что ты собрался лезть в эту дыру, — изобразив тяжелый вздох, проговорила Лилиана. — Ну зачем оно тебе надо?
— А тебе что, не интересно? — искренне удивился попаданец, — ведь не просто так же кто-то тут ход прорубил.
— Неа, — отрицательно покачала головой девушка, — у нас еще куча дел, помнишь? Да и что там может быть интересного?
Тима даже немного растерялся, пытаясь подобрать слова и объяснить этим средневековым скучным неандертальцам всю прелесть лазания по разным заброшкам и катакомбам. Не смог. Все его потенциальные аргументы легко разбивались о менталитет местных жителей.
— Я уверен, что так надо, — наконец, не найдя нужных слов, он решил давить авторитетом. — Лон, идешь вперед, как обычно. Майлз, прикрываешь сзади. Лили, будь добра, держись рядом. Не хотелось бы свернуть себе шею, в темноте споткнувшись о какой-нибудь камешек. — Раздавая указания он не забывал и о себе — достал из-под плаща так хорошо зарекомендовавший себя пневматический пистолет, перезарядил магазин, проверил надежность предохранителя.
— Ты чего-то опасаешься? — поинтересовалась Лилиана, внимательно следя за приготовлениями попаданца.
— Ход ведь кто-то прорубил. Может он до сих пор там, — Тима кивнул в сторону раскопа, — и хрен знает какие у него мысли. Так что оружие лишним не будет. Ладно, двинулись, — приказал он, заметив, что все его предыдущие распоряжения уже выполнены.
Ход оказался достаточно длинным и сильно забирал вниз. Почва тут была глинистой, имела красноватый оттенок, вследствие чего четко были видны следы тех, кто этот ход прорубал. Правда, вряд ли даже трасолог смог бы в них разобраться — столь много их было и столь густо они наслаивались один на другой.
— Канализация, — констатировал Тима, разглядывая невысокие сводчатые потолки, древнюю грубую кладку и небольшой ручеек, что весело журча, двигался по специально построенному для него руслу в самом центре прохода. Не думал, что она вообще тут есть. Да еще в нижнем городе.
— Орслин древний город, — заметила Лилиана, осматриваясь, — а то, что сейчас является нижним городом, когда-то давно было просто городом. Ты же видел дома. Сравни с теми, что в портах стоят.
— И правда, — Тима вспомнил как его, в свое время, удивило столь кардинальное различие в архитектуре между бедными и нищими районами. А оно вон как оказалось — большая часть среднего класса просто-напросто пользуется наследием древних богатеев. — Ну, что будем делать? — наконец поинтересовался он у своих спутников.
— Ты у нас спрашиваешь? — удивилась Лилиана, — ты же нас сюда затащил.
Да, что ни говори, но девушка была права и Тима это прекрасно понимал. Понимал он также и то, что у них и правда нет времени на исследование всего этого подземного великолепия. Он еще раз окинул взглядом помещение, в котором они находились и увидел на полу еле различимые красноватые комочки грязи.
— Пойдем пройдемся туда, — он указал направление, в котором двигались неизвестные копатели, — если ничего интересного не найдем за полчаса, то возвращаемся обратно.
Орслинская древняя канализация явно строилась людьми знающими и умелыми. Несмотря на весь свой солидный возраст она отлично выполняла свои функции и передвигаться по ней было одно удовольствие.
— Ну, куда теперь? — поинтересовалась Лилиана у Тимы, когда они дошли до первой развилки.
Попаданец внимательно всмотрелся в каменный пол, надеясь найти следы неизвестных. Не нашел.
— Пойдем направо, — наконец решил он, понадеявшись на удачу.
Этот коридор практически ничем не отличался от того, по которому они только что шли, разве что водяной ручеек стал поспокойнее. А в остальном — все те же стены, все тот же потолок и ничего интересного.
— Полчаса прошло, — спустя некоторое время заметила Лилиана.
— Уже? — искренне удивился Тима.
— Угу, — подтвердила девушка, — пора возвращаться.
Уходить молодому человеку не хотелось совершенно. Он чувствовал, что за всем этим скрывается нечто важное. Но слово было произнесено. И кем он будет, если его нарушит? Да и права Мистресс Ирри, ой права. Нет у них времени на все это. Нет. И Титус заждался. И с Палхом этим разобраться нужно.
— Поворачиваем, — тяжело вздохнув отдал приказ Тима.
Обратная дорога была знакома и легка, поэтому шли ходко и до поворота добрались достаточно быстро. Молодой человек замер, рассматривая проход в неисследованную часть катакомб.
— Лон, — наконец позвал он бывшего боцмана, — давай-ка слетай быстренько туда — он указал в сторону второго прохода, — глянь что и как там. А мы тут тебя подождем.
— Слушаюсь хозяин, — кивнул лысый коротышка и скрылся в темноте.
— Ну и зачем? — поинтересовалась Лилиана.
— Чувствую, что так надо, — пожал плечами Тима, — да и времени это займет немного.
— Ой не зна... — начала было она, но была перебита внезапно проявившимся Лоном.
— Свет! Хозяин, там свет горит! Я видел, — затараторил он.
— Вот видишь, — победно улыбнулся Тима, глядя на Лилиану, — а ты молодец, Лон. Считай, что искупил свой сегодняшний промах.
Глава 18
— И все же зря ты их отпустил, — в очередной раз попеняла Лилиана Тиме.
— А что мне с ними делать было? Убивать? Так они вроде бы ничего ни мне, ни тебе не сделали.
— Они видели нас всех, — парировала девушка.
— Ой, да что они могли там разглядеть с их-то лампадками? — отмахнулся от нее Тима. — Да и перепугались они тоже знатно.
— Еще бы, — захихикала Мистресс, — видел бы ты их рожи, когда мы на них из темноты вылезли. Мне даже показалось, что тот, плюгавенький, обделался от страха.
— Лили, — укоризненно посмотрел на нее Тима, — ты же леди, в конце-то концов. Что за выражения? — он выдержал паузу, а после добавил, давясь от смеха:
— Тебе не показалось. Я почувствовал... аромат. — Уже не скрываясь, в голос, засмеялся попаданец. Лилиана, видя веселье своего друга, не сдержалась и тоже прыснула.
Да, может тема веселья была несколько приземленной и, совершенно точно, не соответствовала ни Лилианиным, ни Тиминым стандартам юмора, но им обоим это было сейчас очень нужно. То, что они собирались сделать граничило с глупостью и отдавало суицидальными наклонностями. Поэтому-то они и гнали от себя дурные мысли, вспоминая вчерашние события и встреченных в старой канализации контрабандистах. Которые, как оказалось, и были теми, кто прорубил найденный Майлзом и Лоном проход.
Естественно, что преступники ничуть не обрадовались внезапно вышедшим на них незнакомцам и, вначале, колоться совершенно не хотели. Но грозный вид Майлза и опыт общения с отребьем Лона сделали свое дело: В обмен на обещание не лезть в их дела, не сообщать о подземном ходе мухам и пять золотых монет, канализационные завсегдатаи согласились немного поработать экскурсоводами и показали как можно незаметно выбраться из города. Зачем все это было Тиме? А он и сам не знал, но считал, что подобные знания лишними не будут.
Свое слово попаданец сдержал и контрабандистов отпустил с миром, едва те, закончив обзорную экскурсию по старой канализации, вновь привели всю честную компанию на место первого рандеву. Что примечательно — пробыли под землей все они достаточно долго, но канализационные жулики так и не поняли, что троих из четверки их новых знакомых живыми назвать можно лишь условно.
— Ладно, посмеялись и хватит, — подвел итог их веселью Тима, — с контрабандистами вопрос, в любом случае, решенный. Не будем же мы бегать за ними. Сама понимаешь, что сейчас не до них. Да и не уверен я, что они снова там появятся. По крайней мере, в ближайшее время точно. Так что навестим Палха и его ребят, расспросим о том, о сем и, через пару дней, двинем из города. А с контрабандистами будем разбираться, когда ты трон себе вернешь. А до этого нас это не касается.
— Как все у тебя просто, — поджала губы Лилиана, — «навестим», «расспросим». А ты не думал, что самостоятельно соваться к наемникам, от которых недавно еле отбился это глупая затея?
— Лили, прекрати. Мы же уже это все обсудили и пришли к мнению, что так будет лучше. Разве нет? Тем более, что одни мы не будем. Ребята Титуса помогут немножко.
— Ладно-ладно, — подняла она руки в примирительном жесте, — я просто за тебя беспокоюсь. Ты же понимаешь, что все держится на тебе одном? А ты так рискуешь.
Тима придвинулся поближе к девушке, обнял ее за плечи и поцеловал в щеку.
— Все будет хорошо. Пока мы есть друг у друга, все будет хорошо. А что касается риска... В моем мире есть такая поговорка: «кто не рискует, тот не пьет шампанского».
— Знаю, ты мне уже рассказывал о ней, — улыбнулась девушка, прижимаясь к нему плотнее.
— Ну, тогда ты сама все понимаешь.
— Понимаю, — кивнула она, — но сердцу-то не прикажешь.
— Приехали, милсдарь! — раздался приглушенный крик возницы и экипаж, дернувшись, замер.
— Ты у меня умная, — улыбнулся попаданец и, еще раз чмокнув девушку в щеку, выбрался на промозглую осеннюю улицу. — Держи, — бросил он серебряную монетку вознице, — выпить за я с дружками сегодня.
— Благодарю вас, господин, — поклонился, ловко поймавший монетку, возница, — обязательно выпьем, — после чего несильно ударил что-то искавшую на земле кобылку вожжами и был таков.
Тима же постоял некоторое время, наслаждаясь осенней свежестью, а после, направился в сторону небольшой таверны, располагавшейся чуть впереди по улице.
Внутри было громко, сумрачно и воняло застарелым потом и кислым пивом. В общем — все как в большинстве местных питейных заведений.
Титуса Тима приметил сразу — тот сидел за дальним столом, в компании какого-то мужика, бандитской наружности. Мужик был крупен, длинноволос. Носил старый, выцветший фрак, высокие, до колена, сапоги и трехдневную щетину. Нос картошкой намекал на то, что он не дурак выпить.
Пока пробирался к столику, за котором сидели эти двое, попаданец все пытался вспомнить кого же ему напоминает приятель Титуса. И, лишь добравшись до цели, понял кого. Джона Сильвера из советского «Острова Сокровищ», только менее мультяшного и с двумя ногами. А так — вылитый Сильвер.
— Уважаемые, разрешите присесть? — громко обратился он к Титусу и его знакомцу, — а то сами видите, — Тима обвел рукой зал, в котором, хоть еще и оставались свободные места, но было их маловато.
— Конечно, присаживайся, парень, — хрипло произнес незнакомец, и попаданец про себя отметил, что похож мужик на Сильвера не только внешностью, но и голосом, — не тушуйся.
— А тебя не узнать, Титус, — улыбнулся Тима помощнику управляющего, — я-то думал, что ты никогда не наденешь подобного, — он кивнул на хламиду, в которую тот был облачен.
— Как он тебя, а Титус? — рассмеялся незнакомец, толкая толстяка в плечо — уел, а? Ватар, — представился он, протягивая руку попаданцу.
— Тималь, — в свою очередь представился тот, отвечая на рукопожатие, оказавшееся очень крепким, — ты есть тот человек, о котором говорил Титус?
— Если ты про того, кто готов за скромную и очень справедливую плату поработать для тебя и твоих парней наставником, то да, это я, — рассмеялся новый знакомый.
— Нет никаких парней пока, — тяжело вздохнул Тима, жестом отсылая официантку, шедшую к их столику, — не просто так же пришлось Титуса о помощи просить.
— То-то и оно, что «пока», — вновь развеселился Ватар, — чую я что будет много у меня работенки, ой чую. А чуйка у меня знаешь какая? Вооо! — он широко развел руки в стороны. — Хотя не, я перепутал, это не чуйка. Это другое. То, чем перед бабами хвастаются, — он рассмеялся и подмигнул Тиме.
— Какова твоя цена за контракт, скажем, на два года? — мужик попаданцу понравился, поэтому он решил сразу утрясти все вопросы, дабы потом не тратить на это время.
— Ты не спеши, паря, — ухмыльнулся Сильвер, — я-то еще своего добра не давал. Титус, конечно, за тебя ручался. И я ему верю, но сам понимаешь, что подобные дела так просто не решаются.
— Понимаю, — не стал спорить молодой человек, мысленно согласившись с логикой своего потенциального работника, — как решать вопрос-то будем?
— Да просто решим, не волнуйся, — отмахнулся Ватар, — я с вами на потеху сегодня пойду, погляжу что да как, оценю тебя, а там уж и ответ дам, когда все кончится.
— Годится, — после некоторой паузы решил попаданец, — сколько у тебя людей Титус?
— Как и договаривались — три десятка. Да этот еще, — он кивнул на Сильвера. Ну и я, конечно.
— Э-э-э нет, — отрицательно покачал головой Тима, — так не пойдет. Нам нужны твои мозги, а не доблесть. Поэтому ты в заварушке участвовать не будешь. Это приказ... Сам знаешь чей.
— Ну и ладно, — ничуть не расстроился толстяк, — тогда с Ватаром все и порешаете. Его мои ребята знают.
— Наши ребята, Тито, наши. Я, хоть в ваши дела не лезу, и считаю, что идеи ваши тьфу, — он сплюнул в сторонку, — а не идеи, но учил-то их я. Ребят твоих. Так что наши они. А то что ты над ними главный, так то только по слову Ра...
— Ватар! — повысил голос Титус, прерывая разоткровенничавшегося приятеля, — то невместно сейчас!
— Господин Титус, — вмешался в разговор Тима, — мне ваши секреты не нужны, вы же знаете. Можете не волноваться, все что есть между мы, останется между нами.
— Какой же я вам «господин», господин Ирри? — замахал руками толстяк, — что вы, что вы.
— Ой, да ладно, — отмахнулся попаданец, — вы же все знаете кому мы с вами служим на самом деле. И кто я на самом деле. К чему это притворство в узком кругу? Кстати, уважаемый Ватар, — внезапно улыбнулся Тима, обращаясь к заинтересованно прислушивающемуся к их разговору мужику, — вы как, мертвых, случаем, не боитесь?
***
— Зал почти полон, — доложил Майлз, проявляясь рядом с Тимой, Лилианой и задумчиво разглядывавшим девушку Ватаром.
— Местных много? — уточнил попаданец.
— Где-то половина, — коротко ответил призрачный разведчик.
— Как поступим, Ватар? — поинтересовался Тима у Сильвера.
— А? — оторвал тот свой взгляд от девушки и непонимающе посмотрел на молодого человека, но тут же взял себя в руки, — тебе решать, Тималь, тебе. Мое дело маленькое — за ребятушками Тито присмотреть, да тебе делом помочь. Думать не моя работа.
— Ну, как знаешь, — не стал настаивать попаданец. Хочется человеку мояхатаскрайничать? Его право. — Тогда, сделай так, чтобы ни одна крыса не смогла покинуть трактир. Поставить десять человек на заднем выходе и по трое на каждой из сторон, чтобы за окнами следили. Они тут хоть и узкие, но всегда найдется крысеныш, что суметь сквозь них ускользнуть. А мне такого не нужно. Пятеро, сам выберешь кто, идут со мной внутрь, остальные дежурят у входа и слушают обстановку. Если начнется заваруха, то бежать к нам на подмогу.
— А если мухи налетят? — уточнил Ватар.
— Если сделаем все тихо, то не должны. Сказать своим чтобы не отсвечивали особо, пока караулить будут.
— А если все же появятся? — настаивал тот на своем.
С жандармами Тиме бодаться не особо-то и хотелось. Не сделали они ему пока ничего плохого. Ну, почти. Но командиры наемничьего отряда Палха были важнее возможных проблем с жандармерией. Да и уезжать они с Лилианой скоро планируют. Поэтому, немного подумав, попаданец коротко приказал:
— В расход.
— Вот это по нашему! — расхохотавшись, хлопнул Тиму по плечу Ватар. — Правильное решение.
— Только без излишеств, — уточнил свой приказ попаданец.
— Мы что, звери какие? — слегка обиделся Сильвер, — по горлышку «чик» и отлеталась муха, — он вновь рассмеялся.
Подготовка к «разговору» не заняла много времени. Титусовы ребятки сноровисто, будто не первый раз проворачивали подобное, окружили небольшой трактир на стыке портового и ремесленного районов, частично оккупированный изрядно поредевшим наемничьим отрядом Палха.
Убедившись, что все на своих местах, Тима, в сопровождении четырех бойцов, Ватара и трех, вновь ставших невидимыми, призраков направился к главному входу. Путь им попытался заступить вышибала, но его быстро успокоил один из революционеров, ловко зайдя тому за спину и шарахнув небольшой дубинкой по башке.
Внутри все было так, как и должно в уважающей себя таверне — людно, душно и вонюче. Никто, кроме, может быть, второго вышибалы и трактирщика, не обратил внимания на вновь прибывших. Вышибала окинул их внимательным взглядом, но цепляться не стал, здраво решив, что здоровье дороже. А вот трактирщик, судя по всему, каким-то шестым чувством понял, что новые посетители принесут ему одни проблемы и тут же юркнул куда-то в подсобные помещения.
Тима не обратил внимания ни на первого, ни на второго, справедливо решив, что у Титуса ребятки справные и все сделают как надо и без него. Он подошел к невысокому помосту в середине зала. Согнал оттуда полуголую пожилую рабыню, пытавшуюся изображать нечто вроде стриптиза. Забрался на него и, дождавшись, пока сопровождающие займут позицию перед помостом, поднял руку, требуя к себе внимания. Не помогло — на него смотрели только те, кто находился в непосредственной близости к импровизированной сцене. Остальные же, ничего не замечая, продолжали застолье. И тогда Тима свистнул. Так как его учил еще отец — мощно и долго, перекрывая гомон толпы и стук ножей по глиняным тарелкам.
— Мы с друзьями прийти сюда, дабы задать несколько вопросов наемникам из отряда Палха. Тот, кто не с ними нас не интересует. Понятно?
— А ты кто таков будешь, пацан? — заорал один из мужиков за дальним столиком, — этот трактир под Вепрем находится. Кто ты такой, чтобы против Вепря идти?
— Срать я хотел на вашего Вепря! — заорал в ответ Тима, — меня его дела не касаются, а его мои. Если проблем чинить не будете, то и убытка ему тоже никакого.
Вокруг начал нарастать шум. Завсегдатаям явно не нравилось в каком тоне с ними разговаривает незнакомый молодой человек. Но крикун быстро навел порядок и вновь обратился к попаданцу:
— Вас всего шестеро. Не боишься подобные предъявы кидать со столь малым количеством бойцов?
— Я что похож на дурака? — вопросом на вопрос ответил Тима, — неужели ты думаешь, что будь нас всего шестеро я так бы себя вел? Еще раз говорю — мне плевать на дела Вепря и на вас тоже плевать. Мое дело вот эти, — он кивнул группку наемников. К ним разговор. К вам ни претензий, ни вопросов. Посидите смирно в уголочке, — он указал в дальний угол, — попейте пивка, баб пощупайте и мы разойдемся миром.
— Не по понятиям это, дела решать без смотрящего! — завопил другой мужик, вклиниваясь в разговор, — пошлите за Вепрем, пусть он решает!
— Да хуле мы этого щенка слушаем?! — заорал еще один, — кончай его ребята! — поднялся он на ноги и вытащил здоровенный нож.
Тима готов был к подобному развитию событий, поэтому выхватил из-под плаща верную Жанну и, прицелившись, выстрелил в голову крикуну.
— Сидеть, суки! — заорал попаданец, поводя стволом из стороны в сторону, — следующий же рыпнувшийся тоже мозги растеряет, — кивнул он в сторону мертвого тела с неаккуратной дыркой в черепе. — Сидеть и не рыпаться без моего дозволения. Понятно, или еще кого упокоить? Нет у меня с вами никаких дел! Просто изобразить стена и не лезть. Что не понятного то? Или вы тут все бессмертные?
— Во дает, парень, — услышал Тима восхищенный шепот Ватара, — как стелет, как стелет.
— Ну? — обратился попаданец к тому, кто заговорил с ним первым.
— Я все понял, — коротко кивнул тот, — сидим и не отсвечиваем.
— Умница, —похвалил его попаданец, — давайте, поднимайте свои жопы и в тот угол, — он махнул пистолетом в дальнюю от входа часть трактира. — А мы, с господами наемниками, поговорим, — он улыбнулся, поворачиваясь к бойцам отряда Палха, хмуро глядевшим на него.
— А кто ты таков будешь, пацан, чтобы мы с тобой разговаривали? — осведомился кто-то из наемников.
— Где-то я это уже слышал, — задумчиво проговорил Тима, — ах да вот этот у меня интересовался, — он кивнул в сторону кучки бандитов. Давай, воин, покажи кому из твоих людей мне башку продырявить, чтобы мы сразу перешли к нормальному разговору. Ну? — он с вызовом взглянул прямо в глаза наемнику.
— Тише, тише, — поднял тот руки в примирительном жесте, — мне же нужно знать с кем я говорю.
— А что, не узнаешь меня, да? — улыбнулся попаданец, — или вас ваши отцы командиры не удосужились проинформировать насчет их последнего дела?
— Дела? — непонимающе уточнил наемник, но его перебил другой:
— Так это из-за тебя, сучоныша, столько наших ребят полегло? — прошипел он, поднимаясь на ноги.
— Столько ваших ребят полегло исключительно из-за тупости ваших же собственных командиров. Которые, вдруг, решили что им все позволено в этом городе и полезли туда куда лезть не стоило. Так что завали свой хавальник, пока не поздно, а то к твоим друзьям отправлю. Мне не впервой, уж поверь, — жестко отбрил он наемника.
Послышался ропот, некоторые из отряда повскакивали с мест.
— А ну, сидеть! — прикрикнул на них тот, что встал первым. — Контракт больше недействителен, — обратился он уже к Тиме, когда народ немного присмирел, — у нас нет к тебе никаких вопросов.
— Э-э-э, нет, — отрицательно помотал головой попаданец, — так не пойдет. У МЕНЯ есть вопросы сначала к вам, а затем к вашим командирам.
Вновь послышался ропот, но он тут же стих, едва наемник поднял руку.
— Ты в своем праве, — согласно наклонил голову он, — пойдем, — кивок в сторону дальнего, ныне пустующего, столика, — обсудим там все с глазу на глаз.
— Пойдем, — не стал спорить с ним попаданец и спрыгнул с помоста.
— Нельзя одному идти, — тихо обратился к попаданцу Ватар, — давай я с тобой пойду?
— Я никогда не бываю один, — ухмыльнулся Тима, — ты же сам видел моих... друзей. А что касается тебя и твоих ребят, — присмотри тут за этими, — он обвел рукой весь зал таверны. — Чтоб беды не случилось.
— Так ты же сам нарываешься, — удивился Сильвер, — даже я бы не рискнул ни с теми, ни с другими в таком тоне разговаривать.
— Они чувствуют силу, — пожал молодой человек плечами, — я показываю ее. Показываю, что меня нельзя нагнуть, а любой кто попытается — жестоко об этом пожалеть. Обычная психология.
Ватар не понял последнего слова, но в остальном был согласен с этим странным молодым человеком. Поэтому спорить не стал и просто хлопнул по плечу, показывая свое одобрение.
— Ну, что ты хотел мне сказать? — поинтересовался Тима, усаживаясь напротив сержанта, — надеюсь не станешь придумывать какую-нибудь чушь, чтобы потянуть время?
— Не стану, — покачал тот головой, а за тем внезапно спросил: — Вы же Тималь Ирри, новый глава семьи Ирри?
— О, вот это ты догада, — не сдержал злой иронии Тима, — да, это я, — не стал скрывать он секрет Полишинеля. — Собственно, потому что я это я, я тут и находиться. Видишь ли, мне не нравится, когда меня пытаются убить. Особенно когда это делают обученные наемники. Особенно когда это происходит в столице.
— Да, господин, я все понимаю, господин, — тон и поведение наемника сильно контрастировали с теми, что он демонстрировал каких-то пять минут назад. Исчезли вызов и дерзость, голос стал более спокойным. Но что Тиме очень понравилось — при всем при этом, боец не потерял своего достоинства ни на йоту.
— Как тебя зовут? — поинтересовался попаданец.
— Риман, господин.
— Так что у тебя есть сказать мне, Риман?
— Нечего тут говорить. Капитан Палх, лейтенанты и их ближние все сегодня утром, едва новости о парнях пришли, свалили куда-то срочно. Капитан сказал, что договариваться о найме. Но это херня все. О найме он с первым лейтенантом договариваться ездил всегда. А тут всех забрал. Да еще и с ближними.
— Вот оно что, — задумчиво проговорил Тима, — а вас, значит, бросили? Интересно, чего же так сильно испугался капитан Палх? Уж не меня ли?
— Я так думаю, — слегка понизил голос Риман, — вы только не обижайтесь, но не от вас он убег. А от того кто надоумил его за вами охоту открыть. Золото-то он вперед взял, как я слышал, а с делом не сдюжил. Вот и пустился в бега. Тем более, что никто из парней, после того что стало с теми, что в переулке остались, особо не хотел к вам лезть. Страшная смерть. Лютая. Не мужская.
— Вот оно что, — задумчиво проговорил Тима, вглядываясь в лицо наемника. Ему он поверил сразу. Чувствовал, что не врет. Нет, он, конечно, потом все проверит еще раз. Порасспрашивает что да как, но был уверен, что все примерно так и было и что Палх ускользнул от него. — И ты, естественно ничего о заказчике не знаешь? — уже зная ответ поинтересовался он у Римана.
— Нет, — отрицательно покачал головой тот, — я ж говорил, что такие дела решали капитан и первый лейтенант.
— Покажи мне их комнаты, — попросил-приказал Тима, поднимаясь на ноги, одновременно делая жест Ватару, чтобы продолжал следить за обстановкой.
Пока шли к лестнице на второй этаж, попаданец, внезапно, ощутил будто он вновь на сцене. Почувствовал десятки устремленных на себя заинтересованных взглядов. Только вот никогда раньше эти взгляды не были столь злыми. Никогда раньше они не сулили ему беды. Не являлись вестниками близкой смерти.
Тима замер на середине лестнице и окинул взглядом зал таверны. Только Ватар смог выдержать его тяжелый, суровый взгляд, в который он постарался вложить всю свою ярость к тем, кто хочет стать у него на пути. Он один, встретившись с Тимой глазами, только улыбнулся и подмигнул, а вот остальные лишь отводили их, пряча.
Риман не соврал. Комнаты командного состава отряда оказались пустыми.
— Вот блядство! — выругался на родном языке Тима и сплюнул, — ну и что теперь делать? — добавил он уже на дастни. Вопрос был чисто риторическим и задан был просто для того, чтобы привести мысли в порядок. Однако, внезапно на него поступил ответ. Причем от того, от кого он никак не ожидал.
— Что ты сказал? — переспросил попаданец, которому показалось, что он ослышался.
— Я предлагаю вам, господин Ирри, взять отряд под свою руку, — повторил сержант.
Глава 19
— Холодно? — участливо поинтересовалась Лилиана, наблюдая за тем, как Тима поплотнее запахнул шерстяное лоскутное одеяло.
— Есть такое, — не стал спорить попаданец, — но ничего, Риман говорил, что скоро будет трактир. Там и согреюсь.
— Не доверяю я ему, — задумчиво проговорила девушка, — может зря ты так просто согласился на его предложение?
— Может и зря, — не стал спорить Тима. И мысли его сами собой вернулись к событиям недельной давности.
Предложение сержанта тогда не на шутку удивило молодого человека, да и обрадовало, чего уж греха таить. Уж в чем-чем, а в умелых и верных бойцах он нуждался как никто другой. С умением у отряда Палха проблем не было, а вот с верностью... Верность надо было еще заслужить. Причем, заслужить обоюдно.
И с этим-то и были проблемы. Ну не верил он в наемническую верность. Как может быть верным тот, кто меняет хозяев как перчатки? И да, пусть наемники, как правило, не предавали нанимателей. Но им ничего не мешало по окончанию контракта тут же переметнуться к тем, с кем они недавно бились. Нет, это не верность.
А еще он не верил в то, что кто-то вот так, просто, с бухты-барахты, вдруг решит служить тому, кто буквально вчера собственными руками жестоко упокоил его товарищей. Нет, был тут подвох, явно был. Но и бойцы тоже были нужны.
Немного подумав, Тима решил эту дилемму следующим образом: предложил Риману отобрать десяток самых надежных бойцов, которых он и возьмет на службу.
Сержанту подобные расклады явно пришлись не по нутру, но он ни спорить, ни возмущаться не стал и быстро, в течение получаса, выполнил порученное. Чем лишь укрепил Тимины подозрения. А дальше были знакомство и долгий торг, закончившийся к всеобщему удовлетворению.
Покидал таверну попаданец все так же в компании ребят Титуса, оставив своих свеженанятых бойцов утрясать дела с отрядом. Революционеры были явно довольны и Тима прекрасно понимал почему. Еще бы! Постояли пару часиков, понадували щеки и получили неплохую деньгу. Да еще без драки обошлось. И без потерь с их стороны. Как тут не радоваться? Один лишь Ватар выделялся из всей честной компании. Нет, он тоже радовался и по-прежнему был хрипл и громогласен. Все так же сыпал шутками и подколками. Но Тима все же видел, что нет-нет, а проявится задумчивая морщинка на лбу у пожилого балагура. Потому-то и решил вывести того на разговор.
— Ну что, Ватар, — обратился к прятелю Титуса попаданец, — что скажешь?
Тот остановился, оглянулся на Тиму, ухмыльнулся и проговорил:
— Хитер ты, Тималь, ух и хитер. Заметил, что я думу думаю да? И решил выведать что да как? А вопрос-то как подобрал, — он хрипло засмеялся, — хитрый вопрос. Вроде простой, а как ответить? Что скажу? Хе-хе-хе. А скажу я, что согласен пойти к тебе на службу. Согласен, да. Интересно с тобой-то рядом. Ой как интересно. И чую, носом чую, — он пошмыгал означенным органом, — далее еще веселее будет. А значит нужон я тебе. Ой как нужон.
— Чуешь? — насторожился Тима, которого ничуть не сбил с толку простецкий тон Ватара, — ты есть маг?
— Я? — вновь расхохотался Сильвер, — смешная шутка. Нет, конечно. Просто чую я всякое. Когда носом, — он вновь пошмыгал, — тогда верное и интересное дело. А когда жопой, — он выставил свою пятую точку и засмеялся, — значит бежать надо далече. Таким уж уродился, — развел он своими ручищами, — потому-то к Титусу и прибился, еще когда он только начинал свои делишки. Тоже носом почуял что весело будет.
— Полезное умение, — хмыкнул попаданец, — ты, главное, когда у ты в заднице зудеть начнет, маякни мне, а? Чтобы я готов быть заранее.
Ватар некоторе время помолчал, переваривая услышанное, а потом заржал пуще прежнего и, хлопнув Тиму по плечу, громогласно проговорил:
— Ты мне нравишься, Тималь, клянусь Книжником! Нравишься! Правильный ты мужик, хоть и молодой. Понимающий! Ну так что, договорились? — протянул он широченную лапищу.
— Погоди, Ватар, — поморщился попаданец, потирая отбитое плечо, — мы же с тобой о цене не договорились. Сколько ты хочешь за свои услуги?
— Так мне много не надо, — отмахнулся тот, — пожрать сытно, выпить знатно, бабу посисястее трахнуть. Дай мне одно, буду работать что скажешь. Дай мне два, буду делать что нужно. Дай мне три, лучше и вернее товарища у тебя не будет. А золото. С золотом сам решай. Сколько назначишь, столько и возьму.
— Интересный ты мужик, Ватар, — задумчиво проговорил Тима, обдумывая сказанное, — я таких не встречал раньше.
— А ты то сам? — ехидно ухмыльнулся и подмигнул тот, — сам-то каков, а? Да я никогда не видел, чтобы местное жулье на цыпочках стояло перед кем-то, кроме своих смотрящих. Уверен, что дожми ты их и пошли бы они под твою руку. Причем, с радостью пошли бы. А наемники? Клянусь Книжником, они же пообсирались все со страху, когда ты речи свои мудрые толкал с помоста. И что, ты думаешь они испугались того, что ты черепушку вскрыл тому недоумку? Нет, Тималь, нет. Они просто почувствовали что у тебя яйца поболе будут, чем у них всех скопом. Уверен, что кто-то пойдет к тебе проситься на службу вскоре.
— Уже попросились.
— Да ладно? Во дают, шельмы! И когда только успели?
— Да наверху же. Риман этот. Ну, который водил меня в комнаты Палха, он там и попросился.
— И что? Взял ты их под свою руку?
— Частично, — пожал плечами Тима, — мне сейчас столько бойцов не нужно. Поэтому попросил Римана отобрать десяток проверенных. Их и нанял.
— И что, веришь им?
— Я никому не верю, кроме себя и... еще кое-кого, — ответил попаданец, — а что, у тебя задница зачесалась?
— Ну не зачесалась, а так, подзуживать стала, — вновь засмеялся Сильвер, — не все чисто там с этими ребятками-то. Надо присмотреться да покумекать. А что никому не веришь — то правильно. Даже самые близкие предадут, коль будет за что.
— Присмотрись, — согласно кивнул Тима, — как раз по твоей части ребятки будут. Они хоть и рубаки бывалые, а все равно через тебя пройти должны. Чтобы в будущем вопросов никаких не было. Ты присмотрись. И я присмотрюсь. А там видно будет. Десять человек не тридцать. Хоронить всяко проще.
На том и порешили. А дальше была целая неделя подготовки, утрясание текущих дел, сбор провизии. Из города выходили раздельно. Два возка, в сопровождении десятка Римана, покинули город через главные ворота. Ватар, правивший другим возком, покинул через восточные. А Тима, Лилиана и Орлек воспользовались тайным путем контрабандистов.
— Подъезжаем! — вырвал Тиму из задумчивости крик Орлека, чья очередь сейчас была править их возком.
Придорожный трактир внешне очень сильно отличался от своего городского собрата. Тут тебе и крепкий бревенчатый забор, с не менее крепкими воротами, и большой двор с большой же конюшней и прочими хозяйственными постройками. Да и само здание не чета городским — двухэтажное, массивное, построенное из крупных бревен.
Едва их небольшая процессия подкатила к воротам, как те тут же открылись и мальчишка-раб принялся суетиться и рассказывать что и где у них находится.
— Эй, малец! — обратился Тима к нему, — а помыться у вас тут есть где?
— Конечно, господин, — склонился в угодливом поклоне мальчишка, — вон банька стоит, видите? — он указал на небольшую каменную пристройку, прилепившуюся к одной из стен трактира. — А если хотите, то и девочек хозяин выделит. Чтобы подмогли вам. Спину потерли. Девки-то у нас ой как хороши.
— А тебе-то откуда знать? — рассмеялся Ватар, — ты ж мал еще. Неужто в таком возрасте уже девок пользуешь?
— Не, — замотал головой ничуть не смутившийся мальчишка, — слыхал я как старшие говорили что девки хорошие, умелые и сиськи у них справные.
— Ладно-ладно, я тебя понять, — перебил словоохотливого парнишку попаданец, — баня есть — уже хорошо. А насчет девок видно будет. Вот тебе монетка, — он кинул рабу медный кругляш, — пригляди за лошадками, расчеши, напои и накорми. Все как положено.
— Сделаю, дяденька, — часто-часто закивал головой малолетний раб, ловко словив подачку, — все как положено.
— Только смотри это, — взял его за плечо Ватар, — коль что пропадет, аль плохо работу сработаешь, я тебя у хозяина выкуплю и впрягу в повозку вместо лошади, понял? И остальным дворовым передай.
— Понял дяденька. Все сделаю как положено, не сумлевайтеся!
— Вот и молодца, — хлопнул Сильвер пацаненка по плечу. Да так, что тот аж присел немного. — Эй, мужики, — обратился он уже к десятку Римана, — не задерживайтесь. Как все справите тут, сразу в дом шуруйте. Мы вас там ждать будем.
А вот внутри трактир мало чем отличался от тех, что Тима видел в городе. Разве что народу было маловато, да бабы голые не плясали на сцене. Ну и разделение на «белую» и «черную» части, конечно. В городе само расположение зданий диктовало какой контингент там будет собираться. А тут, за городом, бывали разные людишки. Как уважаемые и благородные, так и чернь и сервы. И ни те, ни другие, не горели особым желанием столоваться вместе.
— Заходите, гости дорогие, заходите! — от стойки к ним бежал какой-то худой, высокий и весь какой-то нескладный субъект средних лет, — добро пожаловать в мой трактир! Проходите, прошу, — он указал на белую половину, — отобедайте чем Душа послала.
— Представляю как тут кормят, если хозяин так выглядит, — тихо сказал попаданец Орлеку, стоящему рядом. Тот понимающе хмыкнул. А трактирщик все продолжал лопотать, нахваливая местную кухню.
— Не суетись, уважаемый, — повысил голос Тима, когда они расселись за длинным общим столом на белой половине. — Сейчас тут появиться еще одиннадцать человек. Всех нас надо сытно накормить, знатно напоить и спать уложить. Сделаешь?
— Сделаю, господин, конечно сделаю. Будут какие особые пожелания?
— Да. Прямо сейчас прикажи слугам растопить баню. Я знаю у тебя есть. Нет, ни баб, ни банщика не нужно, — тут же отказался попаданец, правильно угадав намерения трактирщика. — Что касается комнат. Одна должна быть одноместная. Одна двухместная. Остальные — как получится.
— У меня нет одноместных комнат, господин.
— Значит пусть будет две двухместных. Но спать в ней я буду один.
— Так холодно одному. Может вам девочку прислать, чтобы согрела? У меня ой какие девочки умелые есть.
— Ага, со справными сиськами, — кивнул головой Тима, — слышать уже. Нет, девочку не нужно. Но ты не переживай, без работы твои девочки уж точно не останутся. Уверен, что найдется кому с ним покувыркаться, — с этими словами он подмигнул немного смущенному Орлеку.
— Понял господин, все сделаю, господин, — поклонился трактирщик, — разрешите идти?
— Иди, — жестом руки отпустил его попаданец, — хотя нет, стой, — внезапно вспомнил он.
— Да господин, что желает господин?
— Ты так и не назвал свое имя, — напомнил ему Тима.
— О, Душа, — всплеснул руками жилистый трактирщик, — как я мог? Голш меня звать, господин.
— Хорошо, Голш, — улыбнулся попаданец, — беги решай там все. Только прикажи, чтобы пива и закусок каких поставили сразу.
— Сию минуту, — поклонился трактирщик и был таков.
Вскоре трактирные подавальщицы нанесли деревянных тарелок с твердым сыром, копченым мясом, соленой рыбой, какими-то кореньями. А Голш лично притащил небольшой пузатый бочонок с пивом. Тут же ловко вкрутил в него небольшой медный краник и вновь удалился, дабы вернуться с целой охапкой крупных глиняных кружек, из которых тут было принято пить пиво.
Вскоре в помещение ввалился и десяток Римана с ним во главе. Бойцы сразу направились к их компании и одобрительно загудели, рассмотрев содержимое стола. Правда, Тима справедливо полагал, что большую часть одобрения заслужили не закуски, а тот самый бочонок. И ему почему-то показалось, что одним бочонком дело сегодня не обойдется.
Несмотря на пессимистические ожидания, вызванные физической кондицией Голша, ужин получился на славу. Все было сытно и вкусно, а главное — не дорого. В городе подобный пир обошелся в два-три раза дороже. Пиво тоже оказалось вполне недурственным, даже на Тимин, очень предвзятый, вкус.
Где-то к середине трапезы показалась одна из местных подавальщиц и сообщила, что баня для господина готова. Тима тут же поднялся из-за стола и подошел к Риману, сидящему на другом конце стола.
— Пойдем, составишь мне компанию, — хлопнул он по спине десятника.
— Куда? — удивился тот, очевидно не услышав подавальщицу.
— В баню, — пояснил попаданец, — помыться да поговорим.
Если Риман и удивился, то не подал виду. Он что-то сказал своим парням, поднялся на ноги и направился вслед за Тимой, который, в свою очередь, шел за подавальщицей.
Местная баня представляла собой небольшое, слабо освещенное помещение. Справа от входа стояли две огромные деревянные бадьи. Одна с горячей водой, а вторая с теплой. Напротив них стояла длинная, во всю стену, широкая скамья, над которой распологались полочки с местными средствами личной гигиены. В дальнем от входа конце комнаты находилась задняя стенка печи со специально подставкой для камешков, которыми, при желании, можно было подогреть остывшую воду. Рядом с печью находилась стойка на которой были разложены разнообразные мочала, лоханки и прочие подобные вещи.
О мыле в этом мире знали и умели его варить, но удовольствие это было не из дешевых, поэтому глупо было ожидать, что в первом же придорожном трактире, пусть и находящимся неподалеку от столицы, оно будет в наличии. Вместо мыла тут использовали некую смесь, которая своими цветом и текстурой напомнила Тиме мягкую пасту ГОИ. Тем не менее отмывала грязь эта штука ничуть не хуже того самого мыла. Правда, был у нее один недостаток — на плотном волосяном покрове она имела дурную привычку скатываться в небольшие шарики, отдирать которые от оного покрова было тем еще удовольствием.
— О чем ты хотел со мной поговорить, господин? — поинтересовался Риман, когда они, смыв с себя дорожную грязь, устроились на лавочке в компании трех кружек холодного пива и простенькой закуси.
— Погоди, сержант, погоди, — улыбнулся попаданец, — еще не время для разговоров. — Эй, ты! — заорал он и кинул небольшой ковшик в дверь бани, — поди сюда!
Дверь тут же распахнулась, повеяло холодком и внутрь заглянул местный банщик — суховатый старичок с всклокоченной седой бородой.
— Звались, а? — прошамкал он беззубым ртом.
— Звали, звали, — закивал попаданец, развалившись на лавке, — ты это, скажи истопнику, чтобы в печку жару добавил. Пусть не жалеет дров. Я все оплачу. Но чтобы как паровоз работать топка. Понял?
Банщик не знал что такое «паровоз», но в остальном приказ был вполне понятен и не вызывал особых вопросов, поэтому он кивнул седой бородой и заверил:
— Все сделаем, вашество!
— И еще. Скажи подавальщицам, чтобы через полчасика нам еще по кружке с пивом принесли. Свободен.
Дверь закрылась, а Риман, не выдержал и поинтересовался:
— А зачем печку то топить сильнее? Тут вродь не холодно. Да и вода еще теплая.
— А затем, что я показать как у нас моются. На моя родина. А то эти ваши бани и не бани вовсе, а баловство одно.
Риман на это лишь хмыкнул.
Спустя некоторое время в комнатке стало намного жарче и Тима, взяв ту самую, «лишнюю», кружку с пивом подошел к стене печи и выплеснул пиво на горячие камни, лежащие на ней. Зашипело и вскоре все помещение затянуло плотное облако пара.
— Вот, теперь можно и попариться нормально, — с наслаждением проговорил попаданец, усаживая обратно на свое место и жадно прикладываясь к кружке, — Сейчас посидим немного, пропотеем а там и поговорим.
Сидели молча. Тима видел, что подобные банные процедуры совсем не по душе его сержанту, но виду не подавал. Наконец, когда красный как рак Риман бросил очередной умоляющий взгляд на него, молодой человек проговорил:
— А теперь давай за мной, бегом! — с этими словами он выскочил из бани во двор. Сержант бежал за ним следом. Зима только-только вступала в свои права, поэтому снега на дворе было мало, но Тима заранее заприметил кучку как раз рядом с баней. Видимо рабы нанесли, убирая двор. В эту кучу снега он и нырнул с головой. Когда же вынырнул обратно, то увидел раскрасневшегося сержанта, огромными глазами смотрящего на него.
— Давай, давай. Прыгай сюда. Так надо, — поманил попаданец его.
Риман собрался с духом и тоже запрыгнул рядом.
— Ну, а теперь, бегом обратно в баню! — скомандовал молодой человек, вскакивая на ноги и несясь обратно. Пробегая мимо удивленного дедка-банщика, он крикнул тому:
— Пусть несут пиво! Самое время!
А дальше все было как должно. Они пили пиво, обсуждали баб и парились, периодически выбегая из бани и ныряя в сугроб. Не хватало, конечно, березовых веников, но обошлись без них. И вот, спустя, примерно, час таких развлечений, когда Риман был распарен до красноты и добродушен до безобразия, Тима и поинтересовался:
— Что ты должен со мной сделать? Каково твое задание?
Сержант, как раз приложившийся к кружке с очередной порцией пива, подавился и, закашлявшись, вывернул на себя половину.
— В-в-смысле? — не без помощи попаданца придя в себя поинтересовался он.
— В прямом, — жестко ответил Тима, глядя тому в глаза, — ты же не думаешь, что я повелся на всю ту чушь, что ты мне рассказал? Ага, как же. Наемники вдруг, едва завидев меня красивого, тут же решают мне служить. Только полный идиот поведется на подобную хрень. Давай рассказывай что да как.
— А не боишься, что я тебя тут порешу? — хмуро поинтересовался враз посерьезневший Риман, — нас тут ведь двое всего. Никто тебе не поможет. Да и игрушки этой твоей странно при тебе нет.
— Ну, во первых, — плотоядно улыбнулся попаданец, бросив взгляд в тот угол, где все это время находилась и бесстыдно наблюдала за их помывкой, невидимая для простого взгляда Лилиана, — я никогда не бываю один. А во вторых... — он задумался, — а во вторых — попробуй, может и получится.
Римана явно сбил с толку самоуверенный вид попаданца, он даже мельком глянул туда куда тот недавно бросал взгляд, но естественно, никого не увидел.
— Каковы твои условия? — наконец поинтересовался он.
— А ты давай рассказывай, рассказывай, а там посмотрим.
Как оказалось, идея прибиться к Тиме была целиком придумкой Римана. Он справедливо посчитал, что тому могут быть нужны люди, а тому кто за ним охотился, информация. Вот и решил предложить свою службу, чтобы когда настанет время, продать попаданца с потрохами.
— Интересно девки пляшут, — задумчиво проговорил Тима, разглядывая своего визави, — а как ты собирался найти того кто тебе заплатит?
— С этим не возникло бы никаких проблем. Не один, так другой влиятельный человек, обязательно бы заинтересовались информацией о главе семьи Ирри.
— Все твои бойцы в деле? — задал новый вопрос попаданец.
— Нет. План был лично моим. Остальным я ничего не сообщал.
— Но они, если что случится, поддержат тебя, — констатировал молодой человек.
— Да, — проговорил Риман и с вызовом посмотрел прямо в глаза попаданцу, — отпусти меня и моих людей и мы уйдем с миром. Ничего о тебе мы не знаем, куда направляешься тоже.
— Нет-нет-нет, так не пойдет. Бойцы-то мне все еще нужны, — улыбнулся попаданец, — да и отпускать вас было бы глупо. А так... Есть у меня одна мыслишка, есть. Лили, будь добра, выруби этого, — он кивнул в сторону сержанта.
— Да я те... — начал подниматься с лавки Риман, но тут же задергался и кулем повалился попаданцу под ноги.
— Ай-ай-ай, — зацокал тот языком, — как не хорошо. Напился да еще в парной. Немудрено, что сознание потерял. Придется, видимо, задержаться нам в этом трактире на некоторое время. Пока десятник в себя не придет.
Глава 20
Римана разбудил холод. Он попытался пошарить вокруг себя, дабы найти сползшее одеяло, но что-то мешало. «Меня парализовало!» — мелькнула заполошная сонная мысль, но сержант тут же ее отбросил. Парализовать его могло только во время неудачного ранения, как это было с одним из его близких товарищей. Но ведь боя-то не было? Или был? Риман попытался вспомнить. И вспомнил! Вспомнил знакомство со странным молодым человеком. Вспомнил его колючий и холодный взгляд. Вспомнил как поступил к нему на службу. Вспомнил помывку в бане придорожного трактира и состоявшийся после разговор.
Риман не был трусом и всегда одним из первых вступал в бой. Но и идиотом он тоже не был. И понимал, что такой человек как Тималь ни за что не простит ему предательства. Озноб прошел по телу наемника и причиной тому явно был не холодный камень, на котором он лежал.
— О, ты очнуться, — раздался рядом негромкий голос и Риман тут же узнал его, — открывай глаза, открывай. Не бойся, — попросил господин Ирри.
Десятник открыл глаза и попытался осмотреться. Не получилось. Кто-то (а Риман догадывался кто именно) уложил его на крупный плоский камень, а ноги и руки привязал к ближайшим деревьям длинными плотными веревками. Поэтому, единственным, что мог разглядеть наемник, были стволы растущих деревьев и серое небо над их кронами.
— Только не кричи, — попросил его Тималь, — не добавляй моей леди лишней работы. Не заставляй ее затыкать тебе рот. Снова.
— Что за херню ты несешь, недоумок? Какая леди? Нахрена ты меня сюда приволок?
— Фу как грубо, — манерно сморщил нос Тималь, — еще несколько час назад ты клясться мне в верности, а сейчас обзываешь. Как не воспитано. Ну да ладно. Отвечаю на твои вопросы по-порядку. Лилиана, золотце, будь добра, проявись. Все равно этот грубиян никому ничего не расскажет.
Рядом с пленителем наемника появилось бледное сияние, сформировавшееся вскоре в невероятной красоты черноволосую девушку, одетую в белое шелковое платье. А затем Риман, вдруг, заметил, что может смотреть сквозь нее. Дикий, необузданный, первозданный ужас обуял его. Он заскулил, задергался на камне, попытался закричать, но Тималь тут же подбежал к нему и, не мудрствуя лукаво, засунул наемнику какую-то тряпку в рот.
— А ну заткнулся! — послышался резкий, хлесткий, как удар кнутом, приказ.
— Неужели я так страшна, Риман? — раздался у него над самым ухом тихий мелодичный голос, — отчего ты меня так боишься?
Дождавшись, пока сержант немного придется в себя, Тима вытащил кляп у него изо-рта и тот, наконец, смог ответить девушке:
— Т-т-ты призрак.
— Да ты у нас догада! — рассмеялся Тималь, хлопая лежащего на камне бойца по плечу, — теперь его тон был обыкновенным, таким каким Риман и привык слышать своего нанимателя. Вся манерность и напускная жуть ушли из голоса молодого человека. Но наемник не спешил расслабляться — взгляд-то был по-прежнему колючим и холодным. А глаза никогда не врут. Так ему еще его бабка говорила.
— И что, что призрак? — не поняла девушка, — вон, ни Орлек, ни Ватар меня ничуть не боятся. А ты как девчонка маленькая задергался, заскулил.
— Что вам от меня нужно? — немного придя в себя, решил сменить тему Риман, — я же никому ничего о вас, господин Ирри, не успел рассказать. Отпустите меня и ребят, мы вам вернем все деньги и разойдемся, будто друг-друга не знали.
— Ну конечно, — ухмыльнулся Тималь, — конечно я тебе поверю. Ты за неделю так и не удосужился мне все сказать самостоятельно, а теперь я должен надеяться на твое слово, которое ты уже нарушил, предав меня еще до вступления в должность? Нет, так не пойти. Мы с тобой сделаем по-другому. Бойцы-то мне по прежнему нужны, тут не поспоришь. И этими бойцами будете вы. И я даже платить вам буду честь по чести, как обещал.
— Тогда развяжите меня и поговорим нормально, — предложил Риман.
— Э-э-э, нет. Проблема преданности все еще остается. Я не могу тебя отпустить и не могу тебе верить. Правильнее всего было бы убить тебя. Но и убивать тебя я тоже не хочу. Ты, в принципе, неплохой человек. И боец тоже не самый последний. Поэтому... — он на миг замолчал, собираясь с мыслями, — поэтому ты имеешь право знать.
— Знать что? — чувствуя, что его вот-вот вновь захлестнет паника, поинтересовался наемник.
— Как ты думаешь, что является двигателем прогресса? — задал внезапный вопрос Тималь.
— Что? — сказать, что Риман сбит с толку, значило ничего не сказать.
— Война двигатель прогресса, — менторским тоном проговорил Тималь, — это знать все еще со школы. По крайней мере это характерно для индустриальных миров. А у вас мир магический. И как с прогрессом тут обстоят дела мне, увы, неизвестно. Но суть в другом. Я-то не маг. И не технарь, — последнее слово, как и некоторые другие Риман не понимал, но слушал внимательно, так как надеялся, что рано или поздно к нему подоспеет подмога из парней, которые не могли не заметить пропажу своего командира, — но и мне нужен подобный толчок, чтобы развиваться дальше, — тем временем распинался молодой человек, что-то делая вокруг камня. — И знаешь что стало подобным толчком для меня? Не отвечай, все равно не догадаешься. Секс! Это был банальнейший секс! Точнее его отсутствие. Видишь ли, между мной и Лилианой есть чувства. И мы бы оба хотели эти чувства перевести в более близкое русло, если ты, конечно, понимаешь о чем я. Но есть проблема, которую ты уже обозначил — она призрак. А призраки, увы, бестелесны. И что же делать в таком случае? Правильно! Нужно найти способ дабы она смогла занять чужое тело. И ты правильно догадаться, что этим телом будет твое. И нет, я не грязный извращенец и меня твоя небритая задница не интересует, не волнуйся. Просто, видишь-ли, весь ритуал мною подготовлен лишь в теории. Нужна практика. А я не настолько сволочь, чтобы подвергать опасности ни в чем не повинных рабов. А вот суку, что хотела меня сдать с потрохами. Это я о тебе, если ты не понял. Мне не очень жалко. Так что придется тебе побыть некоторое время лабораторной мышкой. Но ты не волнуйся. Шанс, что с тобой случится что-то нехорошее во время первого ритуала невелик. Я все же неплохо считаю.
— Первого? — не своим голосом, находясь на грани паники, поинтересовался Риман.
— Ну да, — спокойно сказал Тималь, останавливаясь напротив головы наемника и тот увидел, что его пленитель полностью обнажен, — будет еще второй, где я свяжу твою душу и души твоих бойцов со своим серпом. Тут, уж извини, опасности поболее будет. С другой стороны, если что пойдет не так, то окончательно ты не умрешь, обещаю, — гаденько улыбнулся он, доставая прямо из своего живота длинный, сильно изогнутый кинжал, выточенный, казалось, из чистого льда.
Последнего сознание Римана уже не выдержало и, сделав ручкой, уплыло в неведомые дали.
— Ты его усыпила? — поинтересовался Тима у находящейся неподалеку Лилианы.
— С чего бы мне это делать? — удивилась та, — ты же сам сказал, чтобы без твоей команды ничего не делала. Это он, наверное, от страха. Знатной жути ты на него нагнал, я тебе скажу. Даже мне стало немного не по себе от того что ты говорил. А в особенности — от твоего тона.
Попаданец на это лишь пожал плечами. Он ничуть не притворялся и не врал, рассказывая все наемнику. И жути на того специально не нагонял. Просто ему было все равно что с тем будет. Получится вселить Лилиану в его тело — отлично, значит будем идти дальше. Нет? Тоже неплохо, значит будем менять ритуал и пробовать что-то новое. Правда, справедливости ради, Тима все же рассчитывал на то, что у него все получится. Данный ритуал был основан, по большей части, на тех наработках, что он планировал применить для возвращения Лилиане ее настоящего тела. Поэтому процесс «вселения» должен пройти без сучка и задоринки. А дальше уже дело техники. Нужно всего-то усыпить сознание жертвы и каким-то образом передать управление телом и настроить передачу чувств «вселенцу». Над решением этой проблемы Тима и бился все свое свободное время с того момента, как понял, что даже несмотря на псевдотелесность Лилианы, секса у них быть не может по банальнейшим физиологическим причинам с ее стороны. И, надо сказать, решение, в конце концов, он все же нашел. И пусть оно было далеко не идеальным и состояло из сплошных «костылей», но в его работоспособности Тима почти не сомневался.
— Пора начинать, — проговорил он, когда основная подготовка к ритуалу была закончена, — а то если и не его дружки, — кивок в сторону все так же лежащего в беспамятстве наемника, — то кто-то из трактирной обслуги может что и заподозрить.
— Что мне делать? — поинтересовалась Лилиана, с нескрываемым интересом рассматривая голого Тиму.
— Стань у его головы. Вот на эту руну, — он указал на странный многомерный знак, нарисованный углем на камне. — Где-то в середине ритуала тебя затянет к нему в голову. Как это будет выглядеть и что ты там увидишь, я не знаю. Подозреваю, что на некоторое время ты можешь оглохнуть и ослепнуть. Не пугайся и не волнуйся. Мне понадобится некоторое время, чтобы настроить связь между твоим и его сознанием. Учти, что он, скорее всего, будет сопротивляться. Тебе придется выдержать и не дать ему подмять твое сознание под свое. Но ты сильная, ты должна справиться. Потом он уснет и ты получишь контроль над его телом и у тебя появится доступ к чувствам. Как это все будет выглядеть для тебя и ощущаться тобою я не знаю. Тут все зависит уже только от тебя. Тебе придется научиться пользоваться чужим телом. Могу лишь сказать, что напрямую телом ты управлять не сможешь. Тебе нужно будет найти возможность как-то транслировать свои желания в его сознание, чтобы оно давало команды телу. То же самое с чувствами. Ты будешь все ощущать, но это все будет проходить сквозь его сознание и, возможно, будет немного искажено. Пока все понятно? — он внимательно посмотрел на Лилиану, замершую там где ей было сказано.
— Угу, — кивнула она.
— Тогда слушай дальше, — продолжил попаданец, — я, после ритуала, некоторое время буду недееспособен. Ну, ты помнишь, как тогда, на пляже? Поэтому, какое-то время тебе придется обойтись без меня. Ничего не бойся и не паникуй. Застрять в его теле ты не сможешь никак. Ты призрак, дух, и связана и со мной и с моим клинком.
— А как мне покинуть это тело, если вдруг что? — поинтересовалась девушка и Тиме в ее голосе послышалась некая толика тревоги.
— Просто сильно пожелай этого. Тогда ты покинешь тело и, спустя какое-то время сознание нашего подопытного проснется и он вновь станет полноценным хозяином своего тела.
— А он будет помнить то, что с ним произошло? — поинтересовалась Лилиана.
— Не знаю, Лили, не знаю. Но думаю, что какие-то смутные, или не очень, воспоминания останутся. Еще есть вопросы?
— Есть. А что, ты каждый раз будешь проводить такой ритуал, когда мы захотим переспать? — ничуть не смущаясь поинтересовалась девушка.
— Нет, конечно, — улыбнулся Тима, — если все у нас получится, то я просто перенесу весь функционал ритуала на артефакт. Колье какое-нибудь или кольцо. Надела его какая девчонка и хоп, ты в ней. Удобно? Еще как! Ну что, еще что-нибудь хочешь узнать? — тоном, подразумевающим, что подобное желание было бы очень опрометчивым с ее стороны, поинтересовался Тима. — Нет? Ну, тогда начнем, пожалуй.
Он поднял с земли небольшой, видавший виды рюкзачок, порылся в нем и достал из него мешочек с чем-то, что непосвященный человек мог принять за обычную поваренную соль. Сунул в мешочек указательный палец, после чего тут же облизал его кончик. Спрятал мешочек обратно в рюкзак. Поднялся на ноги и, после небольшой паузы, пустился в пляс вокруг камня с лежащим на нем наемником. Никто, ни один из самых известных танцоров в этом, да и во множестве других миров тоже, не смог бы сказать как называется этот танец и что он значит. Но каждый из них не стал бы спорить, что есть в нем некая первобытная, необузданная грация. Танец завораживал, очаровывал, запутывал разум.
Заворожил он и Лилиану, во все глаза наблюдающую за своим любимым. Она даже не заметила как Тима начал петь. Она не знала эту песню. Да и не могла знать. Ведь пел он ее на своем диком и грубом языке. Языке, который пришел в этот мир вместе с ним.
Танец, пение, все это ее заворожило настолько, что она сама не заметила как все закончилось. Тима упал на землю и забился в судорогах. Она, было, бросилась к нему, презрев все его указания. Но не смогла. Некая невидимая, но от этого ничуть не менее неумолимая сила потянула ее в сторону головы лежащего на камне тела. Лилиана некоторое время, совсем немного, какие-то доли секунды, еще пыталась сопротивляться. Но, к счастью, разум вовремя подавил женское естество с его желанием помочь любимому во что бы то ни стало. И она покорилась той силе, что несла ее в чужое тело.
Некоторое время на поляне было тихо. Даже птицы перестали петь. Оба тела, и то, что лежало на камне, и то, что валялось рядом с ним, не шевелились. Казалось, что оба они мертвы.
Но, прошло еще немного времени и лежащее на камне тело судорожно дернулось и, распахнув глаза, взглянуло в серое осеннее небо. Взгляд этот был пуст и холоден. Ни единой мысли не мелькало в нем. Ни одного чувства. Так обычно смотрят люди душевнобольные, далекие от реальности.
Миг, и все изменилось. Во взгляде появилась осмысленность. Глаза перестали напоминать пустые застывшие озера. Задвигались в глазницах, что-то высматривая.
Тело неуклюже дернулось, попыталось подняться на ноги. Но веревки, которыми оно было привязано к ближайшим деревьям не дали этого сделать.
— Г..ний! Пппрбй разбртся с тьлм, гврил он, — нечленораздельно просипело тело, — а путы снть?
Тело замерло на камне. Казалось, что все вернулось на круги своя. Но нет. Яростно вращающиеся в орбитах глаза показывали, что это не так. Еще несколько минут неподвижности и путы, сдерживающие тело, вспыхнули ярким пламенем, превратившись в невесомый пепел, тут же унесенный случайным порывом холодного ветра.
Тело тяжело вздохнуло. Так, будто его владелец только что поднял что-то очень и очень тяжелое. А затем, все так же судорожно дергаясь, попыталось принять сидячее положение. Это получилось лишь отчасти. Тот, кто сейчас управлял этим телом не рассчитал правильно силу импульса, необходимого для того, чтобы вовремя остановиться. Поэтому, усевшееся на камень тело, задержалось в данном положении всего-то на пару мгновений, после чего, не удержав равновесия, кулем шлепнулось на землю.
Однако, реакция на падение явно отличалась от той, которую, обычно, ожидаешь. Ойкнув, тело сильно ударилось о подмерзшую осеннюю землю, полежало некоторое время, а затем, радостно рассмеявшись, прокричало:
— Я чвствую боль! Я чувствую!
***
Тима приходил в сознание долго, неохотно, рывками. Тело болело, гудела голова. Казалось, что вчерашней ночью он выпил в одно горло целую бутыль дрянного деревенского самогона. И холод, чертов холод пробирал до костей. Он же, в итоге, и помог вырваться из забытья.
Кое-как разлепив веки, он осмотрелся и увидел, что валяется на холодной земле, весь в потеках застывшей рвоты и совершенно голый. Накатил страх, вскоре, впрочем, сменившийся осознанием того что это всего-навсего еще один шаманский ритуал в его исполнении.
Вместе с пониманием того что именно тут произошло, вернулась и память. Он вспомнил что делал, в чем был смысл ритуала. Попытался вскочить, но не тут-то было! Тело было вялым и ватным и слушалось попаданца с трудом.
Кое-как поднявшись на ноги, он, первым делом, бросил взгляд на камень на котором проходил ритуал. Он был пуст. Лишь нарисованные угольком символы, необходимые для ритуала, все еще напоминали о произошедшем тут.
— Лили, — попытался позвать потерявшуюся девушку Тима, но из его горла вырвался только негромкий сип.
Сплюнув от досады, молодой человек, совершенно не обращая внимания на свой внешний вид и на полное отсутствие одежды, поковылял к тому месту, где оставил свой видавший виды рюкзачок. Там, как раз на подобный случай, был припрятан мех с вином. Выдернув и, неглядя, выбросив пробку, Тима жадно приник к горлу меха. Стало чуть полегче.
— Лили! Ты где? — сделал он вторую попытку, на этот раз, оказавшуюся более удачной.
— Я здесь! — раздался неподалеку мужской голос.
Тима поковылял в ту сторону, откуда он доносился и, вскоре, увидел Римана, ковыляющего ему навстречу. Двигался тот рывками, очень неестественно и чем-то напоминал андроида, так, как их изображали в научно-фантастических фильмах шестидесятых годов.
— Получилось! У тебя получилось! — радостно завопил он, ускоряя шаг.
— У нас получилось! — ответил девушке Тима и, подойдя вплотную, попытался ее обнять. Но та, внезапно, застыла и немного отстранилась.
— Ты чего? — не понял попаданец.
— Ты, э-э-э, немного запачкался, — тактично пробасила Лилиана.
Тима оглядел себя и чуть не засмеялся. Ох уж эти женщины... Они всегда остаются ими, даже будучи в мужском теле. Впрочем, может оно и к лучшему. Увидь кто как он, полностью голый, обнимается с другим мужиком, проблем не оберешься. Тут народ жил дикий, о прелестях толерантности слыхом не слыхивающий, поэтому за мужеложство тут сначала скопили, а потом сажали на кол. Правда, справедливости ради, это ничуть не уменьшало желания местных любителей пошалить на заднем дворе. Во многих трактирах можно было, за соответствующую плату, конечно, покувыркаться не только с молоденькими рабынями, но и рабами.
— Как ты? Как ощущения? — поинтересовался Тима у девушки.
— Непривычно, но я более-менее уже наловчилась. Даже малую нужду сама справила, — похвасталась Лилиана.
— О боги, — воздел очи горе Тима, — и это Мистресс Лилиана? Гордость семьи Ирри! И что она первым делом сделала, очутившись в чужом теле? Полезла в штаны! Стыдитесь, Мистресс, стыдитесь!
— Стыжусь!, — улыбнулась она в ответ, — прям вот мочи нет как стыдно мне! А вообще, это нечестно, что вас Душа одарила столь удобным инструментом, — захихикала она. — Нам-то кучу юбок приходится поднимать, следить чтобы никуда не попало. А вам достаточно просто приспустить штаны и сделать дело. Где справедливость?
— Ее нет, — улыбнулся в ответ Тима, — ты, наверное, еще крендельки разные выписывала да?
Девушка потупилась и попаданец понял, что попал в точку.
— Миры разные, а люди одинаковые, — показательно тяжело вздохнул он, — ладно, хрен с ним с писюном, расскажи лучше как со всем остальным дела?
— Привыкаю потихоньку, — пожала она плечами, — но ходить и делать несколько дел одновременно пока плоховато получается.
— Значит будем тренироваться, — пожал плечами Тима, — дай только приведу себя в порядок. А то что-то подмерзать начинаю.
Глава 21
— А ты неплохо наловчилась управляться с чужими телами, — тяжело дыша проговорил Тима, откидываясь на подушку.
— Мне есть ради чего стараться, — прошептала в ответ Лилиана, прижимаясь к нему обнаженным, влажным от пота, телом и кусая за мочку уха.
— Лили, дай мне хоть пару минут отдышаться, — взмолился попаданец, тем не менее не пытаясь высвободиться из объятий, а наоборот, еще сильнее прижимая к себе стройное девичье тело.
— А я то думала ты у меня выносливый, — тихонько засмеявшись, подначила его девушка.
— Ну, ты сама напросилась! — с показной угрозой прокричал Тима, одним резким движением переворачивая ее на спину и тут же входя в нее. Девушка охнула от неожиданности, но быстро пришла в себя и обхватила ногами спину своего любовника, делая контакт более полным.
Утром попаданец проснулся от неясного шевеления рядом с собой. Он поднял голову и первым, что увидел, были огромные, испуганные глаза давешней девчонки-рабыни.
— Господин, — пискнула она, — мне нужно идти. Хозяин будет ругаться.
— Нужно, так иди, — пожал плечами Тима, — я то тут причем?
— Вы бы не могли меня отпустить? — покраснев попросила она.
И только тут до молодого человека дошло, что он прижимает девчонку к себе, а его правая рука так удобно устроилась на ее небольшой, но очень красивой груди.
— Да-да, конечно, — тут же отпустил он ее, — иди.
Девчонка выскочила из-под одеяла и, пока она одевалась, Тима смог еще раз насладиться зрелищем ладного молодого девичьего тела. И убедиться лишний раз, что даже наличие волос на тех местах, где их принято удалять в его мире, ничуть не портит эту картину.
Когда девушка полностью оделась и, какой-то странной, слегка крабьей, походкой направилась к выходу из комнаты, Тима не выдержал и окликнул ее:
— Эй, красавица, погоди.
— Да, господин? — повернулась к нему девушка и слегка наклонила голову.
— Держи, это лично тебе, — он бросил ей пару серебряных монеток, которые девчонка ловко поймала, — за старание.
— Благодарю вас, господин, — низко поклонилась девушка, — я могу идти?
— Иди-иди, — махнул ей рукой Тима, — только предупреди хозяина, чтобы мыльню подготовил.
— Слушаюсь, господин, — поклонилась девушка и все той же крабьей походкой вышла из комнаты.
— Что это с ней, интересно? — задумчиво проговорил Тима, откидываясь на подушку.
— Ты о походке? — раздался веселый голос Лилианы.
— Угу, — кивнул попаданец, — иди ко мне, — приглашающе похлопал он по кровати рядом с собой, — поваляемся.
— Ну уж нет, я ни за что не лягу туда, где лежала другая! — нарочито пафосно проговорила девушка, делая вид, что садится на краешек кровати. — А с походкой, — она захихикала, — укатал ты девчонку этой ночью знатно. Столько времени провести с раздвинутыми ногами... Вот они у нее теперь и болят, — вновь захихикала призрачная леди. — Знаешь, а быть призраком иногда тоже полезно.
— У-у-у, злыдня, — проговорил попаданец, прижимая девушку к себе, — над невинной девчонкой смеешься почем зря.
— Руки! — нарочито грозно прикрикнула Лилиана, слегка шлепнув по ним своей изящной ладошкой, — и ничего она не невинная. Я, пока ты бессовестно дрых, бросив все на половине дела, немного покопалась в ее памяти. Она такое выделывала, что даже говорить неприлично.
— Кстати, о памяти, — не разжимая объятий, поинтересовался у девушки Тима, — как думаешь, многое она вспомнит?
— Ну, я тут немного понаблюдала за предыдущими девчонками, в которых вселялась. Что-то они точно помнят. Но, как ты и говорил тогда, перед ритуалом, это, скорее, смутные образы, чем реальные воспоминания.
— А что ты?
— А что я? — не поняла она.
— Как глубоко ты можешь копаться в их памяти?
— Достаточно глубоко. Вот помню, например, как эту, — она кивнула в сторону двери, — изнасиловал ее прежний хозяин. Ей тогда было девять лет. Помню в подробностях, будто это со мной произошло, — девушку явно передернуло от отвращения.
— Интересно, — задумчиво проговорил Тима, — надо будет обдумать этот вопрос.
— Что, уже планируешь как будешь меня использовать? — ехидно поинтересовалась Лилиана?
— Конечно, — не стал отрицать попаданец, — зашлю тебя шпионкой в какой-нибудь дальний замок. А сам буду пьянствовать и рабынь портить.
— Ты такой смешной, когда пытаешься шутить, — засмеялась девушка, ероша ему волосы, — ты, главное, меня в тело мужика не отправляй. А так я согласна. Хоть сейчас пусть надевает кольцо и я в нее вселюсь.
— А чем тебя мужики не устраивают? — поинтересовался Тима.
— Неуютно мне в ваших телах. Они такие неуклюжие, по сравнению с женскими. Да и воняете вы, как правило, сильнее.
— Ой, можно подумать... — начал, было, защищать все мужское братство попаданец, но был прерван громким стуком в дверь.
— Входи, Орлек, не заперто! — крикнула Лилиана.
— Госпожа, — глубоко поклонился парень, — Тима, — легкий, дружеский кивок, — меня прислал Ватар. Сказал, что завтрак уже накрыт и все ждут только тебя.
— Ну раз ждут, то надо идти, — проговорил попаданец и, совершенно не смущаясь своей наготы, выбрался из-под теплого шерстяного одеяла, которым до этого укрывался.
Надо сказать, что тут, в Нарбизе, ближайшем к Орслину крупном порту Дастнары, сервис был налажен ничуть не хуже, чем в столице синархии. А местами может быть даже и лучше. Ярчайшим примером был этот трактир, находящийся при гостином дворе Нарбиза. Здание было крепким и ухоженным. Внутренние залы и комнаты чистыми и хорошо обставленными. Даже местная мыльня ничуть не походила на то убожество, в котором Тима несколько недель назад знакомил Римана с банным искусством. Тут она была большой. С общим бассейном и несколькими комнатками для персональной помывки. И кормили тут тоже хорошо. Правда, справедливости ради, стоит заметить, что и стоило это все тоже приличных денег. Но деньги у них, хвала Лилиане, пока были.
Внизу, на белой половине, Тиму и правда ждали его верные бойцы, сидящие за накрытым для плотного завтрака столом.
«Верные», — Тима мысленно усмехнулся, вспоминая чего стоила ему эта верность.
Ему тогда так и не удалось сразу же провести и ритуал подчинения над Риманом. Сил не осталось, да и много времени ушло на то, чтобы научить Лилиану управлять чужим, совершенно незнакомым ей телом.
Подозрения наемников, вызванные долгим отсутствием командира, удалось списать на «обсуждение очень важных дел с работодателем». Наемники были людьми опытными и прекрасно знали как именно проходят подобные обсуждения, поэтому ничуть не удивились странному поведению своего командира, который, полностью проигнорировав своих подчиненных, шатающейся походкой проследовал за Тималем в его комнату и не показывал оттуда носа до середины следующего дня.
Идея не спешить с новым ритуалом, а получше разобраться с последствиями текущего, полностью себя оправдала. Дело в том, что Лилиана, окрыленная эйфорией от обретения пусть и такого неказистого, пусть временного, но настоящего тела, совершенно забыла о том, что настоящему телу нужно спать. Что оное тело и проделало, едва девушка решила насладиться такими простыми радостями жизни, улегшись на топчане в комнате Тимы. Ни Лилиана, ни сам хозяин комнаты не придали этому особого значения. Девушка, потому, что сама, находясь в этом теле, уснула. А Тима потому, что недоглядел, не рассчитал, не подумал.
Естественно, ни о каком контроле над телом и разумом Римана разговор больше не шел. И тот пришел в себя. Благо, что Тима успел вовремя заметить слишком плавные движения своего десятника, совершенно не похожие на те, что были у него, когда им управляла Лилиана. Хорошо, что между попаданцем и Мистресс была связь, благодаря которой ему удалось почти мгновенно разбудить последнюю. Чудо, что Лилиана, только что спавшая, сумела быстро понять что к чему и оперативно взяла под контроль почувствовавшего запах свободы Римана.
Остаток той ночи Тима просидел над доработкой ритуала вселения и замыкания его на вещественный предмет. А ранним утром, никем незамеченный, выскочил на улицу и превратил раздобытое где-то Орлеком простенькое серебряное кольцо в свой третий в жизни артефакт. Кольцо позволяло Лилиане без особых усилий самостоятельно вселяться в тело того кто это кольцо надевал. Облегчало контроль над чужим сознанием и не давало тому очнуться, даже если дух Мистресс полностью терял над ним контроль. Времени было мало, поэтому другим функционалом кольцо похвастаться не могло. Оно не делало носителя невидимым, не позволяло видеть огромные огненные глаза и даже не сковывало власть других колец, в виду их отсутствия. Но Тима не был бы собой, если бы не украл хотя бы одну идею из этого очень известного произведения.
Дело было в том, что серебро само по себе, достаточно мягкий металл, так к тому же украшение, добытое Орлеком, было сделано из серебра очень низкого качества. Что никак не отвечало требованиям Тимы в плане долговечности создаваемого им артефакта. Тогда-то он и вспомнил ту знаменитую сцену, в которой один ярый дворф сломал свою секиру о некую золотую безделушку. Наделить свой артефакт столь сильной нерушимостью Тима не мог никак, вследствие того, что рядом не было подходящих вулканов (ну или он не знал о таких), но кое-что он все же придумал. Для придания дополнительной крепкости своему изделию он просто-напросто переплел между собой элементы кольца, принадлежащие миру духовному и миру реальному, вследствие чего разрушить его простыми инструментами стало практически невозможно.
Попаданцу еще повезло, что кольцо было объектом достаточно маленьким, потому, что вышеозначенные манипуляции оказались простыми лишь на словах. На деле же, он вымотался так, что отсыпался потом до самого вечера, пока Лилиана, прикрывая их аферу, изображала из себя похмельного и злого на весь мир Римана.
Вот так и получилось, что с ритуалом верности наемникам пришлось подождать. Они, впрочем, были особо и не против. Ну хочется их нанимателю сидеть на каком-то постоялом дворе в глуши просто так? Пусть сидит. Солдат спит, служба идет. Десятник ведет себя странно и почти не общается со своими, проводя большую часть времени в комнате нанимателя? Ну так он тоже человек. И вообще, ему виднее. А они еще накатят немного вина и поваляют местных рабынь и плевать, что с каждым днем все больше и больше бойцов отряда себя начинают странно вести.
Всего они провели на этом постоялом дворе лишних шесть дней. И каждую ночь Тима проводил по два ритуала верности. Суть его была проста до невозможности. Попаданец частично отделял души бойцов от их тел. После чего наносил удар по ним рукоятью своего серпа, частично привязывая тех к артефакту. А затем преспокойненько восстанавливал нарушенные связи между душой и телом наемника. Столь хитрые манипуляции нужны были для того, чтобы создавать духов-рабов, которые, де-факто, оными не являлись.
Тима очень гордился своей придумкой. Новое поколение духов-рабов, пусть и лишенное преимуществ старого, вроде связи с хозяином на расстоянии и возможности проходить сквозь физические объекты, было также лишено и их недостатков.
Впрочем, одной только привязкой к серпу и клятвой верности попаданец не обошелся. Он вполне допускал, что некоторые из наемников могут оказаться достаточно упертыми, чтобы даже ценой собственной жизни подгадить ему. Для чего и подстраховался, оставив себе возможность мгновенно разрушить духовные связи любого из наемников, что мгновенно убило бы его тело. Кто-то скажет, что это было жестоким решением, но попаданец считал иначе. Никто не заставлял этих людей следить за ним, дабы потом продать. Наемники не были невинными овечками и знали на что шли, когда заранее решили его предать. А он... Он просто подстраховывался.
Последним, на шестой день, ритуал прошел Риман. А уже утром следующего дня их небольшой караван вновь отправился в путь.
— Ну что тут у нас вкусненького есть? — поинтересовался Тима подходя к столу.
— Да все что есть, все вкусно. Ты садись, паря, садись, — громогласно ответил ему Ватар. — Жрать охота так, что аж мочи терпеть нету.
— Так начинали бы без меня, раз так страдаете, — усмехнулся в ответ попаданец.
— Дак этот, — кивнул Сильвер в сторону Орлека, — заладил мол что низзя без тебя жрать. Грит, неуважение. Ну я его и послал... поторопить тебя.
— Оно-то, конечно, правильно и ты молодец, Орлек, — присаживаясь на лавку рядом с Ватаром, похвалил парня Тима, но в следующий раз таких жертв не нужно. Хотите есть — ешьте. Когда хотите. Ждать никого не нужно.
Никакого напряжения за столом и близко не было. То тут, то там слышались смех и оживленные разговоры. Тиму удивило насколько быстро наемники приняли свое новое положение. Было ли столь быстрое смирение результатом профессиональной деформации, вследствие которой им приходилось подстраиваться под разные жизненные условия или тот факт, что попаданец сдержал свое слово и вчера заплатил им их первую зарплату, он не знал. Но чувствовал, что проблем с этими вояками в ближайшее время не предвидится.
Когда все утолили первый голод и слегка расслабились, Тима обратился к сидящему рядом с ним Ватару:
— Говори уже, чего мнешься? Вижу же что-то тебя гложет.
Тот повернулся к молодому человеку всем корпусом, приложился к своей кружке с пивом, неспешно выпил, а после поинтересовался:
— Мы ехали в Нарбиз?
— Ехали, — не понимая к чему он ведет, подтвердил Тима, — и приехали.
— Вот! — поднял указательный палец Сильвер, — ты не подумай, паря. Я обещал тебе что не подведу, значит не подведу. Но мне хотелось бы узнать что дальше? Мы ведь не останемся тут?
— Не останемся, — подтвердил попаданец, — а насчет того что дальше, — он задумался.
— Не знаешь, да? — понятливо кивнул Ватар.
— Не знаю, — не стал спорить Тима, — так может ты подскажешь?
— А что я могу подсказать, если не знаю твоей цели? — удивился тот, — то, что ты от кого-то скрываешься — это понятно. То, что хочешь свою ватажку сбить — тоже. А что дальше то?
Тима задумался. Нет, свои главные цели, состоящие в том, чтобы вернуть Лилиане тело и власть в королевстве, он знал прекрасно. Но не рассказывать же о них этому, хоть и приятному, но крайне необычному мужику? Тем более, что наемникам этого точно знать не нужно. А вот краткосрочные планы... Была лишь общая идея что нужно убежать из города и залечь на дно. Направление на Нарбиз было выбрано потому, что это портовый город, в котором достаточно просто затеряться и потому, что туда вел старый тракт. Который, в отличие от нового, навороченного, был похож, скорее, на обычную, хоть и широкую грунтовку. Расчет был на то, что возможные преследователи выберут этот маршрут в последнюю очередь.
— Я не знаю, — наконец признался попаданец, — нам нужно какое-нибудь тихое, удаленное от Орслина местечко, в котором можно будет спокойно провести некоторое время.
— Сколько ты планируешь прятаться? — спросил напрямую Ватар.
— Не знаю, — повторил Тима, — вполне возможно, что и несколько лет.
— Да уж, клянусь Книжником, задал ты задачку, — задумался мужчина.
— Может в Ольич? — предложил Риман, как оказалось, прислушивающийся к разговору.
— Не-е-е, — покачал головой Сильвер, — крупный город, да и недалече тут.
— Тогда, Олтони. Он и на расстоянии значительном отсюда и там одни леса. Хрен кто найдет. Мы с парнями там бывали, в свое время, ох и намучились тогда, выискивая одних уродов.
— Далече, — вновь отрицательно покачал головой Ватар, — да и зима уже почти. Сгинем в пути, как есть, сгинем. Разве что в деревушке какой, по дороге, перезимовать. Но там будем совсем на виду, да и не просидеть несколько лет нам. А скакать с места на место то такое.
— Ну, тогда, только Альтрин, — пожав плечами, предложил Риман.
— Так зима ж почти, — покачал головой Ватар, — утопнем.
— Ну, до сезона штормов еще неделька-другая есть. Можем и проскочить. Тут как раз неделя хода до него.
— Что за Альтрин? — поинтересовался Тима, внимательно вслушивающийся в разговор своих соратников.
— Да городок тут есть один недалече, на острове с таким же именем, — начал пояснять Сильвер, — размером примерно как Нарбиз этот.
— Остров, — Тиму всего аж перекосило, когда он понял как именно туда придется добираться, — а что за остров то?
— Остров как остров, — вновь пожал плечами Риман, — крупный достаточно. Есть несколько деревушек и сел, насколько я знаю. Там пушнину добывают вроде, травки какие-то полезные еще. Тихое местечко. Там почти никого никогда не бывает. Настоящий медвежий угол.
— Ага, — поддакнул Ватар, а затем ехидно улыбнулся, обратившись к Тиме: — а ты че, паря, никак плавать боишься?
— Не боюсь, — отрицательно покачал головой попаданец, — просто пообещал себе, в свое время, что ноги моей больше не будет на корабле.
— Ну что ж, — гулко рассмеялся Ватар, — коль ничего другого не надумаем. А мы не надумаем, можешь мне поверить. Альтрин-то единственный для нас сейчас вариант. То придется тебе нарушить свое слово.
Глава 22
Корабль, на котором им предстояло идти до Альтрина назывался «Морская надежда» и ничуть не походил на купеческий, хотя капитан клялся и божился, что это так. Но, даже Тима, который разбирался в кораблях примерно как муравей в высшей математике, прекрасно понимал, что не нужны купцу такие хищные обводы и такое количество парусного вооружения. Но он, здраво рассудив, что это его ничуть не касается, сделал вид, что не заметил разницы между «Надеждой» и настоящим купцом, пришвартованным у соседнего пирса.
Для капитана Умрана это должна была быть последняя поездка в этом сезоне на остров, поэтому он с радостью согласился подбросить туда и нежданных пассажиров. Однако, что примечательно, на стоимость услуг эта его радость ничуть не повлияла. Впрочем, громогласному Сильверу все же немного удалось сбить цену за проезд, а продажа лошадей и повозок покрыла часть издержек.
Отчаливать планировали с рассветом, поэтому, капитан попросил всю честную компанию лишний раз не шляться где ни попадя и предупредил, что никого ждать не будет.
Пока перетаскивали вещи и устраивались, Тиму не покидали видения из его прошлого. Уж очень сильно внутренности корабля походили на те, которые ему доводилось видеть во время своих предыдущих приключений на море. В итоге, он просто приказал наемникам, чтобы часть из них всегда находилась рядом с вещами и позорно сбежал к капитану, договариваться с ним об отдельной каюте.
Тот долго выделывался, набивал себе цену, матерился, но все же согласился на время поездки сдать в единоличное Тимино пользование каюту, которую делили на двоих старпом и боцман. Причем, за такие деньги, что хватило свозить всю честную компанию на остров и обратно еще разок. Ватар, когда узнал о том сколько попаданец выложил за убогую комнатушку, размером два на полтора метра, долго и очень неприлично матерился. Но Тима, естественно, не стал ему ничего объяснять. Он и себе, если честно, до конца не мог признаться насколько сильно его подкосило его предыдущее приключение на корабле. Оставалось надеяться, что в этот раз будет по иному.
Лона, кстати, попаданец решил не выпускать пока из кинжала. Не хотел лишний раз расстраивать одного из своих первых духов-рабов. А что лысый боцман расстроится сомнений никаких не было. Уж очень сильно он любил море и большую часть жизни провел на кораблях. Хотя, его опыт мог бы им пригодиться во время выбора судна для последующего плавания. Но ничего. Справились и сами. Почти. Всего-то нужно было зайти в кабачок в котором собирались местные морячки и поспрашивать там.
Идти в трюм ко всем или в свою персональную каморку пока не хотелось, поэтому Тима большую часть дня просидел на бухте каната рядом с мостками. Наблюдал за суетой матросов, завершающих погрузку, за морем, за жизнью порта.
Ближе к вечеру на «Надежду» вернулся капитан. Вернулся в компании каких-то смурных типов в длинных черных плащах, закрывающих все тело. Судя по сияющей, как надраенный медяк, морде, был он чем-то очень и очень доволен.
— Вот, мастер Тималь, — едва поднявшись по сходням на борт закричал он, — еще пассажиры образовались. Знакомьтесь, это мастер Вамин, он...
— Мы с друзьями, — стоящий впереди, средних лет мужик, с коротким ежиком черных, как смоль, волос, указал себе за спину, — едем к моим родственникам в Альтрин.
Тима уставился на всю честную компанию, не понимая чего от него хотят. Пауза явно затягивалась, поэтому он сказал:
— Э-э-э, я есть рад за вас.
— Значит вы не возражаете, если мастер Вамин составит вам компанию? — поинтересовался капитан.
— Обещаю, от нас не будет проблем, — добавил с учтивой улыбкой вышеупомянутый господин.
— Э-э-э, да мне, как бы, все равно, — Тима до сих пор не понимал причем, вообще, тут он, — ваш же корабль, вам и решать.
— Вот и чудесно, — расплылся в улыбке капитан «Надежды», — пойдемте, мастер Вамин, я покажу где вам разместиться.
Попаданец остался один, правда, ненадолго. Вскоре на палубу поднялся Ватар и устроился рядом, опершись на одну из мачт.
— Что за чужаки, знаешь? — без обиняков спросил он у попаданца.
— Попутчики наши, тоже в Альтрин едут. К родственникам каким-то.
— Угу, к родственникам, как же, — хмыкнул Тимин собеседник. — Они у тебя, случаем, ничего не выспрашивали?
— Да нет, — пожал плечами попаданец, — ничего такого. Интересовались только не против ли я, чтобы они с нами одним кораблем плыли. Я, правда, так и не понял причем тут я, но свое добро дал.
— Почему? Не углядел, чтоль, какие они мутные?
— Да что они нам сделать? — искренне удивился попаданец, — их всего шестеро. А у нас только людей аж четырнадцать. Не говоря уже о всяком другом. А то что мутные, так ты посмотри на рожу нашего капитана. По нему же явно виселица плачет. И кораблик у нас не простой. Так что не удивительно что и пассажиры у него мутные. Мы, вон, тоже такие. Скажешь нет?
— Не скажу, — согласился с доводами Тимы Ватар, — но все же неспокойно мне что-то, клянусь Книжником.
— Ну, раз неспокойно, то прикажи Риману назначить вахты. У него десять бесполезных, сейчас, лежебок. Пусть отрабатывать свою пайку. А что соседи наши, далеко от нас расположились-то?
— Далече, — согласно кивнул Сильвер, — среди матросни местной.
— Ну, так и в чем проблема тогда?
— Неспокойно у меня на душе, — повторил Ватар, — кабы беды не случилось.
— Ну, давай, тогда, выгоним их? — предложил Тима, — раз тебе неспокойно.
— Нельзя уже, — тяжело вздохнул Сильвер, — раз уж ты согласие свое дал, то теперь нельзя. Не поймут нас ни матросы, ни эти, пришлые.
— Да я то тут причем?! — не выдержав, вскрикнул попаданец.
— Морские традиции, — пожал плечами Ватар, — я в них слабо разбираюсь. Но, как думается мне, что по ним ты сейчас вроде как хозяин на корабле. Вот и интересовался капитан твоим мнением.
— Это потому, что я зафрахтовал корабль? — уточнил попаданец.
— Ага. Ты, вроде как, купил его на время. Потому-то к тебе на поклон и пошли новые пассажиры. Потому-то и капитан перед тобой козочкой скакал.
— Хрень какая-то, — покачал головой Тима, — а если я им прикажу что-нибудь эдакое? Не пошлет меня команда куда подальше?
— Пошлет, конечно, — ухмыльнулся Сильвер, — но вежливо. До поры до времени. Ладно, — отлепился он от мачты, — пойду-ка я вниз, проверю что да как там. Да и передам твое повеление Риману.
Тима никогда не был привередой, а долгие скитания по джунглям сделали его даже немного аскетом. Но, несмотря на это все, он пол ночи проворочался в своей, выкупленной за бешенные деньги, каюте. И ни теснота, ни адская вонь немытых тел и перегара, перешедшая к нему по наследству от предыдущих владельцев этого, с позволения сказать, помещения, были тому причиной.
Видимо, то давнее приключение на пиратском корабле повлияло на него значительно сильнее, чем он думал. Тиме казалось, что он просто спит и его вот-вот разбудит пинок кого-нибудь из матросни и его снова погонят драить ненавистную палубу.
Естественно, что отплытие Тима банально проспал. Но, если честно, ничуть этим фактом расстроен не был. Ему были чужды все эти сентиментальные проводы, от которых устаешь, зачастую, больше чем от самой поездки. Впрочем, все, кто мог бы его провожать в дорогу в этом мире, находились сейчас рядом, на корабле.
Едва Тима открыл дверь каморки (ну никак у него не поднимался язык назвать каютой это убожество), как ему по глазам резанул яркий солнечный свет. Пришлось немного постоять, привыкая.
Как глаза перестало нещадно резать, попаданец смог оглядеться. Позднее утро. На удивление безоблачное небо. Холодное, почти зимнее, солнце. И безбрежная, серо-стальная гладь моря.
Тима с наслаждением вдохнул свежий утренний бриз и, внезапно, осознал, что в чем-то понимает таких людей как Лон. Да, ему тогда было тяжело. Да, унизительно. Да, капитан сука хотел его поиметь. Но море-то тут причем?
— Э-э-э, господин, — вырвал попаданца из мечтательно-созерцательного состояния чей-то хриплый бас.
— Да? — обернулся Тима и увидел перед собой одного из матросов.
— Мне капитан велел передать вам, что приглашает вас на обед.
— С чего вдруг? — удивился попаданец.
— Никак не могу знать, господин, — пожал плечами матрос, — это вы у него спросите.
— Ну, раз приглашают, то не буду отказываться. Веди, — приказал он мужику.
Впрочем, зря только загрузил матроса. Мог бы и сам догадаться, что вряд ли капитан будет обедать в каком-то другом месте, кроме своей каюты, находящейся на корме корабля.
Сам «обед» прошел... странно. Тима, если честно, так и не понял к чему все это было. В каюте их находилось всего двое. Он и капитан. Ни офицерский состав корабля, ни странные попутчики, не говоря уже о его, Тиминых, товарищах, приглашены не были. Сам рацион отличался от матросского только наличием вина. Что и не удивительно — камбуз на такой посудине был бы верхом роскоши. Поэтому, пища тут представляла собой, в основном, солонину и сухари. Все общение между ними свелось к жалобам капитана на свою тяжкую судьбу, высокие пошлины на пушнину, на то что вокруг одни сволочи и что ему выпить не с кем. Выпить, кстати, он Тиме тоже предлагал. И очень настойчиво. Но пить теплое и, явно, не очень хорошее вино, у попаданца желания никакого небыло. Поэтому он всячески уклонялся от данной чести. Чем, видимо, сильно обидел капитана, так как больше он на обеды его не зазывал.
Следующие несколько дней ничем примечательным не выделялись. Если не считать того, что Ватар каким-то образом умудрился обжулить в кости десяток матросов. Дело едва не дошло до поножовщины, но Тима с капитаном Умраном умудрились уладить дело миром. Ватару пришлось вернуть часть выигрыша, а несколько самых ретивых матросов получили линей.
Что примечательно, странная компания попутчиков вела себя тихо. Сидели в своем закутке трюма или шушукались о чем-то с матросами. Бывало, что кто-нибудь из них часами сидел на корме и любовался морскими пейзажами. И никто из них никоим образом не пытался хоть как-то контактировать с попаданцем его людьми. Что всех, похоже, полностью устраивало.
Впрочем, этой идиллии не суждено было долго продержаться. Это случилось на седьмой вечер плавания. Тима как раз сидел на своей любимой бухте и наблюдал за оранжевым солнечным диском, наполовину скрывшимся в морской пучине.
— Вдохновляющее зрелище, не находите? — раздался у него за спиной смутно знакомый голос.
Попаданец обернулся и увидел главного из шайки попутчиков.
— О, да вы философ, мастер... — Тима ненадолго запнулся, вспоминая имя этот странного типа, — Вамин, — наконец вспомнил он.
— Отнюдь, — улыбнулся собеседник, — я, господин Ирри, просто люблю красоту и стараюсь находить ее во всем.
С Тимы мигом слетело все его благодушие, вызванное чудесным зрелищем. То, что он «господин Ирри» на этом корабле знали только его люди, а они никому не могли этого сообщить.
— Да не волнуйтесь вы так, — рассмеялся Вамин, — ваш секрет ни для кого тут уже не секрет.
— Кто вы? — поинтересовался у него попаданец, лихорадочно соображая что делать.
— Так ли это важно? Самое главное, что я пришел за вами. За вашей головой, если быть точным. Вы многим умудрились насолить там, в Орслине. Вы, наверное, один из самых беспокойных моих клиентов.
— Головой, говорите? — показательно рассмеялся Тима, мысленно кляня себя на чем свет стоит за то, что не взял с собой свой пистолет, — а вы не слишком ли самоуверены? Вас всего шестеро.
— О, какая глупость, — махнул рукой убийца (а никем другим он быть и не мог), — сейчас есть только вы и я. Да и, если вдруг что, матросы нас поддержат. Видите ли, но капитан Умран кое-чем мне обязан. Удачно получилось, что вы выбрали именно его.
Убийца все разглагольствовал, а Тима уже его не слушал. Самое главное он узнал. Теперь настало время действовать.
— «Лили», — мысленно обратился он к своей любимой, — «ты все слышала»?
— Да, — долетел до него ее ответ.
— «Предупреждай наших, пусть потихоньку готовятся к бою. Команду не жалеть и при первой возможности бить первыми. А я пока попытаюсь выиграть нам немного времени».
— Поняла.
— Мастер, как-вас-там, — перебил на полуслове убийцу Тима, — а вы не смущает, что вы не есть первый, кто пришел за моей головой?
— О, ничуть. Видите ли, наш профиль как раз и состоит в том, чтобы работать с БЕСПОКОЙНЫМИ, — он специально выделил это слово, — клиентами. Мы успокаивали людей и посерьезнее вас.
— Ну, тогда, может расскажете кто вас нанял? — поинтересовался попаданец, — сделаете, так сказать, последнее одолжение?
— Нет, что вы, — ухмыльнулся убийца, — мы чтим своих клиентов. Их имена — тайна даже для меня.
— Жаль, — притворно вздохнул Тима, — а я-то думал с вами пообщаться на досуге. Жаль-жаль, — повторил он, поднимаясь с бухты и поворачиваясь к убийце.
— Удивлены? — вновь усмехнулся тот.
— Есть такое, — не стал отрицать очевидное попаданец, — магия? — никак иначе он не мог объяснить тот факт, что убийца, всего минуту назад стоящий рядом с ним, теперь находился на значительном расстоянии.
— Нет, что вы. Просто некоторые навыки в управлении голосом и телом.
— Чревовещание, — понимающе хмыкнул Тима. — Ладно, поговорили и хватит. Чего вы хотите?
— Вашу голову, конечно, — развел руками собеседник.
— Все готово, — шепнула Лилиана в ухо попаданцу, — я тоже готова. По твоей команде.
— И договориться мы не сможем? — поинтересовался молодой человек у убийцы? — «Он нужен мне для коллекции», — мысленно добавил уже для Лилианы, — «будь готова его парализовать».
— Боюсь, что нет.
— Печаль...ДАВАЙ! — внезапно закричал он, бросаясь в сторону.
Воздух загудел от напряжения, что-то грохнуло и свет для Тимы померк.
***
Видит Мировая Душа, Лилиана никогда не любила драки. Да, она могла за себя постоять, но никогда это ей не приносило особого удовольствия. Все изменилось, когда она умерла. После смерти она начала получать удовольствие от хорошей драки. Причем, еще лучше было, если во время них удавалось упокоить кого-нибудь из тех, из-за кого она попала в столь дурацкое положение. Битвы стали для нее второй отдушиной, не позволяющей скатиться ее разуму в бездну отчаяния. А первой и, пожалуй, главной. Был он. Нескладный, очень молодой, явно младше нее самой, но такой сильный и такой любимый... Она не понимала как ее, взрослую (как она сама искренне считала) и мудрую женщину угораздило влюбиться как простую девчонку. И в кого? В этого бродягу без роду и племени? Но она влюбилась и доверилась. И не пожалела ни на секунду, ни на мгновение. Эта любовь позволила ей не умереть полностью, эта любовь позволила ей не сойти с ума после и эта любовь, как она искренне верила, способна вернуть ей ее тело.
Но сейчас ее Тима, такой надежный и уверенный в себе валялся без сознания на палубе. Как это произошло она не понимала, да и времени разбираться сейчас явно не было. Ведь этот странный и страшный незнакомец явно собирается убить. Убить ее любимого!
— Ты не посмеешь! — закричала Лилиана, проявляясь в реальности.
— Ого! — искренне восхитился убийца, — это что-то новенькое. А ну-ка, дай-ка я на тебя внимательнее посмотрю.
Но с пальцев Лилианы уже сорвались ее любимые бирюзовые искры. Они полетели в сторону убийцы... И бессильно опали, не причинив никакого вреда его тонкому телу.
— Так вот кто тут у нас шалил, — рассмеялся убийца, — вот от кого мне подарочек прилетел. А я то думал, что это этот, — он кивнул в сторону лежащего без сознания Тимы, — а у него оказывается есть ручной призрак. Да еще маг, — убийца удрученно покачал головой, — отойди девонька, не мешай мне делать мою работу.
— Ни за что! — прокричала девушка, перемещаясь к телу своего любимого, — только через мой труп!
— Труп? — рассмеялся убийца, — ладно, шутки в стороны, — резко обовал он сам себя. Не хочешь по хорошему? Твое дело!
Что он сделал Лилиана не поняла, но дар интуита и годы тренировок дали о себе знать. Девушка трансформировала свое тонкое тело, создавая свою магическую копию, после чего, мгновенно поменялась с нею местами. Вовремя! Копию разнесло в дребезги, от чего тело Тимы откатилось чуть в сторону.
— Неплохо! Клянусь Книжником! Очень неплохо! Ты интуит, девочка? Ох как жаль что ты умерла, я бы не отказался от такой ученицы.
Снизу, из-под палубы донесся какой-то шум, со временем становившийся все громче и громче. Лилиана поняла, что предупрежденные ею наемники и Ватар с Орлеком тоже вступили в бой.
Видя, что убийца отвлекся, прислушиваясь, девушка, не долго думая, сложила классический алгоритм воздушного удара, добавив на его кончик связь со следующим, на этот раз интуитивным алгоритмом. Она была уверена, что такой сильный маг точно сумеет заблокировать или отвести в сторону первые чары. А уж потом его будет ждать неприятный сюрприз.
Но не получилось. Убийца не стал блокировать направленный на него удар, а каким-то образом просто разрушил первый алгоритм, вследствие чего и второй сработал слишком рано. Послышался легкий хлопок воздуха, заглушенный, впрочем, раздавшимся снизу грохотом, и алгоритм перестал существовать.
А дальше началась настоящая вакханалия. Видимо, убийце надоело с ней нянчиться и он взялся за дело всерьез.
Засвистело, замерцало. Лилиана еле успевала уклоняться и уводить в сторону боевые алгоритмы. О контратаке даже говорить нечего было. Не было на нее времени. Тут бы самой уцелеть.
В какой-то момент девушка поняла, что ей не выстоять. Убийца оказался слишком силен. Звание Магистра он получил, судя по всему, многие годы назад. К тому же, был интуитом. Ей стало невыносимо тоскливо и стыдно от того, что она оказалась слишком слаба для того, чтобы спасти своего любимого.
«Умирать, так вместе», — решила девушка, уклонившись от очередного алгоритма и растворяясь в воздухе.
— Ты куда, девонька? — рассмеялся, казалось, ничуть не уставший убийца, — мы еще не закончили! Выходи!
Лилиана не слушала его. Она уже была рядом с телом Тимы и нашарила у того на шее кольцо, сделанное специально для нее, чтобы она могла себя, хоть ненадолго чувствовать живой.
Он часто и помногу делился с ней рассказами о принципах на которых построены его ритуалы. И девушка прекрасно помнила его рассказ о том, что в кольце этом он сплел между собой миры духов и реальный. Что давало, кроме невероятной прочности, еще и возможность ей взаимодействовать с ним.
Лилиана разрезала алгоритмом цепочку на которой висело кольцо. (Это пришлось сделать, так как цепочка была самой обычной и нематериальной для прикосновений девушки.) А после, просто надела его на мизинец Тимы.
Знакомый водоворот эмоций и образов и вот, она уже одно целое со своим любимым.
Но ощущения, на этот раз, были совершенно иными. Лилиана не выдержала и засмеялась во весь голос. Мощь! МОЩЬ! Переполняла ее. Невероятная, всеобъемлющая, МОЩЬ!
Лилиане пришлось приложить все свои силы, чтобы взять себя в руки и не наделать глупостей. Упиваться мощью она будет потом. Сейчас главной задачей было упокоить этого, не в меру ретивого, убийцу и сохранить жизнь ее любимому.
— О, мастер Тималь, вы уже пришли в себя? — ехидно поинтересовался убийца, рассматривая как зашевелилось тело его будущей жертвы, — а мы тут немного пообщались с вашей знакомой. Призрачной такой, знаете? Она, правда куда-то убежала, но ничего, думаю мы с ней еще встретимся.
— Никуда я не убежала, — ответил убийце Тима, доставая у себя из живота странный кристаллический кинжал-серп и зажигая в левой руке мощный огненный шар, — мы еще не закончили наш разговор.
