Чертов валентинов день

— Ты ведь его любишь, да? Этот вопрос давно терзал Сого. И сейчас, на летних каникулах, когда не было ни школы ни этого надоедливого учителя, он решился на такой вопрос пока они играли в очередную игру на приставке ее брата. В другой ситуации он бы не спросил, побоялся бы. Но сейчас, пока еще не поздно, он бы хотел все для себя выяснить. — Что? — Любишь Гинпачи-Сенсея, не так ли? — Да. — Удар. Злость переполняющая его уже столько времени дала о себе знать. К черту, к черту это все, он устал терпеть то что так давно терзало его. Прямо сейчас он готов все бросить и уйти, лишь бы закрыться от всего происходящего. — И Шинпачи я люблю, Анего, Цукки я люблю только когда она не задает слишком много, а глупого братца я терпеть не могу, я уже устала за ним носки подбирать. Юноша тяжело выдохнул. Что за глупые метафоры и мысли лезли ему в последнее время? Какая еще дыра, что за пустота внутри? Идиотизм, ей ведь даже дела нет до его чувств, так в чем смысл даже пытаться что либо изменить. — Знаешь, а я не раскидываю носки по всему дому, так что и подбирать их не нужно будет. Милое детское личико сначала кивнуло в знак согласия, а потом резко свело брови вместе и задумчиво нахмурилось. Такое зрелище всегда веселило его, но не сегодня. — Это ты к чему? — К тому что я лучше твоего дурацкого брата. — Мечтай и дальше, чиахуа. * * * Кагура не могла в это поверить. Мало того что она в этом году собиралась собственноручно сделать шоколад, так еще и в таком большом количестве. — Чего удумала? — Камуи как обычно появлялся в самый неудобный момент, за что Кагура его и не могла терпеть — Неужели что то запрещенное варишь? — Чего? Идиот, свалил от сюда и больше не мешайся. — Хорошо, я пойду к Абуто, но перед этим — Камуи ловко забрал из рук сестры баночку которую она собиралась закинуть в кастрюлю — Соль лучше не кидать так в кипящее мессиво. — Что? — На название бы посмотрела перед тем как готовить, дуреха. Считай, ты теперь мне должна — Рыжеволосый убрал соль от сестры подальше и даже не смотря на нее убрался прочь. И правда, на стеллаже стояла банка сахара, а то что братец забрал у нее было солью. Ну что же, благодарить она его не будет, но внимательнее точно будет при готовке. * * * Шоколада вышло и правда очень много, даже немного остатков досталось Камуи, видимо старший брат все же хотел полноценную версию подарка от сестры, но возмущаться не стал. Шоколада все равно было на одну порцию больше, но вариантов кому еще его подарить было не так много. Она была бы и не против дать одному противному парню, если бы не одно но. — Со-кун! — В класс перед уроками ворвалась девушка с волосами цвета розового персика что были завязаны в два высоких хвоста. — Это для тебя, Со-кун, — Коробка в виде сердца была ярко розовая с такими же розовыми ленточками. Слишком вычурная и яркая, тяжело было поверить что такой ядерный цвет вообще мог существовать на этой земле. — Надеюсь тебе понравится. Если верить слухам, то эта девушка долго динамила Шимпачи, но когда увидела его садиста-одноклассника, по уши влюбилась и даже от части будто бы начала забывать кто она есть. Кагуре она сразу не понравилась, около недели назад она заметила что это надоедливое нечто заходит к Оките на каждый перемене, до и после уроков. Еще сильнее ее бесило то что Сого ее не особо отвергал. Было видно что ему все равно как старается ради него девушка в короткой юбочке и полосатыми чулками, но отказываться от такого внимания он не торопился. Кагура злило ее присутствие, слишком надоедливой та была. Если бы Сого отверг ее, то возможно бы она и дала ему эту лишнюю порцию, но стоило ей увидеть как она нем висит эта странная девчонка и всякое желание разговаривать с ним пропадало. А так же головная боль что появилась еще по дороге в школу не давала ей покоя так же как и светлая розовая макушка. — В следующий раз постарайся получше, Урара-тян — Русый и ненавистный для Кагуры юноша взял еле более ненавистный шоколад и убрал к себе в портфель — Скоро звонок, проваливай-ка ты уже от сюда, мне не нужны проблемы из за тебя. — Тогда увидимся позже, Со-кун — Девушка неловко погладила его по плечу и направилась к выходу из класса. Этот урок родного языка для Кагуры был самым худшим. Она итак не очень любила этот предмет, а утренняя тирада испортила ей какое либо желание здесь находиться и потому постоянно огрызалась и отказывалась отвечать. Бедный учитель, Хатори Зензо, лишь устало потёр переносицу и решил больше не трогать объект его утреннего раздражения. Вскоре прозвенел звонок и открыв сумку на парте, девочка с жалостью смотрела на шоколад внутри сумки. Прозрачные пакетики с самодельным молочным шоколадом предназначались учителю и ее подругам и по ее планам она должна была зайти к куратору, а потом за время обеда найти подруг и отдать им, но настроения не было даже встать и выйти из класса. — В этом году почти в два раза больше — Рядом прозвучал знакомый не менее бесячий голос. Матако Киджима иногда заходила к ним в класс на пару со странным парнем в солнцезащитных очках ради своего дорого Такасуги, но сегодня видимо его не было, а потому от скуки в такие дни она начинала говорить с кем нибудь из его класса — Целых пять порций, может хотя бы в этот раз раскроешь свой секрет и скажешь кому их подаришь? — Держи — Ято вяло достала один пакетик и кинув его в руки блондинке, легла на парту — Один лишний, можешь забрать. — Вижу у тебя сегодня день неслыханной щедрости — Матако сузила глаза, осматривая шоколад так, будто это были не сладости а какая то подсунутая отрава. — Даже не знаю что сказать, спасибо что ли. — Лучше молча проваливай, у меня падает настроение от твоего присутствия. Кагура демонстративно отвернулась и продолжила делать вид что собирается спать. Матако фыркнула и пробубнив что то под нос ушла прочь. На фоне как обычно были слышны визги гориллы и это надоедливое ‘‘Со-кун!’’. Сегодня точно не ее день. Усталость окатило все ее тело и настроение с кем либо разговаривать окончательно исчезло. — Кагура? Тебе плохо — Голова с длинными русыми волосами оказалась над ней. — Давай провожу в мед пункт. Ответа не последовало. Добрый одноклассник Шое, что страдал раздвоением личности начал аккуратно собирать вещи девушки и уложил все ей в сумку. — Спасибо, но мне надо к Гинпачи сенсею. Скоро начнется урок, лучше останься тут, я сама смогу дойти. — Аккуратнее на лестнице, в последнее время там очень скользко. * * * Сколько Кагура себя помнила, она всегда испытывала чувства к глупому учителю. Знала она его с детства, когда после смерти матери вся в слезах и соплях собрала свой маленький рюкзак и отправилась искать брата что покинул дом еще до нее. Отца практически не было дома, а очередная сиделка была вытравлена мелкими паршивцами еще неделю назад. Брата найти было не так сложно, он как обычно был в компании своих давних друзей. Абуто принял глупого братца у себя, но когда появилась его младшая сестренка, Камуи самолично прогнал ее прочь. В восемь лет Кагура оказалась на улице, к счастью взятые с собой закуски хоть как то помогали. Она хорошо знала город, и потому заблудиться было дня нее почти невозможно, но возвращаться домой она не собиралась. Тогда ее и нашел идиот что рыскал по помойкам в поиске джампа потому что в очередной раз не успел купить его в круглосуточным напротив своего дома. Подобрав девчонку, первое время он относился к ней скептически, но согрев и накормив ее, даже разрешил остаться. Но слушать ее грустную историю жизни не стал, просто дал футон и показал в сторону шкафа. Тогда и маленькое детское сердечко и начало неестественно биться. Гинтоки стал для нее всем; брат, отец, спаситель и кухарка в одном лице. Но вот к соседским мальчикам она любовью не проникла. Очкарик что постоянно рыдал, обезьяна с постоянной возбужденностью и русый маленький маньяк вызывали в ней лишь раздраженность. Хоть позже отец ее и забрал обратно, девочка все равно часто убегала обратно на второй этаж к ленивому разгильдяю. В ее мечтах, когда великая Кагура-сан вырастет и станет очень красивой, разорвет все связи с теперь уже ненужной ей семьей и станет женой серебрянноволосого студента. Но годы шли, Кагура становилась все симпатичнее, а этот идиот так и не замечал в ней девушку. И она смирилась, ближе к окончанию школы она наконец поняла что мечты далеки от реальности. Выйти замуж за нищего учителя что только и мог что порицать всех вокруг уже не выглядела так романтично, а большая разница в возрасте от части даже пугало ее. И вот, спускаясь на этаж к кабинету учителю, она все же забыла слова одноклассника и полетела вниз. В который раз жизнь напомнила ей что она сурова и никакой принц не спасет ее от больного падения с лестницы как в ее любимых романах. Встав и оттряхнувшись, от боли разодранных локтей и коленок полились слезы, так и не дав разглядеть ей раны. — Кагура-тян? Что случилось? — к ней подлетел слишком хорошо знакомый учитель. — Почему ты не на уроке? — Гин-тян — Всхлип. Нужно отдать шоколад, но боль и слезы сейчас важнее — У-у-у, Гин-тян, можно я посижу у тебя в кабинете. — Лучше уж в медпункт. — Нет! Я сама пойду туда, позже — Вытерев сопли об его халат она подняла свой взгляд на растерянное лицо учителя. Раньше бы ее порадовало хоть такое внимание от учителя, но сейчас она слишком устала. — Я хочу в твой кабинет. — Кагура-тян — Гинпачи сенсей поднял на руки ученицу и ее сумку. Спорить с ней в таком состоянии он не собирался — Не забудь сходить в медпункт. Мне придется оставить тебя одну в кабинете, меня вызвали на совещание к директору, так что дверь я запру. Не смей лазить в моем столе. — Дай мне немного клубничного молока перед уходом и возьми шоколад в моей сумке. — Закончилось. — Тогда сходи и купи. Сенсей ничего не ответил. Она уж думала что он ничего не будет ради нее делать и усмехнулась от воспоминания о том что хотела выйти замуж за такого человека. Он аккуратно уложил ее на синий диван в своем кабинете и ушел прочь. Засыпать с мокрыми глазами было неприятно, но вытереть их сил не было. Проснулась она от надоедливого звонка. Часы показывали что уже наступил обед. Сейчас наверняка Сое ищет подругу, но даже написать о том что с ней все в порядке рука не поднималась. К своему удивлению она обнаружила рядом маленькую пачку молока и дынную булочку. Аппетита не было, как и настроения куда либо идти. Резкий щелчок в дверь привел ее в чувства. Быстро запихнув перекус в портфель она повернулась на источник шума. Голова болела, а звон в ушах ее давал сосредоточиться. — Идиотка, пошли в медпункт. Верить своим глазам она не особо хотела и надеялась что из за боли они ее подводят. — Проваливай, Садист. — Дура — Сого взял упаковку влажных салфеток и начал вытирать ими ей лицо — Ты хотя бы заметила как запачкала весь диван своей кровью? И правда, салфетки быстро пачкались. Видимо пока она спала кровь решила пойти не только из разодранной кожи, но и из носа. В глазах мутнело, а салфетки уже успели закончиться — Ц, сенсей сказал зайти за тобой и проследить что бы ты пошла в медпункт, так что живо встала и пошла — Он как обычно не собирался церемониться. Кровавые салфетки так и остались лежать на таком же окровавленном диване. Гинтоки наверняка испугается когда увидит это и подумает что его ученик решил убить ее а не помочь дойти до медсестры. Сил сопротивляться не было, она просто встала и пошла. Дверь опять заперли. — Эй, там вообще то остались мои вещи. — Потом заберешь — Окита закатил глаза и выхватив ее руку наплевал на ее состояние и быстрое понесся в медкабинет. К сожалению, медсестры не оказалось, но помещение осталось не запертым. Закинув ее на койку, парень начал осматривать аптечку. Кагура не хотела сидеть в этом помещении. Слишком светло для ее чувствительной кожи. Аккуратно встав, она задвинула плотные занавески и осталась в полу мраке с ненавистным ей человеком. — Села обратно — Рявкнул он. —А ведь и правда, ты даже слишком сильно похож на чихуахуа. Хотя нет, ты уже превратился в псинку. — Просто сядь, дуреха. Сил стоять не было, поэтому громко цыкнув ей пришлось слушаться. С койки свисали ноги с разбитыми коленями, а локти все еще жгло и запекшаяся кровь лишь усугубляло положение. — Дура. — Он начал с коленок. Сев перед ней на корточки, он вытер высохшую кровь специально сильнее надавливая ваткой на рану. Увидев по выражению лица что ей адски больно, он усмехнулся и начал давить еще сильнее. Она продолжала молчать и корчить рожи. — Дура, говори если тебе больно. Молчание заставило его давить на следующее колено еще сильнее чем на прошлое. Кагура зашипела и схватила его за волосы. Терпеть такое отношение к себе слишком долго она не была готова. — Дура блядь, отпусти. — Сам дурак! На кой черт ты так сильно давишь, знаешь же что больно. Свалил быстро, пока я тебе все кости не переломала! — Сама напросилась, потом не плачь. — Сого схватил ее руки и поднял их ей за голову. Раны продолжали давать о себе знать. Он повалил ее на койку пружины которой больной впивались в кожу даже сквозь зимнюю форму. Кагура готова была биться. Гин-тян учил ее что если однажды ее прижмет какой то непонятный тип, нужно дать ему между ног, ударить со всего возможного размаха лбом и откусить ему нос или ухо. К сожалению как противником был сам садист, что прекрасно знал все ее уловки и без труда уклонился. Он начал слишком сильно тереть обработанной ватой ей локти, начиная с правого. Боль была невыносимой и она не нашла никакого решения, кроме как плюнуть в него. — Дура! Сиди смирно! — Твою мать, не дави так сильно! Больно, больно же черт возьми! — Замахнувшись ногой, она все же попала ему по животу и успела подняться что бы укусить за нос. — Ах ты мелкая. А ну отцепись! Больная! Я не хочу заразиться бешенством! — Дворовая псина как ты наверняка уже давно заражена, так что заткнись и дай мне убить тебя. — Задолбала, лежи смирно. Силы возвращались и она готова была дальше возмущаться ударив его по больным точкам, но он опередил ее и укусил в шею. Левый локоть не надо было долго вытирать, рана там не такая большая, лишь синяки и ссадины. Кагура готова была поклясться что он хотел ей прокусить ей кожу и пустить кровь, но резко его пасть раскрылась и язык прошелся по укусу из за чего она вскрикнула. Позже поцелуй в то же самое место и новый укус. — Идиот. Придурок! Перестань, остановись я сказала! Гребанный насильник, отцепись от меня уже — Вся смущенность, растерянность и злость поместились в один кулак и он с новой силой ударил по затылку настырного юноши. — Сучка, а ну не рыпайся пока я не связал тебя и не закрыт тебе пасть. — Извращенец, даже не смей больше прикасаться ко мне — Он отпустил ее руки и схватив лицо потянул ее на себя. В этот раз он укусил ее щеку и выжидающе смотрел в ее глаза — Больно блядь, отцепись. — Она схватила его уши и оттащив его челюсть от своего настрадавшегося лица, приподняла его голову и укусила за подбородок пытаясь прокусить кожу. Попытка была провальная и пока он пытался так же за уши оттащить ее от себя, она укусила его так же за шею. Наверняка они бы еще долго продолжили ругаться и кусаться, если бы вошедшая девушка не дала смачного пинка под зад Окиты. * * * Для Кагуры этот день был самым ужасным. С самого утра все шло на перекос, все планы рушились то ли из за этого идиота, то ли из за ужасной головной боли, то ли от смущения перед подругой. Вошедшая так не вовремя Нобуме увидела не самую нормальную картину, а появившиеся красные следы от укусов лишь подтверждали увиденное. К счастью, Нобуме выпинала ‘‘извращугу’’, ‘‘насильника’’ и ‘‘растрителя малолетних’’ в одном лице. Слушать о том что они одного возраста его конечно никто не стал, у нее в приоритете была обработка ран подруги. И вот сейчас, Кагура будто бы лежит в кипятке, завернулась в одеяло и лежит комочком перед ней, а та лишь подходит и кладет сумку рядом. — Гинпачи сенсей сказал отнести это тебе — Поясняет девушка. К счастью, это не Сое которая бы завалила ее расспросами и наверняка бы еще и поддержала этого садиста. Девушка никогда не думала что будет так благодарна Нобуме за то что та не интересуется ее личной жизнью. — Спасибо — Все же высунув вспотевшую голову, рыжая внимательно осматривала свой портфель — Возьми в основном кармане шоколад, отдай их от меня пожалуйста Шинпачи, Сое-чан и один себе. — Не хочу. —Чего? — Не хочу даже разговаривать с очкариком, он выглядит как полный неудачник. — И не поспоришь. Кагура не знала зачем из года в год дарила ему шоколад. Она не назвала бы его своим лучшим другом, но и никогда не рассматривала его как человека, и вообще наверное бы не разговаривала с ним если бы тот так же не таскался все детство за Гинтоки. Но привязанность за столько лет давала о себе знать. Она помнила как сильно он расстраивается когда не получает ничего в этот день. — В любом случае, отдай ему хоть молча, иначе он завтра будет рыдать что ему и конфетки не перепало. — Сенсей так же сказал что будет ждать тебя на парковке возле школы, он отвезёт тебя. — Сама дойду. — Кагура повернулась в сторону окна и увидела ужасный ливень. ‘‘Слово не воробей, догони и добей’’ - так звучал ее девиз, но не сегодня. — Можешь передать ему что я еще немного тут полежу и потом сама уйду. — Я отнесу всем шоколад — Девушка открыла сумку и взяла из нее проклятые сладости — А ты поедешь с сенсеем. — Договорились. Остаток дня возможно прошел бы тихо и мирно, если бы не надоедливая корова на пути к выходу из школы. — Эй, ты не видела Со-куна? — На ее пути появилась девушка что носила чокер подаренный Окитой. Если память не подводила Кагуру, то этот недо-ошейник он достал где то из помойки, и потехи ради дал его своей верной собачке, а та послушно одела новый подарок от хозяина и всегда носила его при нем — Скоро обед закончится, а я его найти не могу. — Знаешь, заканчивай уже этот цирк — Нарочито громко цыкнув, Кагура оттолкнула ее со своей дороги и открыла шкафчик со сменной обувью. — Вот только не надо лезть в наши отношения — Урара явно не была глупой девчонкой, пока не встретила Окиту. Сейчас же она просто глупая. Уже даже не девчонка, а самая обычная глупая собачка. — Мужики в наше время так любят молоденьких и неопытных девиц, а потом когда они перестают быть интересными для них, трахают и выбрасывают. — Я не думаю что Со-кун способен на такое. — Дуреха, посмотри на себя, — Кагура скептически осмотрела девушку с ног до головы — Да ты уже носишь вещи с какой то помойки ради него, еще и юбку задираешь максимально высоко. Ну и зачем спрашивается маменька растила такой цветочек? Что бы этот же цветочек сам и завял из за какой то тупой пчелки с острым жалом? — Что за бред ты несешь! — Теперь девушка явно смотрела не с глупостью и наивностью в глазах, а с отвращением. А это лишь забавило Кагуру, ибо девчушка напротив уже давно выбешивала ее. — Говорю что как только он насадит тебя на свой прибор, ты уже будешь не так интересна для него. — Тьфу на тебя — Наплевав на всю свою милоту и женственность, Урара плюнула в сторону Кагуры и ушла дальше искать своего возлюбленного. А ято это лишь забавляло. В ее глазах она еще и стала слабачкой, потому что дальше полу метра плюнуть не может. — Долго мне еще тебя ждать? У выхода из школы стоял учитель с зонтом. Возможно, раньше она бы все отдала, лишь бы любимый учитель как можно чаще так же отвозил ее, а не этот надоедливый чихуахуа на своем велике. Но сейчас ей и вправду больше хотелось полежать в теплом медпункте. — Гин-тян. — Чего тебе. — Я жрать хочу. — Знаешь, девочки твоего возраста обычно не говорят ‘жрать’. — Отвези уже меня куда нибудь похавать. Гинтоки лишь хмыкнул и взял подопечную под зонт. Чтож, старуха Отосе наверняка уже начинает открываться, даже не подозревая что одна прожора скоро снова съест все припасы риса в баре, а от нее Кагура сама доберется до старенькой квартиры на втором этаже. Завалится спать с набитым желудком, а Гинтоки нужно поскорее возвращаться на работу, пока начальство не стало в очередной раз возмущаться из за его отсутствия. И как же он удивится, когда вечером обнаружит у себя дома девочку что даже не дошла до дивана или шкафа, а просто упала в коридоре и вырубилась с тяжелой лихорадкой. Да, давно жизнь не заставляла его так сильно волноваться. * * * Февраль в этом году отличился своими проливными дождями, но Сого был безразличен к такой погоде. Его больше волновало как маленькая прожорливая ято заболела, находясь почти все время под своим зонтом. — Со-кун, что это? — Надоедливая Урара что снова пришла к нему в класс снова и снова надоедала ему своими назойливыми вопросами. Она аккуратно прикоснулась кончиками пальцев до красных следов на его подбородке как вдруг ее взгляд увидел такие же следы и на шее. Громко охнув, девушка начала озадаченно хлопать своими ресничками — Со-кун, ты… — Пошла вон. — Что? — Говорю больше не попадайся мне на глаза. Давай, кыш-кыш, я уже достаточно устал от тебя. На глазах Урары начали наворачиваться слезы и она замахнулась для пощечины, но ее остановил майонезный фрик что всю неделю лишь молча наблюдал за ними. — Не советую, он ведь в ответ ударить может — Он потянул ее за руку на себя и повел к выходу — И даже не посмотрит на то что ты девчонка, так что лучше уходи по хорошему. Девушка растерянно потерла запястье что мгновение назад держал Тоширо, но все же послушалась и вышла. Сого вытащил ярко розовую коробку и кинул в сторону урны. Ее перехватила горилла с криками ‘‘шоколад от девушки же, как такую перелезть можно выбросить?’’ — Не знаю что ты там задумал, но лучше бы завязывал издеваться над рыжей китайской девчонкой. Сого, я серьезно, Гимпачи сенсей нам потом бошки поотрывает. — Отвянь и сдохни уже где нибудь, Хиджиката. В этом году он снова не получил шоколад от нее, даже дружеский. Не сказать что он был сильно расстроен, ведь она оставила ему что то интереснее детских шоколадок, но сердце предательски покаливало, а сознание так и подкидывало ему идеи посещения больной девчонки.