Поток. Договор Сердец

      Ночь выдалась на удивление спокойной, прекрасно выспался и ни разу не проснулся. Что удивительно и печально, ведь я пропустил воистину эпическую картину крадущихся на цыпочках двухметровых громил. Иначе непонятно, как они умудрились в полной тишине набить еще два мешочка комаров, да еще и отмыть их от тины.       Завтрак из запеченного в глине загрызайца с травами, получился еще лучше, чем вчера. Иронично, но особую пикантность блюду придавали растения, из-за которых его шерсть и имеет зеленый цвет. Причем сочетание настолько хорошее, что система “гендерного неравенства в отряде” дала сбой. Га и Ха, урвавшие порции первыми, с довольными рожами ухаживали за дамами сердца и предлагали часть своей порции в качестве угощения. Лурде...нихи дары принимали и, как сказал Прифис, “нежно порыкивали в ответ”. Нежно, ага... как бензопила без смазки. Потенциальный холостяк Ру сильно расстроенным не выглядел и уминал свою полную порцию так, что за ушами трещало.       Собрались быстро, помимо комаров за ночь никто нас не побеспокоил и нового по мешкам расфасовывать было нечего. Подозрительно, но может эти кровососы живность и распугали? Гудение, слышимое метров за сорок-пятьдесят, работать должно не хуже магических барьеров. Лурдены порывались идти обратно той дорогой, которой пришли, но с фига ли? На ней я все добро собрал, так что только новый маршрут, у нас еще два мешка пустые и руки у мужиков тушами не заняты.       Новый путь пролегал через низины с топкой грязью, в которой повсюду сновали десятки отвратного вида слизняков размером с овчарку. Один из них перегородил нам путь, стоило сделать шаг по их территории. Кровожадный порыв “посмотреть кто они такие и с чем их варят” пришлось задавить в зародыше. По словам Прифиса “посланец” оказался лишь мелким рабочим огромной колонии с маткой во главе. Отвратная Маман имеет размеры минимум с автобус, а так и до габаритов среднего белаза может вымахать. И веса, на пару десятков тонн. Как королева этакого улья, она имеет соображалку и контроль над колонией. Некоторые умельцы с ними даже договариваться умудряются. В общем, не трожь мелочь — целее будешь, плотИ вкусные налоги — авось еще и помощь какую получишь. За проход вредный слизняк забрал все оставшиеся запасы мяса, килограмм на тридцать, зато проводил к паре островков с болотными травами и цветами. В основном ширпотреб, хоть и полезный, но если найденный токсично-зеленый ландыш, с цветков которого яд чуть ли не капает, поможет прокачать мое кислотное зелье... тогда “пропуск” окупится многократно.       Помахав слизню на прощание рукой и получив ответный жест щупальцем... усиком... глазным отростком... я в анатомии моллюсков не силен, мы вышли на большой остров твердой земли посреди болот. В центре росло высокое дерево с раскидистыми ветвями и множеством свисающих гроздей фиолетовых цветов. Налетевший порыв ветра поднял целое облако пыльцы, выкосившее вьющуюся неподалеку стаю комаров. М-да, похоже отпугивающий эффект моих гранат идет именно от взаимоотношений местных кровососов с этим деревом. И вот что мне теперь, радоваться тому, так красиво вписался в местную экосистему или огорчаться, ведь большую часть моего успеха обеспечивает хитрожопая ива?       Решил радоваться и собирать урожай комаров. Тут, правда, получился облом. В зоне поражения пыльцой все было пронизано корнями дерева, на которых росли мелкие кустики похожие на венериных мухоловок. От одной до трех “пастей” размером с кулак насекомых ловили на лету или подбирали с земли. Ну, раз добычу самым наглым образом съели, нарвал десяток виноватых. Больше не рискнул, корни подозрительно поскрипывать начали, как бы люлей от очередного “босса локации” не получить.       Обедать пришлось на ходу вяленым мясом и подсыревшим хлебом. Из-за моих остановок мы не добрались до возможного места привала где-то с километр. В добавок, еще и с самого утра не было видно никакой живности, ну, помимо “неприкасаемых” слизней. Прифис предложил идти к заставе почти напрямик, через Мшистые кочки. Как следует из названия, там много мха и вероятно много одноименных ежей. Добыча — хорошо. Глубокие и не прощающие ошибки топи вне кочек — плохо. Но добыча — хорошо-о... идем через мшистые кочки.       Локация оказалась и правда богатой на лут. Перебираться через трясину было проблематично, Грым и Хым пару раз умудрились увязнуть, пришлось всей толпой вытягивать. Я вот уходил на дно всего ничего. Пять раз. И то, что четыре из них случились из-за победы желания захапать добычу прямо передо мной над предупреждающим голосом чуйки, ничего не значит. Для городского жителя вполне пристойно. Главное, в кой-то веки нашел что-то из “курса подготовки к Средиземью” Лешего. Желтые ягоды, название не помню, но вот штук пятнадцать рецептов боевых стимуляторов из них да. От общего снижения чувствительности к боли без урона органам чувств до условного баффа к силе процентов на пятьдесят. А если Леха сделает Распальцовку, то и вполне неплохие зелья лечения получатся. Эх, еще бы кровяной лист найти... Эффект вытяжки из него в сочетании с ягодами должен быть просто шикарен. Но где там, он еще во времена составления гербариев Лешего не часто встречался, а уж в условиях мировой нехватки маны шансы найти совсем мизерные. Интересно, а поисковым радаром чуйка может работать?       Ну, в междумирье она позволила “увидеть” Завесу, значит попробовать с ее помощью поискать богатые маной места стоит. Еще бы понять, как. Прав был Леха, ощущения вспомнить не проще, чем забытый утренний сон. Ну, попытка не пытка, “открою сознание”, помедитирую как Яга учила.       За пол часа понял, что либо мое духовное начало слабо, либо пресловутый третий глаз у меня на жопе и сейчас его обзор наглухо перекрыт. Пока начальник важно сидел в позе лотоса, лурдены от нечего делать обшаривали округу. И... Нашли гребанный кровяной лист в количестве пяти штук! Один прямо на соседней кочке в зарослях прятался. Эх-х-х. Опять как у Лешего, сиди, медитируй, познавай. Навык радара-поисковика осваивать явно надо, с ним столько добра мимо загребущих лап проплывает. Хорошо хоть, в своем темпе учиться могу, теперь в лес бросить некому. А нет, есть, главное Лехе идею не подкидывать, с него станется.       Вот тренировки вспомнил и как-то на душе неспокойно стало. Так и подмывает все бросить и бежать куда подальше. Для опасений из-за подлянки от Лехи реакция слишком сильная. Да и зудеть начало только после моих попыток поиграть в радар. С каждой минутой все напряжней и напряжней. Надо бы в темпе топать из этих болот, вот только последнюю кочку проверим, там вполне шестой лист может расти…       Твою мать! Следовавшая за мной попятам Грым внезапно схватила меня со спины за кольчугу и всеми двумя с хвостиком метрами мускулов дернула назад. Броне пофиг, не зря же Леха ее неуничтожимой называл, а вот моим ребрам уцелеть удалось лишь чудом. Еще и часть кровяного листа повредил, а снятый на время деликатной работы шлем на землю упал. Обложить буйную женщину матом в первые секунды помешал выбитый из легких воздух, а потом промелькнувшая перед глазами тень.       Нанеся удар по тому месту, где я только стоял, она перескочила на следующую кочку. Неудачная атака заставила ее ненадолго замереть для переоценки ситуации. Еба-а… Вот так, наверное, выглядит кот-рептилоид. Поджарое тело с перекатывающимися под грязно-зеленой чешуей мускулами, метр в холке, лапы с четырьмя загнутыми когтями, не менее пяти сантиметров, и длинный гибкий хвост, оканчивающейся костяным шипом. Зверюга повернула вытянутую башку в мою сторону и уставилась на меня ярко-желтыми глазами с вертикальным зрачком. Верхнюю часть моды прикрывала костяная пластина, придавая носу схожесть с прямым клювом. Далее “врожденный шлем” доходил до висков, оставляя узкое смотровое отверстие. В центре лба угадывалась ромбовидная выемка, от которой отходили надбровные дуги, плавно перетекающие в пару рогов на вершине черепа. Рептилия приоткрыла пасть с немалым количеством кинжалоподобных зубов и недовольно прошипела: — С-с-ска-а-ар-р-р. — Н-н-на хер иди, — ответил я ей на “приветствие".       Уж не знаю, поняла эта тварина или нет, но клыки продемонстрировала и начала готовиться к новому прыжку. На поднятый арбалет она не обращала внимания ровно до того момента, когда с него вылетел болт. Доли секунды, потребовавшиеся снаряду для преодоления пяти метров, зверю на уворот хватило. В голову стрелять не рискнул, все же костяной шлем, болт может и отрикошетить, но все равно, вместо дыры в груди получилась скорее царапина на весь левый бок и, как бонус, содранный костяной нарост с плеча.       Подоспевшие на подмогу лурдены и Прифис с заряженным арбалетом заставили рептилию отступить на кочку подальше. Образовалась патовая ситуация: зверюга не рисковала приближаться, а я стрелять. По всей видимости, наличие подобия клюва на морде не гарантировало птичьих мозгов в черепушке и одного выстрела хватило: теперь немаленький зверь на линию огня не попадал, скача вокруг с пугающей скоростью.       Пугающей настолько, что здоровенные лурдены тряслись от страха. Даже Га и Ха, которым вроде бы надо поддерживать “самцовый” образ перед дамами сердца. — Прифис, что это за тварь такая, что ее даже лурдены боятся? — Его истинное имя скар, господин Зверь, — ответил тот, смотря на скачущего по кочкам зверя с ужасом и некоторым... восхищением? Ну могу понять, столь могучее животное не может не вызывать уважение. — Истинное? — Обычно его зовут килгрумом, бонмаском или гибелью топей, — выдохнул парень, покрепче сжимая ложе арбалета. — Истинное же имя нельзя использовать, им можно призвать нареченного, но сейчас... уже поздно, смерть пришла за нами. — Отставить депрессивно-пораженческие настроения! Для неминуемой смерти этот рептилоидный кошак слишком сильно опасается моего арбалета. — А ведь и верно, — удивленно протянул Прифис и по-новому взглянул на содержимое своих рук. Да и лурдены престали трястись. — Каков план, господин? — План? — надо подумать, что у меня есть. Пять дуболомов с топорами-дубинами и просто-дубинами и могучий пацан на подхвате, все без намека на нормальную броню, так, наплечники и набедренные повязки. Прочная кожа от пятисантиметровых когтей не защитит. Эх, значит в ближнем бою они скорее помрут, чем помогут. Далее, два арбалета, семь шокеров, “несокрушимая” броня, кислоты две, дымовуха, напалм, ГОВНО и аптечка без капли магии. Все это против умного и быстрого которептилоида. Вонючки ушли на комаров, да и есть немалые сомнения в вероятности попадания склянкой даже из арбалета по тому, что он болта увернулся. Дымовухой можно зрение перекрыть, но паскуда просто упрыгает от облака и все. То же и с напалмом, а ГОВНО могло бы на время оглушить даже в случае промаха... но после Завесы шансы на корректное срабатывание стремятся к нулю. Скорее, сам себя подорву. Шокеры бьют в упор, а арбалеты... можно попытаться пальнуть на упреждение. Да, остается только это. На самый-самый-самый крайний случай можно поработать приманкой, кольчуга прекрасно защищает от укусов и царапин, проверено марионетками Кощея. А, мать-перемать... Шлем-то на соседней кочке валяется. План “Б” отменяется, откусят голову и кирдык. Все же я в нее не только ем... но и шлем носить должен. Который на соседней кочке валяется. Мать. — Раз скар арбалета боится, попробуем загнать и на опережение выстрелить. А какие методы борьбы с ним есть в гарнизоне? — Не знаю. Наставник говорил, они уж лет десять как не появлялись даже на гоне, — пожал плечами парень, но его в спину толкнул Ру и что-то порычал. Прослушав чуть ли не минутную лекцию от лурдена, Прифис начал нервно переводить. — Ру говорит, что ходил в другом отряде на скара, когда еще болота были зеленее и зверья на нем было больше. В бою со зверем опасаться стоит не только зубов и когтей, но и дикой магии. Камнем во лбу он может наводить морок, туманы поднимать и землю в грязь разжижать. Будьте аккуратнее. — Камень во лбу говоришь? Не видел такого. На месте долбанный попрыгун долго не сидел, но рожу я хорошо успел рассмотреть. Во лбу только пустая выемка. — Тогда нам сильно повезло, — после новой рычащей тирады перевод продолжился, — этот скар сильно старый или больной, у прочих камень быть обязан иначе колдовать не смогут. — Отлично, авось загоняем болезного угрозой арбалета, а потом угрозу воплотим в жизнь.       План был надежный как швейцарские часы, ну и пошел он ко дну как кусок метала. За пару минут “угроз” больше запыхался я, пытаясь успеть за прыжками зверюги. А она еще умудрялась иногда по-кошачьи присаживаться на задницу и выдавать ехидное “с-с-с-кар-кар-кар” в ожидании переброски арбалета. Вот с-с-скурва. — Прифис, готовься подавать арбалет, попытаемся подловить скотину на уклонении. — Слушаюсь!       Еще минут через десять, хищник начал откровенно наглеть и прыгать с показательной ленцой. Ну ничего, думает я не попаду? А вот... и правда не попаду, но только первым болтом. Давай, еще чуть-чуть, эта кочка стоит чуть в отдалении от прочих, и путь “на” и “с” нее только один. Ну... Ну!       Нет, это не просто кот-рептилоид, а еще и обезьян ебучий! Зверюга в полете заметила второй арбалет и зацепилась длиннющим хвостом за еле видную в мутной воде корягу. Траектория полета сменилась и опять вместо положенной аккуратной дыры рваный порез на боку. Почти симметричный первому, блин. Из плюсов, скар теперь не угорает надо мной, а злобно рычит. Из минусов — осторожность повысил, теперь маршрут перемещений хрен угадаешь. — Вот умная зар-раза, не попасть. Эх, был бы у меня шлем... — А как шлем может помочь победить скара? — удивился Прифис, отвлекаясь от взведения арбалета. — С ним меня ни когти, ни зубы не возьмут, подобрался бы поближе и вырубил шокером. А так быстрее без головы останусь. — А что такое шокер? — Молнию знаешь? Вот она самая, только маленькая. Убить сразу не убьет, но с ног свалит. — У, а Га, руах! — стукнул себя в грудь кулаком Га и положив топор на мох, направился в сторону кочки с брошенным снаряжением. — Сказал, Га самый быстрый, достанет, — ответил на мой вопросительный взгляд Прифис. — Отлично, наша задача отгонять скара. Арбалет на изготовку!       Медленно и аккуратно прощупывая дно, Га двинулся через топи. Каких-то четыре метра сейчас казались огромным расстоянием. Хищника пока удавалось держать в противоположном секторе обзора, но наши действия его явно напрягли. Половина пути. Метр. Зверь подозрительно притих, но пока это только на руку. Вот Га уже у цели и радостно машет лапой со шлемом.       Внезапная серия резких прыжков и скар скрывается за широкой спиной лурдена. Мгновение и Га заваливается назад с перерезанными когтями сухожилиями на ногах. Скользнув по низу, хищник совершает рывок прямо к нам. Острый клюв на полной скорости распарывает руку прикрывшей меня Грым от кисти до самого локтя. Совместный удар дубины и пары топоров выбивает брызги в месте, где только что было тело зверя, а он уже поднырнул под руку Ру и сбежал на соседнюю кочку, успев шипом на кончике хвоста рассечь тому бок.       Пара секунд и половина отряда изранена, а спущенные в панике болты улетели черт знает куда. Если не сдохну от когтей этой твари, то меня прибьет Леха. Ладно, все живы, хоть и пока. Прифис уже начал перезаряжать арбалет, Га пытается привстать и кинуть мне шлем. Поймаю и, считай, угроза скара устранена.       Удар в бок резко выбил все мысли и отбросил на самый край островка мха. Повернув голову, я разглядел потряхивающего головой зверя со свежей трещиной на клюве. Недалеко лежали тела остального отряда, судя по издаваемым звукам и шевелению, живые. Похоже, хищник просек необходимость перезарядки арбалетов и решил повторить нападение, пока основная угроза временно отсутствует. Радует, что кольчуга не по зубам ему оказалась, урон скотина понесла точно поболее моего. Я-то с целыми костями остался. Вроде.       Контузия у скара прошла довольно быстро. Недовольно прорычав в мой адрес что-то явно матерное, он хвостом отбил прилетевший в него шлем. Короткий осмотр и сломанный коготь о прокаченный попаданческим произволом алюминий дали ему некую пищу для размышлений. Переведя взгляд с меня на шлем и обратно, хищник довольно осклабился. Походу догадался, что у консервной банки по имени Саня сейчас отсутствует крышка. Попытка дотянуться до лежавшего в полуметре арбалета провалилась, быстрый удар хвостом отправил оружие в трясину. Скар медленно стал приближаться, держа свой шланг с шипом наготове. Неужели это конец? Полметра и кончик хвоста пробьет мне голову, никакие шокеры не помогут. Нет, я не хочу умирать! Я же только-только прошел обучение и тренировки, я попаданец, я должен рвать и метать, решать мировые проблемы по щелчку пальцев, собирать гаремы, сокрушать богов! Я не могу умереть от лап болотной твари, еще и болезной в придачу!       В каждом шаге когтистой лапы чувствовалась поступь смерти. Хищник понимал это и не спешил. Отыгрываясь за разбитый клюв, скар замирал, водя по воздуху шипом и издавая насмешливое “ка-ка-ка”.       Увлекшись, зверь упустил из виду шевеление со спины, а может посчитал его не опасным. Однако, не стоило недооценивать Прифиса с заряженным арбалетом. Пусть и опыт его стрельбы ограничивался одним болтом, пущенным по случайности, но промахнуться с полутора метров довольно сложно. Снаряд вошел в нижнюю часть живота и вышел у основания левой лапы. Истошный крик боли раненого зверя стал для меня спусковым крючком. Рывок вперед, активация шокер тега и маленькая молния бьет в основание черепа, выгибая чешуйчатое тело дугой. Не теряя время достаю оставшиеся шесть и разом отправляю заклинания в закатившиеся глаза рептилии. Надеюсь, этого хватит чтобы поджарить ей мозг. Для верности воткнул в подбородок притихшей твари пару болтов до упора и поспешил осмотреть раненых.       Га помимо ран на ногах не пострадал, кровь остановил жгутами из обрывков набедренной повязки, жить будет. Жаль он теперь некоторое время не ходок. Ру вдобавок к порезу на боку обзавелся кровоточащей рваной раной на спине. Грым и Хым исполосовало предплечья обеих рук до самых костей. Ха повезло больше всех, отделался ушибами и относительно легкими царапинами. В отличие от Прифиса.       Спасший мою жизнь выстрел из арбалета стал для того фатальным. Не знаю, сознательно ли или из-за конвульсий, но хвостовой шип пробил парню грудь насквозь, лишь чуть-чуть разминувшись с сердцем. Удачи в этом было мало, пробитое легкое уже заливало кровью и частое хриплое дыхание давалось раненому все с бОльшим трудом. — Ха, дорогу до гарнизона найдешь? Отлично, бегом туда, пусть вышлют подмогу. Ру, руки целы? Бери вот эту мазь, она поможет остановить кровотечение, как закончишь постарайся перетащить Гу сюда. Бинты возьмешь в том мешке, стяни хоть как-то края раны, я позже нормально перевяжу. — Го... Звер.. — пробулькал Прифис, после чего закашлялся, отхаркнув немалое количество крови. — Тихо, боец, не говори, хуже станет. Сейчас тебя подлатаем, — ага как же. Чем мне его лечить? У меня только бинты, мазь от царапин, синяков и ссадин, обезбол да кровоостанавливающая мазь! При пробитом насквозь легком, этим максимум облегчить страдания можно. Бедолага не загнулся от кровопотери только потому, что шип все еще торчит в теле. Что мне делать? Что? Мои познания в медицине на уровне сериалов про врачей. Хрена с два там обсуждали сквозное ранение легкого! Так, не паниковать, не паниковать, Прифис задыхается, нужно сделать хоть что-то. Обезбол. Мазь, жидкий в виде зелья, использую весь какой есть. Вот, уже лучше. Парень хоть задыхается и кашляет кровью, но хоть не кривится от боли на каждом вдохе. Дальше надо кровь из легкого убрать, она, вроде, мешает дышать. Чем? Вытащить наполовину шип? Не вариант, истечет кровью. Сделать новую дыру? Та же фигня. Сначала бы остановить внутреннее кровотечение. Где эти всемогущие лечащие заклинания? Где артефакты? Почему у меня есть только ущербная полевая аптечка? Ягоды, кровяной лист, что-то варить из них придется не менее часа, какая польза от могучих ингредиентов, если зелье из них готово будет слишком поздно? — Зверь, — голос Прифиса прервал мое самобичевание. — Я же сказал молчи, экономь силы... — Я... умру? — Да, — не смог я соврать, глядя в глаза, которые подернула пелена приближающейся смерти, — мне нечем вылечить такую рану. Да я даже кровь остановить не могу. Пойди я на болота на месяцок позже, с полным комплектом арсенала и нормальной магической аптечкой... — Причина... теплицы? — А? — почему речь зашла о них? Хотя пусть, пусть говорит о чем хочет, лишь бы сознание не терял. — Ну да, на них срочно требовалось топливо, но не будь мы так самоуверены, вполне уговорили бы Фотия на отсрочку и акклиматизацию. Времени то года полтора есть, хоть и не особо сытых. — А с... теплицами... года будут... сытыми? — Да, Леха обещал если материалы будут, то сделает. Топлива я наварил на месяц вперед, все будет... — Хорошо, — перебил меня Прифис и вновь зашелся судорожным кашлем. — Значит... моя смерть... накормит братьев и сестру. Достойно, — после этих слов губы, с уголков которых стекала тонкая струйка крови, разъехались в улыбке, а веки сомкнулись. — Прифис? Эй, Прифис! Очнись!       Хрипов больше не было слышно, значит он перестал дышать. Попытка повторить некогда изучаемое на уроках ОБЖ искусственное дыхание провалилась, полный рот крови намекал на столь же полный отказ легких. Прифис был мертв, и рядом со мной остывал его труп. О чем были его последние слова? Что значит достойная смерть? Почему она накормит его родных? Неужели он настолько поверил в меня и мои возможности накормить всех голодных?       Ха, да как я смогу провернуть подобное? Именно из-за моих ошибок погиб Прифис. Стоило заметить сигналы чуйки, а не списывать их на очередную зыбучую грязь, обратить внимание на отсутствие живности в округе, очевидно попрятавшуюся от матерого хищника, не снимать шлем во время сбора кровяных листов наконец! Не случись хоть что-то из этого и Прифису не пришлось бы отвлекать внимание на себя и умирать за меня. За... меня?       Лять, а ведь я реально мог сегодня умереть! Еще минута и хвост снес бы башку мне! Как? Почему? Я же попаданец, избранный, главный герой, который не умрет ни в каких передрягах! Или... нет?       Очнись, дурень. Это не сказка или героический эпос, а суровая жизнь, которую не поправить и магией. Здесь умирают и умирают легко. Или мертвого тела недостаточно для того, чтобы разбить розовые очки?       За самоуничижениями проморгал явившийся на подмогу отряд. Десяток лурденов под командованием Виско, заместителя командира гарнизона из “светлых” полукровок, быстро погрузил раненых и добычу на ларвеков: пятиметровых бирюзовых гусениц в хитиновом панцире. Насекомые помогали закреплять груз, выделяя клейкую жидкость из среднего сегмента тела. Стремные, но забавные, повадками напоминают злобных собак.       На обратном пути раз за разом прокручивал в голове последние события. Мне никак не давали покоя последние слова Прифиса и я спросил о них у Виско. — Почему полукровка посчитал свою смерть достойной? Вы разве не знаете? — но мой добрый и понимающий взгляд помог Виско быстро перейти от вопросов к делу. — А, ну это... Прошу прощения, господин Зверь, я объясню. Все полукровки — прирожденные войны. Мы выше и сильнее, быстро растем. А светлые еще и нередко одарены умом. Наша цель и долг — помогать семье. — Да, семья — это важно. — Все полукровки с малых лет служат в армии рода Эсканор и за это наши родители, братья и сестры могут не беспокоиться о пище на завтрашний день. — А почему именно они? Как же жена, дети? — на мой вопрос Виско со смесью недоверия и удивления некоторое время всматривался в глазные прорези шлема, но потом пробурчав “аристократы...” таки ответил. — У полукровки не может быть детей. С давних пор известно, что ни с человеком, ни с галготом мы не сможем продолжить род. Говорят, находились даже полоумные, ухлестывающие за лурденами... с тем же результатом. Потому для нас нет ничего важнее семьи из которой мы вышли. — Эм... а полукровка с полукровкой? — ВСЕ полукровки мужчины, господин.        Выходит, Прифис не просто поверил в меня и мои россказни про теплицы, но и поставил мою жизнь как “кормильца семьи” выше своей? Неужели я выглядел столь надежным? Это ведь пока только Лехины предположения, которые хоть и с высокой вероятностью рабочие, но на практике могут оказаться совершенно неработоспособными! Да что там, я даже в преддверии болот умудрился чуть не сдохнуть! — Если вам так приглянулся Прифис и его семья, — неправильно растолковал мое молчание Виско, — то можете не беспокоиться. Семья что взрастила война, что помог разить саму гибель топей, да еще и со столь малыми потерями... Ой, безусловно столь славная победа стала возможна исключительно из-за вашего участия, господин Зверь... — Прифис и правда сыграл ключевую роль, без него я был бы сейчас мертв. Но... славная победа? — Последний раз в битву с гибелью топей вступал отряд из полусотни лурденов и полукровок, пяти оборотней и двух магов. В живых не осталось никого, а хищника удалось лишь отогнать подольше от заставы. Было то более десяти лет назад. Вам же с разведывательным отрядом удалось сразить матерого хищника, да еще и вышло выводок живьем захватить. — Каким выводком? — Смилуйтесь, запамятовал. На пути к вашей стоянке натолкнулись на выводок детенышей гибели о трех головах. Все сильно болезные и хилые, без положенных кристаллов во лбу. Легкая добыча и большая удача. Не припомню ни одного случая, когда удавалось захватить даже маленьких гибелей живьем. Конечно, мы никоим образом не хотим отнять вашу славу... но не позволите доверить транспортировку до столицы моему отряду? Для нас нет выше чести быть теми, кто впервые привез столь редких и могучих зверей в столицу. Не пожалеете, в нашем гарнизона я лучше всех управляюсь с ларвеками!       Попытки примазаться к “великой победе и славе” я проигнорировал. Однако, примотанный паутиной к спине ларвека труп скара заставил вновь задуматься. Стоит ли гордится победой над грозой болот “со столь малыми потерями”? Очевидно, что нет. Не допусти я столько ошибок и мой отряд имел шансы не получить и царапины, а допусти на одну больше — и бояться за свою жизнь было бы некому.       Полустон-порурык из-за задетой при транспортировке раны заставил меня обратить внимание на живую часть моего отряда. — Что будет с ранеными? — Зеленые и поцарапанный через пару недель поправятся, а пока поставим выполнять лагерные работы. Если у безногого найдутся родичи, что возьмут его на содержание, то отправится к ним, нет — умрет. — В смысле? — Без ног лурден на болотах бесполезен, а кормить задарма его никто не будет. Последнее, чем мы можем ему помочь — яд легкой смерти, но калеки чаще выбирают стать приманкой на охоте, такая смерть более почетна.       Э? Не-не-не! То есть по моей вине погиб не только Прифис, но и Га из-за пролюбленного шлема теперь живой труп? Хренушки! — Вот что, Га... безногого, я запрещаю отправлять на смерть каким-либо способом. Пристройте его на недельку-другую, он мне будет нужен для отработки лечащих препаратов. Отряд не расформировывать, подберете нового командира порасторопней и ждите моего прибытия.       Накосячил? Исправляй! Зельевар я или погулять вышел? Стоит Лехе собрать Распальцовку, мигом лурденов на ноги поставлю. А потом мы покажем болотным тварям, кто тут самый опасный. Огневой мощи арбалета и шокера не хватило? Будет вам огнемет, напалм и динамит! Плевать что там скажет Леха, щиты, огнестрел, газовые облака... мало чего еще за неделю придумаю, но встряску трясине устрою до самого дна. Меня же ей уже не достать, второй раз я снимать шлем буду уже посреди выжженной пустыни. Хи-хи-хи.