он любил, она страдала

Кем надо быть , чтобы заставить альтер-эго Разумовского задуматься и расскаяться? Она была светом для тьмы в душе Серёжи, о которой даже не знала. Они оба считали, что не заслуживают её. Ведь эта девушка словно была знаком стоп для них. Птица даже не совался на место Сергея в моменты её пребывания рядом. Словно боялся спугнуть это чудо. Он и не собирался перестать вершить правосудие, но глядя на эту молодую особу появлялся страх, что она раскроет его злодеяния и всё о чем он думал уходило на второй план, и число жертв, которым предстоит предстать перед ним, и даже его чувства уходили, уступая место лишь ревности к тряпке, которой он считал Сергея. Ему хотелось, чтобы она также нежно обнимала его и шептала на ухо, как Разумовскому. И непонятно почему он никак не мог набраться смелости завладеть ею. Стать хоть на один для неё Сережей и чувствовать её тепло. Но когда-то его страхи должны были стать явью, и должен был он посмотреть ей в глаза лично. Он понял это как только она вошла в здание спустя несколько минут как на него одели наручники. Разочарование, боль и непонимание в глазах его единственной надежды на человечность сжали что-то в области груди до такой степени, что он был готов упасть на колени и разрыдаться как маленький ребенок. И лишь когда она подошла он взял себя в руки. Он услышал её тихий, надламывающийся от горечи обиды голос. -Почему? Она стояла прямо перед ним, заглядывая прямиком в душу. И даже Гром отступил давая им минуту на прощание, ведь больше даже оказавшись на свободе он не решится посмотреть ей в глаза. Всё, что он смог это выдавить из себя слова похожие на мольбы о прощении. -Мне нехорошо...- она молча на него уставилась ожидая продолжения, пока у него в голове крутилась лишь одна мысль: "я сам себя сжег". По его щеке предательски скатилась слеза, он еле как нашел в себе силы продолжить: -Позволь мне поверить, что я всё могу изменить... Вслед за этой фразой по его щекам пролилась новая порция слез. Он не поднимал на неё взгляда, когда она этого ждала. Смирившись, глотая ком в горле и сдерживая рыдания она развернулась и ушла. Никогда ещё Птица не чувствовал себя жалким и одиноким до этого момента. Он полностью раскаялся и желал вернуть всё назад, лишь бы она была рядом и смотрела, пусть даже не совсем на него, своими горящими глазами. Он жалел...