Прекрасное утро, чтобы проклясть все...

      На утро Хан выглядел так, будто по нему что–то проехалось: усталый взгляд, гнездо на голове, синяки под глазами, оно и понятно, ведь он не могу заснуть пол ночи. Все крутился и крутился, а в мыслях был он. Черт, который не выходил из головы все это время, даже, кажется, начинает обживаться там. Слишком часто Хан думает об этом парне, которого он видел всего три раза в жизни и с которым обмолвился парой фраз за все это время. Что у него за сила такая, которая не дает покоя милому мальчику, стоящему у зеркала и пытающегося замазать тоналкой все эти последствия «бурной» ночи.       Кое-как собравшись, Хан отправился на автобус, в котором обнаружил своего верного товарища. Ликс тоже ехал на работу, но настроение у него было получше, да и выглядел он также, в отличие от некоторых. Феликс рассказал, что тот начальник, которого он почти начал ненавидеть всей душой, благосклонно отнесся к его наработкам и предложил встретиться, чтобы обсудить детали.       Хорошие новости, вот чего не хватало этим утро Джисону, чтобы поверить, что день может пройти лучше, чем он ожидает, ведь парень засыпает на ходу, какая от него сегодня будет польза? Но работа есть работа, всегда можно прикурнуть в комнате отдыха, не зря же она там есть.       Добравшись до работы, Хан устроился на своем столе, подложив под голову руки, и решил доспать эти 20 минут, что оказались у него в запасе. Вокруг топают люди, вот скрипнула дверь, а вот кто–то куда–то побежал. Стук каблуков, очень успокаивает, кто–то поздоровался, так, стоп, кто–то поздоровался. Хан, приложив все усилия, поднимает голову и видит над собой Намджуна, махающего рукой перед его глазами.       – Не выспался?       – Не то слово, вообще без сил, – грустно вздохнул Хан и снова улегся.       На этот раз тишину прервала кипа бумажек, стукнувшая по столу Джисона, это была Валес.       – Да кто же так делает, сбрасывает на человека такую работу и сваливает в небытие, даже дозвониться невозможно, ой, Джисон, прости, я тебя разбудила? – нервно произнесла девушка.       – До кого ты не можешь дозвониться? – поинтересовался Намджун, выглянув из–за своего стола.       – До Чана конечно же, этот недочеловек оставил на меня свою работу, а сам укатил, а я даже не знаю что мне делать с этими бумагами, – еще раз она ударила ими по столу Хана, от чего тот подпрыгнул.       Джисон понял, что поспать здесь ему не удастся, поднял голову и увидел кучу листов, что–то подобное Бан дал ему перед отъездом.       – Если хочешь, я могу взглянуть, кажется, я делал что–то такое, да и со своим закончил – предложил свою помощь Хан и сразу пожалел, потому что увидел, как глазки–бусинки перед ним загораются, будто кто–то только ждал, пока он предложит свою помощь.       – Хани, дружочек, ты лучший, я еще ни раз тебе это повторю, – Валес оставила все бумаги на столе и отправилась восвояси, оставив Джи с задумчивым видом. Он был уверен, что им только что воспользовались, но поделать с этим уже ничего не мог, такая у него натура, не мог оставить девушку в беде.       – Ты такой профан, дружище, – сказал Ким и отвернулся к своему столу, чтобы обезопасить себя от лишней рутины.       Хан устало взглянул на всю эту кипу и со вздохом опустил голову на стол, предварительно пару раз ударившись об него же.       Кое-как прожив сегодняшний день, Хан направился домой. Он успел сделать 30% от той работы, что ему всучила Валес, именно на этой цифре и находилась его продуктивность. Дома его ждала полная тишина и умиротворение, из последних сил, Джисон принял душ и завалился в постель.       Только не это, только не опять. Как только он закрывает глаза перед ним вырастает фигура, очень красивая фигура, с красивыми и сильными руками, широкими плечами, красивым острым носом и манящими.... Так, стоп, нет, я не могу, не снова, я хочу спать. Да за что, уходи из моих мыслей, оставь меня, почему тебя не было утром, почему сейчас.       Около часа Хан провалялся в кровати, пытаясь думать обо всем угодно, он даже пытался считать овец, но на 50–ой заметил, что их мордочки обретали знакомое очертание и в сознании прыгал Ли, одетый в овечью шубу.       До часа ночи, Хан страдал от прилетавших мыслей о том самом красавчике из комнаты отдыха. Хотя и страданиями это сложно назвать, когда твои мысли посещает такой мужчина, как Ли Минхо. А когда эти мысли превращаются в фантазии, то грех жаловаться. Но сон никто не отменял, человеку нужно отдыхать, мозг Джисона, кажется, был не в курсе этого правила и мучил его до 2:30, оставалось спать еще 3,5 часа, и Хан уже решил, что нет смысла пытаться заснуть, как отрубился.       Он очнулся с горем пополам и отправился на работу, зайдя в любимое кафе. У барной стойки сидело пару человек, но свободные места еще были, поэтому он устроился именно там, сделав заказ, Джисон оглянулся и заметил в мужчине рядом с ним знакомые черты, то ли от усталости и расфокусированного взгляда он сразу не понял, но эта фигура оказалась никем иным, как Ли Минхо. В эту секунду, пока Джисон пялился на человека перед ним, Ли обернулся и одарил его улыбкой.       Джисон был в ступоре, за все время работы он не видел здесь никого из своего офиса, будто это место зачарованно и только он один знает о его существовании. А Минхо наклонился, подзывая его чуть ближе, и когда Джисон среагировал, Ли шепнул сладким голосом: доброе утро, Сони. Хан опешил и резко поднял взгляд, между их носами оказалось непозволительно маленькое расстояние. Лицо загорелось, отодвинуться Хан не смог, физика работала против него, неведомая сила притягивала, но пока он сдерживал ее, рассматривая лицо напротив. Ли, так же не терял бдительности, смотрел, почти не моргая, в глаза напротив и тонул в их притягательности. Он позволил себе столкнуться носами, от чего Хан громко сглотнул и направил взгляд на чужие губы, которые захотелось сделать своими. Этот жест не остался незамеченным, Минхо наклонился ближе и Джисон не оттлокнул его, что послужило зеленым светом. Тот рукой потянул Джи на себя, и Хан резко поднимается с кровати. Весь в поту, Джисон пытается придти в себя. Что это только что было? Это просто сон о твоем коллеге, где вы почти целовались, это же нормально, да у всех бывает, я уверен. Это ничего не значит.       Но уверенность Джисона подрывается, когда он начинает чувствовать, что–то неспокойное внизу живота. Кажется у него утренние проблемы, возникшие из–за аппетитного мужчины в его сне.       Сону самому за себя было стыдно, никто об этом, конечно, не узнает, но от мысли о том, что это произошло, из–за мыслей об этом парне, смущало нереально. Да еще теперь и эта проблема, которую нужно решить и незамедлительно.       На часах было 5:20, до будильника еще 40 минут. Было все еще стыдно делать это с мыслями о парне, которого он даже не знает, поэтому первое, на что он решился, это принять холодный душ, но даже он не помог избавиться от мыслей о тех манящих губах, что тянулись к нему. От воспоминаний все становилось только хуже, и Хан уже не справлялся с наплывающими чувствами, сводящими все больше частей тела. Это не могло так продолжаться, ему было необходимо снять с себя это напряжение.       Потянув руки к своему возбуждению, Джисон не смог сдержать стон, настолько его увело от мыслей. Каждое движение заставляло выгибаться от захватывающих эмоций. Разрядки долго ждать не пришлось, Джисон был опьянен наслаждением, ему потребовалось несколько минут, чтобы придти в себя и снова принять душ.       Бурное утро на этом не закончилось, заигравшись в ванной, Хан опаздывал на автобус, пришлось собираться впопыхах. На рейс то он успел, но забыл очень важную вещь – кошелек. Стоял рядом с кондуктором и проверял все карманы, Джисон смущенно взглянул в глаза женщине и уже был готов клясться, что заплатит на обратном пути, одолжив денег у друзей, но тут подоспела помощь. Парень протянул 3000 вон кондуктору, на что та протянула 2 билетика.       – Это тебе, держи, – улыбнувшись, сказал незнакомец.       Хан взял билет из протянутой руки и был готов почти расцеловать этого парня, но не был уверен, что тому понравится.       – Спасибо тебе, я все отдам, честно, только дай свои контакты и к вечеру я в долгу не останусь, обещаю, – протараторил Джисон.       – Мои контакты? А ты не любишь растягивать удовольствие, меня, кстати, Пен зовут, – протянув руку, сказал парень.       – Ах, а меня Джисон, приятно познакомиться.       – Имя такое же красивое, как и ты, – подмигнул новый знакомый.       Тот засмущался, но посмотрел в глаза напротив, они были зеленого цвета, видно, парень не из этих краев, да и имя необычное.       В отличие от Хана, Пен нашел нового знакомого очень привлекательным. И нашел он его не только что, Пен давно присматривается к красавчику перед ним, нет, он не сталкер, просто долгое время не мог придумать повода подойти и стеснялся начинать разговор, а тут такой шанс подвернулся.       – Можешь угостить меня кофе, и возвращать ничего не придется, – с улыбкой сказал Пен.       Нет, Хан точно не был готов к такому повороту. К нему, конечно, подходили знакомиться, но он быстро сбегал под разными предлогами, может он не был в тот момент заинтересован в отношениях или боялся их, а может себя, потому что осознание того, что ему нравятся парни пришло не сразу, даже некоторое время отрицалось. Но что есть, того не отнять, слишком много привлекательных парней ошиваются вокруг, как тут совладать, а особенно тот самый, что нарушал спокойную жизнь уже вторые сутки. Но вот, перед ним стоит милый парень, приглашающий на кофе. Хан пару минут смотрел вперед и пытался уловить мысль. – Это ты меня на свидание приглашаешь? – Нет, это ты меня приглашаешь, так значит завтра в 6? – с еще более заигрывающим взглядом спросил Пен. Хан остолбенел, но мозг продолжал двигать шестеренки. Долг все же отдать надо, и какая разница как, можно и кофе попить в компании миловидного парня. – Да, завтра в 6, – осталось выбрать место, какое же кафе выбрать, чтобы всем было удобно, – ты знаешь кафе HEYDAY? – Да, я недалеко от него работаю. Хан был рад, что именно это кафе они посетят, там он себя чувствует уютно и надеется, что это поможет сгладить острые углы, если такие будут. – Здорово и спасибо еще..., – не успев договорить, Джисона затолкали вошедшие люди, и парни разошлись в разные стороны автобуса. Хан видел темную макушку высокого парня, сделавший утро еще более неловким. Оставшуюся дорогу Сон шестым чувством ощущал, как на него кто–то смотрит, но может это воображение разыгралось. До обеда пришлось работать в поте лица, скоро должен был вернуться Чан, а он еще не все сделал. Свою часть работы то он выполнил, но вот над работой Валес еще придется попыхтеть. На обед Хана почти тащили силой, Ким подхватил под руку и повел в столовую, где за столиком сидели остальные. За этот час, Хан повысил свой заряд и приступил к оставшейся части работы с новыми силами. Конец рабочего дня, все собираются по домам, только Джисон решил немного задержаться, чтобы завтра не возвращаться к этой части, поэтому пришлось написать Пену о том, что сегодня не выйдет, а может никогда не выйдет, не хотелось ему знакомства, точно не сейчас. Намджун уже ушел, и на этаже оставалось совсем мало людей, в этот раз Хан направился к выходу не так поздно, как в тот вечер. Когда Джисон проходил пустой коридор, на него нахлынули воспоминания, когда Ли предложил подвести его, точнее почти затолкал в машину и насильно вез до дома. И почему–то, Хану захотелось увидеть его нечитаемое выражение лица, стало интересно, о чем он думает, что прячется в его красивой голове? И, конечно, хотелось разобраться что за странное влечение он испытывает, неужели это то самое о чем он догадывается. Но, как говорится, вспомни солнышко, вот и лучик. Джисон вышел из лифта и направился к выходу, но резко остановился, увидев, как в двери входит Сынмин и Минхо, что–то обсуждая и не замечая ничего вокруг. Минуту назад Джисон желал видеть его, но сейчас хочет исчезнуть, слиться со стеной, внезапно он начал заливаться краской от мыслей, в которых мелькали картинки Минхо и его губы. В голову полезли воспоминания сна, потом утра и все это вместе вылилось в такую реакцию. Хан замотал головой в поиске мест отступления, но как только ему приглянулся пустой угол, он услышал голос. – Здравствуй, Джисон, – подойдя ближе, поздоровался Ким, позади которого прятался Ли. – Здравствуйте, начальник, Минхо, – поклонился Хан и попытался катапультироваться, но Сынмин не из робкого десятка, он хотел помочь своему другу, хотя его никто не просил, но это хороший повод подразнить Минхо. На правах лучшего друга, Мин решил действовать в интересах Ли. – Ты случайно не перерабатываешь, Джисон? – с небольшим наездом спросил Ким. Хан вспомнил, как Минхо говорил, что босс не любит, когда подчиненные злоупотребляют рабочим временем. Было мало времени что–то выдумывать и Джисон выпалил все, что было на уме. – Было срочное дело, которое я не мог отложить на завтра и немного заработался, время так быстро летит. – Что за дело такое, что пришлось правила нарушать, которые установил, кстати, твой уважаемый начальник? – угрожающим взглядом сверкнул Ким. У Хана все сжалось, он не хотел расстраивать директора, особенно портить отношения с ним, но к вечеру мозг уже не хотел работать, и пришлось рискнуть. – Это было в первый и последний раз, обещаю, просто было очень нужно, простите меня за правила, я больше не буду. Хан выглядел, как нашкодивший школьник и отчитывающийся перед директором. Он был почти уверен, что его подкупающий взгляд сработает, но было одно но, которое стояло за спиной Кима и смотрело прямо в глаза. Ли Минхо, который однажды застал Хана работающего допоздна и подвозивший его до дома. Джисон старался не отводить глаз от начальника, чтобы тот в полной мере ощутил раскаяние своего работника, но с другой стороны, нужно было взглянуть на Минхо, чтобы убедить его взглядом ничего не говорить, он боялся, что тот сдаст его. – На первый раз я тебя прощаю, но с условием, что такого больше не повторится и ...– посмотрев на Минхо, продолжил Сынмин, – Ли подвезет тебя до дома, – с гордой улыбкой свахи закончил Ким. Хан впервые за это время взглянул на Минхо, который смотрел то на Кима, то на Хана и пытался что–то сказать, но язык не поворачивался. На данный момент в голове Ли творился полный кавардак, он немного благодарен Сынмину за повод пообщаться с Джисоном наедине, но Ким та еще задница, даже не предупредил его о плане, что застало врасплох. – Хорошо, ваши правила – закон, спасибо, – уступчиво поклонился Хан, он решил не спорить и направился к машине с Минхо, который до сих пор не проронил ни слова. В планах было у машины вспомнить о внезапных делах и сбежать, осталось не напортачить. Парни подошли к автомобилю и Минхо открыл пассажирскую дверь, впуская Джисона. Хан уставился поодаль и не решался подойти. – Я, это, забыл кое-что, надо вернуться, ты можешь ехать без меня, спасибо тебе, – попытался отделаться Хан. – Ехать без тебя к тебе домой? – с легкой улыбкой отбратился к нему Минхо. – А, нет, не ко мне, к себе, то есть, можешь не подвозить меня, я сам справлюсь, – начал отступать от машины Хан. Минхо прикрыл дверь машины и направился в сторону Джисона. Хан, продолжил движение в противоположном направлении, так и не обернувшись в сторону своего движения, тобишь спиной. Секунду спустя он утыкается в стену, а Ли продолжает приближаться. Резкая боль в голове заставила сползти по стеночке на бетонный пол. Минхо подлетел к нему и хватается своими руками за пухлые щечки младшего. – Джисон, ты как? Где болит? – но Хан только хватался головы, боясь, что она взорвется. Боль только нарастала и начала отдаваться гулом в ушах, прошло около 5 минут, в течение которых Минхо не отходил от него, пытаясь снизить боль поглаживаниями до куда руки достают. – Джисон, я вызываю скорую, у тебя температура, – прикоснувшись лба младшего, сказал Ли. Хан и правда горел, виной могла быть высокая температура или парень напротив. Но факт остается фактом, Хан чувствует себя нехорошо. Работа без отдыха сказалась на нем не лучшим образом, а кто бы выдержал такие нагрузки, сам себя не пожалеешь, никто не пожалеет, но к Хану это не относится. – Не надо, скоро пройдет, – посидев еще минуту Хану стало лучше, и он смог открыть глаза. Минхо помог ему подняться и посадил в машину. – Если станет хуже, скажи, понял? – Джи махнул головой и лег на сидение. Дорогу до дома Джисона, Ли запомнил, поэтому весь путь не тревожил парня, боль которого начала спадать, как только они выехали с парковки, после чего тот засопел. Всю дорогу, Хо поглядывал на сонное лицо рядом и ему очень не хотелось отводить взгляд, но дорога того требовала, он везет слишком ценный груз. Такой красивый, беззащитный принц всего в нескольких сантиметрах, к нему так хочется прикоснуться. Минхо даже попытался, но одернул руку, когда заметил шевеление, но Хан не проснулся, просто вертелся во сне. Когда Ли подъехал к дому, он еще немного поглазел на спящую красавицу и разбудил ее. Хан, еле разлипив глаза, очнулся, вспомнив, где он и что происходит, вздрогнул. – Мы приехали, Хани. – Оооо, да, спасибо Минхо, – сделал паузу Джисон, – за все. Хан попытался отрыть дверь машины, но та была заблокирована. – Ты думаешь я тебя так просто отпущу?– наклонив голову в бок произнес Ли. Хан словил небольшую панику, прям словил, похожую на гей-панику, даже в таком состоянии он мог об этом думать. – А, мне надо заплатить или еще что–то, ты только...., – не успев закончить, Ли вышел из машины и подошел к двери Джисона, открыл ее и жестом попросил того выйти наружу. – Я провожу тебя, дурачок, если бы ты себя видел, то точно бы не отказался, так что давай ключи и говори номер квартиры. Хан не был в восторге от этой идеи, а может и был, где–то глубоко в душе, но припираться он не был в силах, так что сделал, что его просили и направился к дому. Минхо невесомо поддерживал его, чтобы поймать того если что, и это пригодилось, как только на их пути появились ступеньки. Ли почти донес шатающегося Джисона до двери, открыл дверь и ввалился с телом на руках в темную комнату. Закрыв дверь, он попытался нащупать выключатель, немного побродив рукой по стене, включился тусклый свет, и комната показалась во всей красе. Маленький коридорчик, заставленный всякими вещами и обувью, дверь, которая, вероятно, вела в ванну, а напротив входной двери была арка, которая вела в зал, за которым пряталась комната владельца квартиры. Завалившись через дверной проем, Минхо положил Джисона на диван и отошел, чтобы налить воды. – Было бы неплохо найти градусник и может какие–нибудь лекарства, – кричит из кухни Ли. – Все есть в ванной, в верхнем ящике, – уставшим голосом говорил Джисон. Ли, отдав кружку больному, направился в ванную комнату. Все было как обычно: душевая кабинка, туалет, раковина с большим зеркалом, по бокам которого красовались лампочки и в углу шкаф. Ли открыл дверцу и на верхней полке обнаружил аптечку. Минхо отдал градусник Джисону и сел на кресло рядом с диваном. Хан, вставив градусник, поднял глаза на парня рядом и увидел, как тот не отрывает взгляда от него и смотрит с неописанным волнением. Никто даже не думал отворачиваться, они молча смотрели друг на друга, пока тишину не прервал шум из окна. Кто–то громко спорил, тогда Ли встал, чтобы закрыть окно, дабы избавиться от источника шума, ведь Джисону хочется отдохнуть, а никак слушать ночные разборки. Градусник пропищал и Джисон увидел показания 38,3. Минхо выхватил из его рук прибор, взглянув на больного, подошел к аптечке и начал активно рыть. – Что ты пытаешься найти? – наконец–то разорвал тишину Хан. – Жаропонижающее, нужно сбить температуру, пока не стало хуже. Хан продолжил молча смотреть, пока Хо восторженно не поднял руку с нужным лекарством и вынув таблетку из пачки, протянул ее Хану. Тот выпил, даже не уточнил, что это и завалился на диван. – Ты будешь спать здесь? – поинтересовался Минхо. – Да, до кровати надо еще идти, а мне не хочется.... В эту секунду Ли подхватил больного на руки и пошел в сторону комнаты. Джисон, не успев очухаться, схватился за шею несящего его парня, чтобы не грохнуться. – Ты чего делаешь? – Тебе нужен покой, и удобная постель, поэтому ложись и отдыхай, – направляясь к выходу, сказал Ли. Как только голова Хана коснулась подушки, тот недолго думая, укутался в одеяло и отправился в мир снов, завтра повозмущается.