***
Лиза ненавидела Максима, и тот отвечал ей взаимностью. Они уже сами не помнили, почему неприязнь за 11 лет учебы выродилась в какую-то извращенную ненависть. Просто однажды это стало константой, которую никто не смел оспорить. Каждый день начинался оскорблениями, и ими же заканчивался. Главной целью, главным счастьем и главной удачей было унижение врага, а главной угрозой — его ответ. — Уродов сюдя не звали, Макарова, — говорил Максим. — Тогда нахрена приперся, Петров? — Бешеную собаку ловить. — Что, даже собаки тебя не выносят? — Судя по тебе — да! Редкая их перепалка их не доходила до драки, и учителя дружно хватались за головы: по отдельности эти двое учеников довали невероятный результат, но вместе — только взрывной. То утро, как и миллионы других началось с перебранки. — Кого я вижу, Петров! Неужели тебя еще не переехала машина? — Видимо, за тобой гонялась! — Не успела! Ты тренировал что ли? — Мимо. Просто козы быстро бегают. — УБЛЮДОК!!! Лиза кинулась на него, изо всех сил стараясь ударить побольнее. — ПОМОГИТЕ! НАСИЛУЮТ! — заверещал, задыхаясь от смеха, Максим. — ПЕТРОВ! МАКАРОВА! — в класс влетела математичка, красная от злости, — БЫСТРО К ДИРЕКТОРУ!!!***
Вечером Лиза шла из школы, где ее и Макса оставили на продленку, и дулась. Серьезно, это же он ее обозвал! Это Максим повел себя как тупой вырожденец, а не она! Лиза летела по улице, взбешенная донельзя. Она не глядела по сторонам, не думала ни о чем, кроме своей великой обиды. Это Максим!!! Да как вообще можно таким дауном родиться? Или его в детстве нарочно роняли, чтобы попридурошнее сынок вырос? — Стой, дура!!! Лизу резко дернуло назад, а уже в следующую секунду перед ней пронеслась машина. — Куда прешь? Глаза на рынке продала чтоли? Лиза несмело обернулась, и с шоком узнала противную максову морду. — Ты… Ты это… Это зачем? — запинаясь, произнесла девушка. — Всмысле «Зачем»? Ты чуть под машину не попала! — Зачем ты мне помог? — А что я должен был делать? Стоять и смотреть? — Но мы же… — Враги. Вот в стенах школы и будем врагами. А тут, — он обвел рукой улицу, — Большой Жестокий Мир, где лучше держаться вместе. Сказав это, он развернулся и ушел, оставив Лизу молча смотреть ему вслед. Какой же Макс всё-таки странный. Вот вроде урод, но урод какой-то неправильный. Слишком правильный, слишком добрый урод. Гхм… Добрый…