Перипетии [Human AU]

– Так, как все прошло? – спросила Луз, разливая кипяток по кружкам.        Ида немного помолчала, не зная, с чего начать. – Помнишь я вчера говорила, что из-за болезни перестала общаться со всеми друзьями? – наконец спросила женщина. – Помню, – ответила Луз. – И ты встретилась с кем-то из них? – Если честно, у меня было не так много друзей. Знакомых много, но все отсеялись сами, лишь один человек и правда пытался поддерживать со мной связь, когда я отдалилась, – Ида сделала паузу, будто бы вглядываясь в темноту черного чая в своей кружке, – И лишь этого одного человека, самого близкого, я оттолкнула.        Луз не решилась ничего сказать, начиная осознавать, что это была за встреча.

***

       Ида познакомилась с Рейн, когда им обоим было по четырнадцать лет. Она бесцельно шаталась по улицам после школы. В подземном переходе всегда было многолюдно, поэтому уличные музыканты то и дело устраивали там выступления. Тот день не был исключением. Обычно Ида просто проходила мимо, но в тот раз ей очень понравились и мелодия, и музыкант. Только вот мелочи у девушки совсем не было. Не растерявшись, она пошла в магазин. Да, денег не было, но украсть горсть конфет с полки для нее было не впервой. Она вроде бы и знала, что это неправильно, ее даже пару раз ловили на этом, но если она может легко получить что-то бесплатно – почему она не может это взять?        Так, вперемешку с монетами, в чехле Рейн оказались конфеты. – Ты круто играешь! – сказала Ида. – Прости, денег нет, только конфеты. – И за них спасибо. Меня зовут Рейн. Мне кажется, я видели тебя в школе. – В школе? Я тебя не помню, – удивилась Ида. – А я помню, ты еще часто ходишь вместе с сестрой, правильно? У нее тоже рыжие волосы, как у тебя, – сказали Рейн. – Да, это правда, – подтвердила Ида.        В тот день они с Рейн гуляли до самого вечера, не переставая болтать о самых разных вещах. И в следующий тоже, и почти каждый день после этого.        У Иды было много знакомых, но до Рейн она по-настоящему доверяла лишь своей сестре Лилит. Но семья – это все-же немного другое. Да и у Лилит часто не хватало времени для сестры из-за учебы. С Рейн все было иначе. Во-первых их общение было построено исключительно на том, что им правда интересно вместе. Во-вторых, чем бы каждый из них не занимался, у них всегда было достаточно времени друг для друга.        В один из дней они сидели дома у Рейн. Ида неумело держала в руках старенькую акустическую гитару. У нее никак не получалось зажимать эти чертовы аккорды. Рейн без особых результатов пытались пальцы в правильном порядке. – Я тебе говорю, это бессмысленно. Я уже поняла, что это не моё, – девушка упала на диван, придерживая гриф одной рукой. – За двадцать минут поняла? – усмехнулись Рейн. Они сели рядом. – Не все сразу. Научишься, если захочешь.        Ида вздохнула, достала из кармана две карамельки. Одну закинула в рот, другую протянула Рейн. – Не краденные, я надеюсь? – они недоверчиво приняли сладость. – Нет. Я же тебе пообещала, что больше не буду, – честно ответила Ида. – Но, наверное, это у меня какая-то болезнь. Иногда хочется украсть что-нибудь. – Клептомания? – Наверное, – согласилась Ида. Рейн заметили, что она немного напряглась. В конце концов, признавать, что с тобой что-то не так, всегда непросто. – Знаю, тебе тяжело, но ты умница и обязательно справишься с этим, – Рейн аккуратно взяли девушку за руку. Ида улыбнулась. А каждый раз, когда она улыбалась, мысли музыканта пускались в пляс. – Я надеюсь, тем, что ты украла мое сердце, ты ограничишься, – сказали Рейн.        Ида опешила, уставившись на Рейн. Гриф гитары выскользнул из ее руки, струны издали нелепый звук. Тут Ида рассмеялась. Рейн уже начали мысленно ругать себя, за то, что сказали эту глупость сейчас. – Это было плохо, Рейн, – борясь со смехом, сказала Ида, но придвинулась ближе и положила голову на плечо музыканта. – Я постараюсь, правда.        Рейн выдохнули. В следующий раз они обязательно выдумают что-то более остроумное.

***

       Луз внимательно слушала историю Иды, не перебивая. – Я так сильно их любила, – голос женщины дрожал. – Но, понимаешь, я думала что умру. И я просто начала игнорировать их. Они звонили – не отвечала, приходили домой – родители их не пускали. Я просто запретила себе их любить. Думала, так всем будет лучше. Потом они перестали приходить. Я была уверена, что они смирились. Обиделись на мое поведение и все. Я думала, они не знали, что я болею… – А они…? – спросила Луз. – Они знали. И что болела, и что осталась жива, и не забывали обо мне все эти годы, – сказав это, Ида расплакалась.