Секрет профессора Кана

В этот вечер Ёсан думает, что в жизни ещё не был таким возбуждённым. Он, забежав в туалет для персонала, облокачивается на дверь и снимает с себя шорты, что неприятно жмут в области паха. Кану хватает нескольких движений вдоль члена, чтобы кончить в руку и сдавленно застонать, прикусив нижнюю губу. Мужчина смотрит на свою руку, с которой грозятся упасть на пол капельки спермы, и понимает, что в последнее время он явно перенапрягся. Приведя внешний вид в порядок, Ёсан идёт в гримёрку, думая лишь о том, что на сегодня его работа закончена. Кан заходит в помещение и не застаёт Уёна, который, видимо, сейчас танцует на сцене. Мужчина, сев за столик, начинает смывать с себя макияж и размышляет, что заказать на ужин. Он переодевается в свою одежду, что после открытого кроп-топа и облегающих шорт кажется ещё более удобной. Хоть Ёсан и привык к такому рабочему стилю, но в домашней или уличной одежде всегда комфортней. Кан идёт на второй этаж к бухгалтеру, чтобы забрать сегодняшний заработок за сцену и приватный танец (об остальном он, пожалуй, промолчит). Мужчина стучит в нужную дверь и, услышав разрешение войти, заходит в уютный кабинет. За столом сидит бухгалтер, который, увидя Ёсана в проходе, солнечно улыбается. — Ёсан-а, твоя смена уже закончена, — больше констатирует, нежели спрашивает Феликс, и отдаёт конверт с деньгами. — Вот твой доход за сегодня. — Спасибо, Ликс, — Кан слабо улыбается, чувствуя усталость в теле. Как только Ёсан пересчитывает деньги, его глаза вмиг расширяются и непонимающе смотрят на Ли. — Тут точно правильная стоимость? — Да, а в чëм дело? — Просто, здесь больше обычного. Намного больше, — произносит Кан, ещё раз пересчитывая купюры. — Насколько я понял, тебе прилично заплатили за приватный танец, — улыбаясь, хмыкает Феликс и смотрит на него хитрым взглядом. Ёсан лишь вздыхает и пожимает плечами. Что ж, радует то, что его старания оценили по заслугам, как бы странно это не звучало.

***

На следующее утро Кан, как обычно, идёт на свою основную работу. Рабочий день у него проходит в привычном темпе, не происходит ничего сверхъестественного, и сейчас заканчивается последняя пара. — Вопросы есть? — спрашивает Ёсан и, не заметив поднятых рук, хлопает в ладоши. — На сегодня всё, можете быть свободны. Группа постепенно покидает кабинет, а мужчина неспешно собирает вещи в портфель, что-то бубня себе под нос. Кан выходит и, заперев аудиторию на ключ, направляется в свой кабинет, который он делит с ещё одним преподавателем. Как только Ёсан заходит в кабинет и садится за свой стол, в дверь стучит один из студентов. — Профессор Кан, с вами хочет поговорить Юнхо, — говорит заглянувший к нему староста одной из групп. — Можно он сейчас подойдёт? — Да, конечно, — кивает Кан, садясь на своё место. Через пару минут в кабинет стучат, и Ёсан, не отрывая взгляд от телефона, разрешает войти. — Здравствуйте! Меня зовут Чон Юнхо и я… — студент резко замолкает и в упор смотрит на мужчину. Преподаватель, поправив очки, глядит на Юнхо, и его сердце вмиг уходит в пятки, а тело покрывается холодным потом. Перед ним стоит вчерашний парень, которому Кан приватно танцевал и отсосал. — Я… это… Чон Юнхо, да! — мотнув головой, Чон слегка улыбается и кланяется. — Я отсутствовал из-за сборов по футболу и хочу вас попросить дать мне дополнительные задания, если можно. — А, да, конечно, — Ёсан, отморозившись, спешно ищет в своём портфеле папку с заданиями для студентов. — Вот, сделайте и сдайте на следующей неделе. — Большое спасибо! — произносит всё с той же улыбкой Юнхо и, поклонившись, идёт в сторону двери, как вдруг останавливается и смотрит на мужчину. А тот про себя читает все известные молитвы, чтобы Чон не задавал никаких лишних вопросов. — Профессор Кан… — Да, что-то ещё? — натянуто улыбаясь, спрашивает Ёсан. — Нет, ничего. Ещё раз, спасибо, — о чём-то подумав, Чон ещё раз кланяется и покидает кабинет. Как только дверь закрывается, Кан сползает со стула, расстëгивает две пуговицы воротника рубашки и достаёт бутылку воды. Делая судорожные глотки, мужчина слегка давится и, откашлявшись, думает, что это сейчас было. Может, это не щеночек Ю? Нет, это точно он — большие шоколадные глаза и голос явно его. Тогда, почему Юнхо не задал вопрос? Почему не спросил насчёт вчера? Он же точно узнал Ёсана! Или же не узнал?.. Преподаватель стукается лбом о стол и негромко хныкает из-за странной встречи. Он не замечает, как в кабинет заходит один из преподавателей, который замечает его подавленное состояние. — Профессор Кан, вам плохо? — Всё в порядке, профессор Ким, — Кан не смотрит на коллегу, узнав его по голосу, и ложится щекой на деревянную поверхность. — Вот скажите, как преподаватель философии, бывают ли безвыходные ситуации? Ким Хонджун — ровесник Ёсана, преподает Историю философии. Тëмноволосый мужчина, чуть ниже самого Кана, но при этом с уверенным взглядом, прямолинейный и всегда одет с иголочки. Кима уважают в Институте не меньше, чем Ёсана, и не дай бог не знать ответ на тот или иной вопрос — дополнительные задания на экзамене тебе обеспечены. Но, как человек, Хонджун нравится Кану. С ним всегда можно поговорить как на важные темы, так и пожаловаться за чашкой чая на студентов-обалдуев. — С точки философии я так не скажу, но лично с моей — не бывает безвыходных ситуаций, — уверенно заявляет Ким, садясь на своё рабочее место. — Бывают ситуации, выход из которых нас не устраивает. — Мощно, — хмыкает Ёсан, вставая со своего места. — Спасибо за ответ, я домой. У вас ещё пары? — Пары закончились, но я хочу здесь проверить работы студентов, — вздыхает Хонджун, смотря на надевающего пальто мужчину. — Ёсан, если что, я всегда готов выслушать вас. Всë-таки мы не чужие друг другу люди. — Я понял, Хонджун, спасибо, — Кан искренне улыбается ему, ощущая приятное тепло в области сердца. Его окружают хорошие люди, и от этого становится легче. — Хорошего вечера. — И вам. Ёсан выходит из кабинета, а затем — из Института. Закатные лучи солнца красиво окрашивают небо, которое вскоре станет тёмно-синим и будет усыпано звёздами. Мужчина, сделав глоток свежего воздуха, спускается по ступенькам и неспешно направляется домой. Сегодня у него нет вечерней работы, поэтому Кан решает пройтись через сквер, дабы привести мысли в порядок. Идя по широкой тропе, Ёсан с лёгкой улыбкой на лице смотрит на деревья, что скоро приобретут густую зеленую листву, на озорных детей, которые резвятся на площадке под присмотром родителей. Всë-таки покой и умиротворение можно найти даже в столь обыденных местах. — Профессор Кан! — размышления прерывает знакомый голос. Кан, поправив очки, смотрит на приближающегося к нему Юнхо, и Ёсан успел бы уже переволноваться, если не внешний вид студента. У того и куртка нараспашку, и рюкзак за спиной наполовину расстёгнут. Очередной обалдуй. — Студент Чон, за вами гналась свора собак? — мужчина выгибает бровь, пока Чон пытается отдышаться. — Я хотел догнать вас, — застёгивая рюкзак и куртку, говорит Чон и смотрит на Кана, — и спросить… — Что же, студент Чон? — негромко спрашивает Ёсан, закусывая нижнюю губу, на которую парень тут же обращает внимание. — В общем, имя Хэби о чëм-нибудь вам говорит? — едва слышно произносит Юнхо, но этого достаточно, чтобы мужчина покрылся мурашками. — Всë-таки это был ты, — шепчет Кан, взъерошивая рукой светлые волосы, и переводит блестящий взгляд на студента. — Что будешь делать с этой информацией? Расскажешь всем в Институте? Или пожалуешься моему начальству? — Профессор Кан, я вовсе не… — Эй, Юнхо, ты идëшь в кафешку? — позади Чона раздается глубокий голос, и пара замечает нескольких студентов, судя по спортивным сумкам — футболистов. — Вас ждут друзья, — говорит Ёсан и разворачивается в сторону своего дома. — Но профессор Кан!.. — Хорошего вечера, студент Чон, — не поворачиваясь, отвечает мужчина и быстро уходит, чтобы не начался шквал новых вопросов, но уже от других студентов. Кан, выйдя из сквера, позволяет одинокой слезе скатиться по щеке, шмыгнув носом. Он никогда не думал, что хоть кто-то из студентов узнает об его второй работе. И теперь Ёсан не понимает, что делать в данной ситуации, в которой, скорее всего, нет выгодного выхода.