The Burning Cherry Eyes.

-Поехали ко мне, сделаем барбекю? – спросил Брендон, натягивая джинсы. Боже, его тело просто невероятное. -Ладно, - кивнул я, натягивая свою черную толстовку. Я не мог сказать «нет» ни сейчас, ни вообще. Я пытался. В своей голове. Но это невозможно. Мы ехали по дороге, которая сплошь была покрыта туманом и темно-зелеными листьями. Серое небо было почти однородное, все затянуло непроглядной бездной туч. Мне кажется, я слишком погряз во всем этом. Я уже не смогу отказаться от того, что стало для меня буквально всем. С Брендоном мне так легко дышать. Я наслаждаюсь жизнью в тысячу тысяч раз больше, чем когда я один. Хотя еще вчера я думал, куда еще больше? Брендон не может надоесть, как песня. Он всегда неожиданный, яркий, улыбающийся. Я не хотел впускать в жизнь людей, потому что очень боялся их потерять. Все из-за мамы. Она бросила меня с отцом. И я ее не виню, но это все из детства, я не контролирую это. Я так боялся привязываться к людям, подсознательно запугивая себя, что меня бросят. Но теперь мне все равно. Брендон – лучшее в моей серой жизни в сером городе среди серых людей. Брендон слегка улыбался, сжимая мою ладонь своей и едва ли не прыгал, пока заходил домой. -Рай, можешь поставить эту коробку ко мне, пока я буду готовить мясо? – спросил Брендон, зайдя в дом и увидев коробку на кухонном столе. В ней лежали струны, микрофоны и какие-то провода. Я кивнул и взял коробку. В комнате Брендона пахло им. На кровати лежали несколько маек. Видимо, он выбирал перед тем, как поехать ко мне. Я заулыбался, как сумасшедший, осознав, что для него важны такие мелочи. Даже если он придет ко мне в одежде, взятой с мусорки, я все равно… Так, барбекю и коробка. Я поставил ее на стол и начал разглядывать какие-то записи, валяющиеся в беспорядке на столе. Парочка фотографий с Агнесс, возле которых лежит стикер «вклеить» и черная матовая тетрадь. Ее уголки погнулись и расслоились. Я немного нахмурился. Рыться в вещах плохо, но я умру, если не узнаю, что в этой тетради. Я осторожно взял ее в руки, будто я тайный агент на важнейшем задании, и открыл на последних страницах, которые были исписаны.