Дубогром или Гробин?

      Когда Диму поставили в напарники к самому майору Грому, он не верил своим ушам. Мало ли какой градус волнения повлиял на слух, верно? Хороший карьерный рост, полезные советы от самого знаменитого полицейского.       Каждый из них далеко не был командным игроком. Игорь действовал, как считал нужным, а Дима не мог просто так делать, потому что понимал, что это не по уставу. Но каждый взгляд «напарника» на него, кардинально менял план действий. «Да, все же потом отбросил, да, после тебя подставили, Игорь, но я искренне хочу тебе помочь.» — Думал Дима, отдавая полицейскую форму, тогда, когда выпустил Грома. Он действовал, как считал нужным, потому что хотел подружиться с напарником.       Правда, потом самого Дубина заперли в гараже, но все же ему удалось спастись и спасти самого Грома. Пожали потом руки, как хорошие друзья. Разве не круто?       Шли месяцы, а дружба между Игорем и Димой набирала обороты. Их тандем заметно повысил процент раскрываемости, а ещё Прокопенко меньше «пытался» отнять ксиву у майора. А напарник научился выходит из рамок правильности, и что лучше иногда вмазать, чем неуверенно продолжать допрос. В общем, хорошо влияли друг на друга.       Потом почему-то возле Игоря захотелось дольше находиться. Даже в его квартире, где давно остановилась жизнь. Даже в какой-нибудь подворотне, когда Гром нещадно дубасит очередной «источник информации». Потом, по правде говоря, стоило это Дубину дорого. Почему мази от синяков такие дорогие? В аптеках, что были рядом с домом Димы, уже весь медицинский спирт закончился, а идти в какой-нибудь красно-белый за простой дешёвой водкой не особо хотелось. Но это Гром, который для себя мало что делает.       Когда Дубин только узнал про Игоря из новостей, не понимал как он выглядит. Неужели правда камера может так портить человека? Ответ на свой вопрос он узнал, когда лично наблюдал за профилем Грома, вошедшего в участок и странным образом поздоровавшегося с Цветковым. На секунду парень забыл как дышать. Все же камера может.       И с того момента помимо пейзажей, портретов случайных людей все чаще стал появляться напарник. Как бы Дима хотел перестать рисовать Грома, у него это не получалось. Оказался слишком хорошей моделью. Парень мог только грубо обрисовать фигуру человека. Так пара штрихов и типа тело готово. Все же желание нарисовать Грома красиво, а главное, правильно, дало мотивацию для прогресса Дубина, как художника. Высокий рост, широкие плечи, фигура - что-то между прямоугольником и песочными часами. Если бы мужчина занимался в спортзале должным образом, то Диме бы удалось лучше прорисовывать мышцы, однако тот ему не скажет. Никогда.       А ещё при более детальной работе удалось понять, как делать складки на кожанке Грома. Но самым любимым для рисования у Димы всегда был взгляд. Да, Игорь чаще ходил хмурый, чем-то недовольный или вовсе в глазах читалась нескончаемая агрессия. Парень думал, что желание стальной справедливости давало такой эффект.       Сам того не замечая, блокнот, а вскоре и другие, стали заполняться одним Громом. Серьезный Гром, хмурый Гром, замыкающий с чего-то Гром, но золото громовой коллекции был небольшой скетч, где Игорь улыбнулся. Дима сам гадал, как это у него получилось, но картинка из реальности, когда майор посмеялся с его шутки так и застыла в голове.       — Он просто очень хорошая модель, Дим, — Успокаивал сам себя Дубин, закрывая альбом, который он использовал для акварели. Доставал он его редко и то, там Дима просто тренировался пользоваться этой краской. Цветочки, котики, а теперь ещё портрет Грома на А3 лист. Правда же модель?