Неоновая сакура

Яэ Мико редко позволяла себе вольности, пусть она и была одной из лучших нетраннерш корпорации — если не самой, — но даже это не давало ей полную неуязвимость. Однако, выглянув из окна посреди миссии, она не смогла оторваться от голографических сакур. Хотелось побыстрее разобраться с охраной, чтобы подольше насладиться видом, пока за ней не прибудет корпоративное такси. На лице не отображалось никаких эмоций, за исключением легкой грусти, пожалуй. Коллеги — если их можно так назвать — окликнули Яэ, и та сказала, что сейчас подойдет. Буквально через минуту. Им оставалось только пожать плечами и уведомить, что долго ждать ее никто не будет. Один из лучших имплантов, находившихся в ее теле — ушной. Он позволял ей слышать практически любой шорох, как лисе, даже если противник пытался быть незаметным. В довесок к этому её способности хакера давали ей доступ ко всем камерам в здании, стоило лишь найти сеть. Из-за этого она ценилась во всех командах — они всегда знали, что творят враги. Но сейчас Яэ почувствовала холод металла между лопаток. Дуло пистолета. Малокалиберный. Если он выстрелит, то пуля даже не заденет сердце. Девушка это прекрасно понимала, но все равно дрогнула — инстинкт самосохранения. У ее знакомых, занимающихся более грязной работой, он практически отсутствовал. Ей еще далеко до их уровня. Она чувствовала, вернее, знала, что здесь есть кто-то еще, но все равно подставила спину. Как опрометчиво. — Там, откуда я родом, в это время года уже цветет сакура. Настоящая, — Яэ почувствовала, как незнакомец на пару миллиметров опустил пистолет. — Можем отправить твой труп туда, — пусть он и пытался звучать уверенно, но голос колебался. В точности так же, как и рука. — Если бы ты хотел, то я бы сейчас не рассказывала тебе про цветущую вишню, — Яэ ухмыльнулась и повернула голову. Через секунду парня уже сковал паралич. И пусть секунда — это достаточно долго для мира, в котором в любой момент в тебя могла прилететь пуля, этот наемник был еще слишком неопытен. Его выдавали дешевая, будто снятая с трупов, одежда, пистолет, который можно купить в любой забегаловке, а также — минимум имплантов. Однако это не похоже на осознанный выбор, скорее, он был продиктован полным отсутствием средств. Мико стало даже жаль его. Самую капельку. — А если бы ты хотела… то я бы уже встретился со своей покойной сестрой, — сказал он, и попытался пошевелить хотя бы пальцем. — Убить меня, то есть. Уголки губ Яэ слегка дрогнули вверх. Немного забавно, что он решил пояснить такую очевидную вещь. — Мне незачем убивать детей. Информации в базе о нем практически не нашлось, за исключением имени и возраста. Пусть он и был слегка старше Яэ, но для этого города он — всего лишь ребенок, ничего не знающий о жестоком мире. — Камисато… — парень вздрогнул, услышав свою фамилию. — Аято. Без проблем. Яэ Мико сидела перед ним на коленях, разглядывая лицо с самонадеянной улыбкой. До конца действия паралича оставалось несколько секунд, но нужды обновлять его не было. В конце концов, с его уровнем силы, он точно не сможет ей ничего сделать в таком состоянии. За окном она услышала звук отбывающей машины. Повернув голову к окну, Мико увидела улетающее такси. Аято уже пришел в себя и неловко потирал голову. — Провалил первое серьезное задание, а на меня рассчитывали, — его слова вызвали у Яэ только смех. Любой бы понял, что нет смысла отправлять за ней новичка, особенно в одиночку. Любой, кроме самого Аято. От него просто попытались избавиться. Если бы он выжил — это было бы свидетельством рождения новой легенды. И он… выжил. — Пойдешь со мной, — послышался приказ. Увидев его скривленное лицо, Яэ посмотрела на потолок и, вздохнув, сказала еще раз: — Пойдешь со мной? Выбора у него не было, но если девушка решила проявить элементарную вежливость к такому как он, может она все же не такая ужасная, как ему рассказывали? Он неуверенно кивнул. Было ясно, что стоит отказаться и единственное его будущее — бескрайняя темнота. Яэ протянула руку, помогая встать. Аято принял ее не сразу, ведь он слышал, что это может быть опасно. Он не был глупым, поэтому понимал, что лучше молчать, чтобы не разозлить даму. Хотя она, вроде, злилась больше из-за его молчания — плотно сжимала губы, бросаясь презрительными взглядами в его сторону. Наверное, если бы она хотела его куда-то заманить и расчленить для продажи на органы, то вела бы себя намного дружелюбнее, чтобы не спугнуть. Вызвав такси с корпоративного счета, они остались ждать приезда внутри помещения, чтобы лишний раз не светиться. Дверь была закрыта, Аято не понимал, какой смысл чего-то ждать, если даже не увидишь, что оно прибыло. Но когда через пару минут Яэ открыла дверь, на дороге перед ней уже находилась парящая в воздухе машина. Только прибыв в город, парень часто смотрел на небо — от токсичных выбросов и ярких вывесок звезды не были видны, город утопал в темноте даже днем, но он постоянно обращал внимание на летающие машины, что так ярко светили фарами и будто делали ночное небо не таким пустым. Их место назначения — отель. В свою квартиру Мико не хотела вести первого встречного, на работу — тоже не было смысла. Выходит, это единственное место, где они могли спокойно пообщаться. Подъехав к нужному месту, Аято поблагодарил за поездку. Мико скептически подняла бровь: автомобиль беспилотный. Какой смысл благодарить робота? Конечно, она знала, что сейчас их многие воспринимают наравне с людьми, но для Яэ они были лишь теми, кто забирал рабочие места. Внутри номера Яэ Мико сразу же развалилась на диване. Аято же стоял перед ней, будто он пришел на собеседование для приема на работу. По большей степени так и было. Она задавала ему вопросы точно из какого-то списка, который служил памяткой для руководителей организаций при вербовке новичков. К ее удивлению, на некоторые он не отвечал. Например, о своей семье. Зачем приехал в город тоже не говорил. Вернее, сказал, что хочет заработать много денег. Причина, конечно, нередкая, но обычно за ней скрывается что-то большее. В итоге девушка изрекла, что теперь он будет работать на нее. Предложение было весьма заманчивым. Яэ могла дать гораздо больше, чем любой из тех, с кем он встречался раньше. Некоторые условия их устного договора были чересчур странными: если она скажет ему, то он должен будет тут же упасть на четвереньки и загавкать. Шутка это или нет — Аято не понял. Но Мико хотя бы не пыталась его убить. Она все же доходчиво объяснила, почему отправление его на ту миссию было равноценно убийству. И с этого дня они начали работать вместе. Сначала Яэ брала его на элементарные задания, на которых тяжело подняться. Но, как она говорила, дальше — больше. Все же надо было начать хоть с чего-то. На одном из таких заданий Аято понял, что не может стрелять из пистолета. Да и вообще из любого оружия. Мико советовала попробовать разное, но ничего не откликалось в сердце. Однажды она даже предложила попробовать побыть хакером вместо нее. Надо ли говорить, что большую часть миссии она, смеясь, наблюдала за тем, как тот пытался взглядом прожечь одну из камер. В итоге со всеми противниками справилась она сама, расстреляв их. В этом они были похожи, ведь ей тоже не нравилось пользоваться оружием. Мико предпочитала, чтобы всю грязную работу делали за нее. После пары бессмысленных попыток заставить его нормально стрелять она, больше в шутку, дала ему меч. Якобы теперь Аято сможет быть самураем, дабы напоминать ей о родине. На удивление такой стиль боя ему понравился, пусть чаще всего это выглядело гораздо более жестоко, чем мозги, ударившиеся в стену из-за пули. В крови было все: сам Аято, стены и пол. Повсюду валялись отрубленные части тел. Яэ надеялась, что вскоре он начнет действовать более аккуратно, но а пока приходилось после миссий вытирать туфли салфетками, дабы не оставлять лишние следы. Аято не хватало знаний анатомии, и Мико, как учительница по биологии, на их личных встречах рассказывала ему где, находятся точки, отвечающие за жизнедеятельность, и поясняла, под каким углом наиболее эффективно держать лезвие. Аято слушал это и впитывал. Со временем их встречи перестали носить официальный характер, а начали быть больше похожими на встречи давних друзей. Они могли вместе сходить куда-то поесть, просто поговорить о чем-то, пару раз даже ходили в один салон, чтобы изменить цвет волос. Аято решил, раз это город свободы, то он может выглядеть как хочет. Выбор пал на голубой цвет. Выбор был продиктован желанием Аято сочетаться с Яэ Мико. Ей это польстило. Первый урок, который получила Яэ, прибыв сюда из страны восходящего солнца — не вступать ни с кем в близкие отношения, не искать друзей. Это приводит к одному лишь разочарованию. Но она сделала исключение, поставив практически все, что у нее было на парня, который попытался ее убить в их первую встречу. Благодаря ей он поднимался вверх по карьерной лестнице. Если сначала о нем знали только близкие знакомые и коллеги Яэ, то через пару лет о нем начали говорить все: молодой голубоволосый парень, не выпускающий из рук катану, постоянно пьющий баббл-ти и водящий отношения с одной из известнейших личностей в корпорации. По отдельности в этих качествах не было ничего особенного, но в сочетании… Некоторые считали, что без поддержки Мико он бы ничего не добился. Пожалуй, так оно и было. Если бы не она, то Аято точно уже гнил бы в какой-то канаве. Но он действительно старался. Хотел получить независимость. Аято нравилось проводить с Мико время, но он тоже понимал, что чувства будут ему только мешать. Он приехал в город, чтобы избавиться от них, забыть о сестре, но получилось только приобрести новые, в то время, когда старые никуда не испарились. Если на ночь он оставался один, то проводил ее перед окном, думая, когда он свернул не туда. Во время разговоров с Яэ у него не оставалось ни минуты на депрессивные мысли. В сокрытии истинных чувств она преуспела намного сильнее его. Аято больше не нужна была опека Мико, но практически на все задания они ходили вместе. Так просто… веселее? После их окончания можно было погулять или перекусить. Когда их видели вместе, то хотя бы один человек точно вскрикивал о том, что мир покинул очередной псих. Парень отказывался убивать невинных, Яэ же на ходу придумывала ужасные преступления, которые совершала их жертва перед тем, как сойти с ума. Их отношения строились на обмане. Камисато так и не рассказал ей ничего о прошлом, пусть Мико и начала что-то подозревать, ведь его фамилия казалась такой знакомой. Она точно ее где-то слышала, причем неоднократно и не только от него. Но, отбросив любопытство, Мико не пыталась ничего раскопать, пусть это и не составило бы труда. Она и так слишком много обманывала, пожалуй, самого близкого человека в этом прогнившем городе. Несмотря все их недомолвки, если у нее спросят о том, кого она больше всего ценит, то ответом с вероятностью в 99,99% станет она сама. Яэ приехала в город, чтобы заполнить пустоту, которая осталась после убийства подруги. Ей нельзя было снова отдавать себя целиком другому человеку. Второй раз она уже вряд ли справится. Но в оставшуюся одну сотую процента точно войдет Аято. Они часто — даже слишком — оставались друг у друга на ночь. Две потерянные души, сумевшие найти себя друг в друге. Разве это не то, от чего каждый из них пытался сбежать? Семья Камисато не была особо известной за пределами родной страны, но вот там известие о похищении будущей главы смогло поднять шум. Ища новости об этом событии в сети, практически ничего нельзя было раскопать. Будто бы кто-то не хотел, чтобы это событие стало менее локальным. Мико бы точно смогла помочь, но Аято не хотел в очередной раз обременять ее своими проблемами. Она и так слишком много для него сделала, ничего не ожидая взамен, пусть и пыталась это скрыть за тонной язвительных выражений. Поэтому Аято решил разобраться во всем сам. Единственная зацепка, которая у него была, — адрес фирмы, занимавшейся нелегальной установкой аугментаций. После знакомства с Яэ он начал обходить такие клиники за версту, но теперь, похоже, придется вспомнить молодость. Он посмотрел на еще спящую Мико и аккуратно убрал ее руку с себя, стараясь не разбудить. Наивно было полагать, что она не услышит его уход, но попытаться стоило. Если не сейчас, то когда? Яэ сделала вид, что ничего не услышала и продолжила спать, не обращая внимания на внешнюю суету. Ее должен был смутить лязг катаны, вставляющейся в ножны, но она предпочла игнорировать это. Сейчас без оружия опасно даже в магазин выходить, особенно, если ты известен. Аято написал ей записку и оставил на столе: «Скоро буду, нужно кое-что проверить». Вскоре игнорировать чувство того, что что-то не так стало невозможно. От увиденной записки легче не сделалось. Никакой конкретики. Лучше бы вообще ничего не писал. Обычно он не предупреждал об уходе — хотел быть самостоятельным. Что изменилось сейчас? Старался убедить себя, что все в порядке? 🌸 🌸 🌸 Яэ знала, что их пара привлекает внимание. Это было очевидно: хладнокровные убийцы, работающие вместе в городе, в котором никому нельзя доверять. Вот они и не доверяли друг другу. Просто вместе выполняли задания. Интересно, если бы у города не было дурацкого правила «никому не доверяй» смог бы Аято поделиться с ней своими планами о том дне, когда ушел от нее? Яэ бы точно что-то придумала, она считала себя гораздо умнее среднестатистического человека. Легенды не умирают. Чушь. Умирают, еще как. Иначе бы Яэ не наблюдала со стороны за процессией, посвященной его похоронам. Большинство пришедших даже лично его не знали. Хотели посмотреть на смерть звезды. Мико тоже пришла сюда по той же причине — убедиться, что он умер, вдруг это дурацкий розыгрыш? Кому какое дело здесь до того, кто умер? Яэ не хотела, чтобы ее узнавали, но почему тогда она всегда пыталась привлечь внимание? Даже сейчас она стояла вдалеке и отрешенно смотрела на весь этот цирк, иногда посмеиваясь. Похороны — единственное, что не изменилось за десятилетия. До сих пор на них принято было грустить, вспоминать все хорошее о человеке. Если у нее сейчас кто-то попросит сказать пару слов об Аято, она обязательно расскажет, каким придурком он был. Пусть изначально у них и был уговор никому об этом не рассказывать. Это, впрочем, первые похороны, которые она посетила. Решила, что пора. Пора поставить точку в их отношениях, чтобы не жить до конца дней с надеждой, что весь мир обманул ее. Но что мешало найти невероятно похожего человека и поместить его тело в гроб? Может, подойти посмотреть поближе? Нет уж, это слишком. Яэ дала себе слово, что не будет приближаться, а будет той таинственной девушкой, которую никто не будет знать, но которая, вероятно, знала покойника лучше всех. — Яэ Мико? — все же не получилось соответствовать образу. — Он о вас много рассказывал. Девушка, обратившаяся к ней, была чересчур сильно похожа на Аято. Будь она парнем и слегка постарше и можно было бы проиграть в игре, в которой требуется искать отличия. — Когда? — спросила она, приспустив солнечные очки. Какой в них смысл, если солнце перестало светить? Ее не интересовало, что именно этот придурок о ней говорил, но, похоже, на заданный вопрос ответа не последует. — Очень опрометчиво на твоем месте подходить ко мне. Думаешь, рука не поднимется? Аяка.