Conscious death

Оторвавшись от документов, Ларссон смял сигару и откинулся на спинку кресла. Сил на конфликт не было. Может быть его подчинённый и прав, но он слишком упёртый, чтобы признать это. – Открой окно, – взгляд Лидера был обращён на Риджуэлла в ожидании действия. Ничего не отвечая, парень подошёл к шторам. Приоткрывая тяжёлую красную ткань, в глаза бил яркий свет с улицы. " Скоро весна,"– Приятные мысли о приближающемся весеннем месяце радовали Тома. Сразу вспоминались старые друзья и прогулки с ними. Старые друзья. Один из них прямо сейчас пялится на Риджуэлла, от ощущения лишнего взгляда становилось тревожно. Открывая окно, свежий воздух с улицы развеял противный сигаретный дым. " Интересно, как идут дела у Эдда?"– у Томаса был повод беспокоиться, всё-таки его друга разыскивают и, когда найдут, скорее всего убьют на месте. Хотя нет, его казнят публично, ведь он столько раз мешал планам Лидера. Каждый, что пойдет против Красной армии, будет уничтожен. Значит ли это то, что парню действительно придется биться против своего друга? Неужели это будет единственным выбором? – А теперь вышел вон отсюда. Раздумья Риджуэлла прервались. Теперь солдата прогоняют прочь, хотя это было не так уж и плохо. Уже за дверью кабинета можно было выдохнуть с облегчением. Наконец-то у Тома появилось свободное время, ведь вряд ли Торд вызовет его ещё раз сегодня, да и работа по большей части была выполнена. Парню стоило навестить друга по несчастью. На определенном этаже базы Красной армии все комнаты были жилыми. Некое общежитие солдатов. На таком этаже жил Мэтт, но, благодаря Ларссону, он жил один в комнате, в то время как другие солдаты жили по двое или по трое. Томасу также повезло жить одному, только вот возле кабинета Лидера, не слишком близко конечно, но и не слишком далеко. И вот дверь с табличкой "289" уже напротив. Три торопливых стука и через несколько секунд дверь медленно приоткрывается. Из небольшой щели, с опаской, выглянул Мэттью. Но как только он увидел знакомое лицо, то сразу же открыл двери нараспашку и затянул товарища в комнату. – Присаживайся! А то стоишь столбом, – мигом закрыв дверь, рыжеволосый сразу начал расспрашивать своего старого друга, – ну что, как ты сегодня? Выглядишь конечно неважно, впрочем, как и всегда, ну да ладно. Парни редко пересекаются, все таки работа Харгривза не связана с общением с другими солдатами или выходом из своей комнаты, как-никак он следит за солдатами по камерам, а запись отправляет определенным лицам, так что тем для разговоров найдется немало. – По камерам видел ты, выходил из кабинета То-... то есть, Лидера, – всегда нужно помнить, что везде есть глаза и уши Ларссона. Он видит все, не только по камерам в залах и коридорах, но и по прослушкам или скрытым камерам. – В норме. Сейчас Лидер слишком занят. Да и вообще загруженность работников по документам сильная. – Я слышал мы скоро собираемся завоевать страну по соседству. Ну...которая ещё такая маленькая и название смешное, – память подводила конкретно, но кажется собеседник уже понял про что идёт речь. – Бред. Мы совсем недавно присвоили новые территории, но, даже не разобравшись с документами и жителями этих земель, будем идти дальше? Не думаю, что 'он' пошел бы на такое. – Справедливо, но ты слышал про сосиски в тесте, которые...– и так продолжительное время в 289 комнате не стихали разговоры. В то же время Торд наконец выполнил свою бумажную работу. Теперь он мог спокойно выспаться, как раз время подходило к ночи, а может даже устроить себе выходной. Рабочий кабинет и комната норвежца были соединены, так что далеко уходить не нужно было. Закрывая одну дверь в свой кабинет, и, уже уходя в комнату, парень еле передвигался. Усталость накрыла его. "Пиздец, а не работа."– только подобные мысли были на уме Ларссона пока тот переодевался из своей тяжёлой многослойной формы в обычную футболку, да шорты. Небрежно уложив форму на спинку стула, он упал на кровать, сразу же отключившись.