LOVE ОтМетки

      Стив рассеянно провёл рукой по его спине и дёрнулся.       Что. Чёрт. Возьми. Он. Делал???       Начиналось всё как типичная миссия — освобождение заложника, человека, находящегося всегда в центре внимания, привлечение энного количество агентов и, в общем и целом, миссия приоритета «мститель».       «Мститель» в единственном числе, да.       А потом это как-то переросло в то, что происходит прямо сейчас: перед телевизором диван, на диване Стив, а на Стиве Тони Старк.       Ну, тот Старк, который миллиардер, плейбой и главная тема для сплетен. И которого стырили у всех прямо из-под носа. Охрана Старка — это, конечно, нечто.       И вот сейчас он с этим самым Старком по какой-то мистической причине обжимается и, более того, как будто день не мог быть ещё хуже, думает, какой же Старк тёплый.       В смысле, даже не столько физически. В этом плане Стив, как бы, горячее. Не то чтобы у него сейчас был градусник при себе. И не то чтобы он сейчас хотел начинать думать о другом контексте термина горячий…       Старк был какой-то… Уютный. Домашний. Он утопал в огромной толстовке и доверчиво прижимался к Стиву, периодически всё ещё вздрагивая в своём полубредовом состоянии.       Итак. Это просто объятия. Ничего такого, что могло бы подразумевать что-то другое. Он справится. Он войну прошёл, микроволновку освоил, со всякими мессенджерами, правда, ещё не совсем справился…       Так. Он Капитан-чёртов-Америка. Этакий бесполый символ нации. Стив, с выражением великомученика, опустил окаменевшую и потяжелевшую на пять сотен стоунов руку на чужую спину. И замер.       Старк тоже не двигался.       Стив, стиснув зубы, мысленно проклинал одного одноглазого гада.       Потому что — ну правда — как Стив может быть идеальным вариантом для того, чтобы присматривать за каким-то там Старком?       Фьюри в этом вопросе был крайне категоричен. Расправил плечи, хлопнул полами плаща, сощурил грозно свой глаз, выдвинул челюсть вперёд…       В общем, как бы Стив его не зеркалил, у директора опыта делать лицо «как я сказал, так и будет» было побольше.       Итог: Стив застрял в пентхаусе Башни.       Итог итога: он освобождён ото всех миссий ЩИТа на неопределенный срок, а каких-то дел с приоритетом на горизонте не маячило.       Печалька.       Но самым отвратительным в его нынешней ситуации было то, что он даже не мог относиться к Старку как всегда.       Ну. Отстранённо и всё такое.       И даже не потому, что Старк жертва и вообще принцесска, возвращённая домой прямиком из пещеры драконьей. Мол, гражданский (избалованный миллиардер, сделаем акцент, пожалуйста), который был похищен кругом не очень хороших лиц, и у которого теперь стрессовое расстройство. Наверное. Стив был уверен, что у него самого стрессовое расстройство, так что это не важно.       Просто дело в том, что Тони оказался совсем не таким, каким, ну, казался до этого. Он был мягким, тактильным — совершенно в нормальном смысле, не смотрите так! — и даже каким-то… Пугливым.       Стив, по глупости своей, взял его тогда на руки. Вот и навязали теперь. Нет, ну словно больше никто и никогда не был хоть капельку добр и…       Так. Он сейчас назвал Старка Тони, да?       Святой американский флаг.       …Ладно. Тони. Почему бы и не Тони, действительно? В конце концов, это его имя!       Как и то, что Стив имя Стива. Которого Тони ранее называл Капитаном Сосулькой или как-то пообидней.       Если подумать, с того момента, как Фьюри сбагрил Стиву заботу об одном симпатичном миллиардере, Тони его так больше не называл. Он вообще редко вёл себя осмысленно и мало говорил. Только цеплялся всё время за него.       И в кои-то веки называл Стивом.       У блондина от этого сердце трепетать начинало, потому как это же так приятно! Слышать своё имя! Психологи были правы!       А вот то, как Тони косился на всех прочих людей — грустно. Ёкало что-то в груди, когда Стив видел этот затравленный взгляд, обращённый на мелькнувшего на периферии зрения агента или случайного прохожего. Не то чтобы в Башне были какие-то там случайные прохожие.       Стив помнил, какие смешки насмешливые издавали те… горе-спасатели. Они просто… Просто замерли перед Тони и даже помощи не предложили. И Тони просто… Воспринял это как должное. Словно ничего другого и не могло быть.       Ладно, причины, по которым Старк липнет к Стиву, становятся более ясными. Но вот какого чёрта Стив-то этому способствует?!       Фьюри что сказал? Следить. А следить можно и с расстояния. Поддержку оказывать лишь в неотложных вопросах — таких, как кормление, например.       Стив с восторгом исследовал, пицца с каким вкусом исчезает из доступных мест быстрее всего. (Хотя у него были определённые подозрения, что оливковая — которая буквально испаряется за секунды — исчезает по совершенно другим причинам, с Тони никак не связанным, а вот с вентиляционными шахтами — очень может быть.)       Стив морщится, выныривая из мыслей о еде и обнаруживая себя на всё том же диване, подверженным эксплуатации в качестве ночного мишки.       Хотя тут не мишка, скорее всего, а целый полярный медведь — у Стива есть некоторые понятия реализма.       В общем… Он должен был встретиться кое с кем. Давно. Этот кое-кто, конечно, не отвечает на вызовы, но Фьюри сказал, что Железный Человек и не будет. Мол, занят, не до этого ему.       Стив даже не обижается. Ну, ему, конечно же, хочется сидеть и слезами обливаться, бурчать недовольно и расстроенно, но только тогда, когда он об этом задумывается.       Проблема в том, что он об этом не задумывается.       Стив вдруг в ужасе понимает, что со всей этой заботой о Тони совсем забыл побеспокоиться об Аймене.       Он отвлёкся на миссию, но это совершенно не оправдывает его, особенно если брать во внимание тот факт, что к Аймену он чувствует чувства всякие.       Как он мог забыть о Железном Человеке?!       Стив опускает раздражённый взгляд на тёмную макушку и не менее раздражённо пыхтит. Ну вот что можно сказать о его стремительно летящей под откос жизни, если на нём спит самый ненавистный ему человек?! Это ведь… Эгоцентричный, самовлюблённый, совершенно неспособный на простое человеческое общение, зациклившийся на себе… придурок. А ещё тёплый, доверчивый и открытый.       Вот прямо сейчас Стив его ненавидит. Вот почти как нац… Хотя нет, нацистов он ненавидит куда сильнее. Но просто Стив чувствует себя до крайности беспомощным: он даже не способен сформулировать, какое именно у него мнение о его лучшем друге в этом времени — Аймене, но его ужасает тот факт, что он перестал о нём думать, как только на его голову свалился один небезызвестный миллиардер. Личность, так скажем, публичная.       Со всей этой отвратительной ухмылкой, излучающей одно лишь превосходство. С… глазами, обычно выражающими то же самое, но смотрящие там, во время прибытия, с такой… болью.       Стиву никогда не нравился Старк. Но он не нравился ему как-то по-равнодушному. Рядом с ним неприятно было задерживаться, так как сыпались в адрес Стива сплошные злые шуточки и подколки. Стив злился в ответ, может кричал, уходил из мастерской, куда его вечно посылал этот одноглазый гад! А потом всё. Он просто не думал о Старке в отсутствие их взаимодействия.       Теперь Стив о нём думает. Теперь он видит чуть дальше, чем до этого, и ему это совершенно не нравится. Потому что мозг внезапно понял, что Тони, в общем-то, красивый. И говорят о нём всякое не просто так — он действительно похож на героя-любовника. В смысле, он наверняка обходительный и… Так, Роджерс, стоять. Это Тони-чёртов-Старк!       В общем, Старк своим безобидным и прилипчивым состоянием давал Стиву какие-то неправильные мысли. Защищать там, например. Но с этим и охрана справится — это же их работа. Ну, та охрана, у которой из-под носа Старка стырили, ага. Ну ничего, после такой ситуации наберут новых телохранителей — куда лучше прежних! Уж Стив проследит!       Так.       Роджерс, блять.       В общем, Стив его абсолютно точно ненавидит, потому что только само нахождение рядом с ним равноценно измене. Не то, чтобы Железный Человек знал, что у него со Стивом что-то есть. Стив, как бы, и сам не знает, что именно там есть. Так, если изменой считается нахождение в одном пространстве, Стив понятия не имеет, чем считается то, что руки его прямо сейчас неосознанно гладят чужую спину.       Просто прекрасно.       Стиву надо бы связаться с Железным хоть как-нибудь (и пусть Фьюри идёт полем) — они же встретиться собирались… Как всегда… Стив ведь ждал этого свидания после миссии… Предвкушал, как они будут сидеть рядом, разговаривать друг с другом — возможно, они обсудят тот фильм, который Аймен упомянул в прошлый раз? Могут просто молчать — тишина тоже приятна. Железный Человек часто опирается на Стива и просто отрубается. Стив не тревожит его, у него грудь от нежности распирает и восхищения — как такой потрясающий человек может настолько доверять ему?       Аймен практически никогда не спит, похоже.       «Свидания». Стив, запнувшись о собственные мысли, недоверчиво смотрит в никуда и хмурится. Потом моргает несколько раз, возвращаясь в реальность, и опускает взгляд на Тони. Который спит. Который достаточно ему доверяет, чтобы предстать перед ним в самом беззащитном виде.       Потому что Стив не совсем уверен, что «полуголый» в случае Старка синоним «беззащитному».       Тони тяжело дышит во сне, начинает метаться, и Стив, вдруг чувствуя переполняющую его болезненную нежность, обнимает его ещё крепче, прижимает к себе так, что места не осталось, и шепчет:       — Тшш, я здесь. Ты в порядке.