Благословение влюблённых в бою под Луной

*** В опустевшей хижине охотника на лесную дичь царил полумрак. Дом хоть и имел неприглядный вид, за то был построен добротно — каждая вещь в нём была искусно вырезана из дерева. В замкнутом помещении пахло сосной и пылью, но к этому легко можно было привыкнуть. Эта хижина была заброшена, судя по виду, около полугода назад, и было здесь как-то.. пусто. И даже не из-за отсутствия обжитой обстановки. Сами стены в этом богом забытом месте были практически голыми, за исключением небольшого трофея в виде оленьей головы. Из мебели было лишь самое основное, даже предметов посуды лишь на одну персону. Аказа сидел на небольшой деревянной лавочке, погружённый глубоко в свои мысли. Хотелось тишины и одиночества, мрака и холода. Его душа рвалась на части, разрушаемая собственными противоречиями. Как птица, которой не выбраться из золотой клетки.. Вскоре к шуму ветра прибавился нехарактерный лесу чёткий звук мягких шагов. Сквозь запах пыли Аказа не мог точно сказать, человек это был или же его до боли знакомый демон. Но, судя по бешеному стуку сердца, его душе ответ был очевиден.. — Привет.. Почему ты не пришёл? Я пол часа тебя разыскивал. Аказа не отвечал. В глубине души он надеялся что Доума его так и не найдёт в этой заброшенной хижине. Что запах сосны скроет его присутствие, а связывающая их магия крови просто отключится на пару часов. Вторая высшая Луна сел на скамейку чуть подальше от собеседника, скрестив руки на коленях. Через пару минут тяжёлых раздумий, Аказа вздохнул. — Я.. не знаю. — Что-то не так? Доума смотрел на него так обеспокоено, что сердце Третьей высшей Луны сжалось в комок. Он не мог дышать, говорить, двигаться. Только смотреть, как эти светлые ресницы чуть дёргаются, а зрачки переливаются так ярко, что освещают весь царивший вокруг мрак. Аказа не смог выдержать этого взгляда и отвёл глаза обратно в пол. — Я.. это сложно объяснить. Да, это важно, мои, наши.. ну, тренировки, но.. Доума понял всё без слов, по одной интонации, по тембру чужого голоса. И это явно душевно его потрясло. — Это из-за меня, так ведь? Блондин потянулся ближе к Аказе, чтобы дотронутся до его нездорово бледных щёк, но отдёрнул руку, как от разряда тока. Второй высшей Луне резко стало не по себе. Он вдруг чётко осознал то, что совершил какую-то абсолютно непоправимую ошибку.. И душа от этого чувства замерла, как мёртвая. У Аказы же сработал некий «рубильник», включающий защитную реакцию для истерзанного сомнениями сердца. Глаза начали зажигаться янтарём. — Что? Ага, как же. Доума же пошёл по-другому.. Может, всё это ещё можно разрешить? Ведь абсолютно всё никогда не бывает потеряно. Правда —атрибут раскаяния. — Ты избегаешь меня после того, что было на.. — Нет. Не избегаю,— перебил его Аказа, резко вставая с лавочки и сжимая пальцы в кулак,— С чего ты вообще взял, что я хочу всё это продолжать? Что конкретно не хотел продолжать Аказа, он точно сказать не мог. Скорее всего, абсолютно всё. Любые взаимодействия, любые прикосновения, любые случайные взгляды глаз.. Доума собрал брови домиком, сохраняя в тона голоса ласку и доброжелательность. Но рубильник уже был снят.. — Но Аки.. — Достаточно. Хватит,— Доума вздрогнул от чужого резкого тона в его сторону,— Ты достал меня своими советами и тренировками, достал меня своим присутствием. Я уже и так прекрасно сражаюсь, большего не надо. Благодарю за всё, бла-бла и проваливай. Аказа скрестил руки на груди, мрачнея с каждым словом. Доума в доверительном жесте выставил руку вперёд. Пальцы слегка дрожали от напряжения. — Но этим ты не решишь проблему.. — Нет никакой проблемы! У меня всё в порядке, понял? Я прекрасно справлюсь и без тебя. Ты мне не нужен! Отвали, отцепись от меня! Доума замер, ошарашенный. На мгновение ему показалось, что Аказа вырвал ему сердце из груди. Стало так холодно и пусто, во рту появился вкус горечи. Плечи напряглись, а ногти пошли во внутреннюю сторону ладони. Вторая высшая Луна резко встал, бросая на Аказу такой взгляд, от которого у демона по спине пробежали мурашки. Лучезарная улыбка сменилась военной серьезностью. Обладатель амарантовых волос отступил на шаг, рефлекторно выставив вперёд руку. Доума повернулся к нему корпусом. — Ну, хорошо. Раз ты настолько в себе уверен, давай проведём небольшой эксперимент. Будет всего один показательный бой. Если ты победишь меня, то мы полностью закончим все тренировки. Если же ты проиграешь – будешь слушаться меня оставшиеся 6 дней беспрекословно. Идёт? Аказа колебался. Если Доума будет драться в полную силу, он обречён на полный провал. Но, это ведь показательный бой, так? Может, есть хоть какие-то шансы? Способность демонической крови работает на высшем уровне.. Нужно попробовать. В конце концов, Третьей высшей Луне совершенно нечего терять. — Идёт. — Тогда начали.. Доума усмехнулся, в секунду выйдя из хижины на ближайшую опушку, чтобы было удобнее вести бой. Аказа за ним. Но не успел Третья высшая Луна опомнится, как его противник сорвался с места нанося стремительные таки с совершенно разных сторон. Отточенная до мелочей способность защищала демона от травм, но конкретно распыляла внимание. Выбрав удобный момент, Доума со всей силы ударил Аказу ногой в живот, отшвыривая в гущу чащи. Демон с размаха врезался в дерево, а после еле увернулся от летящей в его сторону ледяной глыбы. Вновь оказавшись на опушке, Третья высшая Луна попытался атаковать, но блондин увернулся и перехватил его руку, отрубая её веером выше локтя. Она довольно быстро отросла обратно, но этих секунд Доуме более чем хватило, чтобы прорезать Аказе шею. В этот момент обладатель амарантовых волос полностью убедился в том, что его оппонент сражается в полную силу. А ещё осознал то, что ему не победить.. Но даже при таком раскладе сдаваться он не спешил. Хотя, это было совершенно не важно. Дума вошёл в азарт. В воздухе хищно сверкал самоцветами свет его неземных глаз. Сильнейший удар.. Тело Аказы полетело через весь лес и впечаталось в крепкое старое дерево на небольшой открытой местности. Сознание сделало кувырок, а как только очнулось, Доума уже навис над ним, как орёл над добычей. Его глаза горели смесью азарта и практически животной потребностью убивать всё живое на своём пути. Некогда самая прекрасная улыбка Доумы сейчас казалась Аки устрашающе кровожадной, нежели милой, как во все предыдущие моменты их встреч. — Ты поко-о-ойник.. Губы изогнулись в улыбку серийного маньяка, а глаза заблестели. Острые веера прорезали плоть как мягкое масло, прямо до костей, не оставляя ни единого живого места. Выбросив руку вперёд, Доума вырвал чужое сердце из груди, сжимая его в своих ладонях. Аказа хрипло вскрикнул от резкой боли. Было страшно, хоть он и знал, что от подобного демоны не умирают. Вторая высшая Луна со смехом широко облизнул чужое сердце от основания до самой верхушки, пробуя чужую кровь на вкус. Глаза просияли.. — М..ах, какое сладенькое! И почему только я не сделал так раньше.. Клыки вошли в мягкую плоть, стараясь напиться чужой сладко-горькой кровью. Побледневшие губы стали розоветь, а краски в глазах становиться насыщеннее. Страх от потери самого важного, опустошение из-за предательства и боль истоптанной души вылились в итоге в неконтролируемый азарт во гневе. Аказа обессилено раскинул руки, глядя в небо. По его губам медленно стекала кровь, а янтарные глаза застыли на месте, наблюдая, как блеклых звёзд касаются первые солнечные лучи. Тело мелко дрожало от перенапряжения и боли. Демон был даже не в силах сказать, что они находятся на открытом месте, а значит – в опасности сгореть. Доума, насытившись чужой кровью, хищно взглянул на поверженного противника. И вдруг, прозрев от накатившей ярости, его глаза пробила такая скорбь, какой он уже давным-давно не ощущал.. — Что же.. как же.. Я.. Блондин присел на корточки перед Третьей высшей Луной, прикладывая руку к его щеке и проводя большим пальцем по синим полоскам. — Я.. я.. не хотел так.. я.. Аказа медленно улыбнулся. Он почему-то открыл для себя то, чего раньше не замечал. Он медленно положил свою окровавленную руку на чужое колено, поглаживая в знак примирения и согласия. Доума улыбнулся и подал ему руку. — Скоро рассвет. Нужно укрыться в той хижине. Я понесу тебя.. Аказа выставил руку вперёд, отстраняясь, стараясь встать самостоятельно и удержаться на трясущихся ногах. — Я и сам дойду. Всё практически восстановилось, так что.. Но Доума его даже не послушал. Просто подхватил под колени и лопатки и в несколько секунд преодолел расстояние до хижины. Войдя в дом, Вторая высшая Луна уложил демона на кровать, но присаживаться рядом не стал. Аказа слабо моргнул, чувствуя, как в груди срастаются артерии и вены. — Ты.. уходишь? — с хрипом спросил Третья высшая Луна, тусклыми глазами смотря на собеседника. — Да. Я успею укрыться в чаще. — Нет.. не уходи. Как бы у Доумы сейчас не рвалось сердце и не просилась в объятия душа, он знал, что сейчас им двоим правильнее будет побыть отдельно друг от друга. Так будет лучше.. — Прости меня. Бросил Вторая высшая Луна и скрылся за дубовой дверью. Аказа вновь остался один.. *** Ночью в храме всегда было по-непривычному пусто. Коридоры молчали, а все его работники сладко спали в своих комнатах, мечтая о вечном рае. Лишь Доума сейчас лежал на полу, в окружении разбросанных свечей и лепестков живых цветов. Луна освещала его лицо, серебрила волосы и разделяла печаль. — Ну зачем, зачем, зачем?! Я в очередной раз сделал только хуже. Ну почему у меня отсутствуют всякого рода тормоза.. Ногти нервно царапали бледную кожу. Из ран на груди и запястьях сочилась кровь, крупными каплями падая на пол. Доума прорывал собственную плоть прямо до костей, стараясь заглушить моральную боль физической. — И с чего я решил, что ему всё это нужно? Веду себя, как чёртов эгоист, думаю только о себе и своих чувствах. А сегодня вообще чуть не перемолол его в фарш только из-за того, что он не захотел быть рядом со мной! Доуму трясло. Он смотрел на свои руки, тщетно пытаясь найти способ собственного наказания. — Как же глупо! Давлю своими чувствами, хотя буквально по глазам вижу, что он боится и не хочет всего этого! Кровь растекалось лужей под телом. Волосы, разбросанные по полу, слиплись в алые, холодные ленты. Губы дрожали, в горле першило от подступающих слёз. Но щёки были сухими. Лишь грудная клетка дрожала при каждом вздохе. — Он явно ненавидит меня. Ненавидит ещё больше.. Заткнись, заткнись заткнись! Доума начал бить себя в грудную клетку так сильно, что по итогу сломал рёбра и достал рукой рвущееся сердце. — Хватит тянуть к нему, хватит болеть, хватит чувствовать. Я не хочу чувствовать. Не хочу! Демон вдавил собственное сердце в пол, прижав кулаком со всей силы, стараясь заглушить боль. Но она не уходила. Она нарастала. А глаза почему-то стали горячими и мокрыми. — Прости меня за всё это.. Прошу, прости.. Тяжёлые веки закрылись, а ресницы намокли, отражая лунный свет. Прижав колени к груди на холодном полу, один обитатель «вечного рая» был готов отдать всё, лишь бы просто умереть, когда настанет рассвет.. ***