Благословение влюблённых в бою под Луной

*** Храм культа вечного Рая был молчалив и в эту безмятежную ночь.. Упав на светлый пол, стеклянная бутылка очертила оставшимися на дне каплями вина небольшой полукруг и остановилась у ножки низкого столика, поблёскивая стеклом в лучах лунного света. Образовавшийся красный рисунок чем-то напоминал брызги крови, что остаются на стенах если крупную артерию перерезать ножом. Не тронутыми на столике остались лишь два стеклянных бокала на тонких ножках, привезённых комплектом явно откуда-то из Европы. Чуть дальше от брызг вина пол устилала небрежно раскиданная одежда. Хаори без рукавов оттенка расцветшей сакуры, чёрная мантия с длинными лентами, хакама молочного оттенка с белым ремнём, скомканная алая водолазка с тёмными подтёками, напоминающими капли крови, два золотых веера. Тихо.. слышно лишь биение сердца где-то в самой глубине грудной клетки. — Ну и.. как тебе сегодняшний вечер? Голос тихий, бархатный, на низких нотах похожий на урчание кота. Доума говорит неспешно, наслаждаясь чужими прикосновениями. Аказа слушает его гранью сознания, ощущая, как по телу бегут мурашки. — Довольно.. интересный. И кажется, он начинает нравиться мне всё больше.. Третья высшая Луна легко закинул чужую лодыжку на своё плечо, ощущая на коже лёгкий запах персиковых цветков. Доума слегка тянется, устраивая свою ногу поудобнее и чуть сгибая её, дабы наклонить ниже корпус партнёра. Аказа не упускает шанса и нежно целует нижнюю часть колена. Блондин жмурится, ожидания продолжения. Аказа клыкасто улыбается и начинает покрывать нежными поцелуями внутреннюю сторону бедра Доумы, ощущая жар кожи кончиками губ. Ощущения долгожданной дозволенности сводили с ума.. Блондин абсолютно прекрасен от ступней до самых кончиков светлых ресниц. Сильное, рельефное тело, мягкая, абсолютно гладкая кожа, глаза цвета тысячи драгоценных камней и длинные, шёлковые волосы. Спустившись по бедру совсем низко, Аказа провёл языком мокрую дорожку опасно близко, слегка прикусив в самом конце, чем вырвал из глотки демона рваный вдох. Стон.. захотелось услышать стон. Третья высшая Луна склонился, обнажая клыки. Губы мягко легли на возбуждённую головку, язык требовательно очертил самый контур. Аказа хотел было мокро пройтись от основания до верхушки, но Доума неожиданно убрал ногу с его спины и приподнял корпус от кучи подушек, которыми была полна его огромная кровать. Опершись на одну ладонь, демон приподнял партнёра за подбородок, прижал ближе к своему телу и поцеловал, практически сразу раздвигая языком приоткрытые зубы. Нёбо, дёсна, острые клыки.. Укус за губу, требовательный и жадный. Вся площадь чужого рта была в его распоряжении. Языки переплетались, с жаром пытаясь раствориться друг в друге, слившись в нечто совершенное, непостижимое. Поцелуй длился долго, пока Доума не отстранился сам, растягивая между их губ ниточку окровавленной слюны. Не успел Аказа открыть янтарные глаза, как блондин обхватил его ногами и поменял роли, хищно нависая сверху голодным коршуном. Глаза засверкали, рывок.. Клыки Доумы на всю длину вошли в ложбинку над ключицей, вызвав протяжный жалобный стон Третьей высшей Луны. Блондин облизнул ранку языком, жмурясь в наслаждении.. — Какие же сладкие звуки и.. так быстро? Но дорогой.. Мы ведь только начали.. Доума начал спускаться поцелуями от ключицы ниже по груди, иной раз очерчивая языком полосы на чужом теле. Аказа выгибался, стараясь не издавать даже шумных вдохов из чувства гордости, но блондин раз за разом ухитрялся вырвать из него тихую мольбу о продолжении. Подойдя к чужим ещё не снятым белым штанам, Доума медленно развязал пояс и, откинув его в сторону, начал стягивать с бёдер лишнюю ткань, специально задевая пальцами самые чувствительные точки разгорячённого тела. Как только вся лишняя одежда была наконец убрана, взору демона предстала поистине прекрасная картина. Бледная кожа, рельеф накаченного тела и синие полосы поперёк бёдер.. А эти дрожащие в желании мышцы, подвёрнутые к стопе от напряжения пальцы ног заставили напряжённо сглотнуть. Доума растянул заговорщическую улыбку. Нет, он торопиться не собирался.. Припав к чужой груди, блондин прижался к ней всем телом, прикусывая возбуждённые соски, вылизывая кожу и оставляя на всей её площади жадные укусы. Больше, покрыть ими всё, но.. неожиданно демон заметил, как засос, старательно оставленный на чужой шее, начал исчезать.. Личико Второй высшей Луны исказилось в самом разочарованном выражении. — Как же жаль.. — Что именно? — несмотря на лихорадочное возбуждение спросил Аказа, заглядывая в глаза партнёра. — Что демоны так легко восстанавливают раны. Прошу, Снежинка, замедли свою регенерацию. Хочу, чтобы оставленные мною следы сохранились у тебя на всю ночь.. Третья высшая Луна благосклонно кивнул и пятно на шее пропадать перестало. Доума ещё раз зажёг его алым и провёл коготком, чувствуя пульсацию артерии под пальцами. Всё тело блондина буквально будоражила мысль о том, что вся эта кровь и плоть в его распоряжении.. Любое желание стало доступным. Здесь.. сейчас. Сладкие, срывающиеся на мольбу стоны Аказы заставляли мурашки бежать по телу. Доума, сходя с ума от запаха чужих бёдер, придерживался одного мягкого темпа, прислушиваясь к отдаче тела в его руках и иной раз для эффекта слегка сжимая ногтями чужие ягодицы. Когда до ушей долетал шёпот очевидной просьбы, блондин ощутимо ускорялся, совершая действия чуть грубее, нежели тягуче и сладко. Аказа извивался, выгибаясь в спине, чувствуя на себе чужие пальцы и не сдерживая стоны. Доума задыхался в наслаждении, буквально забываясь в жаре чужого тела. Больше.. отдай, забери в взамен душу. Отдай всё без остатка.. Итог был настолько ярким, что рассыпался звёздной пылью в глазах, как праздничный салют в квартале красных фонарей, который они наблюдали пару дней назад. Аказа почувствовал себя заполненным до краёв. Блондин навис над Третьей высшей Луной, растягивая рот в дрожащей улыбке. — Ты.. такой горячий.. сильный.. чертовски сладкий.. И только мой.. Никогда никому не отдам.. Глаза-самоцветы загорелись, а зубы вновь вошли в плечо с ещё большим ожесточением. Аказа положил руку на чужую спину, оглаживая мышцы и пересчитывая пальцами позвонки. Доума схватил демона за запястье и прижал к кровати, лихорадочно смотря в глаза. Он был хищником, истинным непримиримым собственником. На это Третья высшая Луна лишь улыбнулся.. — Доума.. Блондин услышал не сразу. Пару минут он просто смотрел на губы собеседника, перекатывая на языке вкус его крови. Но когда его глаза столкнулись со светом янтаря, лицо преобразилось в смесь заботы и желания.. — Да, Аки? Третья высшая Луна прикрыл глаза, смотря на спутника из-под амарантовых ресниц. Губы расслабились, а голос стал тихим, на грани шёпота.. — Луна сегодня красивая настолько, что умереть можно.. Доума остановился, не в силах сделать вдох. Демон буквально забыл, как должны работать лёгкие. Губы задрожали, а пальчики с острыми ногтями легли на чужую щёку. Уголки глаз заблестели, выдавая жемчужными капельками бушевавшие в душе эмоции.. — Ты.. ты правда..? — Да.— уверенно проговорил Аказа,— Вместе навсегда? Ответ на этот вопрос блондин знал ещё с тех пор, как это неземное создание с волосами цвета амаранта ворвалось в его жизнь.. Доума закусил губу, улыбаясь. — Пока смерть не разлучит нас.. *** Стены молчаливы, как и бесшумные взмахи крыльев мотылька. Разговоры, сладкие стоны, трепетные признания. Они хранили в себе каждое событие, каждую мелочь сегодняшнего вечера. Два тела воедино, два сознания — в общую историю. Одну на двоих.. Да будет скреплённая немым союзом любовь вечной и чистой, как цветок красной хризантемы с обломанным стебельком в сфере из не таящего льда..