Stray Kids’ dates

Темная квартира встречает сквозняком, тянущимся от открытого балкона до входной двери. Ты опять задержалась на работе и поднималась по лестнице на заплетающихся ногах. Из-за потока воздуха дверь громко хлопает, поднимая всех обитателей квартиры. Никто, впрочем, и не спал. Хёнджин продолжает ждать тебя, во сколько бы ты ни пришла, сколько бы ты ни просила не дожидаться, а ложиться спать, если он устал. Спорить с ним бесполезно. Он всегда делает то, что хочет. Исходя из этого принципа вы и начали встречаться, ведь, если бы он так жадно не хотел заполучить тебя, ты бы побоялась с ним сближаться. Сняв верхнюю одежду, обувь и наспех помыв руки, ты отправляешься на поиски парня. Гостиная пуста, значит он не уснул на диване от изнеможения, всё ещё желая дождаться тебя. На кухне свет не горит, значит Джинни не уминает поздний перекус в виде кучи закусок и сладостей, запивая всё это не менее сладкой газировкой. Остался один вариант— студия, организованное тобой пространство в отдельной маленькой комнате, специально для него, чтобы вся его душа смогла там развернуться, разложив кисти, все виды красок и холсты на подрамниках. Дверь в мини-студию снова не закрыта, а от щели тянется тёплый свет и тихая музыка. Хёнджин не может работать в тишине. У него десятки плейлистов под настроение, которые он включает, когда пишет что-то. Под легким толчком дверь открывается, предоставляя вид только на спину твоего парня. Одна лямка его рабочего, полностью испачканного в масле комбинезона, спущена. Ты подходишь ближе и кладешь руку ему на плечо. — Снова не спишь, и ждёшь меня? — с улыбкой на лице спрашиваешь ты. — Не могу без тебя уснуть.— Хёнджин не отрывается от холста. Его не пугают ни внезапное прикосновение, ни объятия со спины, ведь он ждёт пока ты придёшь и подаришь ему своё тепло и поцелуй в темную макушку. Ты исполняешь его неозвученное желание, после чего треплешь по волосам. Они после недавней стрижки уже слишком короткие, чтобы завязывать их в привычный хвостик, но ещё не такие длинные, чтобы спадать на глаза и мешать видеть. Не желая уходить из комнаты, ты решаешь остаться ненадолго с Хенджином и позволяешь себе небольшую игру, потянувшись к столу с красками. Всё ещё погруженный в рисунок Джинни не замечает, что ты взяла первую попавшуюся испачканную в масле синего цвета кисть. Первое, что вырывает парня из аккуратного выведения линий, стало щекочущее чувство на левой щеке, сдающее тебя с поличным. — Ах ты…— Хёнджин резко поворачивается, откладывая кисть, что держал в руке последний час. Ты разражаешься таким громким и искренним смехом, будто совершила самую подлую вещь в мире и знаешь, что тебе ничего за это не будет. Конечно, тебе за это ничего не будет, кроме мести в двойном или, хотя бы, в таком же размере. Джинни не мелочится и опускает большие пальцы обеих рук в красный цвет, после чего накрывает ладонями твои щеки и проводит по ним длинные масляные полосы. Теперь и ему очень смешно. И в этом особенность ваших отношений. Вам всегда так смешно друг с другом, что от смеха болит пресс. — Почти Симба, — осматриваешь ты результат трудов парня через фронтальную камеру телефона. — Подожди, ещё кое-что, — на пальцах Хёнджина ещё осталась краска, которую он вытирает не о расходную тряпку, а о твои нос и лоб. По ощущениям на коже и движениям рук парня чувствуется, что непокрытыми краской остаются только губы, — Последний штрих.— Джинни, не стесняясь обхватывает твоё лицо и целует. Его губы такие большие и мягкие, что ты бы никогда не отрывалась, если бы не затекающие от согнутого положения спина и шея, ведь он всё ещё сидит на стуле, развернувшись к холсту. Тебя дёргают за предплечье, призывая найти себе место на его коленях. Не отстраняясь от парня, ты наощупь перекидываешь ногу через его бедра и устраиваешь руки на его шее. Сильные от постоянных тренировок ноги Хёнджина легко держат вес целого человека, будто ты весишь не больше Кками. Его руки оборачиваются вокруг твоей талии, поглаживая, выводя большими пальцами круги на ней. На этом Хёнджин не останавливается и скользит ладонями по напряженной спине вверх. От накатывающих чувств ты, запрокидывая голову и шумно выдыхая, сводишь лопатки, что читается парнем как зеленый свет, отчего он припадает губами к шее, оставляя на ней десятки нежных и более настойчивых поцелуев, тянущихся от ключиц до линии подбородка. — Пойдём.— держа парня за запястье, встаёшь ты с хитрой улыбкой на раскрасневшихся от долгих поцелуев губах. Свет в мини-студии гаснет, но огонь в ваших сердцах вряд ли когда-то погаснет. Вы утопаете в чувствах друг к другу, но не захлебываетесь ими. Построенный собственными руками купол над вами, позволяет дышать. Дышать друг другом так, что находясь порознь, легкие обжигает, словно воздух отравлен, и только противоядие в виде неиссякаемой любви способно вам помочь. Вашу любовь не скрыть ни за одним слоем масла и не описать ни одной картиной. Она ярче Сириуса и точно горячее Солнца.