«Милый мальчик» Александр

      Без тьмы нет света, без света — тьмы; без них обоих нет чёрно-белых полос, а без полос нет и нормальной жизни: настоящей, не фантастически хорошей, до кариеса слащавой и правильной. Мы живём в антиутопии: в больших городах царит беспредел, хаос и грязь; крысы, как обычные животные, так и человекоподобные твари шныряют туда-сюда да зёрна жрут, наслаждаются чужими плодами и гадят неудобным людишкам; удобным лапшу на уши вешают и распускают слухи, говорят о другом гадости за спиной. Не бывает в мире мира и чистых намерений: каждый, начиная от прогнившего полностью людишки и заканчивая самым добрым человеком на Земле — все крысы в той или иной степени, всем нужно выговориться и они говорят, обсуждают человека и осуждают его манеру речи, поведение, делятся личным и говорят другому, что их друг якобы плохой и так настраивают против, совсем этого иногда не желая. Мне мой друг однажды сказал, что идеальными могут быть только числа, а чистыми и воистину добрыми только ангелы, если они существуют, ведь это люди придумали себе религию и божеств, чтоб им поклоняться и за молитву, а иногда и за деньги искуплять свои грехи. Но религия олицетворяет веру в хорошее, не правда ли? Глубоко верующие, с другой стороны, не нарушают священные заповеди и приближены к тому подобию «истинного добра», про которое им твердят с малолетства. За религию не осуждают нормальные люди, но эти же нормальные люди могут обходиться без веры в сверхъестественное вовсе, не по заповедям, а по совести делая хорошие поступки или сторонясь плохих. Никто, однако, от греха не защищён, но некоторые сверхумные люди переходят все рамки в своих принципах и поведении.       Александр был одним из миллионов таких выродков человечества. В нём плохое превышало хорошее практически всегда: неуравновешенный характер делал его непредсказуемым иродом, которому никто и слово пискнуть не может — не позволял более низкий статут перед сильным начальником фирмы. Как ещё фирма не развалилась? Хорошее и в то же время плохое заключалось в способности отстаивать свои права, хитро пробираться сквозь колючие заросли интриг и завистливых конкурентов, оставляя их, порой, с носом. На этом его более-менее благие пробивные способности заканчивались и начинался страшный выжженный лес из пепла, обиды, нестабильности и бесконечного гнева на окружение и себя.       Александр не любил никого, но удачно рисовал любовь к себе и к своей девушке, которая по наивному убеждению: «он у меня хороший, он перевоспитается» не убежала от него при первых же побоях.       Светлана как никто другой соответствовала своему светлому имени когда-то: лучистая, открытая к новым знакомствам, добрая, харизматичная душа компании. Она не воплощение добра, но не являлась лицемеркой с прикрытием в духе: «я за мир во всём мире, но сама буду использовать людей в своих целях, не стыдиться всех своих плохих поступков и не буду сдерживать эмоции — мне можно», Света жила и чувствовала мир и людей, была отличным советчиком, хотя и придирчивостью, и чревоугодием не обделённая. Прошла буквально половина года, когда всё изменилось и друзья не узнали былого лучика солнца: он потускнел, практически исчез из Светы, а заместо него появились покорность и тихость серой скромной мышки, а дело было в её новом и не таком божественном и милом Александре.       Света считала, что у него просто сложный характер, а её «милый мальчик» запутался в нитях тяжелой жизни, но звоночек был уловлен только после первых домашних побоев: она лишь сказала приготовить поесть самому, так как сама болела и лежала с температурой под рекордные для неё сорок, не получая при этом от парня никакой помощи. Беспомощная и ослабшая Светлана не могла ничего поделать и возразить, боясь очередных пощёчин и громкого голоса, поэтому еле как встала и изготовила благоверному кушание, свалившись в небытие из-за слабости.       Её организм не выдерживал и Александр слава богу додумался вызвать скорую и поехал вместе с ней в больницу. Конечно, никому не сказали про поведение парня, но в дальнейшем ничего не поменялось. Друзья, как узнали про рукоприкладство внутри отношений, ужаснулись и говорили уходить скорее, бежать что есть сил, но Света находила оправдание всему, что делал с ней Александр. Философия «бьёт — значит любит», увы, была вбита в головушку отношениями между мамой и её разными ухажёрами, поэтому и повзрослевшая дочка считала это нормой. «Он любит, по-своему» — слепо верила она, цепляясь мнимыми надеждами за крохотные хорошие моменты, к примеру: Александр её защищает перед своими родителями, которым выбор сына не нравится, а ещё он за руку её всегда держит, выиграл для неё пони, сводил в дорогой ресторан один разочек. «У него ж много денег, почему разочек?» — и на этот вопрос у неё находился ответ: «Деньги пускает на благотворительность, что-то в дом покупает, не всё же мне», — и тихо смеётся, мол, само собой разумеющееся.       У них и в правду есть милые моменты, могу сказать даже стереотипные эпизоды жизни всех влюблённых парочек, но меня также, как и остальных настораживает настоящая ситуация. Выходит, что вся милота между Светой и Александром, весь свет здоровых отношений не более, чем пыль в глаза: прикрытие, игра на публику, чтобы лишний раз не докапывались, зато дома невесть что творится и не знаешь уже, как бедолаге помочь: сами же знаете, что никто из верхушек не защитит жертву, тем более если сама жертва не говорит ничего плохого о своём «милом мальчике», а если милый — зачем устраивать лишние навороты? Семья как семья, отношения как отношения, увы, среднестатистические.       Не только у Светы и её родителей такое было — у всех по всему земному шару, каждый день, каждый час, каждую минуту происходят неуважительные действия в сторону второй половины, и не всегда только со стороны мужчины по отношению к девушке: особый род крыс и прогнивших тварей существует среди всех полов, национальностей, городов и стран — от них не избавишься, их не искоренить — на то и живучие крысы. Только должное воспитание и меры наказания за нехорошие поступки смогут хотя бы как-то урегулировать количество злых людей, но фактор личности человека никто не отменял — это означает, что если человек не хочет меняться, он и не поменяется даже при постоянных наказаниях, хоть плетью бей до крови — не поймёт.       Я знакома со Светой, косвенно — с её ковалером, и мне очень не по себе от того, что подруге приходиться терпеть. Что делать? Внешне: красивая пара, но внутренне: прогнившее месиво из боли, страданий и мнимых надежд.       Вот тебе и «Милый мальчик» Александр, конечно…