Музыка Миров, том первый

Человек закончил печатать на клавиатуре и сохранил документ. Последние правки и исправления, сделанные в соответствии с комментариями параллельно читавшего распечатку гостя, сидевшего на диване позади, были внесены — и теперь оставалось дело за исключительно механической вычиткой и исправлением досадных опечаток. Маленькая колонка позади двух мониторов доигрывала «Et si tu n’existais pas» за авторством легендарного Джо Дассена. — Лариса, пожалуйста, поставь на паузу плейлист «Музыка миров». — Хорошо! Приятной тишины! — Спасибо тебе, добрая кибер-женщина. Автор обернулся к своему первому читателю и напрямую спросил: — Ну, как тебе? Читавший гость аккуратно снял с жёлто-красных глаз очки, спрятав их в глубинах коричневой шерсти, сложил листы бумаги в одну стопку на диване, встал со своего места и направился к оконной раме. Подняв жалюзи, он открыл окно, из которого сразу повеяло холодным и загазованным воздухом столицы, и встал на подоконник, сопровождая свои действия незатейливой песенкой: — Открыт роман, Читатель пьян, Разлив вино, Шагнул в окно! И, действительно, необычный гость просто взял и вышел в окно, без единой задней мысли. Прямо с высоты шестого этажа. Парень закатил глаза, вздохнул и стал ждать, думая, откуда его хаотичный посетитель соизволит появиться. Из прихожей раздался дверной звонок. — Я тебе не буду открывать, как вышел, так и заходи обратно! — крикнул, обернувшись в сторону входной двери, человек. Как по волшебству, вдруг открылась дверца шифоньера справа, и оттуда высунулась хитрющая морда Дискорда. Писатель снова закатил глаза, провёл рукой по волосам и проговорил: — Позер… — В третий раз говорю, от позера слышу! А сам-то? — парировал драконэквус, освобождаясь от выуженной из шкафа зимней куртки и возвращаясь обратно в помещение. — И я ничуть не лучше, это правда. Дал, блин, почитать своё произведение самому Духу Хаоса. Что не отменяет моего вопроса, тем не менее. Окно закрой, кстати, холодно. — Если вкратце, то мне понравилось, — ответил дух, возвращая окно в закрытое положение. — Ты и так слушал мои комментарии на тему происходящего, очевидно, я бы их не давал, если бы мне было бы неинтересно или неприятно это читать. Видно, конечно, что это первая проба пера, но прогресс заметен уже. Как я понимаю, ты себе дал карт-бланш на несколько томов или книг вперёд, продолжающих историю? — Ну да. Различные, но слегка бессвязные, идеи уже есть, я не знаю, правда, будет ли желание продолжать. Думаю, написание продолжения этой истории будет зависеть от мнения совершенных незнакомцев в комментариях. И да, естественно, я стебусь. Разумеется, отзывы будут важны для понимания, где я смог реально затронуть струны душ, а где я недотянул, но, конечно же, основной критерий — это время и собственное желание. Ну и, наверное, отзывы от друзей — это самое главное. Эх, будет вообще замечательно — если на это произведение обратят внимание, хотя бы, единицы из тех, творчеством кого я вдохновлялся. — Напомни старому Духу Хаоса, а чьё творчество для тебя было решающим? — спросил Дискорд, подойдя к стене рядом с человеком и проведя рукой по акустическому поролону. Хмыкнув себе под нос, драконэквус стал такими же мягкими пирамидками на свободном участке стены по соседству. — А ты раздел «посвящения и благодарности» потом прочитай. Там написано, кому я благодарен за вдохновение. Да и вообще, я делал оммажи и аллюзии на них. Но самыми решающими, пожалуй, были «Вторая жизнь» Мунуиспера, «Чужая магия» Каскета и, пожалуй, прочитанные в детстве книги Андрея Белянина. А, «Восход Луны» Гепарда Лайри ещё. — «Вторая жизнь», говоришь? — хмыкнул собеседник. — Знаю такую, немало благодаря своей… хотя нет, даже своим версиям из того мира. То есть, все эти пересечения и совпадения… — Нет, — сразу прервал рассуждения драконэквуса парень, — они являются исключительно совпадениями и аллюзиями. Практически все. Я честно попросил у него разрешения взять некоторые вещи в своё произведение, например, его придумки на тему некоторых изначально блеклых географических названий. В некоторых местах я давал уважительные кивки и отсылки на его творчество. Что забавно, мы с ним оба шли параллельным курсом в некоторых местах. Писать своё я начал почти сразу же, как закончил с «Чужой магией» и приступил к чтению «Второй жизни». И первой написанной главой (которой, к слову, всё могло и ограничиться) была «Если б не было тебя…». А теперь представь моё удивление, когда я вписал песню «Et si tu n’existais pas» в свою главу, посвящённую Луне, а немногим позже я читаю, как эту же самую песню в контексте того же самого образа, который ему явно тоже небезразличен, указывает совершенно другой человек. То есть, просто задумайся. Двум людям с разницей в сколько-то лет, независимо друг от друга, пришла в голову одна и та же мысль. И я, и он, однако, подали это совершенно по-разному, но сама идентичность концепции — это явно какой-то сбой в матрице. — Миндальная связь это у вас, — хмыкнул Дискорд, осыпавшись на пол со стены тысячами одноимённых орехов и, словно робот «Т-1000», собираясь из них в прежнего себя. Автор продолжил, игнорируя его выходки: — Возможно. Ну, окей, признаю, я позаимствовал у него песню «Мёртвых Дельфинов» из его третьего тома. Как-то я не особо слушал эту группу до прочтения его книги, но мне показалось, что эта песня слишком хороша и идеально подходит к ситуации, так что решил её тоже включить. Опять же, вписали мы её совершенно по-разному, так что я не ощущаю, что стырил идею. Вдохновился — да, украл — нет. Правда, включить себе ещё и «Я верю» от Ляписа Трубецкого я себе уже не позволил — уже было бы слишком неоригинальным копированием, хоть я бы там и явно заменил одну строку. Пожалуй, вместо повторения в припеве «Верю в Гаутаму Будду», я бы написал «Верю в Селестию, верю в Лу́ну». Ритм сохранён, но куда ближе лично мне и моим персонажам. — Хех… Персонажам, ага… — пробормотал Дух Хаоса. — К слову о твоих… «персонажах» — Дискорд выделил голосом последнее слово. — Мне, конечно, крайне лестно, что ты ввёл меня как одного из второстепенных героев, но хотелось бы, если честно, побольше, скажем так, эфирного времени в будущих частях. А то я бо́льшую часть произведения прокуковал на Земле, а в остальное время был либо бессилен, либо наоборот всесилен. Как бы да-а-а, характер и поведение персонажа — просто моё почтение, отобразил идеально, будто лично меня знал… Но мало. Требую больше себя! — Вот требовать тут ничего не надо, Ди, ты не у себя дома, а то обижусь и вырежу из сюжета или вовсе оставлю в постъядерной пустоши. А финальный «презент» от твоего персонажа подкручу зельями или другой какой магией, вариантов много. Пожелание учту, впрочем, я думал тебе посвятить полноценную арку в Кантерлоте, если буду писать продолжение. Просто мог бы нормально попросить — и я бы нормально ответил. — Пардон. Немного забыл, что я… как, впрочем, и ты сам, — тихо добавил драконэквус, чтобы его не услышал «автор», — и сейчас персонаж — и несколько не обладаю правом голоса. — Чего?! Ты о чём вообще? — Неважно, думаю, это и без меня тебе выскажут те, кому ты это произведение покажешь первым… В любом случае, спасибо, если посвятишь мне достаточно времени в последующих томах, — удовлетворившись обещанием автора, кивнул драконэквус, меняя тему: — Мне, кстати, понравилось, как ты реализовал языковой барьер между персонажами. Как я понимаю, реверсированные фразы выглядят так исключительно для читателя, а не, действительно, таковыми являются? — Конечно! Мне очень хотелось, чтобы, при желании, каждый мог прочитать, что я написал в этих странных диалогах. Без знания выдуманных языков, без каких-то шифров, заменяющих буквы. Просто читай слова с конца — и тебе будет почти очевидно, о чём говорят. Но нет, для самих персонажей языки звучали совершено незнакомо, за исключением имён собственных. — Как ты там сказал, когда я стал читать? «А ведь началось всё с одной тупой шутки про Йегреса и Вела»? — Именно. Изначально я хотел заменить имена «попаданцев» на реверсированные — Йегрес и Вел. Но потом плюнул и решил оставить как есть, не меняя. Так и искреннее получается, как мне кажется, да и вариаций реально существующих имён я могу написать куда больше, чем выдуманных. К тому же, имя одного из персонажей, а вернее, антоним к такому же по написанию и звучанию слову, позволило мне достаточно много раз употребить одну крайне тупую шутку. Кто увидит её, тот молодец. — А глоссарий с пояснениями шуток и отсылок планируешь вводить? — хмыкнул Дискорд. — В пень. Мне, откровенно говоря, лениво. Если кому-то интересно, для обсуждений подобных находок есть комментарии. К фанфику и без этого будет прилагаться плейлист с музыкой, ни к чему ещё больше перегружать читателя. Кто увидит — тот увидит и порадуется, красавчик. Кто не узнал или не понял, так зачем его мучить? — Резонно. Ну ладно, как самому тебе-то своё же произведение, как автору? — Естественно и логично, мне оно нравится. Всё же, я его написал — и не могу слишком строго к нему относиться. Может, это и очередной графоманский фанфик про попаданцев с банальной любовной линией, но это мой графоманский фанфик про попаданцев с банальной любовной линией! Несколькими, если совсем придираться. Ну а если серьёзно, время и отзывы покажут. Главное, чтобы отзывы были от тех, кто мне дорог. — Точно! Те, кто дорог! Спасибо, что напомнил, я же, чуть было, не забыл! — хлопнул себя птичьей лапой по голове драконэквус и материализовал откуда-то жёлтоватый сложенный лист пергамента, положив его перед человеком. Тот непонимающе уставился на своего собеседника и аккуратно взял свёрток. Парень, пожав плечами, перевернул странный конверт, и увиденное на обратной стороне заставило его потерять дар речи. На тыльной стороне странного свитка красовалась чёрная клякса, посреди которой белел полумесяц. Человек аккуратно, словно боясь, что тот рассыплется, подобрал письмо в руку, другой захватив свой сотовый телефон. Наконец-то, сумев совладать с эмоциями, он, стараясь не пересекаться взглядом с собеседником, проговорил, вставая с кожаного кресла: — Извини, пожалуйста, Дискорд, мне надо отлучиться на кухню… Э-э-э, позвонить, да, позвонить… Хм… Льву, мне нужно сказать ему, что я завершил написание «Музыки миров», пусть порадуется, а заодно морально готовится к прочтению. Драконэквус проводил взглядом явно торопящегося парня и, усмехнувшись, крикнул тому вслед: — Поставь чайник, раз всё равно идёшь в сторону кухни! Спасибо! — удовлетворённо потерев птичьей лапой о львиную, Дух Хаоса уселся за освободившееся перед мониторами место, принимая облик типичного стереотипного художника, с беретом, в водолазке и лихо закрученными усами. Дискорд посмотрел в папку с документами и покачал головой: — А я пока что тут немного победокурю… Заодно немного тебя проучу… Что же у нас тут можно такого интересного сделать, чтобы и не испортить произведение, и, в то же время, внести парочку своих штрихов? О, он даже решил добавить мои комментарии к главам в виде эпиграфов, занятно-занятно. Пожалуй, добавлю их и там, где у нас не было диалога, в формате собственных мыслей. Так, ну это мы вырежем, его кобылкам это видеть ни к чему, — бормотал себе под нос драконэквус, увидев название файла «Музыка миров — Д+ФШ (18+)» и удаляя его, — Имел же неосторожность рассказать как-то по пьяни… О, а вот и наш с ним только что прошедший диалог!.. Хо-хо-хо, это, конечно, надо умудриться: в своих же собственных мемуарах указать себя, как бы с точки зрения так и не попавшего в Эквестрию! И, при этом, ещё человека… Ну, я сейчас этому крылатому единорогу устрою разлом четвёртой стены и объективную критику!.. Дискорд не без удовольствия размял до хруста свои руки-лапы и начал печатать, совершенно не смущаясь тем, что знакомым с устройством компьютера он как бы и не должен быть. Хоть за тысячу с лишним лет в Эквестрии и очень многое изменилось. Через некоторое время драконэквус пошарил глазами вокруг, решив развлечь себя ещё и музыкой, и произнёс себе под нос: — Как этот рогатый пегас там её включал? Ах, да я с ними, с этими заклинаниями для техномира, — привычно щёлкнув пальцами, он направил небольшой пучок магии в сторону умной колонки. — Слышишь меня, фурия из музыкальной коробки? — Да, Дискорд? — раздался компьютерный голос электронной помощницы. — Хоть вы и не являетесь владельцем данного устройства, но чем я могу быть полезна Вам? — Поставь-ка музыку с миллениум с лишним как погибшей планеты, что-нибудь на мой вкус. И добавь ещё четыре песни в плейлист владельца. Ты сама знаешь, какие. А, и обратись, пожалуйста, ко мне по полному имени. — Будет исполнено, о, Великий Владыка Хаоса Дискорд. — Отли-и-ично, — протянул Дух Хаоса, искренне наслаждаясь земной музыкой. — Что ж, на месте Луны, Рэрити, Селестии, Твайлайт Спаркл и Сансет Шиммер, я бы точно дал их жеребцу и супругу по подзатыльнику за подобный выкрутас с финалом. И я сейчас даже не про эпилог, он-то как раз таким трагичным и был в жизни, я про эту конкретную главу. Вот ведь аликорн тартаров, соврать он решил! В мемуарах-то, ага! Как будто это какой-то земной макси-фанфик, ха! Уж Земли-то хренову тучу лет нет, немало благодаря вашему покорному драконэквусу… Права ты была, Тия, ох, права: наглец он тот ещё! Верно же я говорю, дорогие пять кобылок, которые читают сейчас записи своего любимого?.. Хм, ещё документ? О, довольно красивый стих Серёга написал, посвящённый своей первой супруге… И далеко не последний, всё же, я их тоже немало слушал и читал за сотни-то лет нашей с ним дружбы… Уговорили, дамы, сейчас его тоже приложу. Но чтобы все пятеро дали по подзатыльнику Серёге! И Льву передайте, кирину этому лохматому, чтоб тоже врезал другу! Просто потому что, ибо нефиг! Ладно, я почти закончил… Осталось, пожалуй, только сам этот стих оформить красиво. Итак, с чего бы начать?.. О! Идея… Даже сохраню его странную задумку, за которую принцу точно влетит… «Человек задумчиво стоял на кухне рядом с открытым окном…»

***

Человек задумчиво стоял на кухне рядом с открытым окном, с наслаждением вдыхая холодный вечерний воздух осенней Москвы. Если бы он ещё курил, то непременно сейчас бы затянулся, просто от исключительной неожиданности произошедшего с ним только что. Но сейчас автор «Музыки миров» просто наслаждался мелодией, раздававшейся из телефона. Естественно, никому звонить он не собирался — и ему было нужно немного времени и повод побыть наедине со своими мыслями. Из динамика бодро раздавалась инструментальная версия «Воспоминаний о былой любви» за творчеством «Короля и Шута». Парень внимательно вчитывался в строки на развёрнутом листе пергамента, оказавшимися небольшой запиской: «Patience is never easy, But we will both meet one day. I know how hard it is to wait, My silly lone man Sergey…» Сергей задумчиво посмотрел на своё правое плечо, где красовалась татуировка царственной синешкурой аликорночки с космической гривой и бирюзовыми глазами, стоящей в профиль к смотрящему и кокетливо приподнявшей переднее копытце. Он улыбнулся изображению принцессы Луны, приостановил воспроизведение песни в телефоне, посмотрел на вечернее небо мегаполиса с небольшим количеством звёзд и вдруг, не обращаясь ни к кому конкретному начал читать из головы написанное некогда стихотворение: — Как думаешь, Лунá моя родная: Получится ли мне прийти к тебе? Столь сильно выразить хочу словами, Какой огонь ты разожгла в моей душе. Романтик смертный, полюбивший чудный образ: Бессмертную Хранительницу Снов, Принцессу Ночи, пони-аликорна. Я не уверен, что достоин быть с тобой… Вокруг тебя поток течёт неумолимо: Вцепиться попытавшись в берег твой, Меня снесёт жестокою рекою жизни, Случалось прежде как со всеми, кто был до… Я стану старым, немощным, ворчливым, А ты останешься всё той же молодой, Как в день, когда впервые я тебя увидел… Что может Вечной однодневный дать цветок?.. Я понимаю, что делю медведя шкуру Ещё бродящего в чащобе глубоко, Но разве грéшно мне, мечтая, думать О космогривой своей музыке миров?.. Сумей ведь даже рядом очутиться, И, чудом, к сердцу Лу́ны путь найти; Как мне успеть тобою насладиться, Когда столь мало времени даст жизнь?.. Могу представить, как ты одинока, И как хотела ты тогда любимой быть: Ведь твои ночи не ценили в прошлом пони, Но любит тот, кто никогда не видел их… Я так хочу с тобою поделиться Своей любовью, нежностью, теплом! Пускай по времени безумно ограничен: Готов отдать тебе я всё его!.. И пусть ещё я до конца не знаю, Как мне пробиться сквозь туман слепой, Когда прорвусь, Лунá, я обещаю: Согрею сердце я твоё души огнём!.. Любимая! Искать свой путь с Земли циничной Ради тебя я вечность хоть готов! Прошу, Лунá, лишь об одном: меня дождись ты… Ты мой маяк. Моя ты музыка миров.