В погоне за Узумаки Наруто

Когда Тобирама вошёл в кабинет, Наруто на рабочем месте не было. Зато на столе светловолосой занозы стоял кактус, приветствуя его своим растопыренными в стороны мясистыми листьями. Большой такой кактус. Зелёный, как его ревность. Колючий, с большим розовым цветком на самой верхушке. Грубая вульгарщина, а не растение. У Тобирама заходили желваки. Мгновенный прилив злости заставил сжать дверную ручку до побелевших костяшек пальцев. Глаза застилала красная пелена. Чувства, которые застали его врасплох прям на пороге, там же и задержали. Это было слишком. Сенджу спокойно закрывал глаза на все жалкие попытки окружающих оказывать Наруто внимание, ведь она была такой наивной и беспечной, что не понимала ужимок окружающих. И это его забавляло. И сейчас она бы не поняла в чем дело, зато он-то понимал! Наблюдал, внимал, расшифровывал. — Это перебор, — процедил он сквозь плотно сжатые зубы, смотря на кактус так, будто бы тот его обидел лично. Стук в дверь он услышал не сразу. Да вообще не услышал. Сквозь яростный шум закипевшей в венах крови не пробивалось ничего. Он почувствовал, что дверь дергают далеко не сразу. Причем с внушительной силой дёргают, а может уже и выбить пытаются. Резкий рывок, и он распахнул ее. Что-то жалобно треснуло . Ранее сжата им ручка осталась в руке. Выломанная. Наруто с разбега влетела ему плечом в грудь, не успев затормозить, когда преграда в виде двери исчезла на ее пути. Он выпустил из рук испорченную дверную фурнитуру и тут же стиснул девичьи плечи, поворачивая Наруто к себе лицом и заглядывая в ее большие глаза. Их кристально чистая голубизна сбавила градус его гнева. Но внутренне он всё ещё кипел и дрожал. Обещая, что кто бы не отправил ей этот гребанный кактус, получит ликорисы. В лучшем случае в руки лично, а не посмертно. Нет! Ну это же надо, какой-то хмырь возжелал Наруто в самом низменном смысле этого слова! Краешком сознания Тобирама понимал, что его реакция максимально неадекватная, но ничего поделать не мог. Все это было выше его сил и не поддавалось контролю. — Прекрати рычать, — Наруто положила свою ладонь поверх его лба, обеспокоенная здоровьем Тобирамы. Тот как-то тяжело дышал. А красные пятна, покрывающие его лицо, придавали тому некую болезненность. Алые глаза лихорадочно блестели, что-то высматривая на ее лице. — Заболел? — но как она не старалась, температуру прощупать не могла. Она уже и тыльной стороной ладони прикоснулась к его лбу, и поменяла руку, проделав ту же самую манипуляцию, усиленно ища очевидные признаки жара. Но тот не находился, как бы она не старалась. Тобирама был не горячее нее самой. Сенджу задышал ещё тяжелее и глубже. Наруто перетянула все его внимание на себя. На смену гневу во всю прыть спешило волнение иного рода. И оно горячим камнем ухнуло в желудок. Каждое касание ее руки к его лицу заставляло сердце предательски сжиматься, а лёгкие сокращается - ещё чуть-чуть, и он забудет как дышать. Ее пальцы были убийственно нежными и обжигающе горячими. Тобирама рассыпался на куски под их трепетным давлением. — Тобирама… Тобирама! — Наруто, увидев, как Сенджу теряет связь с действительностью, да ещё и дыхание у него замедляется, почти исчезая, в панике стала бить того по щекам, приводя в чувства. — У тебя аллергия на цветы? Тебе плохо? Может, показаться Хашираме? — Сенджу смотрел на нее отсутствующим взглядом. — Мне убрать кактус? Воды? Окно открыть? Нехитрым методом вычисления, она решила, что виной всему кактус, который с утра притащила в их кабинет. Если грешить на аллергию. Тобирама при слове кактус вернулся к реальностью, собравшись воедино почти за доли секунды. Разум сбросил с себя пленительные оковы влюбленности и заработал почти что в прежнем режиме. — Нет, все в порядке, — с каменным лицом лгал Тобирама. Ну не говорить же ей, что ни в коем случае не в порядке. И не устраивать допрос с пристрастием, кто же инициатор подарка. А хотелось, очень хотелось. Ему нужно знать имя этого негодяя! Имя! Это будет уж слишком очевидно, прижми он ее к стене, авторитетом выдавливая информацию об ухажере-смертнике. Надо набраться терпения и просто выждать. Она сама расскажет. Или очень-очень ненавязчиво поинтересоваться, от кого подарок. Не может он жить спокойно с мыслью, что его Наруто делают такие откровенные намеки. От мысли, что этот хам живёт себе спокойно и где-то там думает о Наруто в недопустимой плоскости, его накрывала удушающая ярость. — Не уверена, — глянув на вновь покрывшегося красными пятнами альбиноса, обеспокоено произнесла Наруто. — Не беспокойся. — он отвернулся и пошел к столу, забыв напрочь о том, что сломал дверь. Наруто настороженно провожала его спину взглядом, не понимая, что сегодня с Тобирамой. — Ты всё ещё принимаешь подарки? — внезапно спросил Тобирама, старательно отводя взгляд от кактуса, который его так раздражал. Пальцы у него подрагивали, выдавая с потрохами нервное состояние. Сенджу уже обмозговывал правдоподобную причину, из-за которой Наруто стопроцентно должна избавиться от растения. — Тебе надо быть жёстче и уметь отказывать, а то воспримут это как шанс. — А-а-а, ты про кактус? — Наруто подошла к горшку с растением и любовно погладила розовый цветок. — По дороге сюда купила. Он выглядел таким одиноким на фоне пышных и роскошных цветов. Мне стало жалко, вот, — и Наруто села за стол, все ещё искоса поглядывая на Сенджу. — Он я… — но заготовленная речь о том, что растение ядовитое, так и не сорвалась с языка. Сенджу во все глаза вылупился на Наруто, когда до него дошел смысл сказанного. Как так она купила? А как же… Его тут чуть удар не хватил! Он напридумывал себе кучу всякого, собирался уже вступиться за ее честь, а она, значит, просто купила его? Потому что тот выглядел одиноким? Серьезно? — Он что? — оторвала она взгляд от документов и выжидающе посмотрела на Сенджу, который сегодня бил рекорды по странностям. Сейчас он выглядел каким-то растерянным и оглушенным. Словно его по голове ударили чем-то тяжёлым. — Яркий, — сконфуженно буркнул Тобирама и тут же взялся за работу, чувствуя себя последним кретином. Но внутренне ему полегчало. Как камень с души. Ликорисы похотливому ухажеру отменяются.