Милослава и Матвей

Матвей второй день живет у себя в квартире но в другой вероятности. Это очень странное чувство, ведь он одновременно у себя и в гостях, все то же самое, но старое, те же самые люди, но его никто не узнает… Воистину странно! Милослава все больше ему нравится. Она красивая и умная и приветливая… Он влюбляется в нее… все больше… Как в девочку… Ему теперь будет ее не хватать… Но об этом нельзя говорить, ведь он в ее глазах, да и в чужих тоже, ОКАЖЕТСЯ САМОВЛЮБЛЁННЫМ БОЛВАНОМ! Ведь они — разные варианты одного человека… Милослава второй день принимает другой вариант себя — Матвея — у себя дома… Он все больше ей нравится… Он меняется к лучшему и становится ее возлюбленным… Надо бы ему сказать, но… осмеёт же. И вообще… Он скоро уйдет… И ей будет больно… Нет, она ему не скажет… …Как и он ей… Снаружи они оба холодны друг с другом. Потихоньку оттаивают, но это просто… она больше не презрительна по отношению к нему… Это хорошо… Но большего он от НЕЕ не заслуживает… — Матвей! Вставай! Пора! — Рано же еще… — А мне надо к семи в музыкалку и забрать мамино пальто из химчистки и выгуливать собаку маминой коллеги… — Понял-понял, пора вставать. Ээээ, можешь, пожалуйста, отвернуться? — Хорошо. — девочка повернулась и Матвей быстро переоделся. — Все, Милослава. — та повернулась обратно. Он восхищал ее еще больше. Красавец, умница, делает все больше добра… — Ну как? — Прекрасно выглядишь… — А… Давай станем друг другу, как брат и сестра… нас будут объединять мама, квартира, Ксюша, папа,. Ватрушкин и другие ребята… Олег Денисович… Я много об этом думал… И теперь знакомство и дружба с этими людьми не так досаждают, даже радуют! — Давай… Не забывать друг друга… Так нам будет легче. Тем более, я всегда считала, что у меня есть брат… Мама опровергла эту теорию, но теперь я знаю, что чувства и суждения мои были верны. Вечером Матвей уходил и они попрощались еще в квартире… — Там некогда будет… — Да, лучше здесь. Можно… твое фото? На память? — Да, вот, бери конечно

У трубы

— Пока… Милослава… До свидания… — Он хотел уйти, но не выдержал и подарил Милославе свой телефон… с фотографиями папы. — Это… Это тебе на память… — А маме я что скажу? — Девочка явно растерялась. — Что нибудь да придумаешь, наверное. — Матвей вдруг понял, что больше никогда их не увидит. Никогда и нигде. От такой суровой реальности сердце рвалось на сотни и тысячи мелких кусочков… — Попробую. Спасибо. — Не за что. — Прощай, Матвей. — Денисыч пожал мальчику руку — второй раз за неделю, а до этого ни разу за два года такого не было. Матвей нырнул в трубу. — Пока, Матвей! — Матвей, уда… Звуки оборвались. Он дома. Он прополз из того конца, из которого вылез в прошлый раз… Ему не приносило радости возвращение… Хорошо, что он догадался попросить фото Милославы… Прощай, сестренка… Спасибо… Веня… и Олег Денисович…