Creepypasta

      

Здравствуйте 👋, это снова я, которая нагребла информацию о Клокворк. История начинается с детства Натали, но сначала я ознакомлю вас с ней. Её зовут Наталия Оулетт, в дальнейшем получит псевдоним Клокворк. История которую я нашла, начинается с 9 летнего возраста Натали, заканчивается в 13 (9-13 лет). Вместо левого глаза стоит циферблат от наручных часов, а из-за операции изменен цвет глаз. Настоящий цвет глаз-карие. Так же имеет сшитую улыбку. До того, как стать убийцей, Натали была вежливой и застенчивой, но из-за жестокого воспитания ее характер значительно изменился и она стала более подавленной и встревоженной. После потери рассудка она стала более сдержанной и неэмоциональной, поскольку предпочитает скрывать свои чувства от других, пока не почувствует, что можно их выплеснуть. Став взрослой, она стала очень заводной, дерзкой и крикливой, так как она скажет почти все кому угодно, и ей неважно, оскорбляет это их или нет. Это также относится к ее саркастической натуре, смешанной с ее извращенным чувством юмора. Когда она знакомится с новыми людьми, она часто производит впечатление жестокой, садистичной, несносной и неженственной. Впрочем, теперь вы знаете что она из себя представляет. Думаю, можно ознакомиться с её историей. -/ иронично что пока я это пишу,я слушаю песню Маленькая девочка сидела в своей комнате, обнимая своего плюшевого жирафа. Она слушала крики своих родителей, которые ссорились как раз из-за неё. Ранее, Натали что-то накалякала на стенах, что не понравилось её отцу. —Кричал громкий, глубокий голос,видимо, то был глава семьи-отец. Что он крикнул было не ясно,но походу он был зол из-за того что младший член семьи разрисовал стены. Он проклинал то что у него есть дети. — —Все, что они делают - это портят, рисуют на стенах— отцовский ор был перебит возмущенным воплем матери Наты— ЭТО ДЕТИ, Дэвид! Они не знают что ХОРОШО, а что ПЛОХО!—Настаивала на своём Мэрибет пытаясь как-то заступиться за свою дочь. — Мэрибет! Я НЕ ХОЧУ слушать твои хреновы оправдания! С меня достаточно! — И что ты собираешься с этим делать? А?! — Пересекла возмущение от своего мужа-Дэвида. На это он развернулся и уверено зашагал в сторону комнаты маленькой Наты.. Младшая Оулетт отлетела от закрытой двери ибо она услышала тяжёлые шаги отца. Она прижимала к себе жирафа ещё сильнее. Если бы она могла,то с удовольствием провалилась бы под землю. Дверь с размаху открылась, и на пороге стояло большое, сердитое, жирное тело отца. В одном из своих мясистых рук он держал большую книгу. —Дэвид, прекрати. Она ребенок!! —Пытаясь остановить его, кричала мать. —Это за то что рисовала на моих стенах, ты, маленькая сучка! — Отец поднял Нату за шкирку и неплохо так вмазал ей той самой, выше упомянотой книгой— ....... Годы спустя, маленькой девочке было уже 9 лет. Проходя сквозь пубертатский период в этом возрасте, она по естественным причинам стала немного пухлой. Как обычно, она сидела в своей комнате и смотрела телевизор. Её отец разглагольствовал о каком-то экономическом дерьме, но ей было все равно и она громко жевала попкорн. Она только нарисовала какой-то рисунок. Она любила рисовать более кровавые рисунки, как ни странно, ей это нравилось. Ей нравилось рисовать кровь. Это давало ей какое-то своеобразное удовольствие и удовлетворение. Кроме того, многозадачность не была проблемой для неё. Она это поняла еще в очень молодом возрасте - после тяжелой работы и любого другого труда, она могла спокойно сделать много других вещей. Рисование было её главным талантом и страстью. Это был её способ ухода от реальности. Всякий раз, когда что-то плохое поднимало свою уродливую голову и всматривалось в неё, или просто когда ей было скучно. Вдруг она услышала что открывается дверь, и посмотрев налево, перестала жевать попкорн. Там стоял ее брат Лукас, которому было 12 лет. —Что такое?— Она продолжала слышать громкие разговоры отца на повышенных тонах за дверью.— —Папа пугает тебя?— Он издал негромкий смешок— —Ни разу. Я думаю, мы оба используем его крик в свою пользу.— Проследовала долгая пауза.—Итак, что ты здесь забыл?— Он, казалось, играючи вертелся на месте и елозил ногами. —Я хочу спросить у тебя кое-что— Он уставил свой взгляд на неё. Она слегка нахмурила брови, потому-что он отрывал её от просмотра фильма и рисования, ей не терпелось продолжить свое увлекательное занятие. —Ты говорила, что хотела бы быть крутой и взрослой,правильно? Она кивнула в знак согласия. —Ну, у меня есть предложение. —Просто выкладывай и не тяни —Хм... Ты же знаешь, что ... парни и девушки иногда делают вместе, правда?" На следующий день в школе, Натали не произнесла ни слова. НИКТО НЕ ДОЛЖЕН ЗНАТЬ. Впрочем, у неё не было даже друзей с которыми можно поговорить. Её учитель несколько раз замечал её озадаченный взгляд, но она отнекивалась, как будто она просто не понимает урок. Натали чувствовала себя, как будто у неё сильная боль. Она понятия не имела, она могла бы... Напуганная, она вошла в дом и молча пошла в свою комнату. Но чуть позже, в тот же день, она снова встретила своего брата. Никто не будет знать. В школе, она наконец решила рассказать кому-нибудь. Даже если это будут не её друзья, она просто чувствовала, что должна рассказать. Она подошла к группе девочек, которых она видела время от времени в коридоре. Они выглядели как нормальные девчонки, Натали и раньше перекидывалась отдельными словами с некоторыми из них. —Эй ... Мия ...— рыжеволосая девушка посмотрела на Натали, с серьезным выражением лица. —Что? —Я .. На самом деле нужно поговорить с тобой кое о чем. —Это продолжается уже некоторое время, и ты и твои друзья ... В общем, я чувствую, что вы единственные люди, кому я могу доверять. У Мии и её друзей, показалось, появились ухмылки на лицах, но только на мгновение. Мало ли, что Натали может знать, а они всегда были голодными на сплетни. Жаль что наивная Ната этого не заметила. — Хорошо, ты можешь доверять нам. Что случилось?" Прошел один день. Кто-то назвал её шлюхой. Не говоря уже о том, что её обед оказался у нее на волосах. Это, должно быть, была наименьшая из её проблем, но Натали в свои 9 лет, не могла не быть расстроена этим фактом. Как бы там ни было, она не ныла и не сказала ни слова об этом. Она держала все внутри. Она подумала, что так будет лучше. Она не могла позволить боли взять лучшую её часть. 3 утра. Ночь перед школой. Её мать готова была убить её. Девушке, известной как Натали, уже было 13 лет. Она хорошо училась в средней школе, и с честью выполняла свою роль. На этот раз, она чувствовала себя спокойно и счастливо. Хотя, как обычно, она время от времени становилась "отшельником" в своей комнате, скрываясь от папы, который всё еще любил покричать на детей, и просто поорать об экономике и подобном роде вещей. Её глаза начали слипаться. У неё было не закончено домашнее задание, но ей это было уже не важно. Все что крутилось у неё в голове - это желание поспать. Она закрыла ноутбук, а после того как её глаза немного привыкли к темноте, она увидела своего старого, потрепанного плюшевого жирафа в углу. Она смотрела на него в полной и абсолютной тишине. Воспоминания хлынули в её голову, и она почувствовала как слезы наворачиваются у неё на глазах. Но она быстро моргнула и не дала им потечь. "Больше никаких мучений", подумала она про себя. Но она продолжала смотреть на него. "Какого хрена ты смотришь" сказала она плюшевому животному. А он просто смотрел мягкими, черными глазами-бусинками. Она покачала головой и встала. Печально посмотрев на маленькую плюшевую зверушку, она осторожно взяла его на руки. Прижала его к груди, она тихо сказала ему: —Извини..-Несколько слёз стекли по её лицу. Она мягко положила своего питомца рядом с собой на кровать, и начала медленно погружаться в сон.Она была разбужена сердитым рычанием её матери. Она устало открыла один глаз. —Я не могу поверить, что я забыла забрать у тебя ноутбук. Ты просидела за ним всю ночь, не так ли?— Натали вздохнула и вжалась лицом в подушку, прижав к себе плюшевого жирафа. Мать вздохнула и вышла. Натали приняла душ, почистила зубы, съела что-то на завтрак. Потом она оделась, после чего она, наконец, пошла вниз по лестнице, чтобы уже наконец уехать. Она прыгнула в машину, и мама повезла Натали в школу. Как бы там ни было, ей очень хотелось спать, она медленно облокотила голову об окно и начала тихонько дремать. Её мечты, кошмары, состояли во-первых только из физического насилия в детском возрасте. Во-вторых, это сексуальное насилие исходило от её собственного брата Лукаса, которое длилось в течение 4 лет, прежде чем она набралась мужества воспрепятствовать этому. Она начала дергаться и съеживаться во сне, но мать не заметила этого. Ее мать никогда ничего не замечала. Она вдруг резко проснулась от голоса матери. — Приехали. — Сказала мать самым раздражительным голосом, которым только можно пробудить её. Она взглянула на большую вывеску школы: "Валкирвиль-колледж Институт изобразительного искусства и творчества". — Увидимся.—Сказала она, закрывая дверь машины. Она вошла в школу, перекинулась парой фраз с немногочисленными друзьями, пока шла к своему шкафчику на третьем этаже,но она опаздывала, и потому быстро схватила книги, но это не особо ей помогло, поскольку она забежала в класс по прошествии 5-ти минут с тех пор как начался урок. Она быстро присела. Учительница английского языка раздражающе покачала головой и подошла к парте. —Где ваша работа, Мисс Оуллетт? Натали промямлила: —Я, э-э-э, забыла его дома. Извините, мисс Хамньюик. Учительница нахмурилась: —Ваше время вышло, мисс Оуллетт. Не разочаровывайте меня.— Натали казалась озадаченной, и на мгновение задумалась. Она не знала почему, но эти слова, казалось, растаяли в ней. Она просто проигнорировала это и вернулась к прослушиванию урока, иногда проваливаясь в дрему, но совсем не на долго конечно. В тот же день, она направилась к шкафчикам, чтобы подготовиться к 4-му уроку, когда вдруг её бойфренд Крис подошел к ней. —Эй, гм ... поговоришь со мной после школы, хорошо?—Она улыбнулась, ведь она любила поговорить с Крисом. Она не заподозрила ничего странного, ведь он всегда был милым парнем. Во время урока французского языка, она даже не обращала внимания на учителя. Вместо этого, она рисовала то, что она любила рисовать больше всего: кровь, людей, ножи, как они режут людей и другие страшные вещи. Другие люди сказали бы, что это должно быть жутко, рисовать такие вещи, но она не видела ничего плохого в этом. По непонятным причинам, она ощущала что это нормальная вещь для неё. —Мисс Оуллетт — Она быстро закрыла тетради рукой, и посмотрела на учителя французского, пытаясь скрыть страх. —эээ... да, мистер ЛеВасер? Он жестко схватил её за руку и отодвинул от тетради, после чего слегка наклонил голову. —Покажите мне свою работу. — Она неуверенно пошевелила рукой, чтобы показать рисунок, на которой кто-то ковырялся ножом внутри безумного человека. Учитель посмотрел на неё с недоумением, из-за чего она нервно улыбнулась. — Стирай это и начинай писать свою работу. — сказал он на удивление спокойным голосом. Он ушёл, а она вздохнула и начала стирать ластиком свой рисунок. — и ещё, мисс Оуллетт — Она слегка взглянула на него.— Ваше время почти закончилось, предлагаю приступить к выполнению заданию прямо сейчас. Она буркнула на замечание. После уроков она вышла из школы, чтобы найти своего парня. Он стоял на тротуаре у изгороди. Она улыбнулась и подошла к нему, надеясь, что теперь её день завершится хотя бы немного повеселее. Но когда она подошла ближе, её улыбка медленно исчезла с лица. Он не улыбался в ответ. —Крис, что случилось? О чем ты хочешь поговорить со мной?— Он вздохнул. —Натали, я думаю, что пришло время, когда нам... мы должны начать видеться с другими людьми.— Она почувствовала что сердце остановилось. —Но почему?— Он наградил её немного суровым взглядом. — Эти твои рисунки... они пугают меня. Я думаю, что с тобой действительно что-то не так. И самое печальное то, что ты не говоришь мне, почему ты так себя ведёшь. Это заставляет чувствовать себя безответственным. Поэтому, я просто ..... не могу так больше. Мне очень жаль.— И после этих слов, он развернулся и ушел прочь. Натали хлопнула руками по лавочке перед ванной у себя дома.Она посмотрела на себя в зеркало, её глаз подергивался в нервном тике. —Я...Я не наврежу себе, как другие, я смогу остаться сильной. —У неё в руках была игла с черной ниткой. —Это бессмысленно. Это не помогает.—Какие-то странные ощущения тянулись в её подсознании. Она даже немного хихикнула.— Нет... Я делаю это, потому что я ХОЧУ.— Она подняла иглу с ниткой на конце, и широко ухмыльнулась. "Время вышло" Кусок за куском, стежок за стежком. Даже при той мучительной боли, что она переживала,она не хныкала,она не плакала. Больше не было слез, чтобы их проливать. Все что она делала - это была улыбка. Кровь просачивалась из порезов, и по раковине раздавался глухой капающий звук. Когда она закончила, она сделала шаг назад и восхитилась своей прекрасной работой. Она поглаживала ужасающие стежки по бокам рта, которые расходились в широкую улыбку. Она почувствовала, как теплая и влажная кровь стекает по её пальцам, и нежно слизнула её, ощутив железный привкус у себя во рту, который довел её до экстаза. Она остановилась, когда увидела отражение её матери позади себя в зеркале. Она резко обернулась, и увидела как её мать смотрит на неё широко раскрытыми глазами и бледным лицом. Она посмотрела на её пальцы и заметила кровь. Ната почувствовала боль и начала плакать. —Мама?— Оуллетт никогда не чувствовала себя настолько сильно запутанной. Что только что с ней случилось?