Ангел Дьявола

Он заворачивает свою машину на подъездную дорогу к их дому. Вводит кодовый замок на небольшой станции, что стоит почти у железных ворот, а затем проводит крест рукой, снимая блокировку с магического щита, которым окружена территория. Тот немного зеркалит фиолетовым, разрываясь. Железные ворота открываются, и он жмет на газ, проезжая вперед по мелкой гальке, которой усыпана дорога. Он проезжает под тенью деревьев, что скрывают за собой небольшие поля и их дом. Это место стало их убежищем, которое они прозвали Элеферией. Свобода на греческом. Именно здесь он проводит большую часть времени, пока не работает. Пока его не вызывают на службу в роли Карателя. Стоит машине проехать ворота, как его плечи с выдохом опускаются. Здесь он чувствует себя в большей безопасности, чем в старом доме — Малфой-Мэноре, который почти пустует. Он замечает очертания дома: темно-синяя крыша и серые стены виднеются впереди. Драко проезжает мимо развилки, налево, заворачивая на парковку для их машин, которыми они пользуются, чтобы добраться сюда в безопасности. Потому что аппарация по стране невозможна. Она отслеживается, и стоит человеку аппарировать без разрешения, которое связывается магией с телом, отряд Первого ряда Искателей тут же окажется на месте. И от них не уйти. Но он может аппарировать по своей Провинции без специального на то разрешения. Противоаппарационная политика была введена еще до его возвращения из России. Примерно пять лет назад. Спустя год после победы Темного Лорда над Орденом. Драко недолго сидит в машине, зная, что дома наверняка никого нет. Не после позавчерашнего празднования в Хогвартсе и его окрестностях. Позавчера была годовщина победы, которую он, как и остальные, не смог пропустить. Но Драко покинул ее намного раньше, проезжая по закрытым Провинциям на своей машине, собирая внешнюю информацию. Потому что Великобритания теперь поделена на них — Провинции. Одиннадцать на основной части острова и еще четыре, что расположены на территории бывшей Ирландии. Теперь это все Великая Магическая Империя из которой невозможно уехать без специального разрешения отдела Министерства или по особому поручению Темного Лорда. Потому что над всей Великой Магической Империи стоит магический купол, что не дает обычному волшебнику пересечь его границы. Даже магловским способом. Он точно знает, как тот работает, потому что его установка была одним из пунктов в соглашении между Великой Магической Империей и Российской Магической Империей, пока он учился черной магии в России. Драко прикрывает на секунду глаза, вспоминая свои два года плодотворной учебы в России. Ее секреты. То, как отец настоял на его отправке, чтобы он был подальше отсюда. Он инстинктивно дотрагивается до шрама от ожога, что закрывает кожу вокруг правого глаза. Его дар за знания. Его расплата. Благодаря тем годам он оказался здесь. И он всегда будет благодарен покровительству Александрии, которая приняла его в свои ряды и научила тому, что знала и чему могла. Это стоило всего, он точно знает. Россия свела не только их, но и представила ему Валери, о которой он всегда знал, но никогда не узнавал по-настоящему. Ту, что открыла ему свои двери в этом доме и показала путь. Ту, что впустила сюда Тео и Блейза, когда они были потеряны и искали выход. Она собрала их под этой крышей, и теперь они действительно что-то значили. Александрия любила говорить: «Когда фальшивые герои умирают, настоящие выгрызают победу. Медленно, но эффективно.» Драко никогда не считал себя героем. Это смешно. Никто из них не герой. Они не борются за чужое счастье. Лишь за свое. За возможность на собственное хорошее будущее. И за него они борются больше четырех лет. Его четырех лет. И нужно сказать, что за это время они вошли во время покоя. Небольшой передышки, когда рекрутов набирают не так активно, Орден давно считается побежденным, а проект Геракл продолжает свое действие все это время. И вроде все не так уж и плохо, убеждает себя он. Могло быть и хуже, это точно. А большего ему пока не нужно. Никому из них. Драко выключает двигатель автомобиля. Вытаскивает ключи из зажигания, берет спортивную сумку с соседнего сиденья и выходит из машины, захлопывая дверь. Он хмурится, обходя машину и замечая, что Мида лежит не на своем месте. Белая шкура лежит поперек кузова, положив свою морду на что-то. Драко проводит рукой между больших ушей, что топорщатся, и Мида приоткрывает свои ярко-голубые глаза. Артемида — его волкособ, которого нашла Александрия в свой первый прилет сюда, чтобы огородить территорию. Есть магия, которая даже ему не подвластна. Черная магия, которая закрыта для него, но не них. Не таких, как Александрия Романова. Дриа нашла их в нескольких километрах отсюда. Пять щенков волкособов, что с детства намного крупнее волка и собаки. Она принесла их всех, потому что их мать умерла. По одному каждому члену дома. Пока их хозяева отсутствуют, полуволки разгуливают по территории, охраняя местность. И если придет опасность, они защитят. Дриа вплела в них черную магическую связь, что связывает их с человеком и этим местом. Драко не хочет знать, что будет если понадобится помощь этих животных. Он уже видел, как Мида способна разорвать волшебника в клочья. Артемида поднимается на свои мощные четыре лапы и тянется прямо в кузове, прежде чем спрыгнуть вниз. Гравий под ее ногами издает шорох, когда она еще раз тянется и бежит в сторону леса на заднем дворе. Драко усмехается и слегка качает головой. Ну правильно — правильно, пускай бежит, раз теперь свободна. Он поворачивается обратно к кузову, наконец замечая под серой тканью кусок чего-то бархатистого. Хмурится и быстро скидывает серую, чтобы проверить. Он ругается под нос, замечая, что под тканью что-то лежит. Кто-то … девушка? Грязное лицо с порезами, на которых засохла кровь, прикрыто белыми, седыми волосами, в которых запуталось множество листьев и кажется даже веток. — Какого хера? — наконец выговаривает он, смотря на все это. Быстро проводит рукой по коротким волосам, не зная, что делать. Каким образом ему что-то делать? Он быстро проводит над ней руками, чувствуя под пальцами тихое пульсирующее сердце. Живая. Хотя бы это утешает. В доме никого не должно быть. Джин предпочитает забирать Джеймса в поход в это время года. Подальше от них, чтобы остаться в тишине с сыном. Он никогда не возражал. Она все равно не уйдёт с территории. — Блядь, — на выдохе. Драко открывает дверцу кузова, чтобы можно было забрать девушку. Ее тело накрыто накидкой наполовину, но та видимо слетела за время поездки. Откуда она вообще взялась? На вид ей не больше двадцати. Совсем еще молодая. Когда Драко наконец кидает сумку в кузов позади нее и берет ее на руки, она оказывается еще легче, чем он предполагал. В его руках она кажется ему совсем воздушной. Пушинкой, которую даже самый легкий порыв ветра сможет сдунуть. Драко несет ее в дом и стоит подойти к главному входу, с ноги открывает деревянную дверь с небольшим резным окошком наверху. Проходит внутрь, ступая в небольшую прихожую, и тут же проходит дальше в холл. Темная лестница с белыми перилами встречает его сразу, и он поднимается по ней, ступая черными ботинками по цветному светлому ковру, которым устелена лестница. Она начинается по левой стене с небольшой остановкой на недо втором этаже, а затем идет дальше на право по стене с окном и местом, на котором можно посидеть, до трех комнат, где живут он и Валери, а третья посередине гостевая, в которой останавливается Дриа, когда прилетает. Первая комната слева — Валери, справа — его. Драко толкает белую дверь посередине плечом, и та открывается, давая ему пройти в небольшую спальню. Она светлая. Дриа вообще предпочитает светлые цвета во всем. Интерьере, одежде. Жизни. Здесь светло-бежевые стены без каких-либо на них рисунков. Деревянная кровать с мягким изголовьем цвета, который напоминает что-то между травой после дождя и серого. Он сразу кладет девушку в своих руках на большую кровать поверх застеленного одеяла, и ее тело почти утопает в мягкой перине. Голова наклоняется слегка вбок, проваливаясь в пухе двух подушек, что лежат друг за другом. И тогда наконец он может оглядеть ее хоть немного. Бархатная накидка теперь свисает на пол, и он аккуратно снимает ее, складывая в руках и кладя на небольшое кресло у камина, которые есть в каждой комнате. Хотя это и летний домик, каким его считали раньше. Валери провела тут полную реставрацию и немного реконструкции, он тоже помогал, но пришел позже, чем она этим занялась. Джин была сначала. Поэтому ее комнаты расположены в другом крыле дома, куда ведет отдельная лестница. Он нечасто бывает в том крыле. Почти никто из них не бывает. Девушка немного ежится от его телодвижений, и Драко замирает. Он давно не обращался с такими… Кем? Она похожа на пленницу. Ее ноги усыпаны множеством ссадин и порезов, будто она долго бежала по лесу. Руки и лицо говорят о том же. Она неестественно худая, а белое платье, что едва дотягивается до середины бедра, в большинстве мест разорвано и испачкано. — Кто же ты такая? — проговаривает он вслух и дотрагивается правой рукой до браслета, что невидим незнающим глазам. Он отправляет сообщение Валери, чтобы та пришла как можно скорее. Драко не хочет трогать Тео и Блейза, когда те должны приехать через три дня. На их встречу. Так же, как и Джин должна вернуться приблизительно в это же время. Он проводит языком по губам, смотря на миниатюрную девушку, что теперь лежит на кровати в его доме. Цокает, сжимая кулаки, и идет в ванную. Она совсем небольшая. Места в этом доме не так много, а они и так применили немного магии расширения. Но для них всех, это все равно, что коморки. По сравнению с их комнатами в домах, где они росли. Каждый из них. Но также каждый из них променял бы родной дом на этот. Небольшое поместье, которое считается не больше летнего домика, где можно проводить лето. Хотя их летний домик во Франции раза в три больше этого. Но это они… Он. Драко намачивает в раковине белое полотенце, пока то не пропитывается теплой водой. Выключает воду и выходит из ванной. Драко аккуратно садится на край кровати и бережно берет женскую ступню, кладя себе на бедро. Он начинает с осторожностью очищать ногу от грязи, пачкая белое полотенце. Девушка слегка дёргается, и рука Драко замирает на месте. Тяжелый выдох слышен в тишине комнаты, а потом тишина. И он продолжает. Драко очищает ей ноги от грязи и крови, видя ужасные ссадины и порезы. Очищает ее лицо, аккуратно смачивая то полотенцем. Девушка больше не шевелится, погрузившись в сильный сон от изнеможения. Каждые пару минут он идет обратно в ванную и моет полотенце, чтобы вернуться с чистым. Это напоминает ему заботу о матери, которая уже полгода лежит в кровати. Это кажется ему естественным. Он старается не задаваться вопросом, что случилось с этой девушкой, концентрируясь на том, что он в состоянии сделать сейчас. После того как он очищает ее ноги, руки и лицо от видимой грязи, Драко быстро идет в свою комнату и достает небольшую железную баночку с лечебной мазью. Возвращается в гостевую и бережно смазывает многочисленные порезы и ссадины, периодически дуя на них, чтобы не так сильно щипало. Он знает, как это ощущается. Нарцисса в детстве обрабатывала его раны также. Качала головой и улыбалась, когда он, будучи маленьким, прибегал к ней с очередной раной, потому что упал с дерева или залетел в ее кусты роз. Она никогда на него не ругалась. Уголок его губ дрогает. Совсем немного. Лишь намеком на возможную улыбку, что могла бы на них появиться, но он быстро убирает все. Сам качает головой, стряхивая воспоминания. Это отличает этот дом от других. Здесь он может почувствовать себя хоть немного живым. Не погребенный под толщей щитов окклюменции, что стали слишком привычными. Драко заканчивает спустя час времени. Солнце уже давно пробивается в закрытые шторами окна их комнат, потому что те смотрят на юг, и становится жарко. Обойдя кровать, протиснувшись между изножьем и спинкой кресла, он подходит к окну и, не открывая шторы, на ощупь открывает одну из створок, позволяя свежему воздуху проникнуть внутрь. Он накрывает девушку пледом, боясь делать что-либо еще, ничего не зная кроме того, что та истощена, и выходит из комнаты. Проходит небольшой спуск на лестнице и опять поднимается в соседнее крыло, где расположены комнаты Тео и Блейза и их общий кабинет. Драко открывает единственную дверь справа и проходит в небольшой кабинет, стены которого заставлены книжными шкафами. Прямо напротив входа расположен большой письменный стол со стулом и двумя креслами напротив. Слева стоит большой стол с полноценной картой ВМИ, сверху которой видео купол, что отсвечивает золотым. Он проходит за стол и садится на стул, проваливаясь в кожаной обивке. Сон внезапно поглощает его. Он зевает. Открывает один из ящиков и достает розоватый флакончик. Быстро выпивает его в один присест. Внутри все переворачивается, давая ему небольшой запас энергии, потому что он не может пока спать. Он не спал уже три ночи… Ничего, бывало и больше. Драко устало прикрывает глаза и выдыхает. Откидывается на спинку кресла, закидывая голову назад. Его рука отдает жжением, и он подносит запястье к глазам. Буду к вечеру Черные буквы виднеются на серебряном браслете, и Драко раздраженно выдыхает. К вечеру… Блядь. И что ему, блядь, делать до этого времени? А если она придет в себя? Если…

***

Он знает о ее приезде еще до того, как она поднимается по лестнице. Он слышал шум колес ее машины, когда она подъезжала. Ну и легкую вибрацию магии, что пронеслась по его браслету, стоило ей проехать ворота. Валери Селвин — первая и когда-то единственная дочь Айгана Селвина. Она всего на два года старше его самого, но ему всегда казалось, что эта разница больше. Будучи школьником он порой смотрел на нее с восхищением, особенно после того, как однажды ему приснился очень непристойный сон, где она была на коленях. Но Вал приструнила его спустя всего лишь месяц, прижав за шею к стене на первом этаже подземелий. Она не встает перед мужчинами на колени, так она тогда ему заявила. И с тех пор он побаивался ее. Лишь Тео мог как-то подходить к ней, хотя та держалась в стороне ото всех. Или это все держались дальше от нее. Возможно, это было потому, что по гостиной ходили слухи о том, что она спит со Снейпом. Но это только возможно. Лично он никогда в них не верил. Но все равно боялся. Будто есть в ней что-то, какая-то внутренняя аура, которая отпугивала всех своим существованием. Она была недостижимой богиней для всех. И он никогда не понимал в детстве, как у нее это выходило. Потом он стал догадываться почему. Но это было после. Валери заходит в кабинет тихо. Ее шаги и действия почти незаметны. Если бы он не знал о ее присутствии, то та бы стала его призраком. Валери самый близкий в его окружении человек и тот, о котором он знает меньше всего. Она не рассказывает свои тайны. Лишь ее поступки и слова, помогают сложить общее впечатление о ней, как о человеке. И то, за ними нужно внимательно следить. Ему всегда казалось, что поэтому Тео знает о ней больше, чем кто-то другой. Придурок следил за ней с третьего курса. — Что-то серьезное? — сразу спрашивает она, подходя к столу и садясь на его край. Прямо рядом с ним. Драко поднимает на нее свои уставшие глаза, под которыми появились черные круги. Встречается с пронзающими болотными, и ее темные брови под цвет волос сходятся на переносице. — Тебе не понравится. Он откидывается в кресле, слегка нагибая голову влево, впитывая ее присутствие. Она идеальна. Все такой ее считали. Подтянутая фигура, пропорциональное лицо, зеленые глаза и в меру пухлые губы, небольшая горбинка на носу, которая почти незаметна, и небольшое количество веснушек, что сильнее выделяются летом. Она совершенна. Но она само порождение Ада. Как и он. Темные рыжие волосы контрастируют с черной водолазкой, что закрывает горло и руки, обволакивая тело. А черные камуфляжные штаны слегка задираются, показывая еще более черную обувь. Для нее всегда черный. Только он. Либо зеленый. Она носит оба цвета, будто они действительно принадлежат лишь ей. Она выделяется на фоне их собственной черноты. Одного взгляда на который достаточно, чтобы понять — это она. Один из сильнейших магов ВМИ. Это понимали и знали не многие, но он в их числе. Ее прямая спина напоминает про суровое воспитание, которому подвергаются все дети священных двадцати восьми. Но в отличие от многих девушек, таких как Дафна или Пэнси, ее растили не чтобы она вышла замуж, иначе ее палец давно бы был запечатан в золотое кольцо. Она одна из немногих девушек, что не вышли замуж после введения закона. Коактас Матронимум, из-за которого он вернулся из России, не закончив обучение до конца. И потому, что его отец опять сделал что-то не то. То, за что через два года поплатился своей головой прямо на одном из больших собраний в Министерстве. Драко стал одним из участников этого закона, как и Тео. Его палец окружает золотое кольцо, что стискивает его как тиски. Он лишь рад, что это не какой-то старый обряд, а просто распоряжение. Но от этого легче не становится. Он предпочитает скрывать кольцо, чтобы то не мозолило ему глаза всякий раз. Это всего лишь брак на бумаге. Всего лишь распоряжение с единственным условием, что в течение шести лет они обязаны зачать наследника или воспользоваться программой Геракл, если жена оказалась не дето способной. Его жена пыталась сделать это каждый раз, как он приезжал домой, чтобы навестить мать. Не ее… В этом случае он лучше пойдет в программу, где ему не нужно будет вступать в близость со своей женой. Валери обещала ему этот вариант. Обещала, что все уладит в документах. Наверное, поэтому он предпочитает жить здесь, а не в доме где вырос и в котором живет его… Жена… Это слово все еще неприятно ощущается на языке, а каждая минута, проведенная вместе с ней, превращается в его личный сорт Ада. — Драко, твою мать, что произошло? — выплевывает Валери, пронзая своими темными глазами. Драко быстро сжимает и разжимает кулаки на подлокотниках. Как ей об этом объяснить? Сказать, что в его машине появилась незнакомая девушка, и он принес ее в их убежище? А как она туда попала, хрен пойми? Это? — В общем… Он начинает, но внезапный стук и грохот прерывает его. Он не сильный. Но Валери тут же подскакивает со стола, вставая в стойку в направлении двери. Драко тоже быстро поднимается, обходя стол. — Дай догадаюсь, это твоя проблема? — шипит она, когда Драко выходит из кабинета, а она за ним. Драко проходит небольшой лестничный пролет и быстро поднимается по лестнице обратно, подходя к белой двери посередине. Он резко распахивает ее и проходит внутрь. Девушка внутри резко застывает, держа что-то в руках над головой, и это что-то падает из ее рук. Прямо той в ноги, и Драко понимает, что это ваза. Ее глаза широко раскрыты. Зрачки в них мечутся видимо с него на Валери, что стоит рядом. Незнакомка быстро пятится назад, упираясь спиной в стену между тумбой и шкафом, и скатывается по ней, прижимая колени к груди. Она не прекращает смотреть на них своими полными испуга и страха глазами. Валери пытается сделать шаг, но девушка еще сильнее вжимается в стену и качает головой. Ему кажется, что она не может стать еще меньше, миниатюрней, но это происходит. — Драко, твою мать, — в шоке произносит Валери, и он краем глаза смотрит на нее. Ее губы слегка приоткрыты, а глаза чуть шире обычного, выдавая ее удивление с головой, — кто это? — она быстро поворачивается к нему. — Откуда она взялась? — Я не знаю, — быстро выпаливает он, смотря на Валери, что ростом достает почти до его носа. — Она была в моей машине. Я нашел ее, когда приехал сюда. Она была вся в ссадинах и порезах. Думаю, что она откуда-то сбежала. Последнее он договаривает тихо, так, чтобы девушка не услышала. И они оба медленно поворачивают головы в ее сторону. Она все еще вжимается в стену всем своим хрупким телом, обнимая колени тонкими руками. — Ладно, — слышит он Валери, и та толкает его за руку, прося отойти назад. И Драко отходит. Подходит к одному из кресел и опирается о его спинку поясницей. Драко смотрит, как Валери медленно садится на корточки и улыбается. Он даже моргает, пытаясь осознать, что Вал действительно широко улыбается этой девушке. Это случается так редко, что даже он в шоке. Они в принципе редко улыбаются, даже когда собираются все вместе раз в месяц, чтобы провести ночь кино и по-настоящему расслабиться. Или когда празднуют Новый год. Они редко улыбаются. Лишь полуулыбки. — Привет, — голос Валери звучит слишком ласково и приторно. Но Драко понимает, почему она так делает. Вал показывает открытые ладони в сторону бедной девушки. Она пытается успокоить ее. Сказать этим, что они не причинят той вреда, — мы не причиним тебе вреда, хорошо? — едва заметный кивок, заставляет его неуютно поежится и повести плечами. — Меня зовут Валери, — она указывает на себя, — а это, — поворачивает голову в его сторону, — Драко. Испуганные глаза вмиг переключаются на него и внимательно изучают. Слишком большие и запуганные, покрытые серой пеленой страха. Они кажутся ему темными, возможно карими. Но они слишком тусклые, будто всю жизнь из них давно уже выпили. Порой он видит похожие в собственном отражении. — Здесь больше никого нет. Только мы и ты, — ласково продолжает разговаривать с ней Вал, как с маленьким запуганным зверьком. Котенком… — Как тебя зовут? Девушка резко мотает головой из стороны в сторону, а ее права рука хватается за горло и скребет. Драко замечает, как Валери слегка хмурится. — Ты не можешь говорить? Незнакомка тихо кивает, а в ее глазах скапливаются слезы и начинают медленно скатываться по впалым щекам. — Я могу… — Валери проводит языком по губам и слегка наклоняет голову. — Я могу посмотреть? Валери не делает движение вперед, когда при ее вопросе девушка резко прикрывается, втискиваясь в угол шкафа, и качает головой. — Хорошо. Хорошо, — на выдохе. — Я не буду тебя трогать, договорились? — кивок. — Хорошо… Но я сейчас подниму руки и кое-что сделаю. Можно? — очередной кивок, но в этот раз более неуверенный. Девушка внимательно следит за тем, как Валери поднимает руки и что-то рисует в воздухе, делая резкие движения пальцами, периодически поворачивая запястья. Драко не отрывает взгляда от девушки, что с долей любопытства и страха следит за Валери. Когда Вал заканчивает, он слышит рваный вздох и видит, как девушка резко хватается за горло. И теперь до него доносится тихий, хриплый плач, что сдерживался в ней все это время. Что-то внутри него дергается, слегка натягивается, и он делает неуверенный шаг вперед. — Так лучше? — ласково спрашивает Вал, и девушка усердно кивает, продолжая плакать. — Ты можешь сказать, как тебя зовут? Незнакомка делает глубокий вдох и смотрит на него, а затем медленно переводит взгляд обратно на Валери. Подносит руки к носу, вытирая сопли, а затем проводит ладонями по щекам, размазывая слезы по коже. — Ми, — ее голос едва слышен и хрипит. Драко приходится прислушаться и сделать шаг вперед, чтобы разобрать его, — а, — ее «А» выходит сухой и бесформенной. Миа… Драко несколько раз прокручивает это имя в своей голове. Пытаясь сопоставить его и девушку перед ним. Это выглядит странно, будто эту девушку не могут звать таким именем. Драко не знает, почему ему так кажется, но где-то внутри просыпается надоедливое чувство неправильного. Оно чешет и скребет где-то в подсознании, но Драко захлопывает его, когда Валери улыбается. — Значит Миа, приятно с тобой познакомиться. Миа, я кое-что сделаю, хорошо? Мне нужно, чтобы ты поспала, — она быстро начинает мотать головой, но Валери продолжает. — С тобой ничего не произойдет за это время, мы обещаем. Но твоему организму нужен покой и отдых. Хорошо? Я обещаю. Валери протягивает правую руку в направлении девушки и сгибает все пальцы в кулак кроме мизинца. — Веришь? Проходит какое-то время, прежде чем девушка все же протягивает свою руку и касается своим мизинцем за Валери, скрепляя их клятву. Ее рука намного тоньше и меньше, чем у Вал, и ее немного трясет. — Хорошо… Насчет три, ты заснешь. Раз, два, — Валери проводит ладонью напротив лица девушки, — три. Глаза девушки медленно закрываются, и ее голова опускается вниз. Драко быстро подходит к ней и поднимает с пола, вновь укладывая хрупкое тело на кровать, и накрывает одеялом. Когда он оборачивается Валери уже нет в комнате.

***

— Ты объяснишь, что это было? — спрашивает она, стоит ему закрыть за собой дверь гостевой спальни. Валери отталкивается от деревянной колонны, которой заканчивается лестница, и делает шаг в его сторону. — Думаю нам нужно выпить, — не отвечая на ее вопрос, произносит Драко и проходит мимо, спускаясь по небольшой лестнице вниз, слыша разочарованный вздох Валери за спиной. Они спускаются на первый этаж и проходят в малую гостиную, что расположена прямо под комнатой Вал. Драко открывает стеклянную дверцу шкафа, в котором хранится весь алкоголь. Берет два стакана и открытую бутылку виски. Он наливает им обоим по одной фаланге напитка, немного встряхнув до этого бутылку. Валери пока садится на один из светлых диванов, что стоят напротив друг друга. Справа от нее светлый камин, что выделяется на темно-зеленой стене с рисунками деревьев и птиц на обоях. Она устало опирается локтем о подлокотник и смотрит на него исподлобья. Драко подходит к ней и протягивает стакан с алкоголем. Валери тут же забирает его и, проводя рукой, колдует пару кусочков льда. Драко усмехается и делает то же самое. — Ну? — наконец спрашивает она, после того, как сделала первый небольшой глоток. Он устало выдыхает, прикрывая глаза. — Я не знаю, Вал. Честно не знаю. Я ехал от Харверда, почти через все Провинции. Пару раз останавливался по делам и на заправках. Когда я приехал сюда, она лежала под Мидой. Я понятия не имею, откуда она взялась. Он устало смотрит на Вал и делает глоток алкоголя, что остужает прохладой горло, а затем разгорается огнем тепла где-то внутри. — Она не знает, кто она, Драко. Она буквально чистый лист. Не помню, что видела когда-то такое, — Вал качает головой и прикусывает губу. — Это страшно… То, что произошло у нее в голове. Я не могу… Не могу пробиться через это что-то. Это… — она отставляет стакан на кофейный столик, и тот звенит, встречаясь стеклом о стекло. — Будто там буквально ничего. Их нет. Воспоминаний. — Может окклюменция? — его вопрос идиотский. Он сам это знает, но не удерживается. Валери усмехается и цокает языком. — Я знаю, что ты не хотел этого говорить. Но мы оба знаем, что такое окклюменция. И нет… Она не под щитом. Хотя… Возможно и под щитом, но не таким. Я не знаю. Более того, — она поворачивается к нему, — мне страшно узнать, что может быть под тем щитом. — Думаешь все так плохо? — Возможно, хуже, чем я могу себе представить. Драко сглатывает. Его адамово яблоко нервно опускается вниз, а затем возвращается на место. — Она сбежала. — Это точно. Но мы не знаем откуда или от кого. — Она может быть из проекта? — Мммм, навряд ли… Она не беременна. И все из проекта Геракл под особым контролем. Плюс, мне бы уже сообщили. И у нее нет татуировки на шее. Так что, нет… Она не оттуда. — Концлагерь? — Надо узнать у Блейза, может она их. Черт его знает. Жили мы спокойно, надо было несчастному ангелу забраться в твою машину. Драко слегка улыбается, приподнимая лишь уголки губ. — Мы никогда не жили спокойно, — тихо проговаривает он и в один залп выпивает свой виски. Валери грустно усмехается. — Ну что ж, это было точно спокойней, чем будет сейчас. Потому что чувствую я, мы ее оставляем. Драко даже резко выпрямляет спину, о возможности, что они могут не оставить эту девушку. — Так я и думала, — Вал устало выдыхает. — Иди спать, Драко, — он качает головой, потому что не может идти спать, когда в комнате рядом будет спать беззащитная девушка. — Иди, мать твою, спать. Ничего с ней не случится. Проснётся, значит я услышу.