Долгожданный уют

Окраины Миллиард-сити, несмотря на тоже немалое свое богатство, в некоторых своих частях не могли похвастаться изысканностью или излишней роскошью. Коммодор Этель Симкоо не жил в особняке, хотя его дом тоже нельзя было назвать относительно бедным, у некоторых жителей Стандарт-Айленд были дома и поменьше. Однако, Этель не жаловался, его более чем устраивало его жилище, кроме разве что одиночества, которое он ощущал, возвращаясь каждый день с поста. Этель Симкоо занимал не последнюю должность на острове. Все же, он был капитаном, и к тому же очень умелым. До того, как поступить на службу в Компанию, он был коммодором флота Соединенных Штатов Америки. Ему была отведена комната в обсерватории со всеми удобствами, в которой он находился весь день, отдавая команды в рулевую и следя за направлением движения всего острова и встречных судов. Также, ему полагался дом рядом с обсерваторией, но, несмотря на все это, жить он предпочитал за пределами столицы, откуда не только открывался великолепный вид на море, но еще и можно было насладиться бризом под пение птиц, залетавших в небольшой садик под окном. Здесь же он иногда встречался с губернатором Сайресом Бикерстафом, когда тот заканчивал свои дела в мэрии. Тогда они могли спокойно обсудить темы, не касающиеся работы. Со стороны их можно было принять за старых друзей, несмотря на то, что знакомы они были всего год, с тех пор, как Стандарт-Айленд начал существовать не только как проект, и впервые вышел в море под их нераздельным командованием. Они практически сразу понравились друг другу: в первый же день во время осмотра острова, который тогда еще не был населен пассажирами, и разве что была команда механиков, благоустроители, прочие агенты компании, а также временно нанятые сторонние рабочие. Они подружились и прониклись уважением друг к другу, уже тогда не сомневаясь, что с радостью будут работать плечом к плечу, управляя вместе первым в своем роде рукотворным плавучим островом. Солнце уже клонилось к закату, когда Этель заканчивал свои дела. Он отметил на карте пройденный маршрут острова за сегодня, сделал последние заметки и уже собрался идти домой, оставив вместо себя помощника и распорядившись в случае непредвиденностей докладывать ему по телефону. Дорога до его дома занимала минут двадцать, и, не планируя ничего сверх этого занятия, Этель расчитывал добраться за это время, чтобы внести несколько свежих пометок в дневник. Капитан Стандарт-Айленда проявлял живой интерес не только к географии, но и к ботанике, зоологии и этнографии местных островов и их населения, и планировал разузнать побольше со следующей остановкой у островов Океании. Этель неспеша шел по металлической мостовой, вдыхая свежий морской воздух и любуясь молодыми садами, когда заметил, что к нему навстречу направляется сам губернатор Сайрес Бикерстаф. Они со всей американской сдержанностью тепло улыбнулись друг другу в знак приветствия. - Дружище, вы уже направляетесь домой? - спросил Сайрес, немного запыхавшись, кажется, он заметил Этеля издалека и старался догнать его. - Все верно, - ответил ему капитан. - В таком случае, не хотите ли сделать небольшой крюк и зайти со мной поужинать? Этель призадумался. Конечно, ничего особо важного он не планировал, дневник может и подождать. И если что-то случится у помощника, тот может вызвать его по общей связи. К тому же, если честно, ему очень не хотелось отвергать любезное предложение Сайреса, потому он, не обращая больше внимания на вечернюю усталось, кивнул губернатору в знак согласия. Они пошли молча по благоуханной тропинке, рука об руку, едва касаясь тыльными сторонами ладоней, что при желании можно было списать на случайность, если бы от этого так не приливала кровь к щекам и так не стучало сердце. Прогулка вдвоем казалась самой по себе приятной. Всегда теплый климат, поддерживаемый благодаря особому марштуру Стандарт-Айленда, предписываемому правилами Компании, располагал к беспечному и радостному настроению. Этель рад был разделить наслаждение вечерним бризом со своим самым близким человеком в этом райском, обособленном уголке мира. Сайрес Бикерстаф был справедливым и добрым губернатором, и Этель гордился своей дружбой с ним. Они не стали пользоваться какими-то особыми привилегиями в ресторане, до которого вскоре дошли. Вечернее, предзакатное время заставило собраться здесь многих жителей Миллиард-сити, ценящих хорошую компанию так же сильно, как хорошее вино. Этель знал каждого из них, он был знаком со многими из них лично, и в другое время он без колебаний согласился бы разделить с кем-нибудь приподнятое настроение, пока насыщенный яичный желток солнца тонул за морским горизонтом, но сегодня всем его вниманим завладел лишь один человек. Сайрес, довольный и расслабленный после долгого рабочего дня, казался погруженным в свои мысли, если бы его взгляд то и дело не возвращался на смущенного Этеля. Старый капитан давно не чувствовал себя таким молодым в тот вечер. Их случайное свидание напоминало давно прошедшие свидания его юности, особенно, когда рука его спутника лежала так близко к его части стола, что хотелось ее подхватить, чтобы погладить пальцами и покрыть поцелуями каждую часть мягкой, теплой кисти с изящными, тонкими серебряными кольцами. Солнце постепенно растаяло, пока они тихо беседовали, и когда от оранжевого зарева осталась лишь тонкая полоска огня, омываемая солеными волнами, Этель наконец обнаружил, что тарелка давно пуста, а вино давно допито. Он так хотел бы задержать тот миг, который они провели здесь вдвоем, снова рассмотреть лучи заходящего солнца в светлых глазах губернатора Бикерстафа и на его ресницах, пока он, расслабленно щурясь, рассказывал о своем дне и надеждах на будущее. Этель встал вместе с ним из-за стола, на миг испугавшись, что это ему все привидилось, и что сказке суждено здесь кончиться, а они сейчас попрощаются и разойдутся по домам. Этель всегда жил один, но именно в этот миг тишина его дома вдруг перестала казаться уютной. С замирающим сердцем он вышел вслед за Сайресом из ресторана, тут же окунувшись в ночную прохладу. Палуба-земля под ногами все еще хранила в себе отголоски дневного тепла, а деревья в ночной тишине, прерывающейся лишь скромным плеском спокойных волн, наполняли воздух своими усилившимися ароматами. Этель догнал Сайреса, неспешно идущего впереди, их руки вновь случайно коснулись друг друга, и дыхание Этеля на секунду сбилось, когда Сайрес переплел их пальцы, вкладывая свою теплую ладонь в его. - Это был чудесный вечер, - сказал Сайрес, и его глаза блеснули, встречаясь с глазами капитана. - Я не хочу, чтобы он заканчивался, - дрогнувшим голосом ответил Этель, крепче сжимая его мягкую руку. Они прошли еще немного, сердце Этеля случало так сильно, что не слышно было привычных волн за бортом. Тепло кисти Сайреса покоилось в его ладони, и он почувствовал легкое головокружение, когда они остановились на той самой тропе, на которой встретились сегодня. - Ему не обязательно заканчиваться, - наконец прошептал Сайрес сбивчиво от волнения, и Этель ощутил его вторую руку на своем плече. Он не мог не наклониться, подаваясь навстречу мягким губам, целуя их за каждую улыбку, подаренную ему с тех пор, как они познакомились, за каждую секунду их совместных прогулок, в часы которых Этель наконец-то чувствовал себя менее одиноким. Его дом на окраине больше не казался пустым, когда они добрались до него, только не с руками Сайреса, обвивающими его плечи, и не с его звонким, приятным голосом, наполняющим его скромное по меркам Стандарт-Айленда жилище, долгожданным уютом.