Влюбленный Чуя

      В последнее время я часто ловлю себя на том, что скучаю по пропавшему напарнику. Тоскую, а в груди будто разрывалось всё. Когда я увидел его спустя четыре года прикованным, ощутил прилив странностей в груди. Что это?       Дазай был слегка подбитым, на лице были ссадины, одежда грязновата, но это лицо было прекрасным. Что? Прекрасным? Эти глаза такие притягательные и смотрят на меня с нежностью. С нежностью? Зато не улыбка, а звериный оскал. Но я вижу он тоже скучал.       Он в порядке, сам бы выбрался. Что-то снова задумал. Он такой… Пора признаться себе, что любимый. Я влюблен в тебя, Дазай Осаму, придет день и признаюсь тебе. Как давно это чувство покорило меня? Поэтому я так переживал за него всегда…? Кто тут переживал? Не переживал я.       Я снова кричу, что убью его. Не совсем верно и всё время в голове звучало нет так. Хотелось прижаться к нему, хотелось поцеловать, но взамен своим мыслям лишь угрожал расправой.       Он был бы рад умереть, этот извечный суицидник… А как мне будет? Я же умру без тебя. Все эти годы я… Жил с мечтой тебя побить, а потом что? Буду жить с твоей мечтой помереть? — В следующий раз найду тебе девушку, которая будет готова совершить с тобой двойное самоубийство. — буркнул я. Хочу, быть на месте девушки, ты поцелуешь меня перед смертью? Если я буду на месте желанной тобой девушки? — Чу-у-уя, ты такой хороший! — издевается, да? Что ж… — Но у меня есть человек ради, которого я даже согласен жить, не то что умереть. — У меня тоже.       Если бы я не знал, что Одасаку мертв, решил бы, что он тот человек, который завладел твоим сердцем. Мне не больно того, что у тебя есть такой человек, я даже рад за тебя, ведь безнадежно влюблен, и хочу чтобы ты был счастлив.       Зато больно от осознания, что свое время я потратил зря, я ведь мог что-то сделать? Раньше? Когда ещё не понимал чувств… Я бы мог стать его веревкой на шею, без которой он не спит? Которая тяжёлым грузом заставляет жить, хотя так соблазнительна, чтобы умереть?       Я ушел от туда, зная, что он пойдет красть нашу информацию. И позволяю ему это. Я бы всё позволил. Всегда. — Что-то случилось? — спрашивает Доктор Мори позже когда мне дают очередное задание. — Всё хорошо, я просто понял, насколько безнадёжен. — Он ухмыляется. И я вспоминаю о дне, когда увидел его впервые. Видимо он знал, что-то, когда ставил нас в пару. Может Осаму тоже? Тоже влюблен…? — Всё будет хорошо. Ты ведь сильный, Чуя. — Да.       Я также безнадежно влюблен. И видимо давно. Нежность улетает в угрозы, а заветные слова, меняются на «Когда-нибудь я убью тебя», когда мы снова работаем вместе. Я был рад встрече, рад своему везению и силе Дазая.

***

      Я рад, что этот суицидник мой супруг. Мы с ним не говорим «Люблю», мы говорим «Убью», он позволяет мне так много и любит безгранично. Почему любя его, я не замечал его чувств? Мы живём с соблазном умереть вместе, когда-нибудь потом.       Он и правда живёт ради меня, как и говорил. Он старается не подвергается опасности, но это же Дазай, где он, а где спокойствие? Зато я теперь живу с мечтой. С мечтой парного самоубийства.