In every Universe...

День три. Утро

      Лисенок полночи пролежал с горящими глазами, одержимый размышлениями о том, как много стоит за Скорджем. Поэтому утро началось с дергающегося глаза и состояния зомби. Рози не слишком церемонилась, когда сдернула с него одеяло, так что Тейлз постиг смысл фразы “утро добрым не бывает”. Благо, розовая принесла еды! Лисёнок вообще не мог сообразить, когда в последний раз ел. У него бывали периоды длительных перерывов между приемами пищи при слишком большой увлечённости чем-либо. Тогда Соник выкатывал Тейлза на улицу вместе с его стулом так быстро, чтобы тот не успевал увернуться. А там законные полчасика впитать солнышко, потрогать траву и пожевать сосисок на гриле были уже давно включены в сделку. Не обязательно было собирать всю компанию, чтобы проветрить Тейлза, это было заведено между ними двумя. Соник мог молчать или что-то рассказывать, а лис просто отдыхал, потому что знал – сопротивление бесполезно. Лисенок уныло откусил большой кусок котлеты с хлебом, медленно прожевывая всухомятку. Он так соскучился по Сонику на самом деле… С которым нормально было всё, без каких-то подтекстов и скрытых смыслов. С которым нормально было лежать рядом на песке, с которым нормально было спать под одним покрывалом в грозу, которого не нужно было ставить на колени и проделывать все те вещи, которые существовали между Скорджем и Майлзом. Тейлз задавал себе ночью этот вопрос тоже, что вообще нужно было сделать с Соником, чтобы так его изменить? Или это всё же особенность контекста того мира, в котором он находился? Похоже, хороший завтрак не помог, потому как голова гудеть не перестала.       Прауэр не успел додумать свои запутанные мысли из-за Рози, вернувшей его в реальность. Пришлось быстрей доедать, опрокинуть в себя стакан чая, схватить плакат с наблюдением колебания стабилизатора и бежать за ежихой по коридорам. Она отвела его в другое крыло дома, в комнату достаточно заброшенного вида, площадью примерно как две его спальни. В ней хранились вещи в коробках, стояли какие-то столы, что-то было накрыто пыльной тканью, возможно, реквизиты для шоу. Одним словом, комната-свалка вообще всего. Тейлз теперь не очень-то хотел знать, какие там могут быть извращенские штуки. Скордж же не продолжит здесь свои уроки высоких манер и не научит заодно играть хуем на рояле, да?... А то, если поискать, рояль тут наверняка есть. Рози, не особо что-то объясняя, подошла к одному из стульев, смахнула с него пыль и просто уселась. Сначала сладко потянувшись, хрустнув всеми суставами, она, наконец, обратила внимание на вопросительный взгляд Тейлза и сказала, что те двое должны прийти через пару минут.       Пара минут затянулась...       Позже, когда Тейлз уже начал терять терпение, а зад порядком задеревенел дожидаться остальных, дверь резко распахнулась, и в комнату ввалился Скордж. Следом за ним молча вошел Прауэр. Лис коротко оглядел всех с непроницаемым лицом и молча закрыл дверь.       — Чтоб я из-за вас всех ещё раз встал так рано! О, Тейлз, лапочка, — спидстер посмотрел на него с приторной неискренней добротой. — Достань палку из своей задницы и расслабься уже.       — П-прости.              Бухтеть с утра очень по-сониковски, как заметил лисенок, естественно, не озвучив это. Тейлз невольно окинул взглядом черные джинсы, в которых ноги ежа казались ещё стройнее обычного. Его брат, как он помнил, презирал любые существующие штаны на планете. Скордж же… судя по походке, тоже был не слишком к ним привыкшим, но чувствовал себя сносно. Утром Майлз швырнул парой прямо в ежа, аргументируя это тем, что после вчерашнего инцидента (и последующей сессии) Тейлзу грозит сдохнуть на месте от смущения быстрее, чем он скажет “матрица пространственного манипулятора”.       Скордж хмыкнул, но не продолжил разбрасываться комментариями. Ёж резко развернулся и уселся на край стола, оперевшись на какую-то коробку рукой, которой подпер голову.       — А чё ты сел-то? — Майлз поправил закатанные рукава черного свитера с высоким горлом.       — А чё ты от меня хочешь?       Лис одарил его тяжелым взглядом, и Скордж, подняв обреченные очи к потолку, поднялся и подошёл к нему.       — Ла-а-а-дно. Значит так, я вам не учитель и тем более не ученый. Короче. — Он выхватил черный маркер из-за уха Прауэра и зубами выдернул колпачок, сплюнув его себе в руку. — Э… Тебе как про сотворение мира начать? Создал Бог твердь и всё такое, а потом сказать, что это наебалово?       — Эм… — Тейлз растерянно моргнул.       — Забей, я шучу. Так вот. Весь наш мир состоит из двух… как это называется?       — Скажи проще – воронки. Это искривленное пространство, чем является наша и ваша вселенные, — спокойно подхватил Майлз.       — Но есть нюанс! — Ёж нарисовал прямо на стене две воронки, исходящие из центра вправо и влево.       — Да. Нюанс. Эти воронки – абстрактное понятие, их нельзя измерить с точностью. Это… это даже не воронки, а скорее… Представь двунаправленный взрыв.       — Это как если бы ты прижал два шарика горлышками, но они постоянно надуваются, так как разлетаются в разные стороны от центра на протяжении миллиардов лет, — продолжил Скордж, прорисовывая сетку двух воронок. — Тут воображение иметь нужно. — Он постучал кончиком маркера по виску и продолжил рисовать.       — Вы говорите о Большом взрыве?       — О Мега Большом взрыве, приятель! — усмехнулся Скордж, за что получил косой взгляд от своего напарника, но не заметил его, скрипя маркером.       — Вся Вселенная в общем имеет как положительные, так и отрицательные координаты. То есть материя испытала…       — Пробитие!       — Скордж! Прорыв! В месте, где случился прорыв, координаты меняются. Отсюда мы: так называемые “минус” и вы – “плюс”. Всё. И надо понимать, что оба наших пространства, эти самые “шарики”, состоят как бы из сети. Эта сеть – параллельные вселенные, которые формируются и умирают постоянно. Это безостановочный процесс. Ему можно легко помочь, но сложно помешать.       — Так значит… я по ту сторону?       — По ту сторону огромной дырищи в самом центре координат, да. Дальше сами.              Скордж грубо вложил маркер в руку своему лису и уже направился на выход, как услышал звонкое “кхм-кхм” в его сторону.              — А… Милашка Рози. Я совсем забыл про тебя, зая, — притворно сладко процедил он.       — Пока они разбираются, ты пойдёшь со мной.       — Да блять, — фыркнул ёж, но без споров позволил ежихе себя увести.       

***

      Тейлз и Майлз потратили значительную часть дня на обсуждение работы лифта, принципов стабилизации вселенных и нюансов того типа перемещения, который был им доступен. Юный лисёнок был весьма удивлен, когда узнал, что не он первый нашел способ выхода за пределы вселенной и что их отрицательные версии переходили из мира в мир на своих ногах (вернее сказать, на ногах Скорджа) без каких-то очень уж массивных конструкций, занимающих полгаража. Но для этого нужна была подпитка энергией, которую Майлз назвал силой Анархии, заряжавшей уже самого ежа. Тейлз не смог сдержать нейтральное лицо. Он слишком громко прыснул, чем вызвал волну осуждения от старшего себя.              Чуть позже выяснилось, что ходить между смежными мирами и ходить между секторами “плюс” и “минус” совершенно разные вещи. В данном случае им очень пригодилось бы что-то, что пропустило бы в пространство “плюса”. Желательно еще один такой взрыв, какой выбросил Тейлза из своего сектора. Тут хитрый взгляд Майлза, сканирующий другого, как рентген, обвел его с головы до ног.              — У тебя нет изумруда Хаоса, случайно? Лучше всех семи, но хотя бы одного?       — Чего нет?       Веко Майлза дрогнуло. Он глубоко вздохнул, постучал коготками по столешнице и попытался собраться с мыслями, сжимая переносицу. Он просто не мог поверить, что им так “повезло”. Следующие полчаса они разбирались с тем, что такое эти ваши изумруды и с чем их едят. Пока Тейлз слушал, его мордашка изменилась со скептической до насмешливой, а затем снова до недоверчивой.              — Они есть в вашей вселенной. Так просто должно быть! Но вот в какой ее части… Они, конечно, могут быть у черта на рогах или полностью разряженные. Откуда ты вылез вообще… — пробубнил Майлз последнее, доставая из кармана раскладушку и открывая ее одним резким движением большого пальца. Всего пара нажатий на кнопки, и он уже говорил со Скорджем о какой-то пушке, зарядке и агрегате. Чем бы это все ни было.              Ёж пришёл минут через десять, явно не слишком-то спешив. Наверное, допил кофе из блюдечка, прошелся по особняку прогулочным шагом, поманил котенка, повздыхал на хмурый пейзаж за окном… Чем бы этот гад не был занят, пока шел. Майлз даже не сомневался, что тот специально тянул время.       — Мне нужен ассистент. Мы попробуем забрать его Хаос и наполнить Хаос драйв. Если его хватит, конечно. Он заранее мне кажется безнадежным.       — Забрать у меня Хаос? А это не убьет меня?       — Если мы вовремя остановимся – нет. Теоретически.       — Время подвала! — довольно объявил Скордж.       Тейлз недоверчиво напрягся. Какой подвал? Реально подвал? Но да, альтернативные лис и ёж отвели его вниз по лестнице, где все выглядело еще хуже, чем то, что он видел за последние двое суток. Сырые каменные стены, низкий потолок, посмотрев на который просто надеешься, что с него не упадёт ничего тебе за шиворот и не побежит. Вдоль одной из стен стояли шкафы со старыми компьютерами. С точки зрения Тейлза они были устаревшими, с точки зрения Майлза - что добыли, то и было. При перемещении в миры можно прогадать с техническим прогрессом, никогда не знаешь. Пока лисенок отвлекся на еле дышащую технику, ёж быстро притащил странного вида стул и поставил его по центру. Странным было то, что он имел крепления для конечностей и пояса.              — Вы электрический стул из тюрьмы украли?...       — Не. Из тюрьмы я другое украл, — отмахнулся ёж, отходя к столу со сложным пультом управления, собравшим на себя слой пыли.       — Ты сидел в тюрьме?!       — Ага. Твой любимый Соник засадил. Как хорошо, что его Вселенная пошла по пизде, надоел мудак.       Тейлз неуверенно дернул хвостами, поморщившись.       — “Пошла” в смысле…?       — Скажем так, на пути к тотальному уничтожению и схлопыванию самой в себя. Инфинит с Эггманом не поделили одно оружие, меняющее реальность, то бомбануло, прошлось волной по всему их измерению, привело к глобальным парадоксам и так далее. Не починили. Мы ливанули раньше. Ты взрослый мальчик, сам понимаешь, что началась грызня. Нам вообще повезло свалить, потому что та волна задевает смежные Вселенные. А мы с Майлзом из смежной.              Казалось, несколько лет назад Тейлз приоткрыл дверь в мир безграничных чудес и возможностей для изучения, но на самом деле он увидел жуткий бардак, о котором его не предупреждали. Насколько же было странно слышать, что в мультивселенной всё это время кипела жизнь, что и другие находили способы путешествовать, целые измерения уничтожались намеренно, а они об этом даже не знали! Границы восприятия мира маленького лиса были раздвинуты настолько, что начинали мелко дрожать до боли в голове. Многие знания, как говорится…       — Инфинит?       — Да пес один, забей. Кадр редкий, если появляется, то всегда не к добру. Шансов, что ты его увидишь, почти нет. Садись давай.       — А Соник?       — Я не знаю, что с ним, — слишком быстро ответил спидстер.              Тейлз, уже чувствуя себя плохо, нехотя сел на деревянный стул, источающий довольно гнетущую ауру. От истории, которая его никогда не касалась, и от непонятной затеи, где всё какое-то… теоретическое, лису хотелось перевести дух. И мог ли он вообще доверять Скорджу и Майлзу свою жизнь? А если они его выжмут полностью и бросят здесь, как бросили всех в тех разрушающихся реальностях?              — Я собирал это для зарядки Хаос Драйва, — начал старший двойник, показав колбу. — Правда, это сделано для зарядки от изумрудов, но у нас нет времени на калибровки, тесты и прочие доработки, — он передал своему напарнику связку контактов и кабелей, ведущих к пульту.       — А может, мы можем добыть этот Хаос? Не из меня, — спросил лисенок, скрипнув зубами от напряжения.       — Я пытался синтезировать Хаос искусственно из того, что у нас есть. Но это оказалось невозможно из-за структур Хаоса и Анархии. Хаос стремится к непредсказуемому изменению постоянно, вся его структура, как калейдоскоп, перестраивается сотни раз в секунду. Поэтому в нем столько мощности, он никогда не замирает, следовательно, энергия вырабатывается постоянно. Это же обеспечивает его гибкость в контроле. Но Анархия способна замереть, ей нужно накопиться. Ее структура стремится к балансу, но как только достигает его, то неконтролируемо перестраивается. Она реагирует на контроль более агрессивно и ее вспышки сильнее, чем у Хаоса. Поэтому у Скорджа периоды отходняка после контроля Анархии, она истощает своей реакцией на управление, а Соник прекрасно себя чувствует после Хаоса, потому что там такого эффекта просто нет.              Пока старший лис объяснял на пальцах, как работают две самых древних и используемых силы в мире, Скордж методично затягивал ремни на запястьях и поясе задеревеневшего как кукла Тейлза, привязывая его к стулу. Заметив напряжение, Скордж бегло подмигнул и резко затянул ремень потуже. Закончив с основным, ёж оценочно обвел взглядом зафиксированную фигурку лисёнка и снял очки с его головы, сразу же надев их себе на лоб, теперь с более маниакальным видом устраивая контакты на макушке Тейлза, которые почти не держались.              — Если ты всё-таки умрешь, я заберу их себе. Обожаю очки!       — Ага, забирай, у меня ещё есть, — попытался ответить Тейлз, будто всё в нынешней ситуации совершенно нормально. — К-какое-нибудь напутствие?              Ёж задумался, постучав когтем по подбородку.              — В подобных ситуациях я обычно говорю: “Расслабься и получай удовольствие!”.              Тейлз нервно поперхнулся.              Скордж отошел за стол к пульту управления, над которым колдовал Майлз. Старший лис вкрутил широкую колбу драйва в один из отсеков, выходящих из пульта, и начал повышать напряжение, поворачивая две ручки переключателя одновременно.              — Знаешь, я всегда хотел поставить эксперимент над “собой”, — хитро протянул Прауэр, прищурив лисьи глаза.              Ёж и лис как-то синхронно стали напоминать сумасшедших ученых с их острозубыми оскалами и заблаговременно опущенными очками. Пара приготовилась к ослепительным вспышкам Хаоса, крикам и вообще шикарному представлению. Кресло загудело, внезапно ожив… но вместо эффектов внезапно потух весь свет. Во всем особняке.              — Говно собачье!              Прауэр рявкнул так резко, что Тейлз против воли вздрогнул и съежился, а вот Скордж лишь повел ухом, явно разочарованный. Все стрелки на счетчиках упали в ноль и жуткое трещание вокруг подопытного лисёнка спало.              В непроглядной темноте чиркнула зажигалка и маленький огонек подсветил двоих у стола. Естественно снизу, что пустило длинные тени по стенам и потолку.              — Да в нем почти нет ничего! И пробки выбило к херам! — фыркнул Майлз. — Я никогда эту штуку не починю!       — Мы хотя бы не дымимся, — меланхолично вставил Скордж.              Где-то с верхних этажей послышался приглушенный женский крик, проклинающий Скорджа и Майлза. Гений подвальной инженерии бессовестно закатил глаза и начал что-то щелкать на мудреном пульте, пока не сдался и треснул по нему ладонью. Видимо, тот конкретно перегорел.              — И что теперь делать? — попытался вклиниться Тейлз.       — Технически, у нас есть изумруды на примете. Ауч! — начал Скордж, за что получил тычок локтем. — Проблема только в том, что придется договориться, чтобы их взять. Или подраться. И вернуться в ту вселенную, где Изумруды пашут на пушку Генезиса.       — Звучит стремно, но я не верю, что ты не можешь о чем-то договориться.       — О-о-о, — протянул Майлз, сардонически усмехнувшись. — Всё очень сложно, когда каждый, кто знает наши рожи, предпочел бы нас убить. И когда там творится черти что. Я даже не могу предположить, как изменилась реальность, что там с законами мироздания… Она не просто так схлопывается, знаешь ли.       — У нас нет времени откладывать! — взмолился Тейлз с нотками отчаяния в голосе. — Пожалуйста…       — Сначала я вкручу пробки. А потом все остальное.              Большой палец Скорджа уже порядком устал держать кнопку зажигалки, и та, вспыхнув, потухла, пока Малйз на ощупь выбирался из подвала. Ёж как-то подозрительно притих, стоя в темноте, крутя зажигалку между пальцев и думая о чём-то своем, все больше хмурясь.              — А что изумруды этой вселенной? — тихо спросил Тейлз. Сдавленные ремнем запястья начинали ныть, и он попытался аккуратно ими пошевелить, чтобы разогнать кровь.       — Понятия не имею, где их искать. И у нас явно нет пары месяцев, — огрызнулся Скордж, нервно и безуспешно чиркая зажигалкой.       — У тебя… кто-то остался там?       — Не лезь в это.       

***

      Решив, что больше путей у них нет, а упускать возможность свалить из сектора Скордж не хотел, было принято не лучшее решение отправиться в тот разрушающийся мир и успеть урвать священные камни до того, как они сколлапсируют.       Позже, когда тройка была готова, вооружена и подстрахована самой Раскал, Майлз показал его временный вариант перехода в другой мир – два столба с шарами на них. Сначала механик не слишком поверил. Выглядело довольно… неубедительно, если не издевательски, потому что это чек-поинты какие-то! Но когда его двойник настроил панель управления и дал все инструкции Рози, скептицизм лисенка начал рассеиваться. Между двумя столбами зарябило пространство, будто бы от пола поднимался горячий воздух и смешивался с холодом большого зала, который ещё вчера был набит гостями. Тейлз вглядывался в сгущающееся ничто, но видел только дальнюю каменную стену, напротив которой стояли столбы. Через несколько мгновений между ними начали вспыхивать искры и разрыв в реальности стал более очевидным.       — Можем идти, — скомандовал Скордж с чем-то тяжелым, еле уловимым в хриплом голосе. Ёж поправил во внутреннем кармане куртки несколько зеленых светящихся кристаллов… На всякий случай.       Когда альтернативные лис и ёж отошли к противоположной стене длинного зала, где точно никто не мешал разогнаться между раздвинутых столиков, Тейлз не сразу понял, что от него ждут того же. Слишком увлеченный любопытством изучить что-то новое, прочувствовать переход с помощью другого устройства, не привычного лифта, где капсула защищала тебя, а так грубо, через разрыв, как это делали “плохие парни из минуса”. Он аккуратно протянул руку, желая прикоснуться к “плавающему” пространству между столбами. Ничего страшного не произошло, его не ударило, не оторвало конечность, но и рука упорно не проходила сквозь этот портал, а только “растягивала” пространство, как бесконечный слайм.       — Тебя долго ждать, мелкий? — уже как-то устало спросил Скордж, весь потрескивая от наполняющей его энергии кристаллов.       — Мне кажется, у нас какие-то неполадки.       — У нас нет никаких неполадок, — буркнул Майлз. — Нам нужна скорость, чтобы преодолеть истончение.       — И как же хорошо, что у вас есть самый быстрый ёж в мире, какое совпадение, — саркастически посмеялся Скордж.              Тейлз отошел к двум другим и схватился за протянутую руку в перчатке с обрезанными пальцами. И вот теперь его будто бы ударило статическим электричеством от заряженного зеленого ежа. Ломаные паутинки Анархии охватили золотистое предплечье, заставив волоски наэлектризованно встать дыбом.              — Задницы вверх! — скомандовала Рози.       — Что?!       — Ты же не собираешься бежать за ним? — прокомментировал Майлз, уже будучи в воздухе на своих хвостах.       — Действительно…       Когда Тейлз оторвался от земли, обратный отсчет показался каким-то нечестно мгновенным. Он не успел подготовиться, как порыв воздуха и сильный рывок уже утащили его вперед, по размывшемуся залу особняка.

      ***

             Их встретили полумрак и всполохи рыжего в сером небе, где не было видно звезд. Мягкие рассеянные лучи света от врат ползли по разбитой черно-белой плитке, строгий узор покрывал весь пол, который казался каким-то искривленным, на нем даже стоять было неудобно, будто бы все это на самом деле огромный шар. Но к этому быстро привыкаешь, хоть ноги и продолжают чувствовать определенное напряжение и кружит голову постоянное желание держать баланс. Они шли вперед, мимо классических колонн, разрушенных почти под основание и уходящих ввысь, мимо каменных шаров, расставленных строго по клеточкам. Хотелось найти какой-нибудь ориентир, чтобы понять, ходят ли они кругами или это крохотное измерение имеет какую-то свою физику. Может быть здесь, как на картинах Дали, часы медленно сползают со столов, стекают на пол и превращаются в огромных слонов с длинными костлявыми ногами? Кто знает, но чем дольше Тейлз вглядывался, тем больше ему мерещилось искажение в пространстве, постоянное движение, как эти колонны обрастают мозаикой из черно-белой плитки и загибаются, пока не сожмутся до идеального шара по центру плитки, а шары, уже бывшие здесь, теряли свою форму,истончались и вытягивались, превращаясь в колышущиеся без ветра ростки. Лис растерянно тряхнул головой. Если здесь кто-то и жил, то как он не сошел с ума?              — Здесь все меняется слишком быстро, мне не нравится, — пробубнил Майлз. — Нехорошо.       Тейлз уже чувствовал навязчивое свербящее чувство в затылке, будто бы за спиной кто-то есть и вот-вот схватит его за шиворот. Тейлз резко обернулся, но за спиной никого не было, только еле заметное очертание врат, от которых они отошли уже далековато.       Скордж и Майлз шли впереди, внимательно прислушиваясь и осматриваясь, но бдительность им не помогла, когда на следующем же шаге оба споткнулись и упали на каменный пол. Появившиеся из ниоткуда мерцающие кубы оплели их тела, накрепко фиксируя, стягивая своими путами до боли. Тейлз подскочил сразу же, но он в жизни не видел ничего подобного. Это даже не похоже на технологию, чтобы разобраться! Или похоже, но слишком специфическую. Тем не менее, скопление кубов обладало каким-то сопротивлением, упорно не дающим прикасаться к себе. И пока Тейлз пытался понять, что происходит, перед пленными шагнули две лапы, покрытые темной, почти черной шерстью с крупными собачьими когтями.       — На коленях вы смотритесь гораздо лучше, — насмешливо произнес голос сверху.              Послышался громкий щелчок пальцами и цепи кубов заставили двоих прижаться мордами к плитке в самом унизительном поклоне.              — А замашки всё те же, — прохрипел Скордж. — Как поживаешь? Не скучно?              Пурпурная дымка из множества маленьких кубов обхватила лисенка и поднесла поближе к шакалу, будто тот какой-то котенок на рынке и всего-то. Но интерес продержался недолго и лисенок шмякнулся на пол рядом с остальными.              — Скордж, ты коллекцию собираешь?       — Не неси чушь! — процедил Майлз, — Мы по делу.       — У меня нет дел с крысами, — прошипел шакал.       — Послушай!... — попытался Тейлз, — Н-нам нужна твоя помощь! Всё честно! Моя Вселенная разрушается!       — Наша тоже. И я сомневаюсь, что вы явились почтить нас, — ответил другой, более глубокий голос, сопровождаемый тяжелыми шагами. Из-за спины шакала вышел повзрослевший ехидна. Наклз смотрел на чужаков свысока, с недоверием. По сравнению с другом Тейлза, он выглядел не таким габаритным, но держался куда более серьезно и осознанно, что выглядело даже слишком контрастно. А еще очень странный акцент, который еле ощутимо проскальзывал в его голосе... — Десять секунд. Чего надо?              — Изумруды, — выпалил Скордж. Ёж попытался посмотреть в сторону своего бывшего друга, но кубы все еще прижимали его щекой к холодной плитке, почти не позволяя шевелиться.       — Обойдешься, — отрезал хранитель.       — Ты не дослушал!       — Je me fous!, — резко ответил ехидна.       — Ты опять ведешь себя, как идиот! Вы же помрете тут оба! И мы туда же! — перебил Скордж.       — Ты украл у меня последние изумруды и преподнес Эггману! И тогда ты не думал, что мы помрем здесь все! Je dois laisser Infinity t'achever!!!       — С радостью, — хищно ухмыльнулся шакал, сверкнув разноцветными глазами.       — Подождите! — выпалил Тейлз. — Мы можем поговорить с Соником? Пожалуйста! О-он бы выслушал нас!       — Мы всё, что осталось. Остров Ангела, я и этот тупоголовый.              Ехидна презрительно фыркнул в ответ на комментарий о себе.       — Это остров Ангела?! — Скордж попытался вывернуться, чтобы осмотреть этот восхитительный кошмар еще раз. Это же ни под каким воздействием не узнать и не догадаться.       — И его непрекращающиеся метаморфозы, — устало подтвердил шакал. — Ты бы знал, если б не свалил. Хотя твоя шкура бы уже валялась у меня вместо коврика.              Тейлз уже не слушал разговор. Эггман в их мире был врагом конечно же, но тот больше развлекался, чем представлял реальную угрозу таких масштабов… И Скордж приложил к этому руку? Хотя, кто такой Скордж, чтобы не приложить руку к чему-то такому грандиозному и заодно остаться в живых, когда волна пойдет по миру и сметет все. Но если Эггман здесь человек, для которого существует только его амбиции и эго, не глупо было бы рассчитывать на место около него? Видимо, так и произошло.              Через шею Наклза был перекинут широкий ремень, поддерживающий странное устройство у него в руках. Небольшой экран, на желтом корпусе которого были закреплены различные блоки, запутанные провода и колба сбоку, в которой нервно подпрыгивал шарик. И делал он это все быстрей и быстрей с каждой минутой.       — Что это такое? — Майлз нутром почувствовал неладное.       — Она сканирует наступление волн и их силу, — коротко ответил Наклз.       — Она?       — Да. Тейлз переработал часть Николь в это устройство, чтобы она прогнозировала изменения. Но ее личность утеряна. Теперь это просто очень умный вычислитель. Скоро проснутся аномалии.       — Кажется, ты хотел поговорить с Соником? — с угрозой в голосе хохотнул Инфинит. — Вот и ваши друзья.       Шакал резко взмахнул рукой; Скорджа и Майлза с Тейлзом приковало к колонне, стремительно покрывающейся ржавчиной. Инфинит, словно на охоте, приблизился к своей добыче почти вплотную. Напротив лица Скорджа растянулась хищная улыбка, обнажившая частокол острых зубов.              — Эта волна, к сожалению, несмертельна, но будет очень неприятно. Примерно вот так, — резкий удар кулака в живот заставил ежа задохнуться и чуть не сложиться пополам, если бы тот мог.       — Мы можем вывести вас отсюда, — поспешил вставить свое слово Майлз. — С изумрудами!       — Мы уйдем отсюда. А вы останетесь здесь. Всё самое эффектное для нашего Высочества.              Но холодные голубые глаза смотрели с непоколебимым вызовом и самоуверенностью, не пропуская внутреннюю нервозность.              — По ту сторону Рози закроет врата по моему приказу, и мы останемся подыхать здесь вместе. И даже если ты выберешься, я оставил ей достаточно берилл, чтобы она разнесла тебя в прах.       — Рози – та сумасшедшая? — неуверенно спросил шакал.       — Ага, моя непредсказуемая малышка с молотом и поехавшей крышей.       — …Фрики.       — Инфинит! – строго окликнул Наклз. — Волна движется со стороны их врат, мы не пойдём ей на встречу.              Инфинит, фыркнув, развернулся и начал отступать вместе с Наклзом, оставив троих прикованными к столбу.              — Если после этой волны я полысею и начну косить под Элвиса Пресли, я тебя без смазки выебу!!! — крикнул ёж в догонку.       — Надо было стереть тебе рот, — цокнул шакал себе под нос.              — Что он имел в виду, когда сказал про друзей? — Тейлз извернулся и посмотрел за спину. И вот тогда он понял, о чем шла речь. — Там что-то есть.       — Что? — рявкнул Майлз. — Конкретнее!       — Эм… Они вылазят из-под земли и еле-еле идут сюда?       — Зомби? — Скордж не поверил настолько, что попытался обернуться назад, но из его положения это было невозможно. — Да ладно, я никогда не видел зомби, это чушь.       — Типа каких-то големов. Они из грязи, насколько я понимаю, — оценочно пробубнил Майлз. — И их куча!       — Фу! Сейчас же не будет как в «Братьях Гримм»? Я ненавижу эту сцену, она отвратительнее всего!       — Зачем ты напомнил!              Один за другим из земли вырастали и формировались тела с весьма узнаваемыми очертаниями морфов. Без лиц, с опущенными головами; рассыпаясь по пути, они с трудом двигались вперед и внушали чувство ужаса в душе маленького лисёнка. Особенно те големы, которые выглядели до боли узнаваемо, похожие на трех ежей, лиса и ехидну. Соник или, скорее то, что имело его очертания, протянуло руку в сторону пленников. С покрытых землей пальцев осыпалась сухая крошка и, падая, хрустела под подошвой таких же кроссовок.              — И как долго они смогут идти?… — Тейлз сжался, пытаясь отодвинуться хотя бы на шаг подальше от приближающихся фантомных жителей этого измерения.       — Скордж, сделай что-нибудь!       — Легко сказать! — прорычал тот, скрипя зубами от напряжения. Его куртка загорелась изнутри зеленым слепящим светом тех берилл, которые он взял перед переходом в разрушающийся мир. Яркая вспышка заставила Тейлза на мгновение зажмуриться, а затем… Привычный зеленый ёж исчез. Все, что успел заметить лисёнок – вырвиглазная пурпурная шерсть и иглы, торчащие вверх. Через полсекунды ёж промелькнул прочь, оставив за собой облако пыли.              — Что это было?       — Супер форма, — быстро ответил Майлз, отходя от колонны, вокруг которой рассыпалось видение кубов. — Не стой столбом, нам нужны изумруды!              Тейлз в последний раз тревожно оглянулся на восставший легион и улетел прочь.                     Пурпурная вспышка на звуковой скорости влетела в шакала и сбила его с ног. Обычный морф бы получил позвоночник, перебитый в труху, но Инфинит, подпитываемый рубином, кряхтя, поднялся с земли, выпрямившись перед соперником. Инфинит вгляделся в пылающие алые глаза ежа и с презрением сплюнул кровь себе под ноги. Камень в груди шакала засиял и тело псового охватила призрачная броня, с опустившейся на лицо металлической маской. Он посмотрел прямо на врага перед собой и поманил его когтистым пальцем, развязав драку сверхсуществ.              Майлз и Тейлз долетели до самого узнаваемого и неизмененного места на острове – алтаря Мастера изумруда. Гигантский зеленый камень парил в центре своего постамента в окружении вращающихся искрящихся разноцветных камней.              — Нам нужно как-то остановить их? — спросил Тейлз, приземлившись на каменные ступени.       — Да. Хаос-контролем желательно.              Но путь им преградил хранитель, сжимающий в руке копье.                     Вместе с этим внизу продолжалось сражение. За спиной Инфинита выросли две длинные черные шеи, оканчивающиеся такими же масками, как и его. Они уходили ввысь, извивались, словно змеи и росли до титанических размеров. Скордж, признаться, не ожидал чего-то подобного. Но сам же полез на иллюзиониста! Одна из выросших голов раскрыла пасть, выпустив столп света в сторону ежа. Тот успел отлететь в сторону, когда свет прожег рытвину в земле. Но пока Скордж уворачивался, красная иллюзорная лапа схватила его в кулак и бросила в сторону колонн, которые снова изменили свой внешний вид, став высокими камнями с надписями, высеченными на них. Но Скордж не обратил внимание на это, ни пока сшибал их собой, ни когда, оттолкнувшись от земли, бросился обратно в атаку, сбив нескольких големов с ног.              Майлз задрал рукав свитера и активировал широкий браслет со вставленным в него зеленым кристаллом. Браслет раскрылся и трансформировался в дуло над запястьем лиса. Прауэр без предупреждение выстрелил под ноги Наклзу, но тому хватило немного увернуться, чтобы луч Анархии не задел его.              — Стой! — Тейлз бросился на своего двойника и всем весом навалился на его руку, вооруженную пушкой. — Он же наш друг!       — Он был другом Скорджа!              Наклз, прищурившись, хмыкнул.              — Не знаю, за что ты решил меня вычеркнуть, но дело твое, — процедил он.              Майлз грубо сбросил с себя младшего и снова наставил дуло на Наклза.              — Тебе лучше сотрудничать с нами.              Хранитель, вскинув бровь, настороженно поднял руки.              — Опусти руку. Если ты выстрелишь и попадешь по изумрудам, то мы все не переживем это. Защита алтаря держится на изумрудах и рубине. Если ты выстрелишь, Хаос с Анархией разорвет нас в первую очередь, а затем и мир au diantre!       — Вот, как вы переживали волны.... — вдруг понял Тейлз. — И вот почему вы вынуждены быть вместе!       — Рубин пошел трещинами. Видимо, слишком большая нагрузка, — вспомнил Майлз, когда видел Инфинита достаточно близко. — У вас нет времени торговаться!              Тейлз быстро обернулся только проверить, что происходит между Инфинитом и Скорджем, и не смог отвести взгляд. Драка перешла в небо, где объятый кубами шакал отбивал быстрые атаки супер ежа. Одна из огромных масок, раскрыв пасть полетела прямо на Скорджа, а тот, решив не уворачиваться, полетел ей на встречу, надеясь пробить иллюзию. Нос маски столкнулся с кулаком Скорджа, и оба с грохотом полетели вниз. Ёж при возможности увильнул из-под нее, и та практически ударилась о землю. Скордж обогнул фигуру шакала к другой голове, которая уже распахнула светящуюся пасть, готовая выпустить луч, но еж спикировал вниз, оставив на пути луча следующую за ним вторую голову. Инфинит как будто бы лишь зажмурился от яркой вспышки, но в целом сдержался так, чтобы не потерять невозмутимый вид. Шакал с издевкой посмотрел на соперника, чувствуя, что тому уже не хватает принесенных берилл. Невероятная самонадеянность, как и у всех Соников, о чем он только думал, когда решил прийти сюда? Ёж приготовился к рывку и пулей направился к нему, пробивая на пути все иллюзорные стены, что тот возводил.              Снятый ранее планшет Наклза замигал желтым и предупреждающе просигналил, показывая на карте наступающую волну.              — Вы оба, живо возьмитесь за что-нибудь! — успел прокричать Наклз, прежде чем воткнуть свое копье между плит алтаря.              Майлз и Тейлз одновременно посмотрели на горизонт, где пространство, похожее на смертоносный вал в шторм, стремительно катилось в их сторону, изменяя все на своем пути.              Скордж пробил последнюю защиту и запрыгнул прямо на шакала, схватив его за грудки.              — Мне кажется, у тебя проблемы? — ехидно оскалился еж, и с размаха ударил прямо в рубин в тот момент, когда волна накрыла их обоих.              

***

             Когда всё закончилось и все начали приходить в себя, Тейлз первым делом доковылял к каменному бортику алтаря, выискивая среди песка и пыли шакала с ежом. Несмотря на защиту изумрудов, волна была ощутимой, как сильный пинок, который сбил с ног обоих лисов, еле удержавшихся на алтаре, что в таком случае могло случиться с двумя внизу, он и представить не мог. Однако, Скордж, лишившись сил, снова привычно зеленый, лежал без чувств, также и Инфинит, без каких либо иллюзий. Тейлз перепрыгнул через ограждение и опустился на хвостах вниз. Подбежав к ежу, он попытался его встряхнуть и позвать, но тот упорно был без сознания. Майлз настороженно смотрел сверху, пытаясь держать под контролем все и сразу, пока партнер был в отключке. Вернее, в глубине души он искренне верил, что тот просто был вырублен (о чем он, естественно, вслух не признается). Наклз, не обращая внимания на Прауэра, спустился по ступеням, остановившись на полпути, когда увидел, что его помощь не нужна. Инфинит и Скордж пошевелились и тут же зашипели, когда тела любезно напомнили, как те друг друга помяли.              — Почему вы не изменились?       — Супер форма и рубин, — ответил Наклз. — Чудо, что они вообще в себе, могло и мозги отбить.       — Не понимаю, все ежи такие психи или правда знают, что делают, — пробубнил Майлз.       — Как вы вообще можете упираться и оставаться здесь?! — не выдержал Тейлз, всё ещё сидя у Скорджа. — Вам нужно уходить! Это шанс для вас обоих!       — Я не принимаю помощь, — прошипел Инфинит, поднимаясь и отряхиваясь от песка.       — А я не приму от них.              Тейлз чуть не взвыл, еле сдерживаясь.              — Я не хочу, чтобы вы погибли, потому что я не могу этого допустить! Я не смогу уйти, зная, что каждые пять минут для вас могут стать последними! Вы двое - меньшее, что можно сделать… Пожалуйста… Какой был шанс, что вас вытащат отсюда? Ваша защита еле держится, припасов нет, чего вы ждете?!              Инфинит поднес руку к пульсирующему рубину. Боль от удара по нему отдавала в грудь и место его вживления слабо кровоточило. Но это было мелочью по сравнению с тем, что небольшие тонкие трещины стали практически расколом после атаки супер Скорджа. Теперь для них осталось всего сколько? Пара волн? Учитывая, что они становятся только сильнее…              — Так ты сделал это специально?!              Ёж приподнялся, опершись на локоть, и грязно поиграл бровями.              — Разве можно быть мошенником и не просчитывать все ходы? Салага.       — У меня просто слов нет, — Инфинит тяжело вздохнул и сжал переносицу между пальцев. Чертов спидстер, надо было его прикончить сразу же. Желательно вместе с Соником одновременно. Шакал недовольно дернул хвостом, подняв ворох песка, и озлобленно прижал уши. — Ладно.       — Что ладно? — подразнил ёж.       — Мы пойдем с вами. Сворачиваемся.       — Совсем не обязательно говорить мне спасибо, но всегда пожалуйста, — продолжал в издевательском тоне Скордж.       — Я не знаю, как поступить с Мастером изумрудом. Я бы не оставил его здесь. Но и на себе мы его быстро не унесем, — перебил Наклз, пока соперники снова не сцепились.       — Инфинит - фокусник, наколдует подъемник, ты проследишь за изумрудами, Майлз проследит за волнами по той штуке, а я поведу машину, которую, опять же, наколдует Инфинит, — рассудил ёж.       — Я не колдую!!!       — А Тейлз следит за всеми вами, — закончил Скордж.       — Когда ты назначил себя главным? — огрызнулся Инфинит.       — Как только надел корону, — нахально усмехнулся Скордж, сбив разбитые очки со лба на нос одним движением пальца. Но почти сразу же выбросил их за плечо.       — А ты точно сможешь вести машину? — обеспокоился лисёнок, пока еж, пошатываясь, поднимался на ноги.       — Да веселее будет.                     Когда Инфинит и Майлз разобрались с созданием пикапа с подъемником, и перенесли в кузов Мастер изумруд, машина, конечно, просела, но, благо, иллюзорная тачка могла выдержать такое многотонное испытание. Без каких-либо промедлений все пятеро забрались в кузов, и ёж вырулил обратно, примерно в сторону их врат.              — Да что это за гребаные камни везде торчат?       — Это памятные рунные мемориалы, я воздал всем, кого знал, как воинам!       — Мы едем прямо по кладбищу?! — чуть не взвизгнул Тейлз.       — Здесь нет тел, они исчезли из бытия.       — Но создавая свои камни, Наклз случайно создал фантомов. Мы не поняли до конца, как это работает.       — Накс. — Майлз развернулся с переднего сидения назад, показывая планшет, — Мы едем прямо на волну, мы успеем проскочить?       — Уже?! Между ними всегда было больше времени!       — Возможно, мы как-то повлияли, — предположил Инфинит.              Машина резко дернулась вперед, помчавшись к цели быстрее, но теперь всех в ней трясло так, что и без того высокий градус напряжения вышел в точку кипения. Особенно зажатый между Наклзом и Инфинитом Тейлз почувствовал себя меж двух катушек Теслы. Было бы, наверное, хуже, если бы он оказался между Скорджем и Инфинитом… Но несмотря не все перекрикивания и огрызания, пятерка мгновенно замолчала, когда впереди показались ворота… и новая волна за ними.              — Инфинит! Сделай так, чтобы она ехала быстрей!       — Ты хочешь нас убить?       — Мы убьемся, если ты не сделаешь! — выкрикнул Скордж, дернув руль, чтобы увернуться от очередного камня, но подмять под колесами нескольких песчаных големов.              Шакал прижал раскрытую ладонь к крыше кузова и машина, дернувшись, понеслась прямо к воротам.              — Если я на такой скорости не попаду в ушко, это будет фиаско, парни, — прокричал Скордж через общий шум мотора и грохота. — Но не обессудьте! — немного маниакально рассмеялся ёж, выстраиваясь точно по прямой между двух столбов.              Они пролетели в разрыв практически одновременно с наступившей волной, что полностью сожгла ворота. Машину под визг тормозов протащило через зал особняка, сбив покрытие с пола и оставив за собой черные полосы от шин. Каким-то иллюзорным чудом она не врезалась в противоположную стену на полном ходу.       Скордж с трудом разлепил впившиеся в руль пальцы, не сразу поверив, что они проскочили.       — Ты же оставишь мне эту тачку?       Инфинит с непроницаемым лицом щелкнул пальцами и все, кроме него, шмякнулись на пол.       — Да вы охренели?! — выкрикнула Роза… подозрительно ставшая неуловимо иной. Возможно, из-за открытых врат первая волна задела соединенный мир... Возможно, весь дом... Никто не узнает точно.       

***

      Немногим позже. Комната Скорджа и Майлза       — Ты хорошо вел себя сегодня, — подкинул как бы между делом Скордж, запихивая вещи в спортивную сумку и выгребая свой небольшой, запрятанный под половицами сейф.              Лис только дернул хвостами и фыркнул, разбираясь со своими пожитками. Ёж тихо посмеялся, машинально потерев под носом, он знал, что Майлз принял его комплимент.              Прауэр бросил свои вещи и устало повел плечами. Немного поразмыслив, он решил снять свой свитер, откинув его на кровать.              — Ты можешь? — Майлз повернулся спиной к Скорджу и показал на металлический корсет, поддерживающий его спину. Ёж молча нажал комбинацию кнопок, наблюдая, как корсет раскрывается, и полосы, обхватывающие торс лиса, складываются в центральную часть, идущую вдоль позвоночника. Затем Скордж открепил поддерживающие элементы с основания хвостов и снял корсет вовсе. Майлз довольно выдохнул, почувствовав себя, наконец-то, свободнее.              — Я все еще думаю, что тебе нужно больше тренировок, чем эта приблуда, — Скордж постучал по корпусу коготком. — Ты похож на робокопа в ней.       — Отвали, — беззлобно буркнул Майлз. — У меня нет времени на тренировки. И рост все еще продолжается, мышцы не успевают подстраиваться. Лучше корсет. Потом когда-нибудь я займусь этой проблемой.              Скордж отложил корсет на ближайший стул и прильнул к своему лису, прижавшись к спине.              — Я убью тебя, если ты перерастешь меня.              Пальцы ежа скользнули по бокам Майлза, неспешно разминая затекшие места. Прауэр прикрыл глаза, расслабляясь. Его хвосты лениво раскачивались, пока ладони партнера скользили по нему.       — У нас нет времени.              Ёж недовольно поджал губы. Майлз был прав.              — Я все еще ужасно вымотан и никуда не собираюсь, — острые зубы коснулись кожи на плече через желтую шерсть, а движения рук стали настойчивее, опустившись ниже.       — И ты, конечно же знаешь, как быстрей всего восстановиться? — легко посмеялся Майлз.       — О, это очень древний способ.