ОтМетки

Натан смотрел прямо перед собой. Привязанные к стульям Мэри и Натаниэль тоже. Со стороны могло показаться, что это игра, кто первый моргнет, тот умрет, но на деле все оказалось не так просто. Рыжик сидел, не чувствуя вообще ничего. Руками уже давно было не пошевелить, узлы тетушка Лола вязала на совесть. Животный страх перед собственным родителем заставлял его абстрагироваться от текущего каждый раз в подобной гнетущей ситуации. Сейчас могло произойти все что угодно, начиная кровавой баней и заканчивая мучительными пытками. И черт бы знал в какой последовательности. Казалось, даже смерть не являлась избавлением. - Убежать не смогли. Какая же ты, Мэри, бесполезная. Не удивительно, что твой сын такой слабак. - Он и твой сын тоже, — каждое слово давалось с трудом, но женщина не собиралась молча выслушивать претензии своего убийцы, — может это он в тебя такой слабак? Выстрел последовал мгновенно. Годами отточенное движение балтиморского мясника было пугающе точным. Сердце не успело сделать кульбит в груди. - Твоя мамаша была редкой сукой. Я даже не знаю, как мне хватило терпения выносить ее столько лет, — он вернул пистолет в кобуру на бедре, — приказ Морияма, чтоб их... Мужчина шагнул в сторону стола. Натаниэль даже не вздрогнул, страх произошедшего был цепенящим. Зная, что на столе разложены любимые инструменты мясника несложно предположить дальнейшее. Он не раз проверял своим телом насколько качественно заточен тот или иной нож. - Натаниэль-Натаниэль... Ты сейчас умрешь, — голос даже не дрогнул, но это было ожидаемо. Настоящий убийца действует без сожалений, — если тебе есть что сказать напоследок, сейчас самое время. Натаниэль только развернул лицо в сторону мертвой матери и позавидовал тому, что она умерла быстро. - Прощай сын, ты всегда был моим разочарованием.

***

POV Натаниэль Я резко очнулся с ощущением, что меня выбросили на сушу из воды. Показалось, что задохнулся, но это чувство быстро прошло. Я посмотрел на свои руки, расстегнул рубашку. Все было... Нормально? Меня только что истязал собственный отец, но на мне ни одной отметины. Что за бред? Я был в коме и успел поправиться за это время? Подвал был таким же темным, как всегда, разве что утренний свет пробивался сквозь маленькие окошки. Неидеально, но вполне все видно. Вокруг чисто, как до нашего с мамой появления. Я поднялся на ноги. Прекрасно себя чувствую. Боже, что происходит? Почему меня оставили здесь? На меня есть какие-то планы? Сидеть в подвале не вариант, ненавижу это место, надо было понять, что происходит. Лестница под моими шагами не скрипела, дверь была открыта. Я вышел в коридор и увидел перед собой... Себя? Ну, точнее в прозрачном пластиковом пакете было все, что от меня осталось после развлечений отца. Слезы неконтролируемым потоком хлынули из моих глаз. Так горько оказалось осознать, что... умер. Наверное я кричал. Голова превратилась в вакуум, я не слышал ничего. Сердце защемило, не позволяя сделать ни одного вдоха без хрипа. Схватив себя за волосы я беззвучно проклинал всех за эту несправедливость. Отца, за то что убил, мать, за то, что родила меня, Мориям, которые создали этот мир. За жестокость, безграничную боль и непрекращающиеся страдания. Сжавшись рядом со своим телом в комок я рыдал. В какой-то момент я захотел обнять себя другого, пусть хоть когда-нибудь мое тело почувствует чужие объятия. Руки не слушались, трясясь, я попытался дотронуться до лица напротив, но оно оказалось ледяным и твердым. Прикасаться к себе было страшно неправильно. "Твари" Даже не заметил, как появился Ромеро. С легким пренебрежением он поднял мое тело и вышел за входную дверь. Мне не хватило сил узнать место своего последнего пристанища. Когда я перестал себя видеть, я успокоился. Мы думаем о боли лишь когда видим ее непосредственно перед собой. Когда боль становится абстракцией, люди перестают замечать такие вещи. Придя в себя, насколько это было возможно в моем состоянии я начал думать. Если я умер, почему все еще здесь? Кто я сейчас? Призрак, полтергейст, неупокоенная душа? И что теперь мне надо делать. Инструкцию Господь мне как-то не оставил, поэтому подразумевается, что разбираться буду самостоятельно. Оценив иронию, что сам принимать решения смог только после смерти, я решил осмотреться. Раз я что-то типо приведения, то любые двери мне открыты. Теперь узнаю все, что пытались скрыть. Доступ в отцовский кабинет на втором этаже был заказан для всех, кроме отца и представителей клана Морияма. Я уже не думал о том, готов ли я знать то, что внутри, последствия этих знаний больше не волновали. После моей истерики внизу, как отрезало. Стало вообще все равно на страх. На все. Дом был пуст. Ни отца, ни прихвостней, буквально пусто. Ремонт конкретно этой комнаты был выполнен в темно-зеленых тонах, небольшой кофейный столик, по обе стороны от него два небольших дивана. Ни картин, ни техники. Если бы я не знал владельца лично, подумал бы что он какой-то консервативный аскет. Но мой отец любит всякие мелочи. Ими удобно делать больно. Я хотел понять почему мне никогда нельзя было здесь находиться. Это глупо. Здесь нет вообще ничего такого, что нужно скрывать. Я присел на диван и просто ждал. Без лишних мыслей. Времени у меня сейчас больше, чем можно когда-либо желать, так что можно наконец просто посидеть спокойно в тишине.

***

- Хочешь сказать мы потеряли Британию в лице Хэтфордов? Приближающийся голос не принадлежал кому-то знакомому, это вернуло Натаниэля в реальность и вскочив с дивана он приготовился встречать гостей. Восточный акцент говорившего слишком явно чувствовался, а общее недовольство делало речь жестче. - Они погибли в ходе поимки. Мои парни промахнулись, по привычке стреляли на поражение, сбежав эта сучка наверняка просчитала такой расклад, на него и надеявшись. "Отец" Хозяин кабинета провернул пару раз ключ в замочной скважине и на пороге появилось три человека. Натан не спеша вошел и упав на диван вальяжно закинул ногу на ногу. Двое других не отличались таким же самодовольством. Натаниэль узнал их, однажды он уже видел Кенго и Ичиро Морияма на корте. - Она была нам нужна, — отговорка отца не сработала. Он напрягся. Насколько парень знал, с этими людьми вообще шутить не следовало. Если они недовольны, то причины беспокоиться резко найдутся у всех окружающих. - Думаю мы сможем договориться с британцами... "Впервые вижу, чтоб он начал нервничать" - Ты стал слишком много себе позволять. Это наносит урон репутации клана Морияма, — Ичиро до этого момента молчал, но похоже сейчас именно он под чутким руководством и контролем своего отца входит в семейные дела, — еще одну вольность простить мы не сможем. Последний шанс будет дан за долгую преданность моей семье, но одна ошибка и даже мы не сможем закрыть глаза. - Благодарю, господин Ичиро. - Натаниэль... - Ичиро осекся, это было уже не по плану, — он умер быстро? - Мгновенно, — отец и бровью не повел. "Брехня" - Насколько я мог судить, мальчика ждало большое спортивное будущее, — Кенго не остался в стороне, желая отвести внимание от внезапного проявления слабости сына. - С его характером вряд ли. В спорте нужен стержень, а он этим похвастаться не мог. "Даже сейчас продолжает очернять меня, как же сильно он ненавидел само мое присутствие в своей жизни" Я ушел. Не было моральных сил выносить презрение отца. Оказывается даже призраки могут уставать от такого количества скрытого негатива. Не думаю что пропустил что-то интересное. По-любому бы нового для себя ничего не услышал. Оба Морямы вышли через минут двадцать. Наверное. Я действительно перестал ощущать время, а часов перед глазами не оказалось. Не желая оставаться ни секунды в этом проклятом месте я просто отправился вслед за Кенго и Ичиро в ночную тьму.

***

- Отец, я не верю ему, — сев в машину, Ичиро нарушил молчание. - И правильно делаешь. Впредь не спускай глаз ни с одного своего бешеного пса. Они имеют свойство кусать своих хозяев, — Кенго спокойно делился мафиозной мудростью и если не знать контекст, можно было удивиться идиллии и единению, которую сам Натаниэль со своими родителями никогда не ощущал, — Хэтфордов он давно провоцировал, не справляясь с буйным нравом девчонки, решил отыграться на своем сыне, в итоге погубил обоих. Что за жалкий человек. - Нет никакой возможности того, что Натаниэль смог сбежать? - Боюсь, это невозможно. Если мясник спокоен, значит улик и свидетелей не осталось. - Мне жаль, сын. "Интересно, почему наследник Морияма так беспокоится за меня?" - Я говорил, что его надо забрать еще после вступительной игры, — сам Ичиро был будто в прострации, поток мыслей вслух и не собирался останавливаться. - Ичиро, я сожалею о судьбе этого мальчика, но мать забрала его раньше, чем мы успели принять какое-то решение. Как показали дальнейшие события, для побега, окончившегося неудачно. Его мать сделала за него выбор, и он оказался неверным. Тебе не за что себя винить, — Кенго спокойно объяснял последовательность событий, — Ичиро, такая смерть будет часто сопровождать в делах. Проявление своеволия показывает кто истинный союзник. Если появится тот, кто тебе будет дорог, даже не подавай вида. Сделай все, чтоб приблизить к себе этого человека сразу или наоборот отдалить от нашего мира и помни, что он твоя слабость до самого конца. Остаток пути прошел в тишине. Со стороны наблюдать за этим было проще, чем за диалогом. Теперь больше похоже на мои собственные поездки с родителями. Умерев, я неожиданно понял, что чувствую незначительные эмоции. Отец при гостях всегда был спокоен, но его нервозность ощутил, будто нырнул в океан, хотя вряд ли он подал вид. Сейчас Кенго был напряжен. Будучи главой мафии человек вряд ли может расслабляться. Возможное предательство уже может планироваться в любой точке мира. Главное вовремя заподозрить измену и принять решение, опережая заговорщиков. От Натана исходит та аура предательства и Кенго решает, стоит ли оставлять его. Ичиро же ощущал горечь потери, даже не особо скрывая этого. На вкус кислое сожаление и соленая невозможность предотвратить случившееся. Отталкивающее сочетание. Все еще искренне недоумевая, почему подросток перед ним сожалел о его смерти больше, чем кто-либо, Натаниэль внимательно разглядывал чужое лицо. По личным меркам Ичиро можно было назвать симпатичным. До красавчика далеко, но наружность вполне приятная. К такому человеку хочется подойти познакомиться. Черты мягкие, вызывающие доверие. По сравнению с осунувшимся Кенго, из которого круглосуточная работа, судя по внешности, высосала всю жизнь, Ичиро казался обычным счастливым ребенком. "Надолго ли?" Злость накатывала волнами. Натаниэль сам от себя не ожидал. Но ведь именно для благополучия ребенка, сидящего перед ним, сам Веснински и был создан. Кто же знал, что мясник выйдет из-под контроля? Даже в своем возрасте Натаниэль понимал, что нужен был заменой отца для следующего поколения Морияма. Почему жизнь наследника клана была ценнее его собственной? Конечно, глупый вопрос, учитывая то, что Натаниэль был уже не жив, но вопрос повис в воздухе и только нагнетал злобу духа.

***

Морияма вернулись в свой особняк. Насколько мог судить по усталости Ичиро, ехали мы достаточно долго. Я наблюдал, как юноша занимался обыденной подготовкой ко сну. Принимал душ, надевал пижаму, ложился в кровать. Жалость к себе душила изнутри с каждой секундой моего взгляда на рутину этого человека. Я понимал, что никогда не смогу почувствовать капли воды на своем теле, не лизну вкус зубной пасты и не понежусь в объятиях прохладного, только что выстиранного одеяла. Все что мне осталось - ощущать чужие эмоции и задыхаться в собственных душащих, которые я не могу никак выразить. Хотя, чем злее и раздраженнее становился, я ощущал силу незначительно влиять на мир живых. Если сильно захочу, смогу что-нибудь заставить упасть. Приятная способность, не предел мечтаний, но уже хоть что-то. Я не просто невидимка. Ичиро прошел мимо меня в пижаме и нырнул под одеяло, двумя хлопками выключив свет. Темнота. Теперь я в ней прекрасно ориентировался. Парень уже безмятежно сопел в подушку, обнимая край одеяла. Это было... мило? Я ведь спал так же, насколько я знал. Только вот сейчас сна у меня ни в одном глазу. Похоже, призракам не нужен отдых. Я навис над ничего не подозревающем Ичиро. Злость во мне хотела сделать ему больно. Я хотел, чтоб он хоть немного страдал, чтоб ощутил мою боль, хоть на тысячную долю. Несправедливо, что весь отвратительный спектр мерзких чувств достался только мне одному. Занеся обе ладони над горлом спящего, я недолго колебался. И все же решившись, мои руки рывком опустились на шею младшего Морияма.

***

Я упал. Приземление было мягким. Похоже, свалился куда-то, где моя душа ощущалась еще легче. Здесь было достаточно светло. - Натаниэль? — я аж вздрогнул, насколько внезапным оказалось появление позади меня. Последнее время я не мог похвастаться заметностью для окружающих и уже как-то отвык от того, что ко мне обращаются, а тут... Похоже меня видят. - Натаниэль, это правда ты? Ты жив? — Ичиро стоял как реальный и дергал меня за рукав рубашки. Кажется я собирался с ответом целую вечность. - Едва ли... - Натаниэль, мне очень жаль. Т-так не должно было произойти, — парень беззастенчиво трогал меня за ладони, тер мои плечи, будто сам пытался убедиться в реальности моего пребывания перед собственными глазами, — я не смог остановить их. Я чувствовал, что так будет, но просто не смог повлиять... Я молчал. Да и что мне было сказать единственному человеку, который хотел меня защитить, а я замыслил отыграться за всех именно на нем. Было паршиво. Я не думал о природе чувств Ичиро, но не скрою, его мысли обо мне, беспокойство и желание услышать меня были приятны. - Натаниэль, не молчи, скажи хоть что-нибудь, — Ичиро в беспамятстве тряс меня за плечи и сам этого не замечая плакал. У меня не было слов. Обняв его и уткнувшись лицом в шею Мориямы я наконец дал волю бушующим внутри чувствам. - Так горько... — всхлипы мешали говорить четко, - я не понимаю за что мне пришлось пережить все это... Нежные прикосновения Ичиро успокаивающе гладили по спине. - Я думал, что мне воздастся за все страдания, но меня просто не стало, - Ичиро не перебивал. Чувствуя мою боль он давал выговорится и сжимал в своих объятьях так крепко, будто боялся, что я исчезну, если отпустить лишь на миг, — я так и не знаю как это бывает. По-другому... Парень заставил меня посмотреть ему в глаза. Насколько я помню, наследник Морияма был немного старше по возрасту, но роста мы оказались одного. - Натаниэль, будет по-другому, я очень хочу, чтоб в следующий раз ты не испытывал столько боли. Прости, что ты был один. Если бы я мог изменить это... - Ты не можешь поменять совершенное, — заплаканный юноша тараторил про сожаление, но моя раздражительность возвращалась с новой силой. Или бессилием? Вместо ответа он резко, но в то же время аккуратно притянул меня за волосы к себе и наши губы соприкоснулись. Это было настолько внезапно, что время замедлилось. Я ощутил вкус чужих губ, почувствовал тепло касания языка, будто живой. Глаза Ичиро были закрыты. Ладонь все еще была в моих волосах, неспешно перебирая прядки. Первый поцелуй произошел настолько странным образом, что я пожалел о том, что не опишу момент на бумаге. Это было одновременно неловко и чувственно, жадно и неспеша. Приятные касания шелка разгоряченного тела, прикосновение к цветочному лепестку, взмах крыльев бабочки, самая нежная мелодия чистых нот... Мне хорошо. Стало так спокойно. Умиротворенно. Когда Ичиро отстранился, я был абсолютно поглощен своим тихим счастьем. Я хотел поблагодарить за покой в своей душе, но прикрыв глаза почувствовал, как растворился в вечности. Без сожалений.