Адекватный разбор или конец эпохи Дамблдора

После заседания, мы с мадам Боунс отправились в ее кабинет, по ее просьбе. — Скажите, Патрик, — спросила мадам, после того как обезопасила свой кабинет от подслушивания, — собираетесь ли вы поинтересоваться у Дамблдора насчет поттеровской мантии-невидимки? — Я думаю, что не следует. — Обоснуйте. — Ну, если мантия окажется той самой, то не думаю, что обнародование этого факта пойдет на пользу юному мистеру Поттеру. А то вдруг у кого-нибудь ручки «зачешутся» и возникнет непреодолимое желание завладеть такой легендарной вещью. Так, что лучше промолчать. — Тут, мистер О’Хулиген, я с вами соглашусь. Да и не только я. Тем более, что артефакты действительно оказались Дарами. — Вот, как. И кто же у нас теперь будет Хозяином Смерти? — Пока никто. Подождем пока мистер Поттер не подрастет. — Ну и ладно. Лучше, скажите, мадам Боунс, а что насчет остальных предметов, названия которых на букву «х»? — Ну, — мадам Боунс усмехнулась, — насчет всех таких предметов я вам не скажу, а вот если вы имеете в виду хоркруксы, то они найдены, обследованы и приготовлены к очистке. Все шесть. — И, даже чаша Хаффлпафф? То есть, пришлось договариваться с гоблинами? — Зачем с ними договариваться? Миссис Лестрендж было сделано предложение, от которого она не смогла отказаться. Поэтому она добровольно предоставила чашу в наше распоряжение. — И, что же это было за предложение, — я буквально начал ёрзать на стуле, — расскажите? Ну, интересно же. — Да, там все просто. Когда миссис Блэк, которая Вальбурга, узнала о причине и обстоятельствах гибели её младшего сына, то она очень сильно разозлилась и пригрозила Беллатрикс не только разрывом брачного контракта с Лестренджем, но и полным изгнанием из семьи Блэк. — Понимаю, — ответил я, — а если учесть, что изгнанный в табели о рангах у таких чистокровных как она занимает место чуть выше сквиба, то она не могла не согласиться. Я немного помолчал и решил задать последний на сегодня вопрос. — Мне вот еще что интересно, там, в книгах, Дамблдор чуть ли не с пеной у рта доказывал, что способа «разрядить» хоркрукс нет. Кроме как уничтожения. А здесь, интересно, он так же будет на этом настаивать? — Вот завтра у него и спросите. А теперь, вот вам еще некоторые документы. Идите к себе, ознакомьтесь и готовьтесь к завтрашнему заседанию. Я отправился к себе, по дороге размышляя о том, какие фортели иногда может выкинуть наша жизнь. Еще вчера ты был на вершине власти, а сегодня ты сидишь с ошейником на шее и отвечаешь на неудобные для тебя вопросы. Это я про Дамблдора, если кто не понял. Помните, я говорил, что Дамблдору нацепили на шею один хитрый артефакт? Так, вот. Объясняю, что это за штука такая. Называется эта штука антипобеговый ошейник. Кстати, их применение протолкнули сами, так называемые, «светлые» и Альбус голосовал за это и руками, и ногами. Ну, думается, что название «антипобеговый» говорит само за себя. Снять его с чужой шеи может только тот, кто его надел и на всю магическую Британию их всего несколько штук. Хранятся они в Отделе тайн и никто не знает как их изготовили, сколько их всего и кто был изготовитель. Приписывают, правда, Экриздису, первому и единственному хозяину крепости Азкабан, но на самом деле никто не знает. А самое интересное в этом деле, что если их действительно создал Экриздис, то эти артефакты по определению будут считаться «темными». Но за их применение голосовали «светлые». И, получается у нас, что? Ханжество, лицемерие и двойные стандарты у нас получается, вот что. Так вот, когда ему предложили надеть этот ошейник, разумно опасаясь, что Альбус может исчезнуть, то разумеется последовало возмущение. С его стороны и со стороны его сторонников. А пафоса то сколько было. Вы это чего, вы на кого артефакт хотите нацепить? На меня героя и кавалера ордена Мерлина, Величайшего светлого мага? Вы что, мне на слово не верите? А ему в ответ, что закон, мол, суров, но это закон. Сам же за него ратовал. А он в ответ ручки поднял и кричит: «Фоукс, Фоукс». Вот только ничего у него не получилось. Была в этом зале противофениксная защита. Кстати, по иронии судьбы, разработка кого-то из Поттеров. Вот и не получилось у него отказаться. Да и попробовал бы он оказавшись под прицелом примерно сорока волшебных палочек. Каким бы супер-магом он не был, а тут не было у него шансов. Особенно, если учесть, что после его победы над Гриндевальдом, он не развивался как маг, а все больше политикой занимался. Поэтому сейчас Альбус пользуется любезно предоставленным гостеприимством Отдела тайн. На следующий день заседание Визенгамота началось с моей краткой речи. — Леди и джентльмены, уважаемый Визенгамот, — начал я свою речь, — прежде чем мы продолжим, позвольте донести до вашего внимания некоторые сведения и попробовать восстановить хронологию событий. — Итак, ближе к полуночи, Волдеморт вызывает Петтигрю и приказывает сопроводить его к Поттерам. В это же время Петтигрю сообщает об этом Дамблдору. Затем, они аппарируют в Годрикову Впадину и пешком проходят какое-то расстояние. Далее следует схватка с Джеймсом, убийство Лили, попытка убийства юного Гарри и развоплощение Волдеморта. И только после этого наш профессор Дамблдор отправляет в Годрикову Впадину Хагрида. Теперь остается выяснить почему Дамблдор сам не отправился к Поттерам и куда мистер Хагрид доставил юного Гарри. Но перед этим попрошу обратить внимание вот на что. И для этого мы воспользуемся штатным омутом памяти, позволяющим вывести изображение на, так сказать, «большой экран». Кстати, сами омуты памяти не были такой уж огромной редкостью. Вот только стоили они очень дорого, была там при их изготовлении какая-то своя специфика. Поэтому их массовое изготовление было нерентабельным. А в зале номер десять был свой штатный омут, при использовании которого не обязательно нужно было «нырять в него с головой». — Так вот, леди и джентльмены, обращаю ваше внимание, что, когда мистер Хагрид выносит мальчика из дома, то на лбу у мистера Гарри Поттера обыкновенная царапина и на нем нет никаких очков. Возникает вопрос, откуда в статье мисс Скитер появились сведения о зигзагообразном шраме и очках-велосипедах? Впрочем оставим его на потом. — Еще такой момент, вслушайтесь в слова мистера Хагрида, когда он доставил Гарри… эээ, туда где его затем оставили: «… от дома, считайте, камня на камне не осталась. Магглы это заметили, конечно, но я успел забрать ребенка, прежде чем они туда нагрянули». Но если дом был под Фиделиусом, то как он мог слететь? Ведь мы с вами своими глазами видели вчера в этом зале живого и почти невредимого хранителя Питера Петтигрю? — Далее, мистер Хагрид садится на мотоцикл мистера Блэка, берет на руки ребенка и они куда-то летят в течении получаса, судя по его воспоминаниям. А летят они, как оказалось, всего лишь на окраину деревни, в его маггловскую часть. Вот к этому отдельно стоящему коттеджу, в котором проживают магглы, супруги Стоунхед. Спрашивается, почему так долго летели и для чего было вручать юного Гарри в руки обыкновенному магглу? Почему нельзя было сразу доставить ребенка в Мунго или хотя бы в Хогвартс, к мадам Помфри? — Идем далее. Вечером того же дня мистер Хагрид возвращается к Стоунхедам и забирает у них Гарри. Леди и джентльмены, обратите внимание, теперь у юного мистера Поттера на лбу имеется зигзагообразный разрез и он уже в очках. Отсюда вопрос: кто порезал лоб юному мистеру Поттеру, вместо того чтобы его вылечить и откуда появились очки? — Затем мистер Хагрид доставляет Гарри, опять же в маггловский пригород Лондона. В городок Литтл Уингинг, на улицу Прайвет Драйв к дому номер четыре. Почему именно туда? А там, оказывается, проживает родная сестра миссис Поттер вместе с мужем и сыном, ровесником юного Гарри. Магглы. Родня, это конечно хорошо. Но, задумайтесь вот над чем. Что будут делать магглы, когда у Гарри начнутся, точнее не начнутся, а продолжатся его магические выбросы? Куда им обращаться? — Мистер Альбус Дамблдор, прошу занять место для допроса. Пока Дамблдор занимал кресло для допросов, я вдруг подумал, что с ним что-то явно не то. Вы спросите, о чем это я? О том как он выглядит. Почему в свои сто лет, он выглядит старше чем Армандо Диппет в свои триста сорок… эээ… четыре, пять, шесть лет? Ну, ладно, округлим до трехсот сорока. Сто и триста сорок. Ощутимая разница, вам не кажется? И почему так? И, не может ли способствовать данному обстоятельству бузинная певерелловская убер-палка? Ведь может же быть так, что все владельцы палочки после смерти ее настоящего хозяина являются не более чем арендаторами, вот и расплачиваются за право ей пользоваться годами своей жизни. А, что? Теория не лучше, но и не хуже других. А если пойти немного дальше, то тогда и на разум влияние тоже должно оказываться. Ну, не мог настолько умный человек, а дурак не смог бы уместиться одной задницей на трёх креслах, наделать таких глупых ошибок. Впрочем, Альбус уселся в кресло для допросов и посторонние мысли вылетели из моей головы. — Скажите, профессор Дамблдор, не могло ли так случиться, что в ночь с тридцать первого на первое ноября вас кто-то усыпил, а затем воспользовался вашей волшебной палочкой? И после этого подправил вам память. — О чем таком вы говорите, Патрик, мальчик мой, — очень сильно удивился Дамблдор, — разумеется этого никто не мог сделать. Вам ли не знать, что Хогвартс, это самое безопасное место. — В таком случае, объясните Визенгамоту что вы делали в доме супругов Стоунхед, в то время как они спали. А проспали они, согласно заключению экспертов госпиталя Святого Мунго ровно сутки. Начиная с девяти часов вечера тридцать первого октября. И, пожалуйста, давайте без эти ваших «мальчиков» и «девочек». Здесь все-таки Визенгамот, а не блошиный рынок в Лютном переулке. — Да с чего вы взяли, что я был в доме, этих, как вы там сказали, Стоунхедов? — А с того профессор, что в доме Стоунхедов колдовали именно вашей волшебной палочкой, о чем имеется заключение экспертной комиссии. И если это были не вы, то кто тогда? Кому вы настолько доверяете, что бы передать ему во временное владение свою волшебную палочку? И кто, находясь в доме Стоунхедов использовал оборотное зелье? Дамблдор глянул на меня как на неразумное дитя, принял одну из своих величественных поз и начал вещать: — Вы сказали, что у вас имеется заключение экспертной комиссии, о том, что колдовали именно моей палочкой. Но, это невозможно. Это я как Великий Маг вам заявляю. Можно только определить, что кто-то колдовал. Но вот кто именно, как вы могли это узнать? Даже Я не способен на это. — А вы, профессор, слышали когда-нибудь выражение, что война, это двигатель прогресса? Слышали? Очень хорошо. Так вот, благодаря усилиям сотрудников Отдела тайн такой артефакт уже создан и в скором времени появится на вооружении Аврората и ДМП. Впрочем, чтобы не быть голословным давайте прямо сейчас проведем эксперимент. Пусть, на этом столе будут собраны десять волшебных палочек и я используя данный артефакт сообщу вам чьи именно палочки мне представили, их размер и название дерева из которого их изготовили. А так же скажу какая в них сердцевина и кому они принадлежат. После проведения эксперимента, когда все удостоверились в правдивости моих слов, я продолжил допрос Дамблдора. — Ну, что, профессор, будете добровольно сотрудничать со следствием или прикажете заливать в вас веритасерум? — Молодой человек, — усмехнулся в ответ Дамблдор, — я, вообще-то, помимо всего прочего еще и кавалер ордена Мерлина первой степени. — И, что? — А то, что у меня как у такого кавалера есть свои привилегии и меня с веритасерумом допрашивать нельзя. — Хорошо, я вас понял, — ответил я Дамблдору и обратился к Визенгамоту, — леди и джентльмены, уважаемый Визенгамот, предлагаю лишить Альбуса Дамблдора ордена Мерлина первой степени за действия порочащие звание кавалера данного ордена. — Ну уж нет, козел ты бородатый, — думал я в то время как в зале поднялся ропот и начались отдельные выкрики, — спесь-то с твоей рожи я пожалуй собью. А то кавалер он видите ли. Может ордена тебя и не лишат, но вот нервишки потреплют. А затем начались дебаты. Нас с Альбусом задвинули обратно на места свидетелей, откуда я наблюдал за разворачивающимися действиями. Как я уже говорил, если бы я внес такое предложение лет десять тому назад, то меня бы тут же сожрали со всеми моими потрохами. А сейчас ничего, нормально. Народ задумался и начал высказываться. В общем через два часа, большинством голосов, Альбуса таки лишили ордена. И сразу же пришлось вызывать целителей и оказывать ему медицинскую помощь. Поплохело дедушке. Да и кому бы на его месте не поплохело? Сегодняшнее заседание было, по понятным причинам, закончено и перенесено на то время пока Дамблдор не сможет давать показания. Так началось падение «небожителя».