Академия Аратал

       Прошла уже неделя с тех пор, как я заключила контракт с фамильяром — и что вы думаете? Мне попался мудрый, спокойной друг и наставник? АГА, ЩАС! Это волосатое недоразумение испытывало мои нервы каждый день!        Как известно, все фамильяры могут превращаться в разных животных, — так этот на уроке биологии, когда мы изучали ядовитых пауков, превратился в одного из них! И все в классе, как умалишённые, орали и сбежали из здания на раз, два, три.        А я в свою очередь, прекрасно понимая, что происходит и откуда, как говорится, лапы растут, краснела как рак в кастрюле и хотела щелкнуть пальцами, чтобы прекратить это безобразие! Однако эта наглая вольча морда прекрасно знала, что ведьмам строго запрещено использовать магию на своих помощниках, иначе могут лишить волшебных сил, как это было с одной ведьмой.        Однажды одна из древних ведьм прошлого поколения решила испытать свои силы на своем фамильяре — черном коте, но что-то пошло не так и ее питомец стал злобным монстром с тремя головами; тогда, по расскажу моей тетушки, все ведьмы собрались вместе, чтобы усмирить чудовище. Пришлось наложить самое сильное заклятие «Забвение души».        После этого был принят строгий запрет на колдовство к своим фамильярам, но в тот раз мне очень хотелось нарушить его. Однако меня останавливала угроза лишиться сил, пока мой фамильяр творит свои дела.        Мне пришлось ляпнуть, что у какой-то тетки жил подобный паук, потому что она изучала их поведение в неестественной среде и научила меня обращаться с такими видами.        Я, конечно, сильно сомневаюсь, что весь класс и учитель мне поверили, но выхода не было. По крайней мере, сидеть в коридоре и ждать службу спасения около тридцати минут или закончить все за пару минут было гораздо правильнее. Хотя уйти пораньше с уроков никто не был против, но потом пришлось бы пахать вдвойне.        И вот я с уверенным видом и глазами разъярённого сурка вошла в класс по направлению к этому наглецу, который сидел на столе у учителя, перебирая своими мелкими лапками паука.       — Ну и как это понимать? Совесть есть?       — А ты у нас охотница на диких пауков? Не знал, не знал, — на меня ехидно уставились шесть черных глазенок, которым явно не было стыдно.       — Смотрю, тебе весело. А мне что теперь делать?       — Не будь занудой, Ал. Давай, я обращусь саблезубым тигром и буду пугать твоих прыщавых одноклассников?       — Так, гений перевоплощения, хватит твоих идей, забирайся в коробку и сиди тихо! — Я поставила возле него пустую коробку, в которой был мой обед, который, к слову, фамильяр же и сожрал. — Пф-ф. Зануда, лучше бы я стал фамильяром Рональда — вот кто умеет веселиться по-настоящему! — К сожалению, тебе досталась я, так что полезай и цыц мне! — Понимая, что нотации здесь вряд ли помогут, я просто закрыла коробку — благо, там есть отверстия, чтобы это недоразумение могло дышать. Теперь придется успокаивать всех и уверять, что они в безопасности, хотя сомневаюсь, что все поверят какой-то школьнице.        Мало того, что я еле дождалась окончания занятий, так ещё и весь класс, включая учителя, косо смотрели на меня, явно думая, что в этом деле я замешена, потому что уж слишком быстро справилась с ядовым пауком.        Едва звонок прозвенел, я была готова тут же скрыться куда-нибудь подальше, однако взгляды учеников пригвоздили меня к месту, пока все не покинули класс.        Наконец-то я могла вдохнуть и более-менее спокойно покинуть здание школы, возле которого меня уже ждала мамина подруга, Аннет.        Она добрая, веселая и всегда умеет поддержать; она тоже ведьма, правда, её стиль порой поражал окружающих. Например, ее машина была выкрашена в ярко-желтый цвет с зелеными переливами и наклейками в виде апельсина.        Тетя Аннет всегда была такой — по крайней мере, с маминых слов, — и сколько я себя помню, она всегда просто горела позитивом и задором.       — Привет, Аннет! Долго ждала? — я едва успела закончить фразу, когда она зажала меня в объятиях так крепко, что я не могла вдохнуть.       — Что ты, моя ягодка! Совсем недолго, и кстати, я подготовила тебе сюрприз! — Аннет была одета в кислотно зеленную блузку и розовую юбку, украшенную оборками и усыпанную цветочками.        Она вытащила из салона своего яркого авто большие воздушные шары и ленточки, на которых было написано: Поздравляю со сдачей экзамена, юная ведьмочка! Лучшая ведьмочка на свете!       — Поздравляю, солнышко! Я так рада! Так рада! — от нее настолько сильно исходили лучи добра и позитива, что даже слепой бы заметил. Хамри, сидя у меня на макушке в виде маленькой птички, недовольно хлопал крылышками и прыгал на месте.       — Эй! Ты можешь перестать? Сколько можно?       — А ты посмотри, что на шариках написано, тогда поймешь. — И тут до меня доходит.       — Ааа! Аннет, не пали контору! Надписи, надписи! — я размахивала руками и со стороны, наверное, выглядела как помешенная.       — Ой-ой, прости, мандаринка моя! Прости, просто так хотелось отметить твое успешное прохождение экзамена.       — Ничего-ничего. Просто поехали домой, а то на нас и так косо смотрят.       — Не косо, дорогая моя, а с восхищением! Потому что две такие красавицы редко встречаются простым смертным! — гордо ответила Аннет, поправляя непослушные волосы.       — Ага, по поводу смертных прям в точку, — мы сели в автомобиль, который Аннет ласково называет «Жучок», и тронулись с места. По дороге то и дело болтали о том, как прошел экзамен, я даже успела пожаловаться на своего «хранителя», который ехидно улыбался, свернувшись клубком в виде маленького дракончика.        — Просто мне досталась настоящая зануда! Она не умеет веселиться и чересчур правильная! С моим исключительным умом и ее заурядными силами мы могли таких дел наворотить!       — Это у кого силы заурядные? Не хуже, чем у других, между прочим.       — Говорит та, что сдала простой экзамен с десятого раза.       Я лишь закатила глаза и накрыла кепкой эту наглую ящерицу красного цвета; из-под кепки послышалось недовольное бурчание.        — Вот сожгу твою кепку, тогда посмотрим, как ты будешь накрывать сильнейшего хранителя.       — Попробуй, и на тебя польется тропический ливень и ураган.       — Надо же, а ты можешь? Или напомнить, как ты превратила розы в хищный цветок?        Как бы я не хотела ему возразить, с одной стороны, он был не так далек от правды. На экзамене я и правда не так уж хорошо справилась.       — Хамри, прекрати! Твоя задача помогать и направлять Алекс, а не дразнить! — Аннет фыркнула и бросила на него грозный взгляд своих янтарных глаз.        — Да понял я, понял уже.       — Ага, при тебе он такой смирный, а через пять минут снова будет острить своими шутками.        — А ты пригрози ему ванной. Поверь мне: этот хранитель ее терпеть не может.       — Что, правда?       — Аннет! А ну, молчи, неугомонная ведьма! Нечего всем трепать про мои секреты, — тарантул, перебирая маленькими лапками, прибежал по передней панели автомобиля к рулю и недовольно уставился на нее.        — Если ты не перестанешь дразнить, я еще кое-что расскажу.        — Вот же ведьма!       — Я знаю.        — Расскажешь что?       — Расскажу, что твой фамильяр та еще заноза, — отшутившись, Аннет повернула руль, и мы поехали дальше по привычному пути.        Совсем скоро показался наш уютный дом, окрашенный в пастельно-голубой цвет, с дубовыми дверьми. Рядом зеленая лужайка, где мы обычно отдыхаем и празднуем дни рождения.        Попрощавшись с Аннет, уговорила этого вредного фамильяра остаться пауком, тихо сидеть у меня за воротником кофты и не привлекать к нам внимания, ибо если соседи увидят, как я ругаюсь с пауком, точно позвонят в дурдом и маме снова придется стирать им память.        Мы зашли внутрь, где меня ждала привычная обстановка, уютный коридор с высокой лестницей, покрытой темным ковром, несколько входов в комнату, кухню, ванную и кладовую.        Лестница вела в наши с мамой комнаты и ее личный кабинет, где она проводит миллионы часов за работой и своими обязанностями ведьмы.        В доме стоял аромат свежих цветов, на стенах висели мои детские фотографии — если честно, не понимаю, зачем вешать такие, — и совместные фото мамы с выпуска; также фотки с дней рождения и картины художников.        Мы зашли на кухню, где, как всегда, была идеальная чистота. Не успела я переступить порог, как этот наглый хранитель в форме большого серого кота важно улегся на столешницу и размахивал длинным хвостом. — И чего ваше высочество улегся? На этой столешнице готовят, на минуточку. — Что высочеством назвала — это ты молодец, а что замечания делаешь — это тебе, конечно, минус, простолюдинка Мое высочество не привыкло к такому обращению, — задрав голову, кот еще больше зашевелил хвостом. — Еще одно «мяу», и жесткая щетка вместе с тазиком холодной воды будут твоими друзьями вечера. — А еще одна жалоба в мой адрес, и старшая ведьма узнает, что ты обижаешь своего фамильяра. — Ха! Валяй, интересно, что моя родня тетя скажет на твои жалобы и кому поверит, — я вытащила из холодильника плавленый сыр, листья салата и помидоры для бутерброда. — Пф-ф… В последнее время семейные связи стали встречаться на каждом шагу. — Смирись со своей судьбой уже. И ты есть будешь? — Что? Эту байду из сыра и зелени? Нет уж, уволь, — морда серого кота скривилась, и он прикрыл глаза. — А если с ветчиной и соусом? — Пфпфп… Давай, но только не думай, что я повелся на твои уговоры, просто уже время моему высочеству принимать пищу. — Да, конечно, ваше высочество, я так и поняла ваши намерения. — А вот твой сарказм, простолюдинка, здесь не уместен.        Я лишь пожала плечами и сделала нам по сэндвичу; один поставила перед мордой кота и налила ему блюдце молока, а себе приготовила чашку чая с сэндвичем, и села напротив него. Приятного аппетита желать ему бесполезно, он только ляпнет что-нибудь в ответ и будет дальше жевать.        Иногда мне, действительно, кажется, что совет ведьм в числе тети и мамы ошибся и мне нужен совсем другой помощник? Ведь мы никак не можем прийти к общему мнению, если дело, конечно, не касается ведьминских правил.        После перекуса я поднялась к себе в комнату, забралась на кровать, взяла магический шар, который мама подарила мне на день рождения, чтобы узнать новости в мире ведьм и подсмотреть за своим вредным кузеном, который считает себя чуть ли не высшим магом мира.       В новостях не было ничего нового. Продажа волшебных палочек, плащей, всякие заговоры и прочие мелочи. Я, конечно, не надеялась, что, например, в ведьминском вестнике отметят, что я успешно сдала экзамен; но когда кузен сдавал, об этом говорили чуть не на каждой странице. — Ну и ладно! Можно подумать, мне оно надо, чтобы эти канцелярские лодыри что-то обо мне писали.