Южное кольцо "Никогда, как прежде". Дополнительное издание

Тестирование закончилось успешно. Эррор не имели понятия, что было бы если бы он не дай Тоби вырубился прямо там. Уж точно его бы никто не стал нести на руках. Вечеринка уже закончилась и отряд возвращался назад. Пускай Эррор все еще не мог видеть четко, но одно он сказать абсолютно точно мог, проходившие мимо ребята из отряда 18 были шокированы узнав в новом инквизиторе того самого Эррора. А больше всего удивлены были Найн, Шон и Шери. От них чувствовался исходящий страх перед старым приятелем и зависть. Яркая зависть. Эррор довольно ухмыльнулся. Пускай завидуют и проклинают. Теперь Эррор одно целое со тьмой, ему не страшно какое-то там проклятье. — Чего тебе так смешно? — улыбнулась Киллер, дернув парня за рукав: — Нравится, да? Теперь ты популярный. Знаешь это немного проблемно. — В тОм, чТо тЕбЯ в бИблИоТеКаХ оБсУжДаЮт? — вздохнул Эррор. Он все еще не привык к новому голосу. — В том, что каждая девушка считает себя достойной тебя, — ответил Даст, парень недовольно цокнул языком. — ВОт оНо чТо, — скептично повел бровями Эррор и отвел взгляд. Команда "Месяца" направлялась дальше по коридорам, миновав отряд. Ведающий тяжелым взглядом проводил Эррора. Теперь он ему не командир. Можно ли сказать, что он может общаться с капитаном так как хочет? Раз уж так вышло, почему бы и нет? Это будет своего рода отместка. Прибыли ребята в отсек со спальнями их было всего-навсего по пять на каждую сторону. Не то что он видел ранее. Наверное лучше уж быть в команде из трех монстров, чем из пятидесяти. — Если твои раны полностью не зажили, прямо и налево будет медсестра. Она принадлежит лично инквизиторам, — объяснил Найтмер протянув ладонь вперед. — Я пОнЯл. Но мНе Не нУжНа пОмОщь, — кратко ответил Эррор, скрестив руки. Конечно тело все еще ныло везде, где было только можно, но так уж лучше, чем взаимодействовать с кем-то. Особенно сейчас. Не было никакого желания. — В таком случае, это твоя комната, — безразлично сказал Найтмер, указав на комнату в самом конце, возле коридора: — И правило комнат. Никаких внешних изменений. Ну максимум две картинки на скотче. Эррор ничего не ответив более, развернулся и направился к себе. В это даже не верилось сначала. Неужели больше никто не будет в твоей комнате кричать? Будет тихо и спокойно. Эррор нетерпеливо открыл дверь своей новой комнаты. Взору предстояло светлое помещение. В углу стояла уже родня железная кровать, а рядом небольшой комод для обычных вещей. У стенки возле двери находился небольшой металический шкаф. Можно с уверенностью сказать, что здесь приятно и хорошо. А главное личные границы присутствуют. Эррор прошелся вперед и свалился на кровать. День был таким тяжелым и выматывающий. Раньше парень мог уснуть даже на сене или полу, и это не вызывало у его сестры какого-то удивления, поэтому она наврятли удивиться, зная, на какой доске он спит. Если быть точнее, металлической кровати. Но это лучше, чем кровать, в который ты не спишь, а буквально проваливаешься. На такой наверное спят аристократы, как Инки, но мягкими их эти кровати не делают. Как смешно если так задуматься. Эррор судит монстров по мягкости их кровати. Эта мысль почему-то его приятно рассмешила. Настроение наверное поднялось от тишины и порядка. Ничего лишнего нет и здесь не нужно. Покой нарушил стук в дверь. — Эррор, командир нас вызывает, — это был Даст. По голосу не скажешь, что парень сам хотел куда-то идти. Ну если надо, значит надо. Это не похоже на то, насколько строго живут в отрядах. Эррор поднялся на ноги и отворил дверь. Даст не стал донимать глючного своим излишним вниманием и после того, как оповестил его о сборе, направился дальше по коридору до конца, куда и последовал Эррор. Горло слегка побаливало после изменений, что пришлось пережить. Можно сказать, что Эррор слегка скучает по его обычному голосу, ведь теперь его речь настолько неразборчива, что Гено навряд ли когда-то узнает брата. Это печалило. Найтмер терпеливо дождался каждого участника команды и сел посередине у стола. Киллер уже сидела рядом, облокотившись об спинку дивана, скучно болтая ногами. Даст кивнул в качестве приветствия и уселся с другой стороны, а Эррор предпочел сесть рядом с Киллер. — Итак, сегодня настолько занимательный день, что у нас пополнение на два участника, — начал Найтмер, дверь открылась и вошел тощий мальчишка в сопровождении с Инквизитором: — Добро пожаловать, Хоррор. Ты теперь тоже будешь учиться у Инквизитора. Эррор повернулся к новому участнику группы. Хоррор выглядел смуглым парнем, тощим и бледным. Стоял у двери в порванной одежде. — Хоррор, представься немного, иначе тебя видят впервые, - подбодрил Инквизитор, слегка толкнув парня вперед. — Меня зовут Хоррор, — начал мальчишка довольно неторопливо, будто выдавливал из себя слова: — Я жил в Сноудине в деревне Ядро. Меня забрали во время казни за каннибализм. — Казни? Каннибализм? — удивленно похлопала глазами Киллер. Хоррор едва видно кивнул. — На это думаю хватит, — остановил на том приветствие Инквизитор: — Даст, Киллер, помогите нашему новому другу подготовиться к тестированию. Не будем медлить, проведем сразу. Даст и Киллер послушно поднялись и направились к Хоррору, помогая парню переодеться. Ну его ждет Адская боль. Пока у Эррора так болело горло от собственного голоса, он старался говорить как можно меньше. Найтмер будто окунулся глубоко в себя, молча наблюдая за происходящем. Эррору не было интересно общаться с этим кошмаром, да и не сильно хотелось. Раньше парень чувствовал холод стоило только подойти к нему, но сейчас это было скорее приятным дуновением. Наверное, это из-за того, что теперь они похожи. Правда личность Найтмера так и не стала притягивать по этой причине. Все было готово. Ребята поднялись и молча направились снова в комнату тестирования, теперь же в компании с Хоррором. Не смотря на то, как парень физически был устроен, он слегка напрягал голодным взглядом. Не ел давно, что ли? Что в Сноудине едят вообще? И едят ли? Или там принято питаться родителями? Инквизитор снова стоял на своем месте, стоило только открыть дверь. Эррор внутренне даже ликовал, что ему не нужно будет проходить через это снова. Хоррор выступил вперед. — Добро пожаловать, Хоррор, в команду "Месяц", где ты будешь учиться среди таких же молодых Инквизиторов, как ты сам. Ты прибыл к нам с планеты Сноудин, когда монстры желали вымести на тебе свою злобу, страх и лишить тебя головы, но ты способен на многое, просто не мог это доказать. Настало время раскрыться. Тебе нужно только принять тьму, которая вырывалась у тебя все это время на замерзшей планеты. Подумай о самом ужасном дне в своей жизни, и впусти тьму в свое сердце, — закончив речь, Инквизитор, с шаром тьмы в руке, коснулся ладонью груди парня. Тьма сразу исчезла, так будто что-то внутри Хоррора поглотило ее полностью. А после Эррор заметил, как Хоррор сжал ладони в кулак. Еще пару минут, и мальчик задрожал, опустив голову. Стал тяжело дышать. Парень по-тихоньку начал спадать, так как Эррор. Хотя если сравнивать Эррору было не так больно. Теперь Эррор сравнивает кому было больнее? Мда, уж. Тихо, тихо не спеша; крыша едет не спеша. Хоррор сел на колено, держа руки на глазах. Снова глаза? Но что больно наверное удивило Эррора, это то что из глазниц Хоррор обильно так потекла кровь, испачкав его одежду. Ему нормально? Это же может быть опасно, если он потеряет много. Каждый из Инквизиторов молчал. Киллер равнодушно смотрела на это. Кажется она не чувствовала жалости или волнения к монстру. Да и Эррор признаться тоже. Он не любил Сноудивин, и Хоррор ему так же не понравился. Что уж говорить о Дасте или Найтмере. Хотя нет о Найтмере можно кое-что сказать. Он улыбался. Ему приносило удовольствие смотреть на то, как мучаются другие. Мерзость. Кое-как Хоррор поднялся на ноги. Парень тяжело дышать. Может не только у Эррор голос сломается. Это было бы честно. — Поздравляю. Ты успешно прошел тестирование, Хоррор. Даст, дай ему зеркало, — кивнул Инквизитор, подойдя ближе к Хоррору: — И тебе нужно потом к медсестре сходить. Киллер проводит тебя. — Киллер открыла рот, наверно хотела сказать что-то в протест, но не могла и молча кивнула. Даст подошел и протянул Хоррору зеркало. Ужас взял плоский круг и взглянул на нового себя. Его глаза увеличились в страшных размерах, а яблочко стало будто точкой. Настолько маленькое. Для Инквизиторов верно быть это нормально, но только у Хоррору радужка настолько большая. —Ха-ха-ха... — тихо засмеялся Хоррор. Ему смешно? А кровь все еще льется из глаз: — Я уродлив. — Ты такой же, как мы, — заметил Найтмер и кивнул Инквизитору: — Киллер, займись им. Остальные на урок. Ребята позже подойдут. Первый урок? Звучит интересно. Эррор краем глаза из любопытства взглянул на новый облик Хоррора. Да, серые глаза парня навек пропали. — Эррор, в твоей комнате будут лежать очки, — напоследок сказал Инквизитор, пока Киллер, придерживая Хоррора, отводила парня: — Я заметил, что твое зрение лучше не стало после тестирования. Кажется оно у тебя все же просело, поэтому теперь, когда читаешь, одевай очки. Просело? Быть может это шутка. Эррору не нравился такой расклад. Он всегда видел хорошо, а тут все в один миг обломалось. Зрение, голос, янтарные глаза, которые так любила мама. Ничего не хотелось говорить, боясь съязвить в ответ, Эррор развернулся и направился на урок. Это лучшее решение, которое он может сейчас принять. Ребята направились в другой отсек, где у них проходили занятия. Жаль, что не проходил отряд 18. Эррору хотелось бы увидеть Хантер и поделиться с ней всем, что успело произойти, но как-то возможности не представлялось. Теперь ему не нужно доверять, он может сам за себя постоять. Эта мысль... Наличие силы и возможности быть сильным каждый раз грело душу. И вспоминался снова этот злосчастный день с Инки. Почему это имя просто не может быть забытым? Она не может быть шельмой. Соврала наверное. Нужно узнать кто она и откуда. Библиотека. И вот они пришли в большой зал, где теперь Эррор мог проводить свои тренировки. Зал отличался. Не сказать, чтобы был лучше оснащен, скорее иначе. Здесь не было направления на стрельбу, только на ближний бой. — Урок начнем с лекции, — громко начал Инквизитор. Все это время он шел сзади: — Что такое тьма? Холод, сила, которая течёт в ваших венах. Правильно ее направить, и вы будете способны использовать ее, как сами считаете нужным. Здесь в Империи благодаря Инквизиторам тьма повсюду. Каждый новобранец, который вступил за порог начинает ощущать ее. Каждый здесь меняется под ее воздействием. Забывает про чуждое нам ребячество спустя какое-то время, наивность, слепое доверие. Но тьма выбирает только тех, у кого есть эрц, и закрывается возле души, старательно давя на наши всплески эмоциональных чувств, пытаясь таким образом вырваться и открыть силы, подаренные однажды судьбой. Так работает тьма. Вы ее принимаете, она дарит вам свою силу, но отнимает самое дорогое. — А можно здесь поподробнее? — попросил Хоррор, только появившись в зале. Он выглядел лучше, но кажется ему еще нужно было очухаться. — Зачастую это глаза. Глаза — это наша способность видеть мир ярким, радостным, зачастую, то что поверхностно. Когда вы теряете радужку, это значит, что вы хотели забыть кем являлись раньше, ведь радужка у каждого монстра особенная. Она связывает нас с нашим родом. Изменения в глазах делает вас независимыми от опекунов, делает вас свободным от обременяющих чувств: наивность, доверие, доброта, любовь. Слезы- зачастую показывают слабую сторону монстра. Это чувства, которые вас особенно сильно задели. Ваше сознание было чисто до тестирования, и только психика пострадала. Тьма укрепила вашу психику, но отняла у вас чувства сопереживания другим монстрам. Отныне вы настроены только на задачу. И ее достижение. — А если это тело? — спросил Найтмер. Скорее всего знал ответ, но хотел, чтобы другим сказали, ведь ответ был удивительным. — Если произошло то, как у тебя, Найтмер, это значит, что тень выбрала тебя как избранного. Значит, ты способен добиться больших высот. Это же касается Эррора. Тьма никогда не выберет обычных монстров. Просто отличие в том, что.... Найтмер еще не принял полностью Тьму, но она уже им управляет. А Эррор позволил ей давить на самое больное, чтобы после принять тьму. В какой-то мере Найтмер страдает больше, но последствия будут хуже для Эррора, ведь таким образом, ты сохранил рассудок. Если быть точнее, то придет момент, когда ты не по своему желанию уничтожишь какую-нибудь планету. Это может сломать твою психику. — ПоКа не пОнЯтНо, — пробормотал Эррор: — А ЧтО кАсАеТсЯ рУк и ГоЛоСа? — Если руки, то как правило желания быть сильным, а если голос, то желание быть забытым, неузнаваемым. Видишь ли, сильные изменения происходят только у избранных. Тьма позволяет им больше желаний, чем другим. - Эррор кивнул. Это было интересно, намного интереснее, чем уроки с их назойливым тренером в отряде. — А сейчас вы тянете руку в зависимости от того, какой вам легче владеть. Вспомните самый ужасный день. И прокрутите его в голове, вспоминая ужасные чувства. А после направьте холод вниз по венам к кисти и представьте меч в руке. Меч будет такой, какова ваша душа. Наконец самая интересная часть урока. Эррор вытянул правую руку и закрыл глаза, чтобы было легче представлять. Он вспомнил, как пробрался в ту злополучную комнату, как испугался, когда его чуть не застукали, как увидел Инки, как она украла его карту, и как сбежала, направив на него острие меча. Теплого. Конечно обо было теплым. Но стоило коснуться, как ты сразу больно обжигаешься. Меч образовался в руке, так же начиная с рукоятки. Даст, Найтмер и Киллер уже выполняли этот трюк просто и делали это на скорость. Эррору тоже стоит так тренироваться, чтобы научиться быстро призывать меч. Но в руке парнишки сейчас был свой собственный меч из его эрца. Это часть его силы, которую открыла тьма. Ради этого можно потерпеть изменения. Неужели его желание стать другим было настолько сильным, что зрение село? Почему-то Эррору казалось, что меч такой тяжелый. Как Инки его поднимала, она же девчонка? Эррор схватился за рукоятку обеими руками и постарался поднять, но пока выходило трудно. — О, классный меч, Хиленький, — улыбнулась Киллер, снова дразня парня словечками. Если Эррор не может поднять меч, то выходит, что правда хиленький? А сама-то девчонка легко держала его в руке. Кажется Киллер поймала взгляд Эррора и усмехнулась: — Я его с четырех лет держу, так что не удивляйся. Раньше он был конечно меньше, под мой возраст, но сейчас настоящий, большой. Эррор усмехнулся. А он никогда не держал меча в руках. Так что пока непривычно. Только у Хоррора вместо меча был топор. Все Сноудивины воображалы. Это так раздражает, но сейчас Эррор решил сосредотачиваться на своем мече, чем на каком-то парнишке, который еще и младше во всех планах. На протяжении всего дня Эррор учился отзывать и призывать меч. Он уже сменял плохие мысли на другие. Например, день трагедии. И через три часа примерно урок закончился, наступило свободное время. С одной стороны Эррор бы не отказался ото сна, но ему больше было интересно посетить библиотеку. Пришлось только забирать очки. Библиотека была для всех одна, это к большому сожалению. Девушки из отряда, ранее незнакомого Эррору, как только заметили Инквизитора стали перешептываться и хихикать. Вот о чем говорил Даст. Или он все же о другом? Но сейчас Эррору были они не интересны. Могут засматриваться на каких-то других идиотов, как Найн или братья, и притягивать к себе их. Все равно все они на одно лицо... Кроме одной. Опять мысли об этой твари! Сколько можно уже?! С ума можно так сойти! Парень раздраженно бросил книгу на стол, за которой пришлось по лестнице забираться. Книга с хлопком приземлилась на деревянную поверхность, слегка задев очешник с очками внутри. Эррор спустился вниз и поднял коробочку, достав оттуда линзы, которые сразу одел на глаза. Лучше наверное очки, чем совсем не читать. — Итак, — начал Эррор, завалившись на диван. "Из поколений в поколения Инквизиторы передают свои знания особенным. Из особенных выбирают избранных. Особенные выполняют важные задачи, в то время, как избранные как правило имеют право управлять вселенной и решать ее судьбу как пожелают. Так же избранные чаще решают планы нападения с Императором. Избранные имеют права заводить учеников, в то время как особенным нужно пройти долгие годы обучения, чтобы доказать, что они достойны." Если он избранный, то сильнее Киллер, Даста и Хоррора? Это так получается? — Что читаешь? — спросила Киллер, снова появившийся из неоткуда. — Да вОт, иСтОрИю, — начал Эррор и отложил книгу в сторону. С очками он наверное глупо выглядел, так что убрал их пока в очешник. — Пх, потерять конечно хорошее зрение в ходе тестирования... Мне страшно представить, какие у тебя были желания от тьмы. — ГлОбАлЬнЫе. — Ты очень хотел измениться, я так и поняла, — усмехнулась Киллер, добродушно взглянув на Эррора: — Когда ты там так скрутился, я стала волноваться. — Ты-то? СмЯлАсЬ бы сКоРеЕ. — Ей, ну перестань. Я же серьезно, — фыркнула Киллер, усевшись более прилично в общественном месте: — Ты имеешь право наконец носить, что хочешь, и твой наряд хорош. Он подчеркивает твои изменения. Но вот что хочу сказать. Ты имел когда-то все. Ты имел то что мог потерять. Я же нет. У меня не было никогда того, чего я могла бы потерять, поэтому для меня это скорее нормально. Ничего не иметь. Мне нечего терять. Но я не знаю, что ты чувствуешь. Тебя убило не то, что было с Инки, хотя зрелище было стоящее, тебя убила мысль, что ты больше не можешь сбежать. Твоей семьи скорее всего нет, вокруг оказались одни предатели. Все те идеалы, которая священная земля любит распространять разбилось в одно мгновение. Эррор смолчал. Как-то больно много Киллер языком трепала. — ВоЗмОжНо и тАк, — пожал он плечами. —Ну ты сам по суди, что у вас могло быть, если вы знакомы минут тридцать от силу? И моя любовь к Найтмеру. Я могу отпустить Найтмера, потому что любовь — это не то что нужно зацикливаться на одном монстре. А ты зациклился. — КаКиЕ уМнЫе сЛоВа от тОгО, у кОгО бЕзОтВеТнАя лЮбОвЬ, — равнодушно фыркнул парень. — Ой, да у тебя будто взаимно. Она выполнила свое задание, единственное, что могу сказать, — закатила глаза в ответ Киллер, отвернувшись от Эррора. — ЗаТкНиСь, КиЛл, — прошипел Эррор: — Не вЫвОдИ мЕнЯ лУчШе. — Ну я серьезно. Сам подумай же! Если так рассуждать, она действительно права. Он как будто стал зависим, и разве для этого достаточно всего тридцать минут? Скорее похоже на безумие. Он ведь даже не знает ее. Но Эррор и сам не понимал, что он чувствует к ней. — Может ты ее не любишь? У тебя осталась обида, за то что она тебя развела, - предложила Киллер: — Ты не можешь это забыть, вот и считаешь, что любишь. А ведь Любовь- это желать лучшее для любимого человека. А ты желаешь ей смерти. От своей руки. Это обида, желание мести. — НаВеРнОе тЫ пРаВа, — вздохнул Эррор, положив руку на голову. Как тяжело понимать самого себя. Будто кто-то пихнул ему непонятно чего и сказал "разбирайся". Пойди туда, не знаю куда, и найди то, не знаю что. Из той же песни. — Отомсти, — предложила Киллер: — Принеси ей ту же боль, что она, но в два раза больше. И тогда почувствуешь себя легче. И просто не думай, что что-то к ней чувствуешь. Так ты лишний раз пытаешься обозвать обиду. Эррор взглянул на подругу и усмехнулся. Бывает же все же умной, а-то так обычно как пробка. — СПаСиБо, КИлЛеР.