Внутри тебя

      Эмма без стука открыла дверь, порываясь пойти наверх, но виновник её взбудораженного состояния уже сам спускался вниз, лениво зевая и изо всех сил борясь с сонливым состоянием. Правда стоило ему услышать собственный голос, как недосып тут же пропал, уступая место праздному интересу.       — Ты омерзителен! — без промедления начала Эмма, уперев руки в бока. — Как тебе вообще могло прийти в голову, что ты вправе распоряжаться моим телом так, как тебе того бы хотелось?!       Алек же мельком взглянул на Деметрия, который пожал плечами и прикрыл за собой дверь, чтобы на возмущенные вопли не сбежались все соседи. Зато Шарлотта, понимавшая, что визит незваных гостей означает лишь одно, прибежала так быстро как могла. Правда стоило ей увидеть обнажённый торс вампира, как она замерла, оперевшись спиной о стену, так не сказав и слова.       Чего нельзя было сказать об Эмме, которая не останавливалась ни на секунду, упоминая всех святых, от чего у Алека и вовсе иссяк запас терпения.       — Да я просто посмотрел, — фыркнул он, и прежде, чем Эмма успела вставить хоть слово, воспользовался её замешательством от откровенной наглости. — Просто форма… с разных сторон смотрится по-другому и…       — Ты больной?! — всё же перебила его Эмма, чувствуя, как гнев приобретает новый, более глубокий оттенок.       Это чувство буквально наполняло её, и потому Деметрий аккуратно положил ладонь на плечо вампира и с не меньшим возмущением добавил:       — Нормальная у неё форма.       Эмма тут же обернулась и сделала глубокий вдох, рассматривая стушевавшегося Вольтури, который понял, что явно сболтнул лишнего, пусть и с благими намерениями.       — Да вы оба самые настоящие извращенцы! — она дернула плечом, скидывая с себя руку Деметрия, а затем вновь повернулась к прежней версии себя, которая картинно закатила глаза. — У тебя, между прочим, тоже не всё идеально, и…       Эмма тут же замолкла, не привыкшая к тому, что теперь её мысль куда быстрее и проворнее, чем хотелось бы. И что глядя на то, как округлилось лицо блондинки, поняла: стоило держать язык за зубами.       — И это я то извращенец? — Алек откинул за спину влажные волосы и сделал шаг вперед, не забыв кинуть вопросительный взгляд на Деметрия, который совсем не кстати тихо присвистнул. — Да у меня даже потребностей нет, чтобы ты хоть как-то оправдала свой нездоровый интерес.       — Это… это не совсем так, — замялась Эмма, делая шаг назад и упираясь в грудь ищейки. На него же и подняла потерянный взгляд. — Деметрий кое-что объяснил мне и помог…       — Так стоп, не надо приплетать меня, — мужчина поднял руки вверх, избегая прямого контакта с пыхтящим Алеком, который, будь его воля, тут же устроил бы мужские разборки.       Но всё, на что он был способен сейчас, это словесные перепалки, и судя по тому, как многое он пропустил, выяснить было что.       — Если ты делала то, о чём я даже думать не хочу, то уж имею полное право трогать то, что я вынужден терпеть. — Алек оглядел присутствующих, надеясь, что ему не придётся объяснять подтекст сказанных слов, но по потерянным лицам понял, что этого не избежать.       Правда решил он сделать это весьма изощренным способом.       — Да брось, твоя грудь мало меня заботит после того, как я засунул палец в твою вагину, — он довольно ухмыльнулся, увидев, как ужас отразился на его вампирском лице, а потом Эмма и вовсе прикрыла глаза, не найдя слов для ответа.       Зато нашёл Деметрий.       — Ты засовывал свой палец ей в вагину? — он приоткрыл рот и покачал головой, не ожидая такого от тысячелетнего девственника.       — Технически это был её палец, но в целом да, — передёрнув плечами, согласился Алек.       — Ты долбанный псих, — прошипела Эмма сквозь сомкнутые зубы и зарычала.       Алек вдруг начал понимать, что сейчас он злит самого настоящего вампира. А ещё точнее — вампира-новичка. Почти что новорожденного. И настороженный взгляд Деметрия и его поза говорили о том, что все сейчас ходят по тонкому льду.       — У тебя месячные, я просто делал то, что ты обычно делаешь, — оправдался Алек, повернув голову к Лотти, которая всё это время просто хлопала ресницами, не решаясь сдивнуться с места или того более — встрять в разговор.       — А ты чего молчишь, Шарлотта? — Эмма, пытаясь унять возмущение и раздражение, переметнулась к сестре, надеясь найти поддержку в её лице или же опровержение сказанного Алеком.       — Мне бы сейчас штаны подсушить, — не отрываясь от разглядывания того, кого она несколько часов назад называла дряхлым стариком, прохрипела Лотти и гулко сглотнула.       Эмма неверяще посмотрела на сестру и проследив за её взглядом, устало выдохнула: для неё тело Алека было вынужденным соседством и не более. Сам же Алек стремительно покраснел, увидев, как одобрительно закивал Деметрий, показывая большой палец.       Неловкое затянувшееся молчание прервал звук машины, которая припарковалась прямо перед домом. А затем раздались и громкие знакомые голоса: чета Блэквудов вернулась домой.       — Так, вы оба, вдвоем, то есть… идите ко мне в комнату и не высовывайтесь, — отошла Шарлотта и, прежде чем вампиры проследовали к лестнице, коснулась плеча тела Алека рукой, делая шумный вдох. — К себе ни ногой, бабуля ночует у нас.       Эмма хотела было попросить сестру об одолжении, но по её опьяненным и восторженным глазам поняла, единственный вариант заставить Шарлотту послушать её — это одеться.       Она еле сдерживала порыв вернуться обратно, вниз, и найти утешение в объятиях матери и отца, а так же горячо любимой бабушки, однако понимала, что те в лучшем случае выгонят её, а в худшем — вызовут полицию.       — И как мне теперь быть, — прохныкала она, забираясь в глубокое старое кресло и притягивая колени к себе.       — Да не стоит переживать, — Деметрий бесшумно прикрыл за собой дверь и подпёр её спиной. — У тебя правда красивая грудь.       — Ты… ты что такое несёшь?! — шикнула Эмма, перестав раскачиваться взад-вперёд, и вновь вперила яркие глазища в вампира.       Ищейка же нервно почесал затылок, понимая, что девушку заботило вовсе не это. В отличие него самого. Это было понятно по хитрой ухмылке, отпечатавшейся на его лице с тех пор, как он увидел настоящую Блэквуд младшую.       — Какого ты вообще смотрел на меня? — Эмма уткнулась носом в колени, не привыкшая к тому, что теперь никто не заметит её возможный румянец.       — Да будто я специально, оно как-то само получилось, — начал оправдываться вампир, садясь на широкую незаправленную кровать Шарлотты.       В ответ Эмма буркнула что-то неразборчивое, а затем стала прислушиваться к тому, что происходило внизу. И судя по возмущению дела шли не очень.

***

      — Это мы, — за дверью раздался осторожный шёпот, а затем две сестры вошли внутрь, так же тихо закрывая дверь.       — О, поверь, могла бы не предупреждать. Они и так всё прекрасно слышат. — лениво заметил Алек, подходя к Деметрию и садясь рядом с ним, широко расставляя ноги.       Ищейка же слегка напрягся, ощутив, как женское бедро вплотную касается его, и стоило ему повернуть голову, как взгляд тут же опустился на полуоткрытую девичью грудь.       — Мы ещё не выяснили этот момент? — Алек поднял свой взгляд на Деметрия, но тот как-то неопределенно пожал плечами.       — Оденься уже, — вставила Эмма, бросая в своё тело кофту с высоким горлом.       — Тебе бы тоже не помешает, — хмыкнул Алек, взглядом указывая на Лотти, которая с какой-то глупой улыбкой застыла возле входа.       — А по-моему всё и так прекрасно, — промурлыкала девушка, но всё же достала из-за спины широкую футболку отца, которую взяла как раз на этот случай. Но прежде чем отдать её, она осторожно прикоснулась пальцем к торсу юноши и еле слышно выдохнула. — Действительно, ничего не сыпется.       Эмма фыркнула и быстро натянула на себя футболку, а затем щелкнула пальцами перед лицом сестры, призывая ту вернуться на землю.       — И какой у нас план? — Алек вопросительно посмотрел на Деметрия. — Старейшины сказали тебе что делать?       Но по озадаченному выражению лица ищейки было понятно: ни черта они не сказали. И более того, вероятно и сами не знали, как быть в этой ситуации.       — Нужно понять, что послужило толчком к вашему обмену, — задумчиво произнес Вольтури, переводя взгляд с Алека на Эмму и обратно. — Как ты понял, что ты это уже не ты?       — Не знаю, я просто проснулся в этом, — Алек тяжело вздохнул, смотря на самого себя с какой-то едва читаемой тоской.       — И я, — кивнула Эмма, по привычке закидывая ногу на ногу, но тут же убрала её, поправляя то место, которое мешало такому жесту.       Алек цокнул, заметив это, но комментировать не стал. Вместо этого он широко зевнул и чуть было не положил голову на подставленное другом плечо, как вдруг глаза его прояснились и он с силой ударил ладонью по коленке вампира. Тут же сдавленно замычал.       — Ты как чёртов камень, — он потряс рукой, которую тут же перехватил Деметрий, прикасаясь пальцами к покрасневшему месту, от чего Алек облегченно выдохнул.       Эмма же громко прокашлялась, привлекая их внимание и гневно смотря на их ладони. И если Деметрия такое положение вполне устраивало, то вот Алек скривился в лице и поспешил отодвинуться в сторону.       — Я вспомнил кое-что, — прочистив горло, пояснил он. — Я помню, как мы обедали, а потом яркая зеленая вспышка, после которой… пустота. Ни боли, ничего либо ещё.       — Странно всё это, — прошептала Лотти, садясь на мягкую ручку кресла, на котором сидела Эмма. Та теперь и вовсе смотрела на сестру с некой долей презрения, потому как четко ощущала весь жар её тела, прижатого к ней вплотную. — Что? Ты же не против.       — Будто меня кто-то спрашивал, — буркнула Эмма, косясь на Деметрия, который на удивление стал задумчивым и серьезным, погрузившись в раздумья. — А что случилось внизу? Я слышала, бабушка говорила…       — Твоя бабушка решила выгнать из меня, ну то есть тебя, демона, — выплюнул Алек, ощущая как кожу на руках неприятно щекочет. — Это у вас семейное, я смотрю.       Тут он посмотрел на Шарлотту, которая тихо рассмеялась, пряча улыбку на плече мужского идеала, которым она явно считала тело Алека. Эмма же в его обличии заметно напряглась.       — Бабуля попросила тебя прочесть молитву к ужину, а ты… то есть он… — девушка всё же оторвалась и кивнула в сторону блондинки, — Начал говорить что-то на латыни.       — Не что-то, а пятую главу откровения Антихриста, — вставил Алек, тут же словив на себе недоумённый взгляд ищейки и собственный панический. — Я думал, будет смешно. А эта старушка решила крыть меня обрядом Ордена Святого Франциска. И откуда она вообще знает такие вещи?       — У неё две степени по антропологии религии, — пожала плечами Шарлотта.       — Дева Мария, — выдохнула Эмма, машинально перекрестившись.       — Не смей, — сурово и жестко оборвал её Алек. — Никогда не смей осквернять моё тело этим.       И стоило ему сказать это, как Эмма оживилась, приняв вид самый что ни на есть просветленный.       — А ты прав, — воодушевленно заметила она, направляясь к двери. — Возможно, в церкви нам помогут.       — Я ни за что не переступлю порог этого проклятого места, — прошипел Алек, принимая оборонительную позицию.       — А этого и не требуется, — ответила Эмма и юркнула в коридор.       Алек же подорвался за ней следом, но его путь преградила Шарлотта, мягко, но настойчиво положив ладони ему на плечи.       — Если ты сейчас ринешься туда, то родители и вправду вызовут экзорциста, или того хуже — отправят тебя в лечебницу. — медленно, дожидаясь пока Алек поймет сказанные ею слова, проговорила Лотти.       — Но это безумие, — понимая своё заведомое поражение прошептал Алек и развернулся к Деметрию, который тем временем уже приоткрыл окно, чтобы последовать за Эммой следом.