Different Love

— Отбой через полчаса, - голос мадам Пинс прозвучал достаточно громко, чтобы все засидевшиеся в библиотеке услышали её. Гермиона разочарованно вздохнула — девушке осталось прочитать всего семь параграфов, а именному эту книгу не разрешалось выносить из библиотеки. Скрепя сердце она закрыла фолиант и поставила его на полку, обещая вернуться завтра. До ежегодных экзаменов шестикурсникам осталось не так уж и долго, поэтому вопреки ворчанию друзей, Гермиона все больше времени проводила среди книг. Точнее пряталась, избегая обеспокоенных взглядов в гостиной Гриффиндора и заталкивая собственные переживания глубоко в сухую душу, как однажды великодушно заметила Трелони. Девушка, постоянно поправляя тяжелую сумку, быстро шла по коридору, пока кто-то резким движением не утянул её в одну из ниш стены. Она чуть не вскрикнула от неожиданности, но рука «похитителя» предусмотрительно зажала ей рот. Над ухом раздался шёпот: — Привет, Грейнджер, - выдохнул Малфой на одном дыхании, убирая ладонь с лица девушки, и заключил ее в крепкие объятия. Сердце гриффиндорки, услышав знакомый и с недавних пор родной голос, сделало кульбит и забилось так быстро, что казалось, его стук эхом отдаётся от каменных стен заснувшего замка. — Драко, - её руки смяли рубашку на спине парня, а лбом она уткнулась в его грудь, наслаждаясь близостью. Отношения, которые изначально были обречены на провал, начались непредсказуемо. Грейнджер в рождественские каникулы искала место уютнее библиотеки, поэтому стала проводить больше времени выручай-комнате. В один из таких вечеров прямо перед входом она столкнулась с Малфоем, который без обычного презрения просто кивнул ей и сказал, что ходит сюда заниматься. Сверля друг друга взглядом, в котором почему-то не мелькало никакой злобы, никто из них не решался уступить другому. Так начались негласные встречи. Они не разговаривали, а в комнате и вовсе сидели в противоположных углах, чтобы даже по возможности не попадаться друг другу на глаза. К удивлению Гермионы слизеринец приносил с собой по несколько книг и сидел над ними часами, что-то изредка записывая на пергамент. И незаметно даже для самой себя девушка стала все больше времени проводить за изучением нового. Только на этот раз это были не толстые фолианты, а юноша, с которым у неё не было ничего общего. В один из вечеров, Гермиона тренировалась в приготовлении зелья. И только благодаря вовремя подоспевшему Драко, ей удалось избежать взрыва. — Грейнджер, никогда не замечал в тебе тяги к самоубийству, - он был язвителен, но скорее по привычке. В голосе не было ни презрения, ни злости. - Бобы надо замачивать на пятнадцать минут перед тем как кидать в котел, а не на семь. Девушка нахмурилась и провела пальцем по нужной строчке с рецептом: — Нет, Малфой, тут написано именно семь. Парень склонился над старой книгой и хмыкнул: — Видишь этот символ? - он ткнул на небольшую завитушку рядом с названием ингредиента. - Означает, что бобы высушенные. А у тебя свежие. Поэтому пятнадцать. Слизеринец еще раз пробежался глазами по рецепту и, убедившись, что никаких неприятностей больше произойти не должно, вернулся в свою часть комнаты. Гермиона удивленно смотрела то на книгу, то не неожиданного спасителя. Фолиант был практически полностью на латыни и содержал в себе рецепты, которые были более сложными, нежели те, что в школьной программе. А на этот маленький символ девушка даже внимание не обратила: — Спасибо, Драко. Парень поднял на неё удивленный взгляд и через какое-то время коротко кивнул, возвращая внимания пергаменту. Но все мысли улетучились. С тех пор он тоже стал бросать изучающие взгляды на девушку. Через несколько дней Гермиону от чтения отвлекло легкое покашливание слизеринца: — Грейнджер, ты знакома с этим заклинанием? - он сковано, но с напускной уверенностью, протянул ей книгу. - Трансфигурация дается мне не так хорошо как зелья. «Что само по себе довольно удивительное явление» - подумала девушка. Она внимательно посмотрела на открытый параграф. Заклинание сложное, но доступное для понимания. Примерно пару месяцев назад она сама подходила с таким же вопросом к МакГонагалл. Слегка улыбнувшись, Гермиона подвинулась чуть правее, позволяя парню сесть рядом, и начала объяснять. Спустя час получилось добиться желаемого результата. Малфой был поражен, что не встретил с её стороны неприязни, учитывая все их многолетние стычки. Но больше всего его удивили улыбка и то, что девушка обращалась к нему по имени. Так началась их взаимная помощь. Но через время оба поняли, что это не более, чем предлог для общения. В один из вечеров Драко зашёл в комнату без книг и, найдя взглядом гриффиндорку, направился прямиком к ней. Сев напротив, он бросил на стол игральные карты: — Давай сыграем, - и немного подумав добавил. - Гермиона. Девушка удивленно посмотрела на него, а затем громко рассмеялась, чем вызвала улыбку парня, хоть в глазах и читалось замешательство. — Не стоит так напрягаться, Драко. Можешь и дальше звать меня по фамилии. Это звучит неплохо, когда твой голос не сочится ядом. Парень кивнул, но для себя отметил — если Грейнджер будет каждый раз так смеяться, когда он зовёт ее по имени, то Малфой готов делать так каждый чертов день и даже по нескольку раз. — На каждом ходу надо задавать вопрос. Ты можешь отказаться от ответа, но если солжешь, карты станут красными. Как тебе такие правила? Гермиона с замешательством взглянула на собеседника и, закусив нижнюю губу, кивнула. Когда-нибудь её необоснованная тяга к азарту сыграет злую шутку. В тот вечер они узнали друг о друге больше, чем за предыдущие года. А встреча закончилась фразой Драко, которая заставила сердце девушки забиться чаще: — Мне нравится такая Гермиона.

***

Гриффиндорка хотела взглянуть ему в глаза, которые смотрят на всех с надменным блеском стали. На всех, кроме нее. Но парень лишь сильнее прижал ее к себе, положив подбородок на макушку, и закрыл глаза. Так больше не может продолжаться... — Нам надо все прекратить, Гермиона, - он буквально выдохнул эти слова. На что следовало бы надеяться — на то, что она не услышала их, или на то, чтобы услышала, дабы ему не пришлось повторять дважды? Девушка замерла. Казалось даже ее сердце теперь не бьется. — Ты наконец-то понял, что грязнокровка тебе не ровня? - горькая усмешка Малфой резко отодвинул Гермиону от себя, но плечи девушки все также были сжаты бледными руками. Он смотрел ей прямо в душу сквозь пелену слез, что застилала его глаза: — Никогда, Грейнджер! Слышишь? Никогда, Грейнджер, не смей себя так называть! - парень обхватил ее лицо ладонями, не давая отвести взгляд. - Совсем скоро все изменится. Ты знаешь, что я не хочу этого, что у меня нет выбора. Из-за Поттера ты под угрозой. Представь, что с тобой сделают, если узнают о нас? Она знала и даже могла представить весь тот ужас, что ей предстояло бы пережить. Даже если бы не было войны, вряд ли их отношения могли бы существовать без боли и ошибок. Гермиона кивнула, потом еще раз, а после вырвалась из его рук, чтобы вновь сжать парня в объятиях, оставляя хаотичные поцелуи на его шее. — Мне так жаль, Грейнджер. — Может, когда все закончится...? - в ее карих глазах затаился огонек надежды. — Может... Через несколько минут она ушла. В следующую ночь был убит Дамблдор. Драко был прав — все изменилось...