Летние каникулы

      Утро было холодным, да и день, если верить прогнозам, должен быть прохладным. Но настроения не портили ни серые облака за окнами, ни осознание, что есть снова нечего, ведь вчера Тарталья купил только вареники, а их они съели.       Тарталью кстати будили всем домом. Но он повторно идти в магазин не захотел, так что послали самых главных голубков, то есть, Венти с Сяо, говоря набрать чего-то, с чего можно приготовить поесть и вкусностей.       — Я всё равно не понял, что брать… — качает головой Венти и переводит взгляд на сонного Скара, что вообще встал сходить в туалет.       — Ой бля, возьми пару килограмм картошки, пару помидор, пару огурцов. Хз, думай давай. Тебе деньги Тао дала, — Скарамучча зевает и пытается вернуться в своё спальное место, но хозяйка дома его останавливает, шепчет что-то на ухо и под страдальческий стон парня, уходит вместе с Синь Янь на второй этаж.       — Эх, пошли, Сяо, — Венти берёт того под локоть, и они выходят с дома, а вскоре и со двора.       На улице и вправду было прохладно, поэтому парни совсем не пожалели, что накинули на себя кофты.       — Кажется мне, что ещё немного и пойдёт дождь, — говорит Сяо, рассматривая тёмное небо.       — Тогда нам нужно поторопиться, — хихикает голубоглазый, ускоряя шаг.       Чуть не упав в какую-то яму, закиданную мусором, парни таки доходят до магазинчика. По указаниям Скарамуччи берут картошку, другие овощи, покупают коробочку с пирожными и упаковку чёрного чая.       Но как только они вышли, пошёл дождь. Сначала он легонько моросил, но спустя несколько минут начался настоящий ливень.       — Венти! Пошли быстрее! — зовёт парня, что стоял и кружился под дождём, Сяо. — Венти, ты простудишься! И вообще, ты знаешь, что все дожди сейчас кислотные-       — Сяо, не будь душнилой, иди сюда, — смеётся голубоглазый, притягивая к себе своего парня за руку. — Ничего с нами не будет, — он целует его, посмеиваясь в поцелуй, от чего желтоглазый его отталкивает и начинает сам идти к даче Ху Тао. Но всё равно оглядывается, переживая за парня.       Венти сзади смеётся, скоро догоняет и начинает прыгать по, уже успевшим появиться, лужам, разбрызгивая грязную воду и заставляя намокнуть их с Сяо ещё сильнее.       — Давай попрыгаем, — зовёт младшего Венти. А тому ничего больше не остаётся, как согласиться.       Он немножко подпрыгивает и приземляется в лужу, а старший качает головой и прыгает в лужу рядом да так, что брызги разлетаются на все стороны. Так они и добираются к дому Тао.       Когда парни заходят в дом их встречает Мона, она оглядывает их с ног до головы, тяжело вздыхает и говорит:       — Господи, только не намусорьте, я только всё здесь по убирала…       Венти хихикает, пока Сяо виновато закусывает губу. Они аккуратно разуваются и идут брать сухую одежду. А после сидят в шортах и футболках, закутавшись в пледе и смотрят вместе тик ток.       В это время Скарамучча спускается со второго этажа с видом будто там проводили каторги, при чём, над ним тоже и опускается на стул на кухне. Буквально через минуту спускаются Кадзуха с Синь Янь тихо хихикая.       — Ты что, устал? — обращается Кадзу к Скаре, приземляясь на стул рядом. Тот бурчит и отворачивается, укладывая голову на стол.       Вскоре вся компания оказывается на кухне и распределяет обязанности по готовке.       — Так, Венти пусть чистит и крошит картошку, Хэйдзо потом будет её жарить. А салат будет делать… Кадзуха, ты, — Ху Тао подмаргивает ему, пока он строит страдальческое лицо.       — Я, между прочим, и так пахал там больше всех, — фыркает блондин, откидываясь на спинку стула.       — Мм, тогда Тарталья.       — С чего это я? Почему ты только парней заставляешь работать, — закатывает глаза Аякс, но всё равно с лёгкой улыбкой идёт мыть овощи.       — Это всё женская солидарность, тем более Мона с Фишль убирали, а Синь Янь помогала мне, пока вы в это время отдыхали, — хмыкает с ухмылкой Тао и садится за стол, наблюдая за метанием парней на кухне.       Впрочем, справились они хорошо, так что почти через час все сидели и обедали. Вся компания поблагодарила трудящихся и теперь все довольные уплетали за щеки жареную картошку.       Весь день проходил очень спокойно, все сидели и занимались своими делами: смотрели фильмы, играли в игры и просто спали. Только Ху Тао и Синь Янь постоянно куда-то пропадали.       Ближе к вечеру, когда начинало темнеть Мона с Фишль отправились в магазин по просьбе Тао. Пришли они с тремя двухлитровыми бутылками пепси и с пятью пачками чипсов. Всё это отправилось на второй этаж и вскоре Синь Янь позвала всех наверх.       На втором этаже она повела их в ту самую комнату, про которую ничего не говорили. В ней стояло дивана три, на полочках было много всяких фигурок и приколюшек, на стенах весели виниловые пластинки, а между стенами весели красивые гирлянды. Возле стены напротив диванов стояли музыкальные инструменты: барабаны и четыре гитары, две электро, одна бас и одна классическая.       — Ахуеть и богатая! — воскликнув Венти увидев инструменты.       — Вау… Здесь так красиво, — мечтательно протянула Фишль. — Я бы здесь осталась жить.       — И ты это скрывала, какая ты бессердечная! — смеясь пролепетал Хэйдзо.       Ху Тао счастливо засмеялась, попрыгала на месте, видимо, ей таки удалось удивить друзей и усадила всех по диванам.       — И так! Я очень благодарна вам всем, что вы приехали сюда вместе со мной и что мы проводили всё это время вместе, так что я решила вместе с Синь Янь и ещё двумя дамами, что сейчас, к слову, придут, устроить вам, моим дорогим друзьям, концерт! А ещё отдельное спасибо Кадзухе. Скарамучче и девочкам, что помогли навести здесь порядок, а то тут такой срач был ещё с прошлого года, — захихикала брюнетка, взмахивая хвостиками.       В этот момент в двери комнаты постучали и зашли две милые девушки. Ху Тао быстро всех представила. Розововолосая Янь Фей оказалась подругой детства Тао и живёт неподалеку, как и темноволосая Юнь Дзинь.       Янь Фей села за барабанную установку, Тао взяла бас гитару, а Синь Янь и Юнь Дзинь по электрогитаре. Темноволосая подключила микрофон и встала возле него. Послышались удары палочками. 1, 2, 3. И гитары тут же подхватывают ритм. Мелодию все сразу узнают, это песня Mother Mother — Burning Pile.       Юнь Дзинь, было видно, немного стеснялась петь при людях, с которыми только познакомилась, но, когда на припеве начала подпевать и Тао, она расслабилась и стала петь более открыто. Но как бы она не пела — голос просто шикарен, таки мёд для ушей.       — All my troubles on a burning pile All lit up and I start to smile If I catch fire then I change my aim Throw my troubles at the world again…       Сразу после этой песни девушки стали играть Pumped Up Kicks от Foster The People.       — Robert's got a quick hand He'll look around the room, but won't tell you his plan He's got a rolled cigarette Hanging out his mouth, he's a cowboy kid, yeah, — на этот раз песню начала Ху Тао.       Педаль под ногой Янь Фей отдавала басом, а палочки отбивали бит на хат-хите. Синь Янь быстро перебирала пальцами, меняя аккорды и проводя по струнам медиатором.       После этого девушки сыграли ещё пару песен митски, спели песню гёрл ин ред и после все уселись на диванах. В стакане у каждого газировка, ведь до пива ещё не доросли, а в больших мисках смешаны разные вкусы чипсов.       Компания громко смеётся с историй Янь Фей, а Синь Янь вспоминает, как однажды, когда её семья отмечала новый год с семьёй Юнь Дзинь, та пьяная (хоть и выпила только два бокала шампанского) полезла целоваться.       После Венти сыграл ещё парочку песен на классической гитаре, что всё это время стояла в углу и дожидалась своего времени. Сказав, что посвящает песню Сяо, он сыграл I'll Call You Mine от гёрл ин ред, пока тот чуть не в слезах сидел и слушал, а после отодвинув гитару полез целоваться.       — Ух ты, мы ведь безалкогольное пьём, вы что делаете? — смеясь, кричит Мона.       И только когда стрелка часов перешла час, компания пошла проводить Янь Фей и Юнь Дзинь по домам.       Вернувшись обратно, большинство пошло спать, время то не детское уже.       Скара стоял на балконе, прохлаждаясь и допивал со своего стакана газировку, как дверь за ним хлопнули, и он обернулся: там стоял Кадзуха, мило улыбаясь.       — Что ты здесь делаешь? — спрашивает блондин, ставая совсем рядом, плечо к плечу.       — Стою, — хмыкает второй, отставляя уже пустой стакан на пол.       — Я вообще пришёл тебе кое-что сказать, — на этих словах Скарамучча заинтересовано поднимает бровь и выжидающе смотрит на друга, но увидев, что он нервничает немного испугался. Что это он такое сказать хочет?       — Ты чего такой нервный, — беря руки Кадзухи в свои, спрашивает брюнет. Тот усмехается, переплетая пальцы и продолжает.       — Ээ, знаешь, мы знакомы не так давно, но ты мне так понравился, ну, в смысле не как друг и… Не против ли ты начать встречаться?       На полминуты повисает молчание, а после Скар притягивает Кадзуху к себе, обнимает и быстро целует.       — Не против…       — Видели, видели! Ха-ха, я всё засняла! — крик Тао где-то совсем близко портит всю атмосферу, и парни быстро поворачивают головы ища её. А та, оказывается, чуть не вываливаясь с окошка на третьем этаже машет им руками и по-злодейски смеётся.       — Ах, ты ж…       Но не смотря на недовольство Скарамуччи, Кадзуха тихо смеётся, прижимая того ближе к себе в объятия, покачиваясь так со стороны в сторону. И всё же он счастлив. Счастлив, что у него есть такие замечательные друзья и теперь такой невероятный парень.