Алые глаза

      Что может быть лучше, чем вернуться в родную деревушку близ нового, еще не до конца построенного городка? Вроде данмеры занимаются его активным строительством, собираются создать для себя максимально приближенную архитектуру родного Морровинда. Болезнь. Страшная болезнь настигла молодого ученого, что не смог спасти ни себя, не своих коллег. Как он будет смотреть в глаза архимагу, когда придется объяснять, где он пропадал и почему сразу не вернулся в Сиродиил? Бретонец не знал, он хотел лишь тишины и покоя, что так не хватало ему после превращения.       Первое время он не осознавал, почему остался в живых, это было слишком сильно похоже на обычную болезнь с сильным недомоганием. Но со временем он понял, что его зрение стало лучше и ему больше не нужно носить с собой небольшой монокль для чтения книг или свитков. Его выносливость стала больше, а в силе он не уступал даже самым лучшим воинам дома Редоран. Но все эти положительные качества затмевала светобоязнь. Хотя, было кое-что еще хуже этого – голод. Сначала Винсент гнал от себя мысль о крови, пытаясь есть еду людей, но, сколько бы он не ел – все без толку. Однажды ему пришлось напасть на самую легкую цель – женщину. Она шла одна по безлюдной улице небольшого данмерского городка, как вдруг он накинулся на нее и убил. Оставлять ей жизнь было бы глупо, ведь она бы сразу натравила стражу на вампира. И даже если он мог справиться с одним воином, то уже двое представляли для него огромную опасность.       Наконец, Винсент понял, как ему правильно питаться кровью и даже смог опробовать свои новые способности гипноза, что выявлялись только на серьезной стадии голода, когда лицо покрывают множество морщин, глаза блестят кровожадной страстью, а от солнечного света оставались огромные и многочисленные ожоги, что можно было залечить только литрами выпитой крови. Не говоря уже о том, что даже в тени смотреть на что-либо, залитое светом, было тяжело и больно. Первые укусы были нелепыми и скорее нежными, пусть натура вампира и заставляла его делать это, он не знал, как и куда нужно кусать. Пару раз он пил кровь из руки, однажды промахнулся и вцепился в плечо, пробив клыком лопатку.       Чем больше мужчина питался, тем лучше у него это получалось. В нем все еще теплилась надежда на то, что он сможет излечиться от своего недуга и вернуться в свою прошлую жизнь. Ради этого он и возвратился в Сиродиил, в поисках спасения. Ему не хотелось убивать несчастных, что волей судьбы оказались на его обеденном столе, но выбора особо не было – либо ты, либо тебя.

***

      На улице было тепло, закат уже давно ушел за горы, а люди расходились по домам. Купцы закрывали свои лавки, таверны начинали свою бурную деятельность. Бретонец забежал в единственный книжный магазинчик, что пользовался особым успехом у эльфов. Там продавалось множество книг, привезенных с Морровинда. Какие-то были в переводе на общий имперский, а какие-то экземпляры на языке оригинала. - Простите, молодой человек, но лавка закрывается. Если Вы хотите что-то приобрести, то приходите завтра, в восемь утра, я буду ждать. – Учтивый и мягкий голос данмерки звучал легко и беззаботно. - Не думаю, что так будет лучше. Мы ведь так давно не виделись, с той самой экспедиции… - Простите? – Девушка обернулась и увидела перед собой бретонца в старом облезлом костюме. В некоторых местах были сделаны неумелые заплатки, а где-то ткань протерлась до белизны. Глаза не обманывали ее, это был ее друг детства. - Винсент? Ты ли это… Винсент Вальтиери? Но как? Люди говорили, что экспедиция провалилась и все ее участники погибли! Одного тебя объявили пропавшим без вести! – Эльфийка кричала, размахивая руками. Такая жестикуляция была отличительной чертой данмеров дома Хлаалу. Ее алые глаза искрились от недоумения, но на мгновенье она замолчала, рассуждая, - Что это у тебя с лицом? Ты словно постарел на несколько десятков лун. - Я могу все объяснить, давай выпьем чего и я все тебе расскажу, хорошо? Я понимаю, как ты напугана, но, Арель, если ты продолжишь кричать, то это навлечет беду на нас обоих. – Мужчина держал руки перед девушкой, дабы показать ей, что он безопасен для нее. - Хорошо… Кто я такая, чтобы выгонять друга детства на улицу в такой поздний час. Проходи в столовую, я закрою дверь и принесу чего выпить.       Теплый свет костра в столовой навевал приятные воспоминания о доме и семье Винсента. Он согласился на экспедицию в далекую страну не только из-за жажды новых знаний, но и по причине смерти своих родителей. Его дорогая матушка отошла в мир иной, когда Винсент оканчивал школу, она захворала и умерла от болезни легких. Отец сразу через год. Статный бретонец не мог выдержать смерти своей любимой жены и умер от горя. Не желая сидеть в доме, пропахшем смертью, он переехал сначала в общежитие при Гильдии Магов, а после и вовсе покинул Сиродиил. Перед этим были проданы все семейные реликвии и дом. На память у него остался только старый кулон матери, что передавался от мамы к дочке, но сестер у него не было, так что традицию пришлось изменить.       Погруженный в свои воспоминания, Винсент даже не заметил, как девушка принесла на серебряном подносе два бокала и бутылку вина. Вино было дешевым, но достаточно крепким, чтобы разговорить странника с дороги. В качестве закуски к пойлу были кусочки сыра и виноград. - Ну, дорогой мой, давай, рассказывай. Я очень внимательно слушаю, - девушка поправила длинную юбку и села за соседний стул. Они вместе смотрели на огонь, пока бретонец не начал свой рассказ о том, что ему пришлось вынести и как он смог вернуться.

***