Потерянные души

      A! – вскрикнул Чуя крепче сжимая тонкий стебель бокала наполненный красным, сухим вином.       Рюноске свел брови вместе смотря на Накахару, держа в руках обычный стакан яблочного сока.              - Знаешь, Рюноске. Я так заебался. – устало пробормотал он, положив голову на стол слегка покачивая вино в чаше бокала. Рассматривая как оно быстро пробегает по стенкам бокала и снова остается на дне чаши. Его шляпа лежит рядом, на соседнем стуле, его рыжие волосы упали на лицо, а Чуя только убирает челку назад чтобы она не лезла в глаза, и не мешала наслаждаться напитком.              - Я думаю тебе просто стоит отдохнуть. – Акутагава сделал глоток напитка и со вздохом сел ближе к Чуе. – я имею в виду отдохнуть не только от работы сидя со мной или с Гин и Мичидзо в клубе или баре. От рутинной работы ты отдыхаешь, но так или иначе это не то, что нужно тебе.              - Нет я заебался совершенно от другого. – Накахара поставил бокал на стол подперев голову своей рукой. – Призраки снова кошмарят меня. Я серьезно! знаешь, они просто берут и вытворяют какую-то страшную хрень перед сном.              - Вот оно что, что же они делают?              - Я вчера зашел в ванну, а там Осаму со сломанной шеей из его глаз текла какая-то жидкость, если бы ты видел его улыбку, понял, о чем я говорю. – Чуя ахнул, снова положив голову на стол взъерошивая свои волосы.              - Ты же обычно такого не боялся, так с чего вдруг внезапные страхи подобным фокусов, Чуя? – Акутагава наклонил голову в сторону смотря на рыжего мужчину рядом с ним.              - Меня мучают кошмары… - пробормотал Рыжик. – Гин предположила, что это влияние призраков-суицидников, а я так не думаю. Я конечно же не сомневаюсь, что они могут и такое, но они вроде как родные. Они словно мои младшие братья, о которых я должен заботиться. Понимаешь, Рюноске?              - Понимаю, ведь я люблю Гин больше всего на свете…              По мере того как напитки лились рекой, а вечер подходил к концу, беседа в баре перешла от поверхностной светской беседы к более глубоким и значимым темам. Накахара и Акутагва погрузилась в философские дискуссии о природе жизни и Вселенной, обсуждая смысл существования и важность любви и сострадания. Они рассказали о своем прошлом опыте и устремлениях на будущее, а также поделились советами и рекомендациями по преодолению жизненных трудностей.       Часы пролетели как в тумане, когда они погрузились в беседу, настроение Рыжика значительно поднялось. Они просто разговаривали до поздней ночи.              …              Акутагава помог Чуе добраться до его машины, пришлось немного потрудиться чтобы усадить его на пассажирское сиденье. Рюноске сел за руль и отвез своего друга до дома в сопровождении странных фраз или просто действий, проезжая мимо светофора Чуя высунулся в окно показывая неприличные жесты рекламному стенду стоматологии.       Комментировать свои действия рыжик категорически отказался и просто уснул. И только когда они были у дома Накахары он сказал: «У Фёдора скелеты в шкафу… демонюга.»              - Федь, мне кажется Рюноске нелегко тащить его. Забавно выглядит, правда же?              - Чуя не умеет пить, опять проснется завтра в обед. –Фёдор дождался пока Акутагава отнесет Рыжика на диван и уйдет, а после сел на край дивана смотря на него некоторое время.              - Пошли досмотрим аниме, пускай спит, хотя бы не будет бубнить из-за того, что мы взяли его ноутбук. –Осаму пошел на верх махая парню для того что бы тот последовал за ним.              - Иду, Осаму – Достоевский встал с места бросая последний взгляд на Накахару, а после пошел следом за Дазаем, а после заходя в его призрачные объятия.       

***

      Дома достаточно тихо, призраки говорят о своем, о своих переживаниях, рассказывают какой герой книги больше понравился и почему. В то время как Накахара лежа на первом этаже просто спит.       Осаму показывает Фёдору строчку из книги пытаясь доказать свою точку зрения, но Достоевский не согласен с этим, просто видит ситуацию немного по-другому. Хотя это совершенно не мешает им считать главного героя немного тупым.       Это была любимая книга Чуи. Герой вел себя странно, был не зрелый, да и общение своеобразное, но оно чем-то зацепило Фёдора и Осаму, но чем именно они даже сами не смогли понять, а может просто хотели получше понять Чую который встал что бы очередной раз обнять унитаз.              - Его снова тошнит, как думаешь, когда он выплюнет свой желудок наружу? – Достоевский наклонил голову к двери и все для того чтобы лучше слышать, что происходит в туалете.              - Думаю в следующий раз если будет пить без меры, хах! Ну он и слизняк. – Осаму лег на пол положив ногу на ногу, не отрывая взгляда от лица Фёдора.        Достоевский слабо улыбнулся и подсел ближе к шатену ложась на пол рядом.       -Чем бы ты занялся, если бы был жив сейчас? - спросил Фёдор, положив ладонь на затылок Осаму.       - Я бы искал способ умереть без боли, ну а если честно, я рассуждал на эту тему несколько лет назад.       Я разговаривал с младшеклассником. Уже даже не помню, о чем был разговор, но тогда я сказал:       

      

«Если бы моя любимая умерла, я бы отправился вслед за ней.»

      

      - И знаешь, что он ответил, Фёдор? Не знаешь?       

      

«А Вы бы смогли?»

      

      - И правда, глупый вопрос спрашивать такое у тебя. Полагаю, это было до того, как я перешёл в вашу школу? – Фёдор убрал челку Осаму назад.       -Да, этот разговор был за пару месяцев до того, как ты пришел в нашу школу. – Осаму пододвинулся ближе и все что бы подарить слабый и короткий поцелуй на холодных губах Фёдора.       Глаза Фёдор слабо прикрыл, но не закрывал. Он почувствовал, его холодные губы на своих, приятные ощущения. Пальцы Осаму вплели свои в его собственные. Поцелуй, который ему подарили, был коротким и слабым, но, тем не менее, заставил Федора ухмыльнуться.       Осаму ухмыльнулся в ответ Достоевскому, чувствуя какой-то покой, которого он не чувствовал уже давно. В голове возникают приятные воспоминания из жизни. Одасаку, Николай, их «сражения» с Фёдором. Когда они постоянно заканчивали партии в шахматах ничьёй, а если и кому-то удавалось выиграть, то в следующий обязательно выигрывает проигравший. Воспоминания теплые, такие приятные, но в тоже время очень болезненные. Не понимающие родители, злые, не понимающие одноклассники, которые завидовали хорошим результатам. Которые специально пускали слухи. Эта жизнь была адом, но и даже после смерти нет покоя. Особенно когда они оба его так желали.       - Умерев я хотел получить долгожданный покой, но даже тут я не могу его получить, это боль будет с нами все существования.       - Кто мог подумать, что призраки правда существуют. – Достоевский закрыл глаза, погружаясь в воспоминания.       - Федя, ты слышишь? Коротышке полегчало.       - И правда, но не забывай, что мы ниже него.       - Уверен, если бы я мог расти, будучи призраком, то был бы выше его. – Осаму ухмыльнулся, слегка прищурил глаза, представляя в голове какой бы он был сейчас если бы вырос. Какой бы был у него рост и изменилось бы его мнение о мире. – Если однажды этот мир нас отпустит, я бы хотел встретиться с Одой, а что насчет тебя?       - А я просто рад, что Коля жив и здоров. – Достоевский прислушался ко звукам в доме и произнес со вздохом. – Похоже Чуе снова плохо.