Снова и снова

      – Анастасия, я хотел поговорить с тобой.       – Да?       Я откладываю книгу на стол и оборачиваюсь к юноше, внимательно смотря на него в ответ.       Прошло достаточно времени с того события, с создания Каньона. Я стала лучше управляться со своей силой, приняла ее, больше не боялась себя или Александра. Пугающая когда-то сила стала частью меня, а бояться собственной тени… похоже на маразм.       – Помнишь я уходил на пару дней около месяца назад? Я посещал одного гриша, очень сильного и знающего много больше меня или моей мамы. – продолжил он после моего кивка. – Он предполагает, что ты по какой-то причине стала сосудом для части моей силы.       Молча смотрю на парня. За эти года мы вдоль и поперек перечитали скудные знания о гришах, в которых, естественно, ни слова не было о Заклинателях Теней. О передаче сил там также ничего. Бред.       – Звучит как бред, – вскидываю бровь и веду плечом. – Из всех кто стоял рядом только я выжила.       – Возможно из-за того, что у тебя была сила гриша, просто ты о ней не знала, – Александр кивает сам себе, на меня не смотрит. Его голос сквозит сожалением. – Этот гриш предполагает, что моя сила сместила твою просто потому, что ты еще не пробудила в себе свою собственную.       – Мне было восемнадцать, Александр, меня проверяли дважды, – не соглашаюсь я с ним. – Если бы силы были, я бы знала.

***

      Оглядываясь на этот разговор спустя почти пятьсот лет и все происходящее, предположение того гриша кажется бредом все меньше. Прошло полтора месяца с поимки оленя и усиления Алины. Снова затишье, ничего не происходит. с каждым днем все скучнее и скучнее. – Коля, будь умнее, у тебя все видно по глазам – прекрати смотреть туда, куда собираешься бить, будь хитрее, внезапнее! – указываю на ошибку опричнику, расслабленно облокотившись на невысокий забор тренировочной площадки.       Опричник кивает и снова продолжает бой. Перестроиться получается, хоть и не сразу, но совсем скоро думаю он сможет и меня покалечить в тренировочном бою. Из под опущенных ресниц наблюдаю за каждой парой.       Скучнее стало, это правда, поэтому я придумывала себе кучу дел. Наконец смогла убедить короля в необходимости восстановления полуразрушенного корпуса Малого дворца, так у опричников прибавится больше места, съездила вместе с советниками короля на границу с Фьердой – договор о ненападении продлен еще на два года, это пожалуй, лучшая из последний новостей, гришей стало больше на двадцать три человека – в этот раз особенно повезло с проливными.       С Дарклингом все сложно. Мы редко видимся, говорим только по делу. Тот срыв растопил лед между нами, но не надолго, а выходка Заклинателя на одном из собраний… говорить нечего.       – Генерал, утро доброе! – оборачиваюсь на сонное лицо Ивана и улыбаюсь.       – И тебе привет, выглядишь дерьмово.       – Стараниями Феди, – закатывает глаза, а увидев мой взгляд объясняет, – мы с ним до четырех утра разбирали книги в библиотеке. На днях ему нужен был какой-то сборник, забыл название, так он разбушевался, что гриши и опричники устроили хаос на полках. Не повезло оказаться рядом, а он еще и про старый должок напомнил. Ему то никуда не надо, а мне с генералом сегодня к королю идти.       Молча выслушала его и опустила голову на плечо друга, глубоко вздыхая. Не повезло сегодня парню, что уж.       – Зачем вам к королю?       – Не знаю, он сам нас вызвал вчера вечером, – он зачесал короткие волосы назад и опустил голову, щекой упираясь в мою макушку. Игнорируя заинтересованные взгляды, мы молча смотрим на тренировку.       Хотелось сделать что-то либо очень важное, либо безрассудное, а лучше все вместе. Но что Кириган, что Ланцов словно сговорились, и последние полторы недели не дают мне повода уйти дальше территории Малого дворца.       – Скучно. Ску-у-ка-а-а, – вздыхаю, откинув голову назад и глухо простонав.       – Не отпускают? Так иди к гришам, может с ними что-нибудь поделаешь, все равно без Киригана ничем не занимаются.       – А я подумывала сбежать в лес…       А сбежать надо. Может черные вены с рук не уходят, но будто физически становится намного легче, когда я выпускаю максимум силы за раз. Возьму Яру, погуляем с ней немного, она наверняка утомилась больше меня.       – Сбегать не стоит, знаешь же, что найду, – резко оборачиваюсь назад, Иван вместе со мной. – Возьми с собой Алину. Разговаривать не обязательно, ей тоже нужно побывать вне стен замка.       Хочу взвыть. Может что-нибудь сломать, кинуть разрез вон в то дерево позади Дарклинга. Цыкнуть и закатить и глаза тоже можно.       – Почему ты закатываешь глаза.       – Хочу, – коротко говорю мужчине и ухожу, случайно задевая плечом Киригана. – Хорошего мне дня, надеюсь он будет продуктивным, а может и кровавым. – кидаю двум мужчинам не оборачиваясь.       – Сильно не покалечь ее, – хмыкает Дарклинг.       – Ничего не обещаю.       Подпевая под нос какую-то мелодию, я поглаживаю по голове Яру, что бредет вот уже час по протоптанным тропинкам. Позади также медленно плетется Алина на коне Федора – тот был против отдавать своего Мура, но приказ есть приказ.       Стоит отдать Алине должное – собралась она быстро и без лишних вопросов, а на просьбу не болтать попусту, собственно, промолчала, но кивнула с не изменившись в лице. Либо действительно все равно, либо она учится скрывать эмоции.       Мы как раз доходим до моей любимой лужайки, когда я решаюсь начать разговор первая.       – Как поживает ваш с Кириганом план?       – Вы с ним об этом не говорили?       – В последнее время мы в принципе редко видимся, – я слезла с Яры, погладила ее по голове и привязала ее к дереву, быстро дав лакомство. Боковым зрением вижу, что Алина делает тоже самое с конем Федора, позволяю себе блеклую улыбку. – Да и страшно представить, к чему вы в итоге пришли.       Уже не замечая, иду привычным маршрутом в самую глубь, вынуждая Алину поторопиться, чтобы она не потерялась.       – Он боится за вас. Боится, что после уничтожения Каньона ваша проблема не будет решена. – я усмехаюсь, но ничего не говорю, жду продолжения. – Александр уверен, что мне хватит сил для уничтожения скверны, но я в себе так не уверена.       Хмурюсь, снова оставляя девушку без ответа. Думала сегодняшний день пройдет спокойно, без лишних огорчений, а на деле меня снова ждут сюрпризы. Как я и говорила, с Александром мы снова на расстоянии вытянутой руки, общаемся исключительно по делу, а тему Каньона я осознанно избегала.       Но Саша на месте не стоит, оно понятно, мужчине придется решить этот вопрос, потому что вот она – долгожданная Заклинательница солнца, решение если не всех проблем, то одной из самых больших. Но уже почти два месяца Алина учится управлять светом с усилителем, а сдвигов в деле нет. Сейчас разговоров мало, но их количество не равно нулю.       – В случае чего моя жизнь не самая дорогая цена за освобождение Равки, – все что удается ответить спустя несколько минут молчания. Дойдя до своего места, рукой призываю девушку остановиться. – Раз уж ты стала моим невольным спутником, можешь смотреть. Но предупреждаю один раз, – я вытягиваю указательный палец, – не приближайся, стой где стоишь, не пытайся что-то сделать, я и ответить могу.       Не дожидаясь даже кивка, отворачиваюсь от девушки, проходя в самый центр, там, где голая земля.       Уже несколько десятков лет я хожу на это место выпустить тени, это имело влияние на природу. Трава здесь не росла, а если и была, то уже сухая, мертвая. Я много мест искала, чтобы решать свою проблему с минимумом вреда для окружающей зелени и не на виду у людей. Это оказалось самым скрытым и с минимумом травы и деревьев.       Я слышу шорох сзади, а обернувшись, наблюдаю, как Алина садится на землю. Увидев мой взгляд, она неловко ведет плечами.       – Прости.       Вот и мои тени освобождаются, наконец-то. Сначала по земле разрастается тьма, постепенно поглощающая территорию. Она плывет в стороны, наверх, скрывая меня в темноте.       Пальцы покалывает, но я не обращаю на это внимания, концентрируясь на внутренних ощущениях. Словно камень с плеч. В голове ясность, как будто разом решились все проблемы. Жаль, что именно этот эффект никогда долго не сохранялся.       Придавать теням формы не хотелось, чтобы ненароком не напугать Алину, так что можно обойтись и этим.       Обратная дорога была проведена по большей части в молчании, Старкова иногда задавала вопросы, которые, вот радость, почти не раздражали. Было ясно что влюбленной девушке будет интересно узнать о своем возлюбленном от самого близкого человека.       В Малом дворце было шумно, во второй половине дня как раз был перерыв между практическими занятиями. Ваня и Федя выхватили меня раньше, чем это хотел сделать Боткин, как только мы с Алиной подошли к тренировочной площадке.       – Анастасия, день добрый! – знакомый голос сердцебита вызывает счастливую широкую улыбку, которую я не пытаюсь скрыть. – Как дела? Погуляли? – он кидает взгляд на медленно шагающую сзади Алину.       – Что-то вроде. Как дела с королем?       Федор что-то бурчит себе под нос, и коротко извинившись, уходит ближе к скоплению гришей. Как оказалось, успокоить двух особо резвых ребят. В случае чего помогу, а так парень и сам наверняка справится.       – Злится, врывается на всех кого видит, просит решить все проблемы в кратчайшие сроки.       – А мы ведь волшебники, вот же пустая у меня голова! Все могу решить за секунду! – я в притворным энтузиазмом поднимаю руку выше и показательно щелкаю пальцами. – Все прошло хорошо? Каньон исчез?       Иван смеется, но ничего не отвечает. Закидывает руку мне на плечо и ведет к дворцу.       – Вот и мы с Генералом подумали также. В общем и целом ничего нового он не сказал. Перебесился и успокоился, зачем позвал нас на это посмотреть, тоже не знаю.       Я почувствовала на втором плече еще одну руку и обернулась на нового спутника. Федор был явно веселее после разборок с двумя новобранцами.       – Друзья, как я по вам соскучился! Пока ничего не происходит, предлагаю встретиться сегодня и выпить! – простота и легкость на подъем в этом человеке всегда притягивала.       – Я за, Анастасия, пойдешь с нами? – Иван наклонил голову на бок, ожидая ответа. Только я хотела согласиться, как на длинной лестнице нам на встречу побежал проливной.       – Анастасия, Анастасия! Генерал Кириган просит срочно вас подняться к нему, говорит, дело не терпит отлагательств.       Глубоко вздохнув, я слышу как парни рядом возмущенно что-то бормочат и убирает руки с моих плеч. Мда, быстро идея накрылась, надеюсь, с Сашей я поговорю быстро.       – Это не значит, что я против, найду вас сразу после, хорошо?       – Звал меня?       Я без стука захожу в кабинет Дарклинга, погруженный во тьму. Но мужчины здесь нет.       – Саша? – не мог же он уйти, зная, что я скоро приду?       Из комнаты тоже ничего не слышно, но я пока не решаюсь идти туда, а смотрю на стол, дерево которого закрыли собой десятки разных карт. Какие-то захватывают и Равку, и Шухан и Фьерду, какие-то только Равку, но всех объединяет наличие черной полосы, такой привычной для моих глаз.       Тут разные года, работы разных картографов, каждая чем-то отличается. Но одна конкретная была отделена от остальных, лежала на самом краю стола.       Только лишь Каньон, целиком.       Выделены места наших баз, где именно мы заходим в Каньон. В самом уголке аккуратным почерком написано имя.

      «Анастасия»

      Провожу пальцем по аккуратным буквам и пытаюсь понять, как связана эта карта и я, к чему именно пришел Саша.       – Привет.       Поднимаю голову и вижу Александра. Он стоит облокотивший о косяк со сложенными на груди руками. У него мокрые волосы и усталый вид.       – Привет. Что это? – стучу по карте пальцем.       В комнате немного темнее.       – Я долго думал, что делать. Первоначальный план расширить Каньон с помощью Алины казался мне самым хорошим из всех возможных. – начал говорить мужчина, медленно шагая ко мне. – Сейчас она на пике своих сил, как мне кажется, поэтому можно было бы сотворить план в жизнь уже через неделю, когда мы завершили бы приготовления.       – Но?       – Но я поговорил с Багрой, – коротко отвечает мужчина, остановившись рядом со мной. Я опиралась руками о стол, потому не видела лица мужчины, его эмоции, но могла понять то, что он сейчас чувствует. – Могла сказать об этом сразу.       – Сказать что?       – Что выхода на самом деле нет и ты умрешь в любом из вариантов развития событий. Чтобы я не сделал сейчас, ты погибнешь от моей руки, – он начинает сердиться, я физически чувствую его напряжение, а видимость в комнате стремится к нулевому значению. – Почему ты молчала?             Не хотела расстраиваться сама или расстраивать тебя? Боялась увидеть твою реакцию на это? Боялась, что ты будешь за меня переживать или наоборот забьешь на риск моей смерти и сделаешь то, о чем так долго мешал?       – Я боялась и боюсь до сих пор. Чтобы я не говорила, как бы не храбрилась, мне страшно. Я приму смерть, если так будет лучше для страны, но это не дает мне уверенности.       Чувствую руку на лопатке. От прикосновения по спине идет дрожь, но я не обращаю на это внимания. Стараюсь переключиться.       Его пальцы ходят то вверх то вниз, словно он пытается меня успокоить. Нет никакого подтекста, просто желание быть рядом.       – Потому у меня появилась идея.       Я невольно выпрямляюсь. Смотрю на мужчину чуть запрокинув голову, хмурюсь.       – Можно сбежать.